До 10

— Считай до 10, мы сегодня одни.

— Для чего? Ты как ребёнок.

— Просто посчитай.

— 1?

Тонкие пальцы потушили окурок о стены подъезда, а темные пряди упали на лицо, скрывая за собой слабые синяки от недосыпа. Красиво. Череватый надевает черную водолазку. Его внешний вид — эталон каждой девушки. В горло падают первые за день капли алкоголя, а движения становятся более раскрепощёнными. Пусть Влад и популярен среди женского пола, его детство сильно повлияло на него. Теперь ему очень трудно воспринимать чувства, наполненные любовью. Любые его отношения он считал лишь мелкой интрижкой.

— 2.

Входная дверь квартиры №203 наглухо заперлась. Сейчас друг на друга смотрели совершенно чужие глаза. А ведь раньше в них пылал огонь и царствовали чувства. Как жаль, что сейчас это забылось, и единственным воспоминанием является эта квартира, которую они все еще делят.

—3.

Каждую ночь Влад куда-то уходит, оставляя Шепса совсем одного в квартире. Словно играет в прятки, странные повадки. Он всегда все близко принимает к сердцу и пугает этим все свое окружение. Стоило что-то сказать неправильно — ты становишься врагом №1. К таким людям у него пропадает всякая жалость. Он может как кричать, так и просто молча смотреть. И довольно сложно определиться, что из этого хуже. А самое главное, что он сам понимает, что это аморально. Но жизнь по принципу : „Не убьешь ты—убьют тебя“ дает о себе знать.

—4.

Каждый божий день Череватый ловит на себе чужой сухой взгляд, который вызывает раздражение и ненависть. Но и сказать нечего — слова застревают в горле. Когда-то этот взгляд значил для него многое. В нем можно было утонуть, а он был готов прыгнуть в него самостоятельно. Даже с камнем на шее. Даже зная, что выплыть не получится. Он был готов убить себя сам. Но сейчас он не хотел ничего из этого. Его единственным желанием является переезд, что бы больше никогда не видеть этого человека. Можно ли Олега назвать человеком? Определенно, но не всем. Далеко не всем. И Влад склоняется к отрицательному варианту. Теперь склоняется

—5.

Когда-то в этой квартире молодая пара была готова придумывать причины не выходить на работу и брать отгулы, ссылаясь на самочувствие. Однако на самом же деле они просто не хотели покидать дом. Хотелось просто лежать в обнимку с любимым человеком, даже не задумываясь, как все обернётся.

—6.

Олег всегда тратил крупные суммы на врачей своей семье и близким людям. Однако на себя ему было все равно. Свои раны он даже не обрабатывал, что уж говорить о больницах и поликлиниках. Огромный отпечаток оставило детство. То, что он неоднократно лежал в больницах из-за своих же увлечений до сих пор всплывает в памяти камнем. Было невыносимо видеть обеспокоенные лица родителей.

—7.

Череватый, приходя после работы, всегда ждал Олега, не смея и крошки в рот положить. А когда тот оставался в Самаре, то у Влада полностью развязывались руки. Он либо напивался дома в одиночестве, либо уходил в клубы и чужие квартиры, после чего его приходилось искать, обзванивая всех друзей. В одну из таких ночей он встретил девушку, что сильно запала ему в душу — яркая фигура, красивые черты лица, легко доступная, а на характер уже, впрочем, все равно. 1 измена.

—8.

Позже Шепс начал замечать, что из всех чувств к Владу осталось лишь недоверие и отвращение. Отвращение к запаху, голосу, волосам и, что самое главное, его присутствию рядом. Когда Череватый стал ощущать отношение к себе, раздражение к такому близкому когда-то человеку выросло. И тогда, уйдя из дома, ему приглянулся смазливый парень, что явно засматривался на него. Чернокнижник чувствовал к нему все, кроме любви. Да, он его хотел. Но лишь для достижения эвтюмии.

—9.

Когда-то в этой квартире царила любовь и счастье, однако сейчас лишь отвращение и раздражение. Но, к несчастью обоих, разъехаться — лишь мечта. Им остаётся лишь пересекаться на кухне по утрам перед работой, не желая обмениваться и словом. Со временем стало понятно, что никто из этих двух не способен любить. Череватый старается отомстить всему миру, что у него было отвратительное детство, которое ему даже вспоминать мерзко, а Шепс старался убедить себя, что у него есть к нему чувства. Эти чувства являлись всем, чем угодно, но не любовью.

—10.