Лекарство от смерти

Плеск волн, разбивающихся о камни, немного успокаивал, будто вводил в транс. Хотя казалось, что я и так во сне все это время. Все те несколько дней, что прошли со смерти Трейси. Я снова сидела на берегу, смотря вдаль на размытую полоску горизонта. Свобода от всего была так близко и одновременно далеко, как никогда. Волны подбирались ко мне все ближе из-за прилива от бесконечных дождей. Так же как эти волны на меня накатывала паника и тревога. Что теперь будет? Расследование? Перед глазами снова всплыло яростное выражение лица матери Трейси. В тот день она напомнила мне дикого зверя, чей детеныш погиб, просто не смог приспособиться к жестокому миру, но… В воспоминаниях был и снимок, на котором миссис Уотер была с дочерью. Трейси не была там счастлива, в отличии от того, какой выглядела на других фотографиях. Да и какой любящий родитель в здравом уме пошлет своего ребенка учиться здесь? В этой тюрьме. – Анна, вот вы где, - послышался мужской голос позади меня. Вздрогнув, я обернулась, не рассчитывая на то, что обрету компанию. Ученикам академии в большинстве своем было наплевать на окружающую природу. Сюда редко приходил кто-то. Слишком опасный спуск. Мои глаза встретились с темным, зеленым взглядом, а сердце в нарастающей тревоге забилось чаще. Плеск волн на фоне теперь не помогал, а раздражал. – Почему вы здесь сидите одна? - спросил мистер Гросвел, все еще держась на расстоянии и не решаясь подойти ближе. – Это считается началом допроса или вы интересуетесь из вашего личного любопытства? - не поднимаясь, спросила я в ответ, после снова отводя взгляд на темное штормовое море и подкрадывающиеся волны. – Мисс Уилли сказала, что вы обычно проводили время у того колодца, где была найдена ваша соседка, - начал он, заставляя меня дрожать совсем не от пробирающего до костей ветра. - Но теперь все чаще уходите сюда. – Допрос будет здесь? Я думала, должна буду выехать в город? – Мистер Уилли настоял на том, что вне зависимости от случившегося, все ученики должны следовать правилам академии. И это не допрос, мы просто беседуем, Анна. – Мистер Уилли? - переведя на следователя удивленный взгляд, уточнила я. – Вы не в курсе, кто является директором академии? - он приподнял одну бровь, а я поджала губы, молча смотря на мужчину. - Отец мисс Уилли. – Мне не было дела, - тихо ответила я. – Пройдемся? Провожу вас обратно, заодно расскажете мне все, что не успели в прошлый раз. Он сделал несколько шагов в мою сторону, протягивая руку, на которую я с недоверием уставилась. Его ладонь была слишком большой, в сравнении с моей, а кожа выглядела сухой. Решившись, я, наконец, вложила свою руку в его, а Гросвел подтянул меня наверх, помогая встать, после сразу же разжимая пальцы. — Итак, - уверенно шагая рядом со мной и засунув руки в карманы своего темного пальто, начал он. - Часто Трейси убегала по ночам? Было ли в ее поведении что-то странное, когда она возвращалась? Я больно прикусила губу, отворачиваясь и смотря на морскую гладь напоследок, которая в ответ на мой взгляд отозвалась шепотом волн, будто прощаясь. Вела ли себя Трейси странно? Всегда. Стоило ли сообщать об этом Гросвелу? Я не знала. — Однажды ей было плохо, - охрипшим от волнения голосом, рассказала я, сжимая кулаки в карманах куртки. — Плохо? Оседающее на пол тело Трейси яркой картинкой вспыхнуло в подсознании, и я поежилась, пытаясь выкинуть из головы неприятные воспоминания. — Да, но… - начала я, прерываясь. Если сейчас снова скажу, что мы не были подругами, Гросвел опять заподозрит что-то неладное. - Я не знаю причины… – Трейси принимала какие-то лекарства? Или… вещества? - серьезно посмотрев на меня, спросил он, ловя на себе мой взгляд. Я запнулась о камень, от неожиданности перестав следить за тем, что происходило под ногами. Следователь среагировал быстро, хватая меня чуть выше локтя, и помогая удержаться от падения. Сердце как бешеное колотилось в грудной клетке, то ли от внезапного страха, что могу навернуться и сломать себе шею в этих скалах, то ли от его вопроса. – Осторожнее, - отпуская мою руку, сказал Гросвел, продолжая прожигать меня взглядом, словно у него могло получиться прочесть мои мысли. Что он хотел в них найти? Ложь? Или правду? – Не знаю, - честно ответила я, мысленно проигрывая несколько последних недель в академии. Я пыталась вспомнить какой была Трейси, потому что в отголосках памяти еще оставались отпечатки ее образа с лицом, которое вечно казалось усталым, с синяками и впадинами под глазами, но теперь, каждый раз когда я думала о девушке, в голове было лишь ее изувеченное тело на дне колодца, и подступала тошнота. Гросвел прищурился, внимательно наблюдая за мной. – В крови мисс Диксон были обнаружены следы синтетического наркотика, - пояснил, наконец, он, а я снова слишком сильно прикусила губу, чувствуя на языке металлический привкус после. - Вы уверены, что ничего не знаете об этом? Он замедлил шаг, продолжая буравить меня взглядом, хотя на крутом склоне стоило бы смотреть под ноги. – Уверена, - дрожащим голосом подтвердила я, стараясь так же глядеть следователю в глаза. Теперь все казалось таким очевидным. Ночные вылазки, перепады настроения, больная голова, синяки, недосып… Это все… – Почему вы в тот день были у колодца? По спине пробежал холодок. Он ведь явно не просто так задает такие вопросы. Он ведь явно подозревает в чем-то меня. Как и тогда… Все повторяется… – Я… - пришлось отвести взгляд, глазами упираясь в темно-серое бушующее море. - Мисс Уилли же сказала вам, что я часто бывала там и… просто проводила время в одиночестве. Думала… о всяком. – Я еще не говорил с другими учениками, хотел начать с вас, Анна. Может, у Трейси были здесь друзья? Кто-то с кем она общалась ближе, чем с другими? Кто-то приходил в вашу комнату? - коротко кивнув на мой туманный ответ, снова спросил Гросвел. Я нервно сглотнула. Стоило ли говорить про Маркуса? Или Магнуса? Лишь однажды я могла с уверенностью сказать, с кем из них говорила Трейси. На пароме, в день перед ее смертью. Меня пробрала дрожь. – Анна? - позвал мужчина. - Если вы что-то знаете, то обязаны сообщить. Пока что, молчание играет против вас. – Трейси часто ругалась с нашим одноклассником, - тихо рассказала я, понимая, что возможно поплачусь за это. - И он бывал в нашей комнате. Я поступала плохо, пытаясь переключить его внимание на близнецов? Но ведь кто-то из них и правда угрожал Трейси, правда, кто? Магнус был в больнице в ту ночь, а Маркуса я видела утром, взъерошенного и промокшего до нитки… Если он узнает, что я сдала его полиции, мне, очевидно, крышка. – Имя? - тут же спросил Гросвел, доставая из кармана пальто блокнот и ручку, на которые я в удивлении покосилась. Разве сейчас еще пользуются чем-то подобным? – Маркус Мойер, - выдохнула я.