Весна, доброе утро!

Отец с матерью называют любое не общение глупостью. Проверять что будет, расскажи она о своей влюбленности она не собирается. А её ежедневные мысли о нём говорят, что держаться очень сложно. — ну давай же, — прошипела она, пытаясь выдвинуть застрявшую старую полку. — ой! — воскликнула она, упав и ударившись спиной, но зато открыла тумбочку. Девушка встала, отряхнулась и подбежала к полке. Найдя свои единственные чулки на и особенный день, она, не медля, нацепила их, дополняя свой образ из джинсовой мини-юбки на низкой посадке и топа, а после натянула ярко-розовые гетры. «— Мэйбл уверена, что Дипперу нравится этот трешовый стиль?» — глядела на себя в зеркало Пасифика, расчесывая длинные прямые блондинистые волосы. «— хотя Пайнс мне всегда помогала..» — засомневалась Нортвест, но, отбросив неуверенность, взяла ядерно-красную помаду и накрасила губы. Подмигнув себе в зеркале, она, схватив сумочку, бросилась к выходу из комнаты, направляясь вниз особняка. Сегодня первое марта — в честь начала весны Диппер пригласил Пасифику на.. встречу, как он это называл, в кафе. Доверившись подруге, утверждавшей: — Пасифика, я знаю, что тебе нужно! Дипперу нравится мой стилек, он прям без ума от него. Каждый раз говорит: глаза выпадают. Это потому что моя одеженка улетная! — добро хихикая, лепетала Пайнс, после чего набросилась на недоумевшую Нортвест и начала трясти её руками. — ты, главное, расскажи, как свиданка пройдет! Пасифика доверила в руки Пайнс свой облик, но теперь, идя по улице, все время оттягивала короткую юбку. Несомненно, она их любила, но длина ей не нравилась. Встреча должна состояться в знаменитом кафе Ленивой Сьюзен. — Мэйбл, зачем мне так наряжаться? — недовольно пробурчал Диппер, пока сестра настоятельно затягивала галстук-бабочку на его шее, шикая, когда тот пытался вырваться. — в смысле «зачем»!? — затянув, она отпрянула, удивившись. — Мэйсон Пайнс, ты ранишь мои дизайнерские чувства! — она театрально приложила руку к сердцу, погрустнев. — а ещё поранишь чувства Пасифики, если опоздаешь и не оденешься прекрасно! Поэтому иди! — пихнув брата в сторону выхода из чердака (к слову, который был обклеян всевозможными музыкальными поп-группами) она принялась заниматься своими делами. — ладно, спасибо, Мэй, — сдавшись, выдохнул Мэйсон.

***

«— а что, если она забыла? Если не придет? А, может, сейчас высмеивает меня вместе с дочерьми друзей ее родителей?» — Пайнс и сам не заметил, как стоял у входа кофейни, теребя ногой. Казалось, розовые Розы в моменте потускнели вместе с ним, но, увидев бегущую в его сторону Пасифику, брежно переступающую лужи, будучи одетой в каблучки. — ох, Пайнс, прости за опоздание, чертовски занята была! — воскликнула она. — н-ничего, — Диппер почувствовал, как кровь медленно приливает к лицу и как только Пасифика стеснительно встала на носочки чтобы по-дружески поцеловать его в щеку, однако тот выдвинул пред собой цветы. — это.. тебе. Отпрянув, Пасифика глянула на букет цветов. — ой.. — она кашлянула. — спасибочки! — девушка взяла протянутые растения и теперь, пуская и в неловкости, они обнялись. Запах дорогих духов Пасифики и запах бодрости от шампуня Диппера смешались вместе. Пара зашла в кафе, после чего Пайнс любезно заплатил за выбранные кофе с кусочком тортика и черный чай с точно таким же тортиком. — знаешь, я удивилась сегодняшней погоде, — начала разговор Пасифика. — только недавно, казалось бы, снег растаял, а уже можно тусить на открытых вечеринках. — да.. ты права. Время быстро летит, что уж поделаешь. Может, открытые вечеринки куда лучше, чем в помещении. В прошлый раз Гидеона стошнило прямо на аппаратуру диджея. — хаха.. да. И вновь тишина. Безусловно, обоим было хорошо вместе, но стеснение сковывало. А говорить хотелось, несмотря на то, что в тишине было точно так же хорошо. Официант поднес заказ, они поблагодарили и он ушел. За окном — зелёная трава, сбросившая с себя белый снег ещё давно, благодаря климату. На небе ни одного облачка, что нравилось обоим. — ты мне говорил, у вас там в Хижине что-то новое появилось? — разбавляя тишину вопросом, Пасифика сделала первый глоток теплого кофе. — а, да. Дядя Стэн нашел новый способ мошенни.. — кашлянул в кулак, Нортвест сделала вид, что не услышала, в душе хихикая. — продвижения товаров. А так в целом ничего та.. — не успев договорить, он услышал короткое: — приснись! Отворились двери, и в кафе зашли три молодые девчушки из возраста. Одеты дерзко и ярко, пафосно. В их глазах читалась лицемерность, а завышенная самооценка давала о себе знать через взгляд, полный желания унизить всех находящихся. Он послушался, не понимая, что происходит — бандиты? Это тут бывает нередко, главное умет выкарабкаться. Прорабатывая в мыслях пути побега и спасения блондиночки, Пайнс осекся, забыла спросить. — что такое? — тихо прошептал он, наблюдая за встревоженным лицом девушки, сидящей вместе с ним под столом. — тише ты! Там они. — кто «они»? — ну, они, Девчонки! С которыми меня заставляют общаться родители, — прошипела она, и было видно, как неприятно ей даются последняя реплика. — и.. что? — Диппер непонимание вскинул бровь, стараясь не выглядеть грубым. — ну как «что»? А если заметят? Засмеют! — последнее слово она сказала чуть громче, чем планировалось, поэтому поспешно закрыла себе рот рукой. — нам нужно выбираться отсюда! — без лишних слов, она схватила его одной рукой за локоть, другой держа чашку с кофе, и поплелась к запасному выходу. Когда они вышли, Пасифика протёрла рукой лоб, но позже, вспомнив, что накрашена, грустновато цокнула. — почему ты стесняешься? — Диппер облокотился о стену заведения, не отрывая взгляда от блондинки. — я? Я не стесняюсь, — соврала она, посмотрев на него, но тут же отведя взгляд, ведь поняла, что тот смотрит прямо в глаза. — Пасифика, ты ещё как стесняешься. Боишься. Дай мне понять, чем я могу помочь, — он сделал шаг вперёд, поближе к ней. В его намерениях было чистое желание помочь подруге. — ты-то тут вряд ли поможешь. Это мои проблемы. В прошлый раз я высказалась открыто, и я помню последствия — все было рассказано моим родителям. — но твоим родителям давно все равно на то, с кем ты общаешься. Ты сама говорила. Или.. это была ложь? — его сердце пропустило один удар. — это.. да, — помедлив, она все же вынесла вердикт, виновато рассматривая острые каблуки. — но! Им все равно только, если это не повторяется. И.. Дипперу было печально. Больно. Грустно. Девушка, которой он доверял и собирался признаться.. не воспринимает его в серьез? — мы с тобой видимся только в школе. Я пригласил тебя первый раз, нас не видели вместе вообще. Нортвест, ты стесняешься меня? Не хочешь, чтобы видели, с кем ты пошла на свидание? — Пасифика услышала, как он сделал акцент на последнем слове, уже не называя это «простой встречей». — Пайнс, нет. Как ты мог такое вообще подумать!? — воскликнула она, разведя руками. Девушка шагнула к нему в сторону, теперь уже поднимая уверенный взгляд. — я не договорила! Отец с матерью не любят Хижину Чудес и вашего дядю, они поставили мне ультиматум, что я не буду общаться с тобой и Мэйбл! Она моя лучшая подруга, а ты — тот, кто мне нравится уже долгое время, пускай наше общение и содержится на незаметности! Я люблю тебя, Диппер, и я знаю, какие могли быть последствия, если бы они нас увидели. Пайнс, сам удивившись нахлынувшей смелости, сделал несколько шагов вперёд, одной рукой приподнял голову Пасифики, заметив смягчившиеся глаза. — Прости, Нортвест. А потом прислонился губами к ее. И все равно, что останется след от яркой помады, все равно, что они смотрятся нелепо — один в официальном стиле, а другая в самом популярном, открытом и ярком. Их объединяли чувства. Потом Нортвест точно вернется в кафе да цветами, уверенная, что лже-подружки, с которыми дружбу она не видит, ушли, пытаясь не «опускаться» до уровня «простолюдинов, ходящих в подобные забегаловки». Они точно найдут способ встретиться в другой раз, точно. Но ассоциацией их отношений всегда будет весна — открывающаяся, свободная и спокойная.