Костер и хвоя

Вечер, на самом деле, прошёл хорошо: оказалось, что Вай отлично играла на гитаре, как и Джейс, который тащил её — гитару, — весь день на себе. Пусть слов Мэл не знала, ей понравилось сидеть у костра: она находила это уютным. А вот Севика была мрачнее тучи. Весь день ей, самой старшей, приходилось решать неприятные организационные вопросы: так, запланированное место стоянки оказалось занято некой маргинальной компанией из престарелого одноглазого уголовника и его не совсем адекватных, по словам Севики, «подсосов». Они перекинулись парой фраз, и Севике пришлось увести группу значительно дальше, чем хотелось бы. Потом вскрылось, что, несмотря на все понты, та же Вай не умела валить деревья и даже определять, какие вообще подходили для дров. Севика пошла, прочитала лекцию и показала. После все было неплохо, но в какой-то момент и Вай, и Кейтлин пропали. Севика оставила организацию лагеря на Джейса и, взяв с собой Мэл, пошла девчонок искать. Обнаружились они в реке голые, а за то, что просто исчезли, никого не предупредив, мгновенно получили нагоняй. Вернувшись с мокрыми и пристыженными, но явно довольными Вай и Кейтлин, Севика и Мэл узнали, что Джинкс забыла взять с собой колышки от их с Экко палатки. Севика выругалась и сказала и Джинкс, и Экко сидеть и ножиком колья из деревяшек вытачивать. Ближе к ужину, который из-за задержки с поиском места стоянки приходилось готовить в темноте, Виктор навернулся, споткнувшись о какие-то бревно. Хорошо, что хотя бы не сломал ногу. Опять. Раньше Мэл не знала, почему постоянно видела Виктора с гипсом, потом без него, а после — вновь с ним, но по словам Севики и Джейса становилось понятно, в чем же была причина все это время. Неудивительно, что ближе к отбою глаз Севики немного дёргался. В обычной ситуации она бы, наверное, чуть-чуть выпила, но сейчас ей приходилось оставаться «ответственным взрослым». Логика была проста: несмотря на то, что остальные члены группы пока не доставляли особых проблем… Ну, ключевое слово тут было «пока». Так что, пока все пели у костра, она угрюмо ковырялась в своём протезе. Оставив Джейса дежурить на до четырёх утра и подкидывать дровишек, чтобы в попытке найти ночью туалет никто не потерялся и смог бы вернуться хотя бы на свет огня, Севика молча залезла в палатку, а Мэл забралась за ней. Надо было как-то начать разговор. — Невыносимо просто, — внезапно пробормотала Севика. — Каждый раз одно и то же, никто из этих ебантяев умнее не становится. Она застегнула молнию палатки. Внешний тент уже был закрыт. Мэл аккуратно присела на свои голени: как ни крути, а к такой твёрдой вещи, коей являлась земля, её бедра ещё не привыкли, и даже пенка пока не особо спасала. — Ну, они же молодые, — попыталась демократично поддержать беседу Мэл. Севика фыркнула из темноты. — Ты тут — единственный новичок. Вай ещё, но она ходила с другими группами. Короче, проблем от тебя на порядок меньше. Хотя, конечно, — громко усмехнулась она, — ты даж не представляешь, что будет на завтрак. Мэл щёлкнула фонариком, добавляя света. В целом, в палатке оказалось достаточно уютно, пусть места и катастрофически не хватало. — Ну, ужин был… приемлемым, — дала она весьма сдержанную характеристику. — А какой будет завтрак? Свет фонаря выхватил из темноты кривую, но по-своему очаровательную улыбку Севики. — Рисовая каша на жиже из сухого молока. Учитывая, что готовить будет Кейтлин, наверняка ещё и пригорит. Гадость редкостная. — Нелогично, — позволила Мэл проскользнуть в её слова крайне многозначительному тону. — Это же ты утверждала меню. Севика поджала губы и нехотя прокомментировала её замечание: — Рацион должен быть разнообразным, а в выборе продуктов мы очень ограничены. Это ты, — скрипя протезом, показала Севика пальцем, — относительно налегке. Остальные несут весомый груз. — Но можно же собрать ягоды или грибы, разве нет? — чуть пододвинулась к ней Мэл. — У нас в грибах только Виктор разбирается, да и не сезон для чего-то съедобного. Мэл всегда казалось, что такие вещи должны быть проще. С другой стороны, если поганок насобирать, наверное, и правда плохо будет. Даже опасно. А по дороге до этого места были видны разве что мухоморы, и те не в слишком большом количестве. Она присмотрелась к протезу Севики; из сочленений и правда что-то торчало. Щёлкнула фонариком ещё раз, увеличивая яркость: — У тебя хвоинки застряли. — Знаю. — Сейчас достану пинцет, — посветила она в свою половину палатки, ища косметичку, в которой было все по мелочи: компактное зеркальце, маленькие ножницы, карманный швейный набор с иголками и нитками и — да, пинцет. Косметичка лежала за свёрнутым спальником у так называемого «изголовья», если такое понятие вообще было применимо к палатке. Пирамидальная форма «помещения» казалась крайне неудобной, но Севика, вроде бы, говорила, что так и надо для сохранения тепла. Достав пинцет, Мэл снова подползла к Севике и щёлкнула его кончиками. Направив свет фонаря на протез, она принялась понемногу вынимать хвоинки из сочленений: какие-то были темно-зелёными, какие-то — сухими оранжево-коричневыми; они почти мгновенно рассыпались. Труд это был долгий, но, заглянув в лицо Севики, Мэл с удивлением обнаружила её крайне довольной. Стоило извлечь хотя бы одну хвоинку, как Севика дёргалась, а её улыбка становилась шире. — А как это ощущается? — подцепив пинцетом толстую, но короткую зелёную хвоинку, поинтересовалась Мэл, медленно вытаскивая её из щели между деталями. — Щекотно, — коротко ответила Севика. Наконец, все хвоинки были извлечены и сложены в кучку у изножья палатки. Мэл аккуратно сдвинула её — кучку, — ладонью, чтобы хвоя не лежала на коврике-пенке, а когда хотела убрать пинцет обратно в косметичку, попала прямо в объятия Севики, которая в характерной манере раздвинула губы Мэл своими, не спрашивая разрешения. Мэл поддалась. Ей нравилась некая грубость Севики, она не была оскорбительной или абьюзивной — просто по-своему привлекательная манера поведения. Мэл всегда могла попросить её остановиться, и Севика прислушалась бы. Оторвавшись от её сухих, обтрескавшихся губ, Мэл осторожно провела кончиком пальца по сочленениям между плечом и предплечьем протеза; Севика довольно заурчала, как кошка. — Приятные мурашки по всему телу расползаются и будто бодрят, — прижала она Мэл к себе ещё сильнее, якобы незаметно забираясь пальцами второй руки под флиску и термобелье. Конечно же, Мэл это заметила. Севика хотела, чтобы Мэл заметила, и сжала в своих горячих пальцах её бок, медленно передвигаясь от таза до груди. — И настроение у тебя лучше стало, — мягко погладила Мэл Севику по лицу и прижалась к её губам, уже сама целуя в ответ. — Ещё бы, — медленно выскользнула рукой та из-под одежды Мэл и потянула за язычок молнии на её флиске, расстёгивая её. — Знаешь, прятать твоё тело под такими слоями шмоток — преступление. — Зато теперь ты можешь одна моё тело наблюдать, — игриво протянула Мэл и дотронулась кончиком пальца до губ Севики. — И раздеть меня, снимая каждую вещицу. Севика хмыкнула. Мэл знала: Севике нравились её обычно сложные наряды именно тем, что нужно было долго от них избавляться. Томительное ожидание словно увеличивало возбуждение и делало процесс куда более интимным. Ну, а самой Мэл нравилось, когда Севика её раздевала. Флирт был хорош, но тягучее желание того, чтобы Севика ею восхищалась, понемногу освобождая её от тех или иных элементов наряда, вот это… это было шикарно. В обычно грубых руках Севики, предназначенных не для аккуратного созидания, а, скорее, разрушения и разгрома всего вокруг, Мэл чувствовала себя сокровищем. И даже не слишком эстетичные и дорогие походные вещи не делали её менее важной или прекрасной. Поэтому Мэл дала стащить с себя и флисовую рубашку, и термобелье, под которым уже ничего не имелось. Взгляд Севики, заворожённой и не несколько похабной в своём взгляде, был столь же приятен, как и контраст её тёплой, человеческой руки и холодного протеза. Мэл любила забираться на Севику и, по факту, седлать её, но уже на этапе раздевания стало понятно, что в палатке такое не провернуть: она была банально недостаточно высокой. Даже помогая Севике освободиться от одежды, Мэл то и дело упиралась головой в синтетический потолок. Если это можно было так назвать, конечно. Чтобы избавиться от брюк, Севика почти легла. Ей тоже сильно не хватало места, что, в целом, звучало логично, учитывая её габариты. Мэл пыталась стащить с себя брюки и термоштаны, но, как ни вертись, не выходило, поэтому Севика просто опрокинула её на коврик, чтобы это сделать. Сама она к тому моменту была уже только в трусах и тёплых носках. Сквозь два — тент и палатку, — пробился свет. Не отблески костра, а вот прям направленный луч. — Вы там что, дерётесь? — неуверенно прозвучал голос Джейса. Севика недовольно поджала губы. Мэл застыла, пытаясь не шевелиться. — Нет, — постаралась она сказать спокойно. — Это хорошо. Потому что… Скрипом зубов Севики можно было распугивать медведей, наверное. Она резко расстегнула палатку, потом — натянутый тент и выглянула в образовавшуюся дырку, ругаясь: — Джейс, съеби в туман. Мэл чуть приподнялась — достаточно, чтобы пересечься взглядом с Джейсом. Тот покраснел, торопливо отвернулся и молча утопал обратно в сторону костра. Севика молча застегнула обе молнии, а Мэл поинтересовалась: — Ты же понимаешь, что он видел и мою, и твою грудь?.. — Ага. Похуй. Переживёт, — без доли сожаления в голосе пробормотала Севика, снова укладывая её на пенку и пристраиваясь рядом. Мэл улыбнулась и… ощутила, как что-то твёрдое упёрлось ей в лопатку. Пошевелила плечами, но это особо не помогло, посему она легла на бок. Теперь нечто упиралось ей в ребра. В попытке найти удачную позу она просто прижалась к Севике, и это определённо было правильным решением, так как в трусах и носках ей становилось зябко. А Севика была очень, очень горячей — и прекрасно это понимала, ведь заметила: — Ты вся в мурашках. Холодно, принцесса? И правда было мерзловато. Как придётся спать в таких условиях — Мэл не представляла, а ведь вечер казался ей достаточно тёплым. Наверное, из-за костра. — За ночь надышим, — миролюбиво продолжила Севика, а потом обжигающей человеческой рукой провела от груди Мэл до её бёдер. — Но я тебя сейчас согрею. Очевидно, места в палатке имелось мало. Очевидно, они обе были потные и грязные — ну, Севика чуть-чуть больше, наверное. Очевидно, вариантов оставалось не то чтобы очень много. Впрочем, одних только пальцев Севики, настойчиво натирающих клитор Мэл через трусы, хватало более чем. Её движения ощущались чуть грубоватыми, но через ткань было прямо… идеально. Не больно, расслабляюще и достаточно интенсивно, чтобы Мэл почувствовала, как кровь отлила к низу её живота. Она выдохнула, осторожно помещая своё бедро между ног Севики, но, очевидно, не смогла бы ответить взаимностью по многим причинам. Но Севика и не требовала, хотя стиснула её бедро между своими, словно пытаясь ещё и так согреть. Мэл прижалась своей грудью к груди Севики и осторожно сомкнула свою ладонь на её шее. — Настолько холодно? — усмехнулась Севика, продолжая без зазрения совести подушечками двух пальцев совершать ритмичные движения, будто в голове её стучал камертон. Казалось бы, ничего особенного, но зато это определённо было… возбуждающе, немного опьяняюще. Севика бы сказала «эффективно». Но она всегда была «эффективна» в постели, пусть сейчас оргазм Мэл был совершенно простым, даже немного смазанным. Хотя ей показалось, будто в её мыслях что-то взорвалось. Рука Севики дёрнулась и вцепилась ей в нежную кожу бедра с внутренней стороны. А потом Мэл поняла, что ей вовсе не показалось: яркий красный свет пробился через два слоя палатки, и Севика в мгновение ока вскочила, прорычав: — Накинь что-то. За пару секунд натянула на себя тельняшку. Мэл застыла, сразу же теряя настрой. — Что… Что это?.. Послышался ещё один взрыв, который, кажется, даже был погромче. — Сигналка, наверное, — бросила Севика, расстёгивая молнию палатки и засовывая ноги в свои берцы и даже не задумываясь о том, чтобы завязать шнурки. — Да накинь флиску, забей на штаны! — стал её голос ещё более раздражённым, чем обычно. Мэл лихорадочно застегнула на себе флисовую кофту и тоже быстро засунула стопы в обувь, вылезая с Севикой, захватившей с собой топор, из палатки. До костра они добрались, наверное, за десяток секунд, хотя Мэл это время вечностью показалось. Липкий страх и воспоминания о том, что сигналку использовали обычно в случае чрезвычайной ситуации, её практически вывернули наружу. Могло что-то плохое произойти. Или пришли дикие животные, волки там или медведь. Мэл не знала, какой вариант был хуже, но у костра они нашли Джейса, который торопливо забивал что-то на земле лопаткой, и крайне довольных Джинкс с Экко. Однако, даже они понимали: запахло жареным. — Че случилось? — остановилась Севика с топором в руках в паре метров от Джейса. Джинкс нервно хихикнула. — Ну, полночь же. У Экко день рождения, — шлёпнула она в ладоши. Из-под лопатки Джейса выскочила недозатушенная вспышка, устремляясь вверх, к небу. Снова громыхнуло, и красное сияние озарило всех, кто собрался у костра. Севика зарычала так, словно и была тем самым забредшим медведем, о котором подумала Мэл. — Фейерверк?! — разъярённо выпалила Севика, подходя к Джинкс и хватая её за локоть. Потом повернулась к Джейсу: — Какого хуя?! Джейс продолжил затаптывать землю уже ногой. — Я в туалет отошёл. — Ага, — мгновенно переключила Севика своё внимание обратно на Джинкс. — Совсем мозги по пизде пошли?! — Ну ты же разрешила, — пробормотала Джинкс. — Я тебе хлопушки взять разрешила! Мы в сосновом, — клацнула зубами Севика, — бору, блядь, тут любое дерево загореться может! — Так разницы же нет, — попытался вмешаться Экко, но, стоило Севике на него зыркнуть, тут же заткнулся. Мэл чувствовала, как холод от земли забрался по её ногам и выше, просачиваясь под флиску. Она обняла себя руками. Ситуация явно перестала укладываться в стандартный походный опыт. — Ещё хоть одна выходка, -гневно повысила голос Севика, тыкая рукояткой топора Джинкс в грудь, — и ходить будешь с отцом! Поняла? Джинкс сразу опустила взгляд: теперь и ей, похоже, стало не до смеха. — Поняла, — пробурчала она. Севика оттолкнула её, показывая на бревно рядом, и оглянулась, кажется, немного приходя в себя. — Вай где? — поинтересовалась она у Джейса. — Они с Кейтлин спать пошли, — тоже достаточно недовольно процедил он, усаживая Джинкс на бревно, а потом за шиворот подтащил к ней Экко. Крикнул: — Вай! От одной из палаток метрах в тридцати раздалось «Че?!» — Иди сюда! — подключилась к ору Севика. Помолчала секунду и добавила: — Обе сюда идите! Чертыхаясь и ворча, Кейтлин и Вай, взъерошенные и одетые явно наспех, все же соизволили пришлёпать к костру. Мэл заметила пятна на их коже, но тактично промолчала. А Джинкс молчать не стала, гыгыкнув: — Вы че, трахались? Кейтлин смерила её холодным безразличным взглядом и отрезала: — А тебя это ебать не должно, — посмотрела на Севику. — Что случилось? — Джинкс притащила с собой фейерверки. Ты, — показала она на Вай, — выверни их с Экко рюкзаки, а ты, Кейтлин, — кивнула в сторону от костровища, — обыщи палатку. Джинкс попыталась дёрнуться, но Джейс удержал её на месте, крепко вцепившись в плечо. Севика тем временем натянула брюки, накинула сверху тельняшки что-то вроде куртки, а потом выцыганила у Виктора, который, что странно, вообще едва понимал, что происходит — такой сонный был, — сигареты и отправила Мэл одеваться. Ну, или сидеть в палатке. Мэл же натянула на себя то, что оставалось, и вернулась к костру. Севика нервно курила. Потом опять курила. Курила и курила, пока не добила пачку, а когда Экко и Джинкс позорно были отправлены спать — Кейтлин и Вай ушли «спать» добровольно, — Мэл все-таки спросила: — Это нормально? — Нет, вообще ни разу, — пробормотал Джейс, отвечая ей. Севика мрачно посмотрела на тлеющий окурок у себя в пальцах. — Помнишь группу, которую мы встретили по дороге сюда? — не глядя на Мэл, уже куда более спокойно проговорила она. — Вот это отец Джинкс. Мужик неплохой, но работает воспитателем у малолетних уголовников. Аккумулирует, так сказать, — затянулась она в последний раз, а потом загасила бычок ногой, — неадекватов подальше от нормальных людей, они все у него остаются, даже когда вырастают. — Поэтому Джинкс ходит с нами, — пояснил Джейс. Мэл грустно посмотрела на костёр, одно бревно которого упало из «колодца» в середину, подняв столб искр в воздух. — Это его воспитанники обезобразили? — Не, это его бывший. С ним Вай живёт, — протянула Севика, выпуская клуб дыма из губ. — Он тоже, в целом, ровный, но когда-то был просто зверь. — Это же печально. Джинкс явно не место среди… Ну… — Мэл замялась, не зная, какое слово подойдёт лучше. — Незаконопослушных элементов. Они же все там явно не очень в адеквате. Севика тяжко вздохнула. — Знаю. Я её просто припугнула; конечно, с этим сбродом мы её не оставим. Но она бесит иногда неебически. Ладно, — шлёпнула она себя по коленям, поднимаясь с бревна, — пора спать, пошли, Мэл. Джейс, спокойной. Джейс зевнул. Весело, конечно, начался поход.