Часть 1
25 января 2026 г., 08:17
Он осознаёт, что делают с его телом, но его тело настолько слабое и не слушается, что Аластору нечего противопоставить виду насилия, который даже маниакальный радио-демон считает мерзостью.
Вокс плавно двигает бёдрами, распиная его тело. Наэлектризованный язык щекочет оленьи ушки.
Аластор слаб настолько, что не шевелится, только по щекам из плотно зажмуренных глаз текут слезы и с губ срывается душераздирающий всхлип.
Это не эмоции.
Он всё ещё демон в Аду, очень-очень жестокий демон. Всего лишь физиологическое, телесная реакция на слабость, собственное жалкое побитое состояние и сильный стресс.
Но Вокс на это реагирует, мгновенно останавливается.
Начинает нелепо суетиться вокруг него.
Нежно гладит его лицо и волосы, прижимается губами к ушкам.
Начинает обеспокоенно болтать, выспрашивая, чем помочь, что ему сейчас нужно...
"Чтоб ты заткнулся, болтливый идиот. - думает Аластор. - Действуешь на нервы. Можешь даже трахать, только заткнись."
Аластор уже почти готов открыть рот и высказать эту мысль, как его озаряет понимание:
несмотря на всё между ними случившееся, несмотря на все манипуляции и угрозы Аластора, Вокс всё ещё относится к нему как к своей сладкой, обожаемой принцессе!
И если Аластор немного подыграет этим представлениям, изображая его несчастную жертву, бедную, жалкую, забитую, совершенно сломленную этим небольшим изнасилованием, стрясти с теле-демона удастся больше, гораздо-гораздо больше, чем можно грубой силой, а радио-демону в его новых планах не помешает сильный союзник... особенно теперь, когда он так ослаб.
Он торговал душой, торговал азартом, торговал самомнением.
Почему бы теперь не поторговать слабостью?
Аластор ещё раз душераздирающе всхлипывает, теперь уже полностью осознанно, и прячет лицо в мягкой подушке, с садистским удовольствием ощущая, как Вокс вскакивает с кровати и начинает суетиться ещё больше: заказывает еду, ругает по онлайн-связи прислугу за недостаточно взбитые подушки, звонит доктору.
"70 лет прошло, старый друг... - думает Аластор, удовлетворённо улыбаясь в подушку. - ...а демон из тебя всё такой же хреновый."