Ночной поезд

Часто ли вам снятся реалистичные сны, в которых вы являетесь собой, но при этом проживаете иную жизнь? Мне – довольно редко, но сегодня тяжело проснулся утром. Возможно, весточки друзей о том, что в Москве настоящая зима и мысли о предстоящем туре так повлияли на подсознание.   Снился вечерний Казанский вокзал. Сильный холодный ветер пробирал до самых костей. Я торопился на экспресс, отправлявшийся в один губернский город. В одной руке находился небольшой темно-коричневый чемодан, в другой – темно-серый портфель с кожаными ремешками. Рядом со мной шел незнакомый мужчина с черными усами и в шляпе, несший мой багаж в виде двух массивных сумок (судя по нашему внешнему виду меня унесло в начало 20-го века). Я был одет в черные брюки со стрелками, в черную дубленку с массивным меховым воротом. Шею прикрывал вязаный белый шарф, а уложенные с помощью геля пепельные короткие волосы скрывались под «цилиндром». Как это обычно бывает, на перроне пассажиры, толпившиеся у входа в вагоны, ждали момента, когда могут скрыться от мороза, вызывавшего покраснения щек и носов. Паровоз выпускал клубы бело-серого дыма, а я «летел» ко второму вагону, оставляя на промерзшей и грязной снежной «каше» следы от остроносых ботинок с маленьким каблуком. - Добрый вечер, господин! – меня поприветствовал железнодорожник в синем мундире. - Добрый, - слегла улыбнувшись, ответил я, вложив в его перчатку свои документы. - Вы следуете до конечного населенного пункта? – уточнил седовласый мужчина, внимательно читавший билет. - Да, у меня там выступление завтра. - Ох, простите, Филипп, я вас сразу не узнал, - начал оправдываться он. – Кажется, мы поедем вместе с вьюгой. В конце пути, на границе металлического навеса, прикрывавшего платформы, кружился снег, искрившийся в свете уличных фонарей из-за низкой температуры.  - Что ж, главное – доехать! – воскликнул я, поднимаясь в вагон. - Доедем! Куда мы денемся!? Утром прибудем!    Вот что мне этот вокзал снился? Этот поезд, то купе первого класса, когда я уже переодетый во фрак с атласными лацканами, в белый жилет, накрахмаленную рубашку с «бабочкой» сидел и писал слова на бумаге пером?   - Сударь, не желаете горячего чаю с лимоном? – ко мне постучал тот проводник с добрыми голубыми глазами.   - Нет, спасибо! Я скоро пойду в вагон-ресторан и выпью чего-то покрепче. - О, я слышал там приготовили потрясающие блюда, а начальник поезда не скупился на приобретение напитков для господ. - Это радует, - ответил я, упершись рукой об подбородок.  - Что ж, не буду мешать…, - сказал любезный мужчина, прикрыв за собой дверь.  Отклонив корпус на широкую спинку кресла, обитого красной тканью с золотистыми лепестками, я снял с носа пенсне и бросил взгляд на светло-серый лист. Новый текст будущей песни, возможно, напишется этой ночью, ведь тишина и уют безмолвно говорили, что самое время писать. Переведя взгляд на окно, сделанного из красного дерева, смотрел как мимо проносятся крупные снежинки. Глухой свист ветра и черные леса, накрытые толстым слоем белого покрывала, не вызывали никакого желания покидать вагон во время первой остановки.  - Что хочет сказать тебе твое сердце? – вглядевшись в слабое отражение, спросил у самого себя. Стоявшая на столике лампа со свечой отбрасывала блики на окно. Тени мягко ложились на мое лицо. Немного нахмуренные густые брови говорили о задумчивости их обладателя. В бездонных глазах отражались точечные язычки пламени. Собственный взгляд показался тяжелым. Возможно, это все сумбурный день дома, суета на вокзале и круговорот идей, которые поэтапно предстоит воплощать из-за их отличий.    «Что хочет сказать тебе твое сердце?» - этот вопрос всплыл в голове, когда сел в самолет, летевший до «Большого яблока»*. Сердце, о чем ты молчишь, ведь все у нас хорошо?! Я доволен тем, как начался год, который пользователи соцсетей считают новым 2016-м. С волнением предвкушаю важные февральские дни. Набросив на кепку капюшон серой толстовки от Balmain, уставился в иллюминатор. Скрестив на груди руки, взглянул на хмурое дождливое небо, пытаясь вспомнить сон с поездом.    К слову, смутно помню конец сна и те строчки, которые написал. Блин, надо держать под подушкой блокнот с ручкой, чтобы так глупо не терять идею. Вглядываясь в тучи, четко видел себя, сидевшего в черном фраке за черным, сверкавшем от чистоты, массивным роялем. Сценический свет освещал его и мою высокую стройную фигуру. Пальцы, свободные от весомых золотистых перстней, плавно ложились на черно-белые клавиши. Собственный голос наполнял небольшой зал театра оперы, который, казалось, погрузился в некий гипноз. Сидевшие на бордовых мягких стульях, галантно одетые мужчины и женщины, молча наслаждались одиночным исполнением и мелодиями, исходившими от музыкального инструмента. Каждый новый аккорд словно мой новый вдох. Так легко давно не дышал… Удивительно, на что способна музыка: то она заставляет нас унестись в прошлое, то в собственные мечты, то пробуждает в нас чувства, которые мы сами в себе заперли, вызывая тем самым на глазах слезы, то заставляет радоваться и ощущать себя самым счастливым человеком на свете.    Механический голос пилота самолета вернул меня к реальности. На округлое окошко брызнули первые капли.  - Давай сходим на какой-нибудь мюзикл? – предложил я рядом сидящему со мной человеку. Вместо ответа лишь услышал звуки громкой музыки сквозь беспроводные наушники. Мельком посмотрев на него, заметил, что его глаза пристально уставились вперед (возможно, на работников авиакомпании). «Ладно, на месте разберемся», - заверил сам себя и снова откинувшись на подголовник удобного кресла, бросил взгляд в окно. Вместе с нашим самолетом пришел в движение еще один. Припустив козырек кепки и прикрыв глаза, старался вернуться в тот ночной поезд, следовавший на юго-восток мимо густых зимних лесов. Я видел перед собой листок, тускло освещаемый свечей, чернильное перо и несколько строк: «Новый поезд унесет меня в ночи/ Туда, где ветер поет о любви без слов/ Знаешь, лучше ее не ищи/ Ее сила - вне сил любых оков.» «Вот оно что…», - хмыкнул я, радуясь «воспоминанию» своего сонного творения.  Ощущая как авиалайнер набирал высоту, внутри себя четко слышал удары колес об рельсы и восторженные голоса пассажиров, узнавших, что знаменитый артист едет вместе с ними в город с длинной речной набережной, который на самом деле проводил меня и мою команду по-настоящему новогодней погодой. _____  *«Большое яблоко» (англ. «The Big Apple») – прозвище Нью-Йорка, возникшее в 1920-х годах.