После долгой разлуки

Дэннис тяжело выдыхает, когда практически падает в кресло и утыкается взглядом в монитор. Но вместо того, чтобы сфокусироваться на карте пациента и начать заполнять её, он неприятно морщится и поджимает губы. И прищуренный взгляд Сантос ему совсем не помогает. Сегодня была первая смена, когда вернулся Доктор Робби. Первая смена, когда весь персонал смог спокойно выдохнуть и начать обсуждать, как отметить это маленькое событие. И Уитакер, окрылённый чувством лёгкости от нахождения старшего рядом, до самого обеда трудился без устали. Всё шло как по маслу: ни один пациент не умер, ночная смена не преподнесла никаких сюрпризов, он ни разу не сменил свою униформу, что было просто удивительно! Весь день обещал быть хорошим, время текло быстро и плавно, даже Тринити язвила меньше обычного, занятая своей работой. Всё случилось в комнате отдыха. Дана отправила Уитакера на обед, мягко намекнув ему, что урчание его живота жутко отвлекает, а тот не смог воспротивиться её твёрдому взгляду и спешно ретировался с поднятыми руками. Он стоял у стола в ожидании когда закипит чайник и постукивал пальцами по деревянной поверхности, когда сзади него распахнулась дверь, на несколько мгновений впустив в комнату шум из отделения. Дэннис даже не успел обернуться, как на его плечо легла тёплая широкая ладонь, а сверху раздался спокойный голос Робби. — Решил передохнуть, Уитакер? Хорошая мысль, ты всё утро носился по отделению, словно ураган. — голос Майкла, как и всегда, был наполнен спокойствием и теплом. Дэннис не успел собраться сразу, уставившись на мужчину и осознав, что это был первый раз за целых три месяца, когда они контактировали вот так. Ощущение, не забываемое и чертовски приятное, словно патока начало медленно разливаться по всей спине новоиспечённого врача. — Да... Дана пожаловалась, что урчание моего живота смущает всех вокруг. — с улыбкой и на выдохе ответил Уитакер, опустив глаза к своей кружке. — С ней лучше не спорить. — Ну да.. И наступила неловкая тишина. Дэннис ждал, когда вода закипит, чтобы сделать себе чай, а Доктор Робби рылся в ящиках, чтобы взять себе кружку для кофе — его собственная чашка стояла забытая на кухне. И ничего не предвещало беды. Но рука Майкла никуда не делась. Она всё также лежала на плече парня, осторожно его сжимая, а когда молчание слишком затянулось, пальцы сдавили сильнее. Едва заметный жест, но Уитакер вскинул голову, встретившись с карими глазами напротив. И этот взгляд заставил его замереть, буквально проглотив собственный язык. — Мне рассказали, как ты тут справлялся все три месяца. Как ты держался, как направлял других студентов... ты молодец. Ты проделал отличную работу, Дэннис. Я очень горд тем, что я твой наставник. Ладонь Доктора скользила по плечу и предплечью Уитакера, поглаживая его и слегка сжимая. Затем он улыбнулся, от чего вокруг тёмных глаз разбежались лучики морщин, похлопал парня между лопаток и, прихватив кружку, бодрым шагом вышел из комнаты. А у Дэнниса, кажется, сбился ритм. Он даже поблагодарить за похвалу не успел, неловко вздохнув и пару раз открыв рот. Он проводил старшего взглядом, полным одновременно растерянности и обожания, и схватился за край стола, уверенный, что его коленки просто не выдержат. Да, за последний год он набрался опыта и вместе с тем уверенности, но он понятия не имел, что чужая похвала может быть такой обезоруживающей... ладно, дело было вовсе не в словах. Дело было в том, кто произносил эти слова. И с той минуты всё покатилось к чёрту. Из собранного доктора Уитакер снова превратился в неуверенного студента, а присутствие Доктора Робби только усугубляло ситуацию. Всё валилось из рук, перчатки рвались, разум разрывался между текущими задачами и ситуацией в комнате отдыха. Эта перемена, такая внезапная, просто не могла укрыться от остальных. И кто Сантос такая, чтобы оставить это просто так? — Что такое, Гекльберри? Вспомнил былые времена? И Дэннис весьма успешно игнорировал её усмешки, взгляды и прочие фразы, которыми они перебрасывались с Принцесс. Но затем он увидел, как остальные делают ставки на то, как быстро он снова налажает, а Тринити, знавшая Уитакера чуть лучше остальных, поставила на то, что в течение следующего часа он сменит свой костюм. — Спасибо, Дэнни. Форма не жмёт? — бросила весело девушка, пересчитывая купюры и пряча их во внутренний карман. Уитакер лишь обречённо вздыхал и мирился с происходящим, умоляя свой мозг взять себя в руки. Дана видела, как парень буквально молился, сидя за компьютером и сложив ладони в соответствующем жесте. Жаль, что это не помогло. Ещё тяжелее было не смотреть на Доктора Робби, словно ласковый щенок, и не спотыкаться о собственные ноги, когда тот улыбался ему сквозь стеклянные двери. Майкл даже пару раз подходил, спрашивая о том, всё ли в порядке, и хлопал по плечам, стоило Дэннису заверить, что он в норме. Всё чаще бедняга бросал взгляд на часы, ругаясь себе под нос, когда стрелка оказывалась не достаточно далеко от своего прошлого положения. Но всему есть конец, даже томительной, бесконечной смене длинной в двенадцать часов. Когда начали подходить люди ночной смены, дневная только собиралась уходить. Кто-то сбился в небольшие группы, собираясь в парк напротив выпить пива, кто-то торопился домой, отмахиваясь от настойчивых предложений и уповая на усталость. Уитакер забирал вещи из шкафчика, проклиная себя за то, что в какой-то момент решил, будто смена может пройти гладко. Ну да, конечно... накаркал, идиот! Он хотел добраться до дома как можно скорее, желательно без шуток Сантос, принять горячий душ и погрузиться в блаженный сон. Последнее, увы, было маловероятным — очень сомнительно, что его возбуждённый мозг позволит ему так легко заснуть. — Дэннис? Упомянутый доктор вздрагивает, резко выныривая из собственных мыслей. Он задумался так крепко, что даже не заметил, как застыл на одном месте, сжимая кофту и рюкзак. Крутанувшись всем телом влево, Дэннис видит Майкла, плечом привалившегося к шкафчикам и мягко, едва улыбающегося. — Вы меня напугали... — отвечает Уитакер на выдохе, расслабляя напрягшиеся плечи. — Я заметил. Ты как? — Я? Да... порядок. Просто снова нелёгкая смена... Оправдание звучало жалко и совершенно неубедительно, о чём свидетельствовали глаза напротив. И если весь остальной коллектив мог только гадать, что выбило парня из равновесия, то Доктор Робби был тому свидетелем. И одновременно причиной. — Помнится мне, перед моим отъездом ты был гораздо собраннее. Таким я тебя видел последний раз, когда ты только пришёл в наше отделение. Голос Доктора Робби не звучал жёстко или с укором, он абсолютно точно вкладывал в свои слова заботу, этим показывая, что не собирается отчитывать подопечного. Но его скрещенные на груди руки, его непринуждённая поза сбивали Уитакера. — Я.. — Дэннис принял ещё одну попытку оправдаться, и снова провал. Он вздохнул, копируя позу старшего, и опустил взгляд вниз. Он сам признался себе в этом только недавно, возможно пару часов назад, и теперь говорить это кому-то другому казалось почти невозможным. Словно это будет звучать слишком глупо или неправильно. — Вас так долго не было... все эти нововведения, перемены. Они были незначительными, но без вас ощущались очень странно. — Дэннис говорил тише, чем обычно, пожимая плечами и делая паузы, чтобы собраться с мыслями. Он не хотел поднимать глаз, точно зная, что собьётся и разговор зайдёт в тупик. — Но теперь вы здесь, так что всё постепенно возвращается в своё русло... — ещё одна неловкая пауза, чтобы сделать тихий вдох. — Я не ожидал, что вы похвалите меня. Это приятно, правда, спасибо вам! Просто... — Так ты скучал по мне? — вопрос прозвучал неожиданно близко, и Дэннис рефлекторно вскинул голову, шире раскрыв глаза. Доктор Робби стоял ближе, гораздо ближе, чем чёртово мгновение назад. Он также небрежно опирался плечом о шкафчики, но буквально нависал над Дэннисом, а его губы были растянуты в улыбке. Уитакер был застигнут врасплох, буквально обезоружен и не в состоянии что-либо предпринять! Разве что он смог кивнуть, словно китайский болванчик, но на этом всё. А Майкл тихо усмехнулся, не зная, что ему делать с этим... Уитакером. Как не улыбаться, поймав на себе его взгляд, как не трогать, когда тот стоит рядом, как не волноваться, когда он такой потерянный. И всё оказалось проще, чем он думал. Мужчина пользуется заминкой, потирая шею сбоку. Он переступает с ноги на ногу, осматриваясь в коротком коридоре и надеясь, что ни одной медсестре не придёт в голову внезапно пройти здесь. Молиться бесполезно, Бог точно не услышит его молитвы, зная, что произойдёт дальше. — Я рад, что ты ждал моего возвращения. И, поверь, я не меньше тебя желал нашей встречи. — Доктор Робби... Дэннис вжимается в спиной в дверцы позади, чувствуя, как кодовый замок упирается ему в лопатки и поясницу. Его дыхание замирает где-то в горле, а лёгкие сжимаются, отказываясь вентилировать — и всё потому, что Майкл стоял прямо перед ним, нагло ухватившись одной рукой за верхний край ячеек и своей широкой фигурой почти закрыв от остальных. — И ты весь день не давал мне покоя. — Майкл говорит это тише, вкрадчивее, наклоняясь ещё немного, ровно настолько, чтобы их носы едва соприкасались. Сердце парня билось где-то в голове, потому что он отчётливо слышал его стук у себя в ушах, а ноги, кажется, приросли к полу. Он дышал часто, коротко и ужасно тихо, чувствуя, как ему начинает не хватать воздуха. По рукам бежали мурашки, а весь шум, который был вокруг, практически полностью стих. В голове ураганом сталкивались мысли, одни кричали бежать, вторые толкали вперёд, а третьи уже потеряли сознание!— Доктор Робби решил сам, плавно подавшись вперёд и прижавшись к сухим губам Дэнниса. Поцелуй не был страстным, не был настойчивым или пронизанным похотью — он был мягким, осторожным и ненавязчивым. Словно скромное предложение, озвученное шёпотом. И Дэннис ответил на него, зажмурившись до белых пятен перед глазами. Он шумно выдохнул через нос, подавшись вперёд в ответ, и нетерпеливо смял губы напротив, моментально ощущая встречное давление. Они целовались аккуратно, но быстро и спонтанно. Словно два школьника, после уроков спрятавшиеся за школой под окном учительской. Вторая рука Майкла осторожно легла на щеку Уитакера, а тот в свою очередь жался ближе и забавно пыхтел, словно бежал марафон. Поцелуй длился всего пару мгновений, пол минуты от силы, но казалось, словно прошла целая вечность. Робби отстранился первый, вспомнив, в каком они месте находятся, и не смог сдержать улыбки, когда Дэннис потянулся за ним следом. Ему было мало. Им было мало. Уитакер открыл глаза, а его грудная клетка ходила ходуном. Взглядом он бегал по лицу мужчины, считывая его эмоции и реакции, а сам облизывал собственные губы, словно не мог поверить в случившееся. Хриплый голос Робинавича заставил его окончательно взять себя в руки. — Иди домой, Дэннис, отдохни как следует, хорошо? Я хочу, чтобы ты был собранным для меня завтра. — Д-да... Да, хорошо. Голос Уитакера подрагивал от переизбытка эмоций, но мягкое поглаживание по щеке от Майкла позволило сделать глубокий вдох. Доктор сделал плавный шаг назад, не отрывая тёмных глаз от взволнованного лица, улыбнулся и кратко кивнул, прежде чем заставил себя развернуться и направиться подальше, пока не наделал ещё глупостей. У Дэнниса было чуть больше времени, чтобы попытаться прийти в себя, но и этого оказалось ничтожно мало. С трясущимися руками, с блеском в глазах и румянцем на ушах он поспешил на выход, неловко прощаясь со всеми, кого видел. Тринити уже ждала на улице, явно недовольная тем, что простояла у входа так долго, но её колкая фраза была проигнорирована. Девушка недовольно фыркнула, используя фирменное прозвище, чтобы вывести друга из мира грёз. Как жаль, что в ближайший час все её попытки точно будут безуспешны.