Ну, может ещё встретимся

Пожалуй, все дети любят дни рождения. Атмосфера праздника —что-то по-настоящему волшебное. Чем старше, тем умнее, чем старше, тем выше, чем старше, тем больше тебе дозволено; плюсы можно перечислять бесконечно. Вкусный и большой торт, красивые наряды, каждый год разные. И много-много подарков. Кому такое может не нравиться? —Ру! А почему мы ни разу не праздновали твой день рождения? — спросила Агнес, пока тот старательно пытался заплести ей красивую косичку из тёмных, почти чёрных волнистых и непослушных волос. —Ну.. — стыдно было признавать, но мальчик даже не знал, сколько ему сейчас лет. Кажется, когда мама была жива, они праздновали его день рождения, когда деревья уже приобрели жёлтый окрас, но листья ещё не полностью опали. Значит, осенью? —Когда у тебя день рождения? —Осенью, — твёрдо ответил мальчик. —Когда?! —Я…не знаю, когда. Агнес, я…я даже не помню, сколько мне лет. Простите пожалуйста. Принцесса обомлела и резко повернулась лицом к Ру, не дав ему закончить плести косичку. Поморщившись от боли, малыш Ру нечаянно дёрнул её за волосы сильно, она встала и грозно заявила, что сейчас они вдвоём будут отсчитывать дни с его последнего праздника, чтобы примерно знать его возраст, ведь… —Не дела. Я ни разу не дарила тебе подарки! Осенью…сейчас на дворе тоже осень, сегодня сентябрь, и он почти закончился. Когда ты последний раз праздновал его? —Ну, мама приготовила мне пирог из вишни, которую она выращивала летом; мы вышли на улицу и устроили там небольшой пикник. —Значит, тогда ещё не было холодно? —В этот день - нет. В остальные я, кажется, стал замерзать. Через пару дней после его дня рождения маму убили. Он не очень-то любил этот праздник. Ру казалось, что после каждого дня рождения всегда будет случаться что-то плохое, ведь подобное происходило постоянно, сколько он себя помнил. С момента, как принц спас Ру, прошло около девяти месяцев. Снова сентябрь, снова его праздник. Тогда Ру ещё не потерял счёт времени — с самого первого дня он камушком на стенах выводил черточки, обозначающие дни его пребывания здесь. Правда потом камушек куда-то пропал, и Ру перестал понимать, сколько времени он проводит здесь, во дворце. День рождения он не праздновал никак. Просто записал, что ему исполнилось пять лет, и никому не сказал об этом. В итоге получилось, что пять лет ему исполнилось двадцатого сентября. Кажется, как раз в тот день он потерял свой камень. В тот же день он потерял своё доверие ко всем людям старше него самогó. Массивная уродливая рука, спрятанная в белоснежной перчатке, тянулась ощупать тонкую кожу на груди, прикрытой застегнутой рубашкой. Действия были беглыми — непонятно, что эта рука так старательно пыталась там найти. Когда тебе только-только стукнуло пять, и должной массы тела ты набирать ещё не начал, то, конечно, кажешься совсем беззащитным и беспомощным. Так и есть. Тебя прижимает к холодной стене тело, на вид пятидесяти-шестидесятилетнего мужчины-дворецкого. По его действиям и по его выражению лица можно догадаться, что мужчина пьян. В свои пять Ру отлично распознавал пьяное лицо от здорового. Когда отец пил, он выглядел точно так же. Малыша пугало это выражение лица, но он не сталкивался с ним уже почти год, так что стал забывать, как выглядят пьяницы. И тут вдруг в один день он вновь встретился лицом к лицу с ещё одним своим страхом. В голову не лезли никакие мысли, кажется, он и дышать перестал на какое-то время. Ру не делал ничего, просто смотрел страху в глаза и ждал, что всё это скоро прекратится. И ждать пришлось недолго; рука не добилась своего, с груди она переместилась на костлявое плечо, болезненно сжав его. Губы оказались у самого уха. Последнее, что ему удалось расслышать, было: «Ты не она, нет.» Фраза прозвучала сухо и неразборчиво. Пару секунд дворецкий, не шевелясь, стоял, склонившись над ухом мальчика, который с ужасом в глазах старался сдержать свои слёзы. Было страшно. Дальше все та же рука с силой отпихнула дрожащее детское тело в сторону. Ру, конечно же, не до конца осознавал, что произошло, но именно с того дня он стал опасаться всех взрослых. После всего, что случилось, всё было как в тумане. У мальчика кружилась голова, болели плечи. Слёзы, скопившиеся в глазах, размывали весь взор. Ру опустился на пол. Секунда — и он потерял сознание. Очнулся уже в своей кровати, огляделся. У его ног лежала голова семилетнего принца — тот, кажется, крепко спал. Ру, увидев его, улыбнулся, закрыл глаза, и так они пролежали почти весь оставшийся вечер. «Возможно, дни рождения не такие уж и плохие. Особенно, когда рядом есть твой принц.» — подумал Ру и расплылся в улыбке. —Знаете, я, кажется, вспомнил, — обратился он к Агнес. —Правда? — её глаза засияли. — Когда? Они оба взглянули на небольшой календарь, висевший над её туалетным столиком. —Вчера был. Знаете, сколько лет мне исполнилось? — Ру стал быстро загибать свои пальцы, усердно думая о чём-то. — Мне уже двенадцать! —Не шутишь?! Что же ты раньше молчал…А ты в курсе, что я старше тебя на…на три года! Ру цокнул языком и промолчал. —Хочешь, я попрошу Клару приготовить тебе большой и вкусный торт? —Нет, погодите, не стоит… Принцесса не дала ему договорить, она схватила его за руку и побежала на кухню, где находилась главная помощница их шеф-повара — Клара. —Мы отпразднуем твой день рождения втроём, когда Мигель вернётся со своих уроков по верховой езде… Эй, тётушка Клара! Женщина средних лет в потрёпанном платье, который прикрывал фартук, испачканный в муке, показалась в дверном проёме между кухней и коридором. —Доброго дня, Ваше Высочество,—Клара улыбнулась.—Что-то случилось? Привет, Ру,—она перевела взгляд на мальчика, прятавшегося за спиной у девочки. —Да..Здравствуйте! — Неловко произнёс он. Принцесса схватила его за плечи и выставила вперёд. —Вы знали, что вчера у этого симпатяги был день рождения?! Его никто, совсем никто не поздравил… Ру густо покраснел. От смущения, от злости. —Не могли бы Вы приготовить торт? Мы о-о-очень хотим отпраздновать, когда Мигель вернётся..иначе Ру та-а-ак расстроится! Семь лет его никто не поздравлял, — возмутилась девочка. —Агнес!!! Не говорите так, прошу Вас…— Ру был готов провалиться под землю от стыда. —Правда? Ру, тут нечего стесняться. Принцесса права, ты, как и все дети, заслуживаешь поздравлений в свой день. Я могла бы прямо сейчас заняться изготовлением торта, если Вам так угодно, милая Агнес. —Да, да? Когда будет готово, принесите всё в комнату принца. Но матушке с отцом но слова, ладно? —Да что Вы, конечно. Не сносить мне головы, если они обо всём узнают. Сами понимаете, как Его Величество относится к нашему Ру, — женщина вздохнула. Она была одна из немногих, кто видео в мальчике маленького травмированного ребёнка, который нуждается в заботе не меньше остальных. И была единственным взрослым, кому Ру действительно доверял. Клара напоминала ему мать. Такая же чувственная, такая же добрая, такая же спокойная. Внешностью они тоже были немного похожи, по крайней мере так думал Ру. Высокий рост, светло-русые поседевшие у корней волосы средней длины, карие глаза — этим они были схожи с его матерью. У Ру была ужасно плохая память, но внешность своей мамы он помнил наизусть. В подробностях помнил некоторые моменты, проведенные вместе с друзьями. Возможно, когда Ру станет старше, память начнёт улучшаться. Но, пожалуй, это может сыграть с ним злую шутку. Хотя, кто знает.

***

Агнес и Ру сидели в его комнате. Девочка с любопытством разглядывала черты его лица. Ру пытался отвести свой смущенный взгляд от её сосредоточенных карих глаз. —У тебя всегда были такие некрасивые губы? — Вдруг выпалила она. —Чего?! — Ру возмущенно нахмурился и отодвинулся от неё. Агнес схватила маленькое зеркальце, лежавшее на её кресле и протянула его мальчику. Тот удивлённо посмотрел на неё и взял зеркало. —Погляди на себя! Выгладишь, как кот плешивый, — усмехнулась она. Ру пытался вглядеться в своё отражение, но, кажется, всё равно ничего не понимал. —Нормальные у меня губы… Агнес отошла к небольшой деревянной тумбочке, которая стояла рядом с кроватью принца. Открыв верхний ящик, она стала рыться в нём. Немного погодя, Агнес наконец достала оттуда маленькую стеклянную баночку — так показалось Ру. —Вот, возьми-ка, — она положила баночку в его ладони, предварительно открыв её. Ру прислушался к аромату, что исходил из неё. Кажется, это был запах роз. Точно также пахло и в королевском розовом саду, куда ребята иногда заходили летом после обеда. Помимо этого, Ру показалось, что от Мигеля пахло точно так же. Да, именно розами. В последний раз, когда они обнимались, Ру учуял этот аромат; он был лёгким и сладким, что вполне свойственно этим цветам. —Это такой специальный бальзам или вроде того. Вообще, я забрала у мамы два таких, но этот запах мне совсем не понравился, и я отдала бальзам Мигелю, заставив его пользоваться им. Ты не представляешь, как он сходит с ума по этому запаху, он большой фанат роз! Я вообще думала, что мальчикам не нравятся цветы, но видимо, мой братец не из таких. Он, знаешь ли…более бесячий и тупой!—Агнес тут же захохотала и стала размазывать бальзам по сухим губам Ру. На ветру его губы трескались, и к тому же он любил кусать их, сдирая с них ороговевший слой кожи. После бальзама губы стали намного мягче и к тому же приятно запахли. —Ты можешь и руки пома… —Я вернулся, и я чертовски устал! И чем вы двое занимаетесь? — Мигель зашёл в свою комнату и прервал его монолог своей сестры, не дав ей закончить предложение. —Ох, принц, извините…Как прошли Ваши занятия? — Ру испуганно передал баночку обратно и стал быстро растирать остатки бальзама на руках. —Агнес, что вы…Ты что, с ума сошла?! Мигель подбежал к ней и выхватил свой бальзам, поспешно сунув его в карман своих брюк. —Зачем ты…это…Ру…Боже, зачем ты вообще роешься в моих вещах?! Я тебя больше не впущу в свою комнату,— Кричал он, изредка смущённо подглядывая на Ру. —Да ну тебя, чего тут стесняться-то? И вообще, ты в курсе, что у твоего Ру вчера был день рождения? —Он не..погоди, серьёзно? — Он покосился на него. Блондин поспешно закивал. —А почему ты молчал? Мы, кажется, никогда не отмечали твой праздник! —Принц, простите, я сам не знал, когда он у меня, просто Агнес… —Какая разница? — Вмешалась принцесса. — Мы уже попросили Клару испечь нам торт. А этот крем..ну или бальзам я дала ему, чтобы его обветренные губы не выглядели так по-уродски. Тебе что, жаль? —Эм, нет, мне ничего для него не жаль, просто,— Мигель немного смутился. Хоть Ру и было всё равно, принц так не думал. Ему было немного стыдно перед другом; казалось, что он делает что-то неправильно и "по-девчачьи". Сестра знала — у них почти не было секретов друг от друга, но Ру… «Ру—это другое.» — думал принц.— Ладно, забыли. Когда будет готов торт? Я ужа-а-асно голоден. —Ты знал, что ты обжора? Противный такой обжора…— Принцесса стала его щекотать, тот пытался увильнуть, но получалось только нелепо дергаться и хохотать. Ру, прижавшись к стене, стоял и улыбался. Через некоторое время нянечки принцессы занесли им торт, Агнес пришлось немного поумолять их побыть какое-то время снаружи и ни о чём не рассказывать родителям. Наконец они согласились, Агнес было сложно отказать — хорошенькая, добренькая, с тёмными щенячьими глазками. До сáмого вечера ребята отмечали день рождения друга. Агнес на ходу придумала небольшой стишок, посвященный ему; Мигель плохо формулировал свои мысли и уж тем более не имел ничего общего с поэзией, так что он просто старался находиться рядом с Ру весь день и подарил ему одну из своих керамических статуэток. В тот день Ру был по-настоящему счастлив, и его благодарности не было конца. Часов в восемь вечера в комнату снова вошли нянечки, сказав, что им уже пора расходиться, чтобы родители ни о чём не узнали. Агнес убежала в свои покои, а Мигель вызвался сам отвести друга в его спальню. Оба они, мягко говоря, терпеть не могли эту комнату — маленькое пространство, очень холодно, из мебели железная кровать и старый шкаф с выломанной дверью, к тому же в помещении было тускловато. Когда они оставались одни, Мигель никак не мог разглядеть лицо Ру. Конечно, света хватало, чтобы определить, где что находится, но не чтобы рассмотреть лица друг друга. Особенно, сидя на кровати было непонятно, как на тебя сейчас смотрит человек. Приходилось чувствовать. И Мигель чувствовал, что рядом с ним Ру всегда улыбается. —Доброй ночи Вам, принц! — Прозвучал тихий голос в тишине комнаты. —Добрых снов, Ру, — сказал принц, улыбнувшись, и вышел из комнаты, беззвучно закрыв за собой дверь. Ру тоже чувствовал, что Мигель улыбается, когда они вместе. И не потому, что вдвоём веселей или вроде того. Между ними чувствовалось какое-то умиротворение и, безусловно, комфорт — и так было всегда. Он много размышлял об этом, думая, что это может значить. Но тогда главное было не это, главное то, что они есть друг у друга, и всегда будут. «Так ведь?»