Multifaceted

За окном мирно падал снег, укрывая все вокруг своим белым одеялом, что ни капли не грело. На стеклянных поверхностях вырисовывались узоры. В эту зиму морозы стояли жуткие. Такие, что пробирало до костей. Это тайга. Глухой поселок среди глухих лесов. Богом забытое место. Но жизнь тут кипела подвижней всякого плотнонаселенного города. В кабинете было прохладно как и во всей школе. Хотя и ощущался несколько спертый воздух от тепла батарей. Рядом со старым деревянным столом учителя было приоткрыто окно сверху, что лишь прибавляло и без того имеющуюся свежесть. Пыльные портреты известных писателей красовались вдоль стены. Комнатные растения стояли строго вдоль линии на подоконнике.  Я скучающе сидела за второй партой второго ряда и аккуратным почерком выписывала конспект, еще который мне мама пересказывала одним из недавних вечеров. Лилия Павловна вела у нас литературу и русский язык. А также являлась нашим классным руководителем. Одиннадцатый класс-дело серьезное. Не каждый осмелиться сунуться в эти старшие классы. У меня очень часто пролетают мысли, как некоторые разгильдяи, иначе я их назвать не могу, вообще дожили до этой стадии обучения. Экзамены отнимают уйму времени на подготовку. Но мне это давалось достаточно легко. С самого первого класса я училась на отличные оценки. Быстро усваивала весь материал. Все как раз благодаря моей маме. Может, как человек она и хорошая. Но как мать-точно нет.  Единственное развлечение на уроке было это мое изящное покачивание ножкой закинутой на другую. Руку я подперла под подбородок, пробегая глазами по строчкам из учебника литературы. Учительница активно рассказывала нам биографию о поэте, которую мы то и дело старались как можно быстрее записать. Литературу я любила. Точно также как и русский. И нет, не потому что эти уроки ведет моя родная мать. Скорее, я бы даже была рада, если бы их вел кто-то другой. Лилия Павловна всегда была ко мне требовательнее, чем ко всем остальным. Я уже молчу о том, что этот человек вечно сравнивает меня с другими учениками и упрекает в том, что я всегда должна быть лучше других и на шаг впереди ото всех остальных. Не знаю, откуда у нее такое всегда стремление превысить меня. Но этот подход воспитания с детства играет свою роль.  «Сплетница и стерва». Это клеймо мне впервые оставили одноклассники, когда к нам в далеком шестом классе перевелся новенький мальчик. Который, кстати говоря, стал причиной девяносто девяти процентов моих проблем. Антон Петров. Как только я его увидела, в груди сразу защебетало непривычное мне на тот момент чувство. Я старалась всеми силами отвергать эти ощущения и обмануть себя. По виду сразу было понятно-городской. По манерам, да по мимике. Я всегда их умело различала.  Все началось с обычных подколов, которыми от меня всегда страдала большая часть класса. Но Антону на тот момент перепадало больше всех. Это перерастало в более обидные и крупные оскорбление. А то иногда вообще и доходило до того, что местным хулиганам про него ложных сплетен пущу, а они его сразу после школы в углу зажимают. Потом его родители удивлялись, почему побитый домой приходит. Ну не могла я по-другому. Есть в нем что-то, что зацепило меня. Хотелось привлечь внимание любыми способами. Даже если это пойдет во вред ему самому. На тот момент я не думала. Я просто действовала. Не умела я иначе выражать свою симпатию. Жалею ли я сейчас о своем былом поведение? Конечно да. Из моих размышлением о далеком прошлом меня выбил громкий стук в дверь класса. Я, как и все ребята моментально подняли на нее взгляд. Из щели двери высунулась лохматая голова парня. Через пару секунд он уже всей своей широкой физиономией закрывал проход. Парень выглядел на наш возврат. Капелька смятения присутствовала в его глазах, хотя он всеми силами старался выглядеть куда более уверенным, чем есть на самом деле. Его карие глаза обогнули по периметру класса и остановились на учительнице, которая вопросительно смотрела на него, поправляя свои очки для зрения. — Одиннадцатый класс?-почти без стеснения спросил паренек. Я видела, как одной рукой он сжимает дверной косяк.  Лилия Павловна кивнула, тяжело вздыхая. Параллели у нас не было вовсе. Население слишком маленькое для такого большинства классов. Поэтому все классы по одному. Остальные старшие ребята ушли учиться в единственный в селе колледж.  — Матвей Гроза. Я новенький. —быстро ответил парень, переминаясь с ноги на ногу в проходе. Гроза? Это он щас предварительно свою кличку назвал, или что?  — Гроза, значит… —учительница задумчиво опустил голову, бегая глазами по журналу. Как снег на голову. Ну, Гроз у нас в деревне еще не было. Лилия Павловна еще раз пристально окинула нового ученика взглядом, после чего кивнула. —В списке тебя нет. Присаживайся пока. — она внимательно оглядела весь класс на наличие свободных мест. Мой сосед по парте как раз заболел, поэтому место было свободно. Время зря терять я не стала и подняла руку, чтобы она заметила меня и пустующий стул рядом со мной. — У меня свободно. Кузнецов болеет. —робко сказала я, глядя на Лилию Павловну, которая тут же перевела свой взгляд на вторую парту. Она взбодрилась и указала на место рядом с ней, взглянув на парня. Я сузила глаза. Матвей приближался к моей парте под моим пронзительным взглядом. Сто процентов городской. Смотрю, на нем и рубашка от бренда дорогого. У нас тут таких не продают. Только в городе. Все эти тонкости я знаю из-за своего отца. Когда мне исполнилось три года, этот кабель изменил матери с молоденькой коллегой по работе. Ну вместе с ней в город и уехал, оставив на бывшей жене вытягивать весь дом. Нужно сказать, что может мой отец был и не самым святым человеком, но роль любящего папы он выполнял на «ура». Деньги скидывал, на каникулах меня на несколько дней в город к себе увозил. Покупки новых шмоток, ужин в ресторанах и бьюти-процедуры в дорогих салонах красоты. Именно поэтому я знала как отличить простого деревенского парня от городского. Конечно, деньги играли не самую важную роль в заботе отца. Я обожала наши вечерние разговоры по душам. Да даже не обязательно было ехать в город. Как только мне становилось грустно, один звонок ему и моя совесть с каждой минутой разговора постепенно становилась чиста. За что я и была благодарна ему. — Я схожу до завуча. —громко сказала Лилия Павловна и быстрыми шагами вышла из класса, плотно закрывая дверь. Ребята загалдели. Кто-то начал перекидываться канцелярией, а кто-то вылупился на новенького.  Матвей уже пристроился сбоку от меня. До меня донеслись нотки его аромата. Одеколон был не из дешевой серии. Я скосила взгляд на его профиль, сосредоточенно осматривая его черты лица. Каштановые волосы были не короткие и не длинные. Развивались в разные стороны. Нос с небольшой горбинкой. Карие глаза бегали по классу, пока не остановились на мне. Мы пересеклись взглядами. Только вот он непонятно от чего встревожился. Его темные зрачки расширились, пару раз заморгали. Несмотря на его беспокойное поведение, я смотрела на него все также невозмутимо. Фирменная ухмылка понемногу наползла на мое лицо. Он тоже вздернул уголки губ. — Тебя как зовут? —хриплым голосом спросил парень, в пол оборота повернувшись ко мне, вскинув заинтересовано брови. Я не понимала, он боится или наоборот? Скорее, хочет казаться вежливым. Я сильнее расплылась в ухмылке, одной рукой все еще подпирая подбородок. А второй взяла небрежно светлую длинную прядь и стала медленно наматывать на палец, пару секунд молча смотря в его глаза. — Екатерина. —хладнокровно, но с долей интриги ответила я, вытягивая прядь обратно в ровную линию. Этот паренек нагонял на меня таинственность. Странно он себя вел. Или мне просто кажется? Все же, если сравнивать его с нашими деревенскими быдлами, этот бедолага будет поскромнее, да и потише. Или просто хочет оказать первое хорошее впечатление. Интересно. — У тебя необычная фамилия. — Не могла не дополнить я. Как и говорилось раннее, гроз у нас еще не было. Думаю, Матвею и голову ломать над кличкой не надо будет. Или ждать, пока тот же Будаев придумает ему самое наитупейшее погоняло, с его то фантазией. Над этим ему еще работать и работать. Карие глаза передо мной сверкнули чем-то вдохновившемся, а на его губах показалась теплая улыбка. Матвей пожал плечами. — Мне все так говорят. —его взгляд стал спокойнее. Он тихо выдохнул, смотря мне долго в глаза. Он почти также подпер свою щеку кулаком, все неотрывно глядя на меня. Я разглядела в его карих глазах еле заметную темно-зеленую радужку. Она была прямо как у… В класс с громким хлопком двери вошла Лилия Павловна, держа в руках листы документов. Она кинула их на стол и подозвала к себе новенького. До нее он также шел под моим зорким взглядом зеленых змеиных глаз. Пару взмахов рукой. Матвей подписал все те бумаги, куда ему тыкала пальцем учительница. Я все это время глазела на него. Внешность была вроде обычная, но такая притягательная. Выраженные скулы подчеркивали худобу лица. Густые брови с рыжиной делали его взгляд более внимательным и ярким. Бордовый свитшот на нем смотрелся мило. Он выглядел как плюшевый мишка. Так и хотелось утянуть в объятия и потрепать эти пушистые волосы.  Громкая трель звонка выбила весь класс из тишины. Сразу после записи домашнего задания ребята в спешке закидывали пеналы с учебниками в свои рюкзаки и толпились у двери, чтобы как можно скорее покинуть класс. Я собиралась чуть ли не самая последней. Но я это так и задумывала. Аккуратно убрав учебник литературы в свою кожаную сумку я закинула ее на одно плечо. Гроза все еще подписывал эти бумаги. Я проходила мимо него и приблизилась к его уху. — После уроков подождешь меня на крыльце. —негромко и не тихо сказала я, подмигнув ему. Это не была просьба или вопрос. Это был приказ. Правда, не в грубой форме. Но я была уверена, что он мне отказать не сможет. Ему это попросту не выгодно. Хоть с кем-то да надо бы подружиться. Тем более с красивой девочкой.  Краем глаза я лишь заметила его вопросительный взгляд в мою сторону. В это время я уже успела скрыться за дверью в коридоре, даже не дав ему ответить. Ну а почему бы и нет? Надо было действовать решительно уже сейчас. Пока другие девочки не успели к нему подлизаться с просьбой проводить до дома под их рассказы о школе. Был у меня уже плачевный опыт по этому поводу. Второй раз такого не хочу.  Сейчас у нас должен быть урок физкультуры. В идеале, конечно, на лыжах. Однако на улице был слишком сильный мороз. Именно потому, ее проводили сегодня в спортивном зале. Я была этому рада, ведь на лыжах я почти совсем не умела кататься. Только лишний раз опозориться, да и еще перед новеньким мне не хватало. Девочки толпились в раздевалке. Краем уха я слышала обсуждение про Матвея. Слова о его красивой внешности и о том, что они бы хотели с ним подружиться. Впрочем, это не удивительно. Разговоры про то, кто какой маникюр собирается делать на новый год и с кем будут праздновать. Ах да, точно. Скоро же новый год. Мой любимый праздник. Все празднуют, пьют, веселятся, дарят друг другу подарки. В поселке мы его отмечали по-своему. После двенадцати, несмотря на то у кого с кем какие взаимоотношения мы все бежали на улицу и отмечали праздник все вместе. Либо заваливались к кому-то в гараж, либо домой.  — Девочки, посоветуйте мне какой маникюр лучше сделать. —я выставила свои руки тыльной стороной на показ одноклассницам. Они мигом подбежали ко мне и начали оценивать, также показывая свои.  — Катюш, я думаю тебе нужно что-то яркое. —улыбнулась Таня, махнув рукой. Я одобрительно щелкнула языком, подергав пальчиками с уже почти облезшим маникюром. Тетя Марина была у нас единственным мастером маникюра на весь поселок. Все девочки, женщины и бабушки делали у нее ногти. Впрочем, она неплохо на этом зарабатывала. Да и делала хорошо. Я всегда делаю у нее длинные наращивания. И в однотонных цветах. Например в этот раз она мне напилила форму квадрат с белым покрытие. Выглядело аккуратно и универсально.  На словах Тани все девочки звонко согласились. Я даже задумалась над этим предложением, ведь обычно яркие цвета не позволяла себе делать. Все-таки школа, приличное заведение. Одна из одноклассниц, Кристина Лебедева, выставила свои пальцы, демонстрируя девочкам свои ярко-красные длиннющие когти. — Я вот думаю, может блесточек сюда добавить, или рисунок, что думаете? —она оглядела девочек с легкой улыбкой. Кристина казалась на первый взгляд приятной общительной девочкой. Она и была таковой. Не знаю откуда, но у меня была к ней личная неприязнь. Как по мне, она слишком много вертит своим хвостом. То хвастается, что ей отец из Индии редкие украшения из бусин привез, то вечно до тошноты забрызгивается духами, расхаживая с этим сладким удушающим запахом по всей школе. Еще с заходом в эту маленькую раздевалку чувствовалась эта вонь.  Почти нежно взяла ее руки в свои, рассматривая оценивающе ее маникюр.  —  Кристин, ты конечно не обижайся. —я начала выдавливать свой тот самый тоненький мерзкий голосок, который использовал в подобных ситуациях, дабы кому-нибудь на язвить. Посильнее сжав ее пальцы в своих руках я подняла на нее нахальный взгляд, выплевывая свой яд. — Ты итак выглядишь.. Мм… Неподобающе для школы. —я поджала губы, для того чтобы не выразиться в еще более грубой форме. Но продолжала говорить я уверенно. — Думаю, тебе большего и не надо для своих лопат. —я отдернула свои руки от ее, будто кипятком ошпарилась и с гадкой ухмылкой глядела на ошарашенную одноклассницу напротив. Она медленно сжала пальцы в кулак, заводя их за спину.  — Смирнова, не зарывайся второй раз. —ровно, но с явным напряжением ответила Лебедева. Всякая улыбка давно пропала с ее лица. У нее острый язык.  — Второй? Что я пропустила, когда же был первый? —я самодовольно хмыкнула, уперев руки в бока, оглядывая Кристину буквально «с высока» с ног до головы. Удалось же ей задеть за больное. Я не должна допустить того, чтобы она начала перечислять все то дерьмо, что случалось раннее. Кристина уже открыла рот, чтобы о чем то мне высказать, но тут же прозвенел с звонок. Мое спасение. Так рада звонку на урок я еще никогда не была. Уж лучше так, чем сейчас при всех выяснять отношения, тем более приплетая сюда мое грязное прошлое. Одноклассница довольно усмехнулась и еще раз глянув на меня, тихо, но слышно выдала, удаляясь из раздевалки вместе с остальными подружками. — Королева английская...  Поморщилась, показывая ей средний палец. Я видела, что она прекрасно его заметила и даже ухмыльнулась с этого жеста, громко хлопая дверью раздевалки. Я осталась один на один со своей подругой, все еще переодеваясь. Учитель всегда немного опаздывал на урок, поэтому время еще в запасе. Я натягивала на себя черные лосины. Лиза уставше откинулась на лавку, слышно чавкая своей мятной жвачкой, проводя рукой по темно-каштановым длинным волосам.  — Так и надо этой Лебедевой. Надеюсь она свои метровые палки переломает на физре. —я тихо посмеялась на злую речь Афинской в сторону Кристины. Лиза-единственный человек разделяющий мои интересы. С ней мы сдружились не так давно. Нужно сказать, отчасти она вытащила из всего кошмара, что происходил со мной до одиннадцатого класса. Я до сих пор безумно благодарна ей. Она со мной в любые моменты. Как говорится, в огонь и в воду. — Я лишь сказала правду. —завязав тугой высокий хвост, я достала из сумки маленький флакончик масляных духов и брызнула себе за ухо. Эти духи мне купил папа в городе буквально недавно, на осенних каникулах. Они приятно пахли жасмином. Я получала за них много комплиментов. По крайней мере они точно лучше, чем вонючие духи Лебедевой с запахом на всю школу, от которого даже учителя окна на распашку открывали.  Медленно, но уверенно Лиза перескочила на тему про Грозу. — Как тебе Матвейка? Скажи красивый. — Лиза улыбнулась, поправляя на себе серую кофту и слегка толкнула меня бедром. При улыбки ее рыжие веснушки казались мне еще более яркими. Я взглянула на нее незаинтересованно. Честно, даже немного поднадоела это тема про новенького. На нем же свет клином не сошелся. Когда к нам перевелся Антон, то такого ажиотажа не было. Многим отчасти было все равно есть он или нет. Либо мы были слишком юны, либо в Матвее и вправду есть что-то притягивающее.  Я уперла руку в бок. — Даже не начинай. Обычный мажор из города. —равнодушно ответила я и пошла на выход из раздевалки. Мои слова не являлись правдой. Я так в принципе не считала. Просто хотелось поскорее закрыть тему про Грозу. Предстоит узнать какой он человек, а только после делать выводы. Как говорил мой отец:«Не очаровывайся, чтобы потом не разочароваться». К огромному сожалению эту фразу я поняла слишком поздно.  — Пошли уже. — отмахнулась я, и, откинув назад свой хвост, прошла в коридор. Мурашки пробежали по оголенным рукам в футболке от прохлады. М-да, в раздевалке будет потеплее. Мы подошли поближе к батарее. Я уперлась в нее руками. Странно, вроде бы горячая, а вроде бы и не греет. Но тепло начало идти от ладоней по всему телу, что не могло не радовать. Из мужской раздевалки толпой вывалились парни. Я быстро бегала по ним глазами, выискивая новую каштановую голову. Матвей высокий, так что найти его среди остальных не составляла проблемы. Но к сожалению или к счастью, его среди них не было. С громким смехом и разговорами они прошли мимо нас, не обращая никакого внимания, увлекаясь дискуссией между собой. Я еще пару минут смотрела на дверь мужской раздевалки в надежде, что оттуда выйдет Гроза. Но так и не дождавшись этого момента мы с Афинской ушли в спортивный зал. Тратить время урока на него я уж точно не собираюсь. Учителя еще не было, следовательно все делали что в голову взбредет. Кто-то повис на кольце, кто-то дрался. По-дружески, естественно.  Я не я, если бы тоже не вставила свои пять копеек на физкультуре. С легкостью и изящностью я сделала колесо на одной руке, переходя из него сразу в поперечный шпагат. Это мне не составило никакого труда, зато реакция одноклассников была как в первый раз. Ну а что? По выделываться то надо было. Девочки подбегали с просьбами научить их также. Мальчики довольно смеялись и усыпали комплименты, за исключением некоторых особ.  Внимание я любила. Я им буквально жила. Еще с самого раннего детства. Соревнования, турниры, конкурсы. Выступления на ковре в ярком комбинезоне и сценическом макияже с красными губами. Все аплодируют. Тебя награждают золотыми медалями, кубками. Объявляют фамилию при всех. Ну чем не удовольствие? Самый мой любимый момент был, когда я смотрела на своих соперниц с пьедестала под номером один и видела их сморщенные недовольные лица. Чувство превосходства на меня накатывало с ног до головы.  Но каким же трудом я это все получала… Вечерние тренировки после школы. Дома еще куча не сделанного домашнего задания, а тренер мне кричит о том, что лучше бы я вообще не лезла в спорт, раз не могу нормально выполнить пируэт. После тренировок с меня можно было собирать побои. Болело абсолютно все. Начиная с пальцев на ногах, заканчивая головой. Спортзал по выходным, до позднего вечера, в раннее утро. Я не высыпалась. Да и времени на банальные беззаботные прогулки у меня не было. Травма на травму. То растяжение, то перелом. Школу я тоже бывало пропускала. Дом, школа, тренировки. Нон-стоп на протяжении двенадцати лет в моей жизни. Круг ада, который я безумно хотела закончить. На каждый праздник, когда нужно было загадывать желание, я себе каждый раз повторяла одно и то же. «Поскорее бы бросить гимнастику». Моя мечта осуществилась лишь только в прошлом году, когда в травмпункте на рентгене у меня показались раздробленные кости пальцев после очередных соревнований и неудачного приземления на них. Слезы, крики, истерики, операция. Меня увозили далеко в Москву, чтобы сделать качественную операцию. Я пропустила два месяца школы, бегая из больницы в больницу. Процедуры, перевязки. Ужаса я пережила достаточно.  Главное, что сейчас уже все хорошо. Хотя ноги иногда до сих пор побаливают, отчего я пол ночи бывает не сплю, прокручивая у себя в голове все кошмарные мысли про этот спорт. Но по сравнению с тем, что я чувствовала раньше, это всего лишь легкий ушиб. Зато благодаря художественной гимнастике я вышла модельным ростом. Если сравнивать с большинством наших парней, которые к слову далеко не низкие. Я буду ниже их чуть больше чем на пол головы. Да и широкие подтянутые плечи выделяются на фоне остальных девчонок из нашего класса. Из шпагат я одним движением перебралась в мостик. Мир перевернулся. И тут я увидела его. Того, кого так желала увидеть в коридоре. Матвей удивленно моргал, глядя в мою сторону. Я замерла прямо в мостике. Он был перевернутый в моих глаз вниз головой. Быстро выпрямившись и отряхивая руки от грязного деревянного пола я подошла поближе к остальным ребятам, не желая больше пересекаться взглядом с Грозой. Не представляю, насколько это неловко выглядело со стороны! Пересеклись взглядом называется. Зачем я встала в этот чертов мостик. Всегда недолюбливала этот элемент. И не зря.  Свист. Мы все обернулись. В спортзал спешно заходил наш учитель физкультуры, как обычно держа в руках журнал. На шее у него гремел из стороны в сторону пластиковый свисток. Он присел на лавку, отмечая присутствующих и отсутствующих.  — А у нас еще новенький парень, Павел Олегович! —громко крикнула Афинская, что разлетелось эхом по всеми спортивному залу. Она указала на него, мило улыбаясь. Все ребята также обернулись к нему. Я стояла поодаль от подруги и цокнула языком на ее предупреждение. Он не маленький мальчик, сам бы о себе напомнил. Павел Олегович вопросительно поднял голову, устремляя свой взор на Матвея. Молодой учитель спросил у него базовые вещи по типу его имени, занесли ли его уже в журнал и прочей банальщине.  — Отлично, сегодня, как и на прошлом уроке играем в баскетбол. —класс недовольно заныл. Задрал уже этот баскетбол. Лучше что-нибудь новенькое придумал. Эта игра надоела не только мне, а и всем остальным. Просто водим мячиком об пол и забиваем на лету в кольца друг другу. Уже шестой урок этой херней маемся! — А давайте поиграем в вышибалы! —крикнул кто-то из толпы одноклассников. Хоть один разумный человек нашелся. Но вышибалы.. Частенько я в этой игре выбывала чуть ли не из самых первых. Уже сомневаюсь, хорошая ли это идея, или старый добрый баскетбол был бы лучше? Однако под одобрительный гул одноклассников и кивок физрука противоречить я уже никому не могла. Да и попробовать себя в этой игре спустя столько времени интересно. Павел Олегович разделил нас на две команды. Мы как тараканы разбежались по разным сторонам спортзала. Он кинул по одному баскетбольному мячу на каждую сторону площадки. Под оглушительный звук свистка началась игра. Мячи летали по залу туда и обратно. В основном их бросали пацаны. Мяч прилетал во всех поочередно. За три минуты игры игроков становилось все меньше и меньше. И как бы мне не хотелось этого признавать, но наша команда значительно проигрывала противоположной.  Я стояла чуть поодаль площадки где-то рядом с уголом и внимательно наблюдала за игрой, чтобы в меня не прилетел мяч.  С другой стороны зала ко мне подбегала Лиза с улыбкой в во все тридцать два зуба. Видимо как обычно что-то спросить или рассказать смешную ситуацию, как наш одноклассник Елисей опять запнулся об свою же ногу и упал на ровном месте. Я обернулась в ее сторону. Она меня отвлекла от игры.  Через пару секунд передо мной проносится массивная фигура. Я вижу тыльную сторону мужской ладони перед своим лицом. Рефлекторно делаю шаг назад, пытаясь понять что только что произошло. Матвей с силой откидывает мяч обратно на сторону противников. Я вздрагиваю. Он лишь сверкнул взглядом в мою сторону, прищурив глаза, будто бы проверяя на наличие повреждений. А после сразу же убегает обратно в центр поля. Я пару раз моргаю, пытаясь прийти в себя. В это время подруга меня уже тормошит за плечи, восторженно говоря мне прямо в лицо. — Гроза тебя только что спас от удара! —я пошатнулась, выискивая его глазами в толпе. Высокая каштановая башка увернулась от летящего со всей силы мяча. Я выдохнула и аккуратно убрала руки Афинской со своих плеч и взглянула на нее. — Не видела кто кинул его в меня? —напряженно спросила я, еще раз окидывая взглядом всех людей в этом спортивном зале. У меня были подозрения на пару человек, но это было не точно. — К сожалению нет. —темноволосая пожала плечами, тоже устремив глаза на ребят, которые как ни в чем не бывало продолжали игру. Матвей по-любому знает. Он все же следил за мячом, в отличии от меня. После уроков обязательно спрошу.  Раздевалка опустела быстро. Я переодевалась дольше всех. Лиза ныла у меня под духом о том, чтобы я все делала поскорее. Отправив ее в класс математики с другими нашими подругами, я спокойно продолжила собираться в умеренном темпе, потому и из женской раздевалки вышла самой последней, накидывая кожаную сумку на плечо. Как только я переступила порог, то тут же встретилась глазами с новеньким. А он тут что делает один? Неужто до сих пор переживает. Удивленно вскинув брови, я подошла к нему поближе, как и он ко мне. — Ты в порядке? —тихо спросил парень, засовывая руки в карманы своих черных джинс. Я заправила прядь светлых волос за ушко. Даже окончания уроков ждать не пришлось. Прямо сейчас могу и спросить про моего недоброжелателя на уроке. — Все хорошо. —расслаблено ответила я, складывая руки на груди. — А ты случаем не видел, кто кинул в меня мяч? —осторожно спросив, глянула в сторону окон, через которые виднелось как одноклассники идут по коридору. — Имени я не знаю… —Матвей растерянно почесал затылок, шустро повернувшись туда же, куда я смотрела.  Повернув к нему голову я приподняла светлую бровь, проведя пальцами по пряди волос. Логично, что имени он не знал. Но как то выяснить виновника нужно было. —Может, хотя бы внешне запомнил? Гроза отвел задумчивый взгляд в пол. Он похрустел пальцами и еще раз глянул в сторону коридора, который уже успел опустеть от учеников. Рвано выдохнув он вновь вернул свой взгляд на меня, неуверенно отвечая. — Кажется это был кто-то из парней. —я навострила уши. Мои подозрения на одну из одноклассниц развеялись. Теперь нужно, чтобы Матвей описал внешность этого парня. Так как теперь все подозрения у меня падают на одну очень выделяющуюся личность из класса. — У него то ли светлые, то ли белые волосы. Я так и не разглядел. —новенький растеряно пожал плечами. — Но он точно блондин. Я опешила. Блондин, значит. Белые волосы. Ну, что сказать, это расследование можно назвать официально самым легким в моей жизни. Ведь парень с белыми волосами в классе у нас всего один, так что не догадаться было невозможно.  После кратковременного удивления я расплылась в мягкой улыбке и тихо произнесла, чтобы услышал только Матвей. — Спасибо. —пару секунд поглядев ему в глаза я обошла его физиономию и с громким стуком каблуков об пол ушла следом за остальными одноклассниками на урок математики.  Не сказать, что я в шоке. Но с каждой моей новой мыслью насчет этого инцидента удивление накатывала с новой силой. Теоремы в голову попросту не лезли, так как были заняты другими мыслями. Я нервно грызла шариковую ручку, крепко сжимая ее в пальцах. Цифры получались кривыми и не в клеточках. Слова учительницы я пропускала мимо ушей, смотря в одну точку на парте. — Ты вообще слушаешь меня?! —приличный толчок плеча в мою сторону и агрессивный шепот выбили из навязчивых мыслей. Я машинально повернула голову к подруге, вопросительно приподнимая брови. Сразу поняла о том, что все ее истории я благополучно прослушала.  — Кхм, извини.. —тихо ответив я положила ручку на парту, отводя взгляд куда-то в окно. Метель только началась разыгрываться. Интересно, до конца урока она закончится, или мне придется сегодня надевать капюшон? Шапки то я не ношу уже как пятый год. Не идут они мне, да и я достаточно закалилась для того чтобы расхаживать без шапки в такие морозы как сейчас.  Еще один толчок локтем заставила меня вновь повернуться к подруге. — Да что с тобой? —недовольно, но тихо спросила она, показушно нахмурив густые темные брови. Мне даже на секунду показалось, что Лиза чем-то похожа внешностью с Матвеем. Оба шатены, кареглазые, да и черты лица схожи. Можно подумать, что они брат и сестра. Я вздохнула и склонилась ближе к уху Афинской, чтобы уж точно ни учитель, ни одноклассники не услышали наши секреты. — Я знаю, кто в меня кинул тот мяч. —Лиза дрогнула и с глазами полными интереса посмотрела на меня, еще сильнее пододвигаясь ко мне.  — Петров. —сразу после названной мной фамилии ее глаза расширились по пять рублей. Я пропустила смешок, прикрывая ладонью рот. Именно на эту реакцию я и думала. Много факторов, почему у нее это вызывает дикое удивление. У меня, впрочем, тоже. Очень много вопросов, но ни единого ответа.  Антон был слишком заинтересован своей личной жизнью, чтобы пуляться мячиком в свою когда-то не сбывшуюся любовь. Или не любовь. До сих пор не поняла. Слишком запуталась во всей этой сложной ситуации. Мое чувство разбитости на тот момент было превыше того, чтобы я осознавала чувства других людей.  Антону всегда было не до меня. С самого первого дня пребывания в этом поселке. Несмотря на все мои тщетные попытки завести с ним контакт, он выбрал не меня. На данный момент мне и Лизе его действия казались максимально странными и неуместными. В любом случае.. Может, он просто хотел выбить меня мячом из игры. По факту, в этом и была вся суть. Но зачем именно тогда, когда я оказалась в невыгодном положении, отвлекаясь на подругу. На Антона это не похоже. Он бы не стал бить из подтяжка.  С одной стороны мне хотелось с ним поговорить по этому поводу. Но с другой. Казалось, что смысла нету. Что я могла ему предъявить. «Какого черта ты бросал в меня мяч, когда об этом и расписано в правилах игры». Я буду выглядеть смешно в этом случае.  Это был последний урок. Толпа в раздевалке такая, что яблоку негде упасть. Именно по этой причине я стояла с Лизой в коридоре. Пока я подкрашивала губы перед зеркалом, Афинская напяливала на себя свой длинный черный пуховик. Она должна уже бежать, так как у нее занятия с репетитором насчет экзаменов. Задержаться она никак не могла. В принципе, мне это было на руку. Не будет лишний раз крутиться на крыльце перед Матвеем, которого я еще в начале дня попросила меня подождать у школы, чтобы проводить до дома. Я приобняла подругу на прощание. Она быстро скрылась за дверьми школы вместе с галдящими одноклассницами и одноклассниками. Когда основная масса народа ушла, я направилась в практически опустевшую раздевалку. Сняв с вешалки длинную черную норковую шубу я надевала ее, поправляя капюшон. К счастью, метель утихла, поэтому я со спокойной душой могла идти без капюшона, не переживая за свою прическу. Застегнув ее, я уже собралась на выход из раздевалки. Как внезапно до боли знакомый голос за спиной заставил меня замереть, не позволяя сделать и шага в сторону выхода.  — Быстро ты про меня забыла.  —пафосное хмыканье послышалось со спины.  По телу табуном пробежали мурашки. Я посильнее сжал руки в кулаки и набравшись мужества обернулась назад. Передо мной стоял тот, кого я боялась увидеть. Тот, кто разрушил мою жизнь и забрал все надежды на лучшее, разбив мои радужные представления о настоящей любви. Я тяжело вздохнула. На глаза еле заметно выступили слезы. Но быстро поморгав, они молниеносно испарились. Человек передо мной стоял с довольной омерзительной ухмылкой, будто наслаждаясь моим одним беспомощным видом перед ним. Мои пальцы похолодели, трясло ненормально. Я свела брови к переносице, окидывая человека перед собой грозным взглядом. Но не столь он был грозным, сколько болезненным. — Ты.. — шепотом  начала я, но меня тут же перебили, не давая связать и пары слов для ответа. Голос был низким, почти насмешливым. С каплей серьезности и незаинтересованности.  — Ответь мне на один вопрос. —Антон качнул белобрысой бошкой вбок, впиваясь в меня своими серыми глазами. Теперь, когда он начал носить вместо очков контактные линзы, его глаза показывались во всей своей красе. Глубокий и долгий взор, под которым хотелось стать меньше, дабы он меня не заметил.  Он понизил голос до хрипотцы. Тихий, настойчивый.  — Почему ты с ним так добродушна? Помнится, что со мной ты такой не была. —он засунул руки в карманы своих брюк, искусно вскидывая белые брови, намеренно ждав от меня ответа. Я дрогнула. Он заметил? Серьезно? С каких пор это ему интересно, как я общаюсь с другими людьми. Петров всегда был самовлюбленный. Редко думал о ком-то кроме себя. А тут вдруг в один день сразу столько внимания с его стороны. И на физкультуре, и сейчас. С одной стороны подсознательно мне даже было частично противно с ним общаться. На то было много причин. Но с другой стороны, сердце предательски пропустило удары. — Ты изначально выбрал не меня. — холодно, без эмоций на лице отрезала я, сложив руки на груди. Окончательно опустевшая раздевалка давала полную свободу для слов. Никто не подслушивает, ни при ком мы не выясняем отношения.  Ну, естественно, на его выбор поспособствовало немало внешних факторов. В шестом классе, как только он перевелся. Моя лучшая подруга Полина Морозова стала эпицентром всего этого скандала. Именно с нее все и началось. В первый же день, когда я ушла пораньше со школы, она сразу после уроков побежала к Петрову под предлогом «подружится». Дошло до того, что он ее в это день провожал до дома. О их дружбе я узнала не сразу. Но как только узнала, то не знала как действовать, поэтому только усугубляла ситуацию своими ссорами с Антоном постоянно из-за каких то мелочей, все еще пытаясь привлечь его внимание к себе. На тот момент я не понимала и, наверно, даже не задумывалась о том, что он тоже чувствует обиду от моих слов в его сторону. Если бы какой-нибудь умный человек тогда мне объяснил, как себя вести с объектом своей симпатии, может сейчас сложилось бы все по-другому. Полине о чувствах к Петрову я так и не рассказала. Каждый день при виде того, как они мило общаются вместе злость пожирала меня изнутри. Ревность, непонимание почему она, а не я. Добавлялись ссоры и с ней на ровном месте. Единственной радостью было тем, что нашелся еще один человек на моей стороне, что также был против союза Морозовой и Петрова. Но о нем чуть позже. Один только человек узнал о моих чувствах. Это был сам Антон. К сожалению, я не успела. И на момент нашего разговора он уже встречался с Полиной. Позже о моей любви к белобрысому узнала практически вся деревня, от чего все стояли на ушах от этой новости, ежедневно на протяжении месяца беря у меня интервью насчет этой ситуации и и приставали с никому не нужными расспросами. Знала бы, что тогда это было только начало всего того ужаса, который мне предстояло пройти. Думаю, если бы я в том далеком шестом классе рассказала Морозовой о всех своих мыслях насчет Антона, сейчас все могло бы сложиться совсем по-другому. Это еще не конец истории, а начало. — Что мне по-твоему было делать? Сидеть и ждать, пока ты с этой шалавой нагуляешься. —фыркнув, я отвела негодующий взгляд в сторону выхода из раздевалки. Там за все время прошла только уборщица. Интересно, а Матвей меня ждет на крыльце? Или, все же, решил слинять? Тьфу ты, да какой Матвей. О чем я вообще думаю. Тут ситуация будет поинтереснее.  И да, о Полине я отзывалась именно так. И ни капли не жалею о своих словах. Я могу ей хоть в лицо, хоть ее деду так сказать про нее, мне это не составит никакого труда. Потому что на правду не обижаются. Полину все считают добродушной, умной, галантной девушкой. Спешу огорчить, она только выставляет себя напоказ такой милой девочкой. Я все же с ней долго дружила и знаю многие скелеты в шкафу. Морозова очень двуличная сама по себе. Подлизывается к парням, вешается на них. В лицо может говорить одно, а за спиной противоположное. Мне было искренне жаль Антона, что ему досталась такая девушка как она. Да, первая скрипка в деревне. Да, умная, красивая. Зато как личность ее знали единицы. Слова о ней я назад брать не собираюсь. Все прекрасно знают, даже сама Полина о том, как и почему я о ней так отзываюсь.  И нет, я злилась на нее вовсе не из-за того, что она якобы у меня увела «любовь всей моей жизни». Вовсе нет. Это всего то верхушка айсберга. Проблема таиться намного сильно глубже. Обычно, всегда, когда я о ней так отзывалась, Антон защищал ее имя и заступался. Меня все больше и больше удивляла его поведение за сегодняшний день. Петров даже не соизволил сказать что-то против моим словам о его девушке. — Ответь на поставленный вопрос. —Беловолосый оперся плечом о бетонную стену, окрашенную в салатовый цвет. Сверху заметно облезла штукатурка.  Я выпрямилась по струнке, бегая глазами куда угодно, лишь бы ни на Антона. А что мне говорить? То что я была маленькая и глупая для того, чтобы адекватно подойти и познакомиться с ним? Это не в моем стиле. Да и тем более после всего, что было между нами говорить о таком.  Я фыркнула, поправляя свои уже успевшие разлохматиться волосы.  — Матвей будет поприятнее в общении. Ты только и умеешь язвить, да врать. —я ничего не придумала лучше, кроме как сравнить их обоих. И мои слова чистая правда. Петров тоже не такой белый и пушистый, каким кажется на первый вид. Он частенько любил привирать. Не только мне. Своим ближним людям из окружения. Сколько историй я выслушивала от бедной Полины, которая то и дело каждый раз плакалась мне в плечо, мол, что он опять ей соврал. Думаю, у многих созрел вопрос: «Что значит выслушивала?». Конечно, на момент когда они встречались у меня все еще были чувства к Антону, но об этом всем чуть позже.  — Да что ты? —беловолосый самодовольно хмыкнул, всем своим видом пытаясь доказать свое превосходство и самолюбие. Или же просто хотел внушить, что я обманываю сама себя и этот Матвей ничто и никто по сравнению с ним. Отчасти, это так и было. Но я уже не буду говорить об этом Петрову в лицо. Он итак высокого мнения о себе. Пусть ему его и без того завышенное эго поднимает кто угодно кроме меня. Я уже участвовала в этом спектакле, мне хватило. Сейчас меня интересует только одно. Какого хрена он вообще стоит и так спокойно обсуждает все темы, как никак, но затрагивающие наше с ним прошлое, если у него есть девушка? Кажется, пока этот вопрос от меня был здесь неуместный, и про Полину пока лучше промолчать.  Я так давно хотела поговорить с ним вот так. Наедине, без лишних ушей и разговор. Даже без той самой Лизы, которая по-любому бы начала сглаживать все острые углы. Да в принципе, не обязательно на какие-то серьезные темы. Так, о чем-нибудь хотелось поболтать. Мне нравилось мировоззрение Антона и то, как он рассуждал. Всегда.. По-взрослому? Не как остальные ребята из класса. Предчувствие, будто Петров заранее продумывает все варианты развития событий и шаги в их случае.  Антон отлепился от стены и начал медленно подходить ко мне, не отводя глаза ни в одну сторону кроме моих. В этот момент у меня предательски задрожали руки. Я тут же завела их за спину, дабы он не увидел моих переживаний. Антон медленно обошел меня. Я чувствовала его взгляд на себе. Он осматривал меня, словно ученый на какой-то редкий экспонат. Спустя круг остановился сзади меня. Чувство паники не покидало меня, а только нарастало с новой силой. Я вернула руки перед собой, сцепив их в замок. Чувствовала тяжелое дыхание сзади себя.  — Может, мне стоить напомнить, от кого ты вечно шарахалась в коридорах? —тихий шепот обжег мне ухо. Я вздрогнула, но оборачиваться не стала. Застыла как статуя, не в силах повернуться к нему и заткнуть. —Кто боялся моего мнения как огня? Вздрагивал от одного случайного прикосновения? —голос его постепенно становится более громким, а сама интонация сладко-наглая. Он перечислял все мое поведение после того, как я ему призналась. И да, любое его появления перед моим взором раньше вызывало жуткую тревогу и опасение непонятно от чего. Страх его эмоций и мыслей в мою сторону стали центром всех моих страхов по поводу этой беловолосой ходячей проблемы. А уж про прикосновения ко мне отдельная история. Даже случайные толчки воспринимались мной слишком серьезно, чем должно было быть. Одним словом-влипла я по полной. — И после этого ты мне затираешь какую-то хуйню про то, что этот городской тип лучше меня? —его тон заметно повысился. Его лица я не видела, так как стояла спиной к нему, но я четко знала, что брови его сдвинуты к переносице. Раздражение нарастало с каждым его вздохом в мое ухо. Хотелось крикнуть ему что-то по типу: «Да нет, ты не правильно понял!». Или же: «Я так правда не считаю, ты во всем лучше, Антон». Но что-то мне не давало это сделать. Может, собственная гордость. А может, кое-что глубже обычной гордости..? Меня будто осенило, стоило только вспомнить про Морозову. Я резко обернулась к нему. Глаза горели, а гадкие слова уже вот вот подкатили к горлу. Хотелось кричать и плеваться им в них. Но я сдерживала себя как могла. — Что тебе от меня надо?! —выкрикнула я на всю школу. Руки сжались сами по себе. Я сделала уверенный шаг вперед, сокращая между нами расстояние. Антон выглядел непривычно расслабленым для такой ситуации. Я не могла прочитать ни единой эмоции на его лице. То ли он злился, то ли внезапно погрустнел. Не понимала. — Я тебе всю душу тогда вывернула, но ты меня просто выбросил из своей жизни как ненужный мусор! —я ткнула пальцем в его грудь, делая мощный напор вперед, впиваясь в глаза напротив своим яростным взглядом. Чем больше я вспоминала, тем обиднее становилось на душе. Я бы могла сказать еще кучу ненужных грязных слов. Но, думаю, сейчас это уже неуместно. Они нужны были раньше, когда все еще не так далеко зашло. На данный момент самым лучшим вариантом будет как можно скорее уйти отсюда. И, желательно, целой и невредимой.  Я оттолкнула Антона от себя. Он только пошатнулся, немного отходя от меня. Глаза мои за секунду стали леденея снега. Я махнула рукой — Вот и сиди теперь в своем болоте. А про меня забудь навсегда. —развернувшись, я быстрым и уверенным шагом пошла на выход из раздевалки. Петров никак не реагировал на мои слова. Совсем никак. Не кричал в ответ, не язвил, не злился. Не разочаровывался и не грустил. Сложно предугадать, о чем в данную секунду думает этот человек. Хотя, порой, так хотелось. Напоследок я обернулась, оглядывая его физиономию с ног до головы, что пристально смотрела мне в затылок. Я сбавила тон и лишь недовольно кинула. — И с мячом у тебя дурацкая идея. —после этих слов я скрылась из раздевалки. Никто за мной не пошел. Это уже радует. Наверное. Сердце стучало бешено. Я его чувствовала и слышала. Дыхание сперто. Меня больше всего шокировал даже не его неожиданный визит, а тот факт, что я смогла без всякого сомнения и сострадания уйти оттуда, да еще и победительницей. Я уверенна больше чем на сто процентов, что мои слова его задели точно также и заставили задуматься. Он и вправду меня отшивал. Я раскаивалась за свое поведение, но он все равно выбрал не меня. Пусть теперь не смотрит в мою сторону. Сам виноват. С горем пополам я наконец вышла из школы. Щеки и нос сразу обжег морозный ветер. Холод освежил голову моментально. Хлопья снега продолжали медленно и умеренно падать на землю. Я огляделась и увидела очень интересную картину. Ох, одна ситуация не легче другой. Перед моим взором показался знакомый только за сегодня рюкзак. Дождался все-таки. Какой молодец, на морозе простоял тут долго. Только вот одно я не учла. Матвей то новенький не только для меня. Другим тоже интересно с ним познакомиться и пообщаться. Как бы я этого не хотела, все равно рано или поздно случилось то, чего я боялась больше всего в жизни.  Рядом с Грозой стояли два высокий до жути и дрожи знакомых силуэта. Я тяжело выдохнула, отчего из носа пошел белый пар. Недолго думая, я двинулась по крыльцу, спускаясь на покрытых льдом ступеньках.  Чуть не поскользнувшись на одной из них я направилась к этим троим. Волосы мои развивались на ветру. А ребята уже заметили меня и повернули головы в мою сторону. От взгляда одного из них мне стало максимально не по себе, но я этого старалась всеми силами не показывать.  Пятифанов как обычно косо пялился в мою сторону. Впрочем, мой красноречивый взгляд на него взаимен. В этом плане мы с ним очень хорошо понимаем друг друга. И все же, к такому взору его волчьих следящих глаз я до сих пор не привыкла с конца девятого класса. Я уже примерно представляла что за сцена начнется. Лучше бы я с Грозой весь день ходила и держала около себя, чтобы потом вот таких сюрпризов не видеть. Зря я Матвея оставила ждать меня одного. Ох как зря.