Любить и ненавидеть

      Когда человек один его можно считать сильным. Безусловно, жить будучи совершенно одиноким – непросто, поэтому мозг ищет способы держаться на плаву и оставаться в ресурсе. Однако, если человек не один равных по силе, по выдержке, эмоциональном состоянии ему нет. Цзян Чэн с четырнадцати лет был совершенно один. Четыре года – это слишком много, он уже не думал о том, что что-то поменяется. – Ты очень сильно изменился. Рядом недавно внезапно оказался человек, из-за которого Цзян Чэн желал себе смерти, из-за которого вскоре полюбил эту жизнь. Судьба непредсказуемая и слишком жестока, измотав до полу смерти, проверив на выдержку, наконец-то оставила в покое. – Всё благодаря вам. — поднял голову Цзян Чэн, сильнее прижимая к себе тетрадь и ежедневник. – Если бы вы.. не подошли ко мне в тот день, то на следующий я бы вероятнее всего уже сделал бы что-то с собой. – Не нужно думать о прошлом. У вас с Лань Сичэнем всё хорошо? Он говорил, что ты наконец-то к нему переехал. Цзян Чэн скептически поднял брови. – Наконец-то? Мы встречаемся всего два с половиной месяца... – пробурчал он, а Се Лянь улыбнулся и тихо усмехнулся. – Ему хотелось, чтобы ты был как можно ближе. Цзян Чэн отвёл взгляд и слабо улыбнулся. Действительно. – Ладно, я пойду. Цзян Чэн вышел из аудитории и торопливо направился к студсовету. Открыл дверь и невольно замер, смотря на то, как Сичэнь ругается с кем-то по телефону. Пары давно закончились, он был тут один, его голос бился о стены и уходил в пустоту. Цзян Чэн подошёл ближе и Сичэнь наконец-то переключился. Свёл разговор и встал с места. – Ты долго. – сказал Сичэнь и коротко поцеловал в лоб. – Поехали? – Да, я ужасно хочу спать. Цзян Чэн повел плечом, невольно отключаясь. Лань Сичэнь начал что-то рассказывать. Они вместе вернулись в квартиру и именно тогда Сичэнь понял, что что-то не так. – А-Чэн? Юноша поднял руку. На внутренней стороне ладони были мелкие белые полосы, которые хотелось стереть. – Мне иногда кажется, что это сон. Он вспомнил ощущение погружения в воду, нехватки кислорода в лёгкий и его невольно передернуло. Лань Сичэнь тут же оказался рядом, взял его за руку и заставил посмотреть на него. – Нет, А-Чэн, это не сон. Это реальность, в которой ты прошёл через многое и заслужил лучшего. Цзян Чэн вздрогнул. В голове утих голос матери. Он с силой сжал руки Сичэня. – А что если я тебе надоем? – Не надоешь. Я слишком сильно люблю тебя. Цзян Чэн перестал дышать. Сердце забилось как ненормальное. – Ты ни разу не говорил... этого. – Разве? – удивился Сичэнь. – Точно. Я компьютерии я выразился немного иначе.. – он притянул Цзян Чэна к себе, начиная говорить то, что помогло придти в себя и успокоить свою паранойю. Цзян Чэн лишь надеялся, что это когда-то пройдёт. Когда в голове снова стало тихо, Цзян Чэн отпрянул и слабо, замученно улыбнулся. Лань Сичэнь повёл его на кухню и начал готовить, параллельно с этим рассказывая про сегодняшний день. Физически он находился здесь, но в глубине душе далеко отсюда. Пока Цзян Чэн окончательно к нему не переехал, Лань Сичэнь не мог нормально спать. Так или иначе он встретил человека, у которого очень серьёзные проблемы в ментальном здоровье. Будучи рядом, Сичэнь знал, что удержит его. Будучи рядом, он помогал Цзян Чэну схватиться за эту никчёмную жизнь. В тот вечер в компьютерии Лань Сичэнь окончательно влюбился. Точнее, влюбился он, когда увидел Цзян Чэна спустя долгое время разлуки, убедился в своих чувствах, когда услышал чужой смех, когда видел, как меняется Цзян Чэн, стоит им оказаться вдвоём. В тот вечер, он принял свои чувства. Это стало лучшим принятием в его жизни. Лань Сичэнь не думал, что существует кто-то, кто готов не только получать чувства, но и отдавать столько, сколько понадобится. Лань Сичэнь хотел дать ему все. Готов был положить под ноги весь мир для этого парня лишь бы тот перестал бояться своих же чувств и эмоций. Конечно, находясь вдали друг от друга, Сичэнь переживал. Не накроет ли Цзян Чэна, справится ли он... когда съехались стало легче. Они рядом. Лань Хуань видит чужие эмоции, внимательно следит за ними и пытается контролировать, используя слова и действия и он видел результат. – Хуань? – тихо позвал Цзян Чэн. Лань Сичэнь слабо вздрогнул и повернулся к младшему, что оказался прямо за спиной и уже собирался дотронуться до него. Хуань осторожно взял его за руку и притянул к себе, целуя так, будто они не виделись несколько месяцев. Цзян Чэн отпрянул и глупо заморгал. – Да что с тобой.. Лань Сичэнь положил руку на чужое лицо, провел большим пальцем по щеке и проговорил: – Снова вспомнил, как счастлив с тобой. – Странно говорить это после того, как меня недавно накрыло... – пробурчал Цзян Чэн, оставляя попытки выбраться из чужих объятий. Он шумно выдохнул и медленно обнял. – Не знаю, почему ты говоришь о счастье с кем-то вроде меня, но я рад. Лань Сичэнь впустил руку в чужие волосы. – Я же уже объяснял. Меня никто не любил так сильно и так долго, как ты. Правда я всё ещё злюсь, что ты страдал от этого. Цзян Чэн невольно усмехнулся и поднял голову. – Какой же ты.. – Какой? – с интересом спросил Сичэнь. – Такой. – обречённо ответил Цзян Чэн и первый потянулся за поцелуем.

***

– Так ты Цзян Чэн? Названный обернулся и с интересом посмотрел на женщину, что медленно подошла ближе. Сердце забилось быстрее. Цзян Чэн узнал бы эти черты лица, даже если бы не общался с Сичэнем так близко. Ему говорили, что хозяйка иногда приходит, но он не ожидал увидеть её так скоро. – Добрый день, да это я. Вы ведь мадам Лань? Очень приятно с вами познакомиться. Женщина мило улыбнулась и подошла ближе, поправляя берет, который Сичэнь уговорил носить его на работе. – Такие формальности. Ты ведь возлюбленный моего сына. Мог бы и не так официально. Руки дернулись. Внутри всё внезапно похолодело. Цзян Чэн перестал дышать и по чужой реакции понял, что слишком остро отреагировал. — Я могу называть тебя А-Чэн, пока мы вдвоём? Цзян Чэн медленно кивнул, пытаясь не думать о том, что даже собственные родители так к нему никогда не обращались. Женщина улыбнулась и осторожно накрыла его сжатую руку. – Так вот, А-Чэн, я рада с тобой познакомиться. А-Хуань много о тебе говорил и только хорошее. Я вижу, как он счастлив с тобой и рада, что вы вместе. Сердце остановилось. Цзян Чэн почувствовал некое отчаяние, смешанное с удивлением и радостью. Кто бы мог подумать.. Он услышал столь необходимые слова, но не от своих родителей, а от чужих. Слов не было. Цзян Чэн снова кивнул. – Гости о тебе очень хорошо отзываются. Говорят, что ты немного стеснительный, но очень вежливый. – резко переключилась мадам Лань. – Я рада, что ты тут работаешь. Может, смотря на тебя, другие сотрудники тоже возьмутся за голову. Ну и конечно, если всё будет хорошо, я продвину тебя выше. Не потому что нас теперь связывает мой сын, а потому что вижу в тебе огромный потенциал. Цзян Чэн окончательно потерялся в пространстве. Он был в восторге от услышанного. Он мечтал услышать что-то подобное, но не ждал... – Спасибо. – буркнул он и отвёл взгляд. – Я буду стараться и дальше. Мадам Лань замерла и тут же расплылась в улыбке, совершенно не удивляясь, почему именно этот юноша украл сердце Сичэня. Было в нём то, чего не было ни в одном человеке, который пытался сблизиться с Лань Сичэнем. –Я дам тебе свой не рабочий номер телефона на всякий случай. Если А-Хуань тебя обидит, пиши. Я вправлю ему мозг. Цзян Чэн невольно тихо рассмеялся, пряча улыбку за рукой. – Я же не девушка, чтобы меня обижать и жалеть. – Причём тут девушка или парень? А-Хуань ужасный собственник и иногда ему нужно... — она сделала неизвестный жест в воздухе и добавила: – промыть мозг, чтобы он не накручивался. Цзян Чэн был уверен, что полностью убедил чужого внутреннего собственника в отсутствии тотального контроля. – Мадам Лань, если любить искренне, то и ревновать не нужно. Тем более я крайне равнодушно отношусь к другим людям, ему это нравится. — Может всё-таки сыграем вашу свадьбу? – неожиданно предложила она, а Цзян Чэн глупо заморгал и смутился. – Нет, а что? Ванцзи всё никак не может съехаться со своим парнем. А-Хуань явно ближе к тому, чтобы сделать тебе предложение. Не хочешь, кстати, взять нашу фамилию? Тогда можем и регистрацию устроить. Прямо здесь, например. Или уехать куда-нибудь далеко, чтобы никого не было. Я уже представляю его счастливую улыбку! — она положила руки к своему лицу и продолжала с восхищением говорить о свадьбе, пока Цзян Чэн был готов провалиться сквозь землю. – Мадам Лань.. – он осторожно потянул женщину за край пиджака и та сразу же пришла в себя. – Прости, прости. Я поговорю об этом с Сичэнем. Но насчёт фамилии подумай. Я и его отец уже и ему об этом говорили. Тебе не нужно это клеймо. Цзян Чэн запаниковал. – Вы знаете... – Я знакома с Юй Цзыюань. Человек старых взглядов. Знаешь, как она выносила мне мозг, когда узнала о том, что мой младший сын встречается с парнем? Мы перестали общаться в тот же день. – мадам Лань взяла руку Цзян Чэна в свою и сжала. – Если бы я знала, как они поступили с тобой, помогла бы раньше. Цзян Чэн неожиданно ощутил тепло. Совершенно новое. Такое, какое дети должны чувствовать, находясь рядом с детьми. Такое, что Цзян Чэн ощутил, что страдал не зря. Он потерял одну семью, но нашёл другую. – Я очень рад, что у Хуаня такие родители. Мадам Лань мило улыбнулась и коротко обняла его. Немного поговорила и ушла. Цзян Чэн вернулся в квартиру в таком хорошем настроении, что Сичэнь, увидев его, выронил палочки, которыми мешал что-то на сковородке. Цзян Чэн убрал телефон, подошёл ближе, обхватил чужое лицо и поцеловал Сичэня. У старшего были заняты руки, но он всё равно наклонился ниже. Отпрянув, Цзян Чэн близко прижался к нему и улыбнулся, услышав бешенное сердцебиение. – Котёночек, я должен переживать как прошла ваша встреча с мамой или нет? Цзян Чэн облокотился подбородком о чужую грудь и мотнул головой. – Влюбиться в тебя было не ошибкой, а судьбой. Лань Сичэнь растерялся. – Знаешь, это звучит лучше любого признания любви. – прошептал он, а Цзян Чэн снова поддался вперёд, чтобы поцеловать.

***

Вечером Цзян Чэн сидел перед Сичэнем, облокачиваясь на его грудь и лениво продолжая искать информацию для доклада в университет. Лань Сичэнь что-то делал в телефоне. – Я не понимаю. Почему мама скидывает мне дизайны приглашений на свадьбу? Удачные даты для успешного брака... кольца на заказ, бронь ресторанов.. Цзян Чэн подавился и рассмеялся, не отвечая на вопросы. – А-Чэн, на что ты подписался? – Только на то, чтобы взять твою фамилию. – Наконец-то задумчиво ответил Цзян Чэн и поднял голову. – Она предложила это так непринуждённо, откуда я знал, что моё согласие.. – Ты... выйдешь за меня? Повисла тишина. Цзян Чэн аж слегка отодвинулся, смотря на смущенного Сичэня. Тот коротко кивнул вниз. В какой момент Сичэнь достал синюю бархотную коробочку, внутри которой было кольцо, Цзян Чэн понятия не имел. Ему хотелось задать тысячу вопросов, но Сичэнь видел его насквозь. – Я знаю, что мы встречаемся всего два месяца. Знаю, что для тебя это слишком внезапно. Знаю, что скорее всего я очень спешу. А-Чэн, я хочу быть как можно ближе. Без пафоса. Правда... я думал, что буду сомневаться чуть больше. – он неловко улыбнулся. Цзян Чэн неожиданно снова рассмеялся, прижимаясь к его груди. – Твоя мама о свадьбе, ты решил не медлить. Кто бы мог подумать, что я вообще доживу до этого. Лань Сичэнь с сомнением спросил: – Это да? Цзян Чэн наклонил голову набок и кивнул. – Только без свадьбы, пожалуйста. Доставая кольцо и украшая бледный безымянный палец Цзян Чэна, Сичэнь ответил: – Я поговорю с ней.

***

– А-Хуань, это предательство! – Мам, он недавно принял то, что его чувства это не ошибка. К чему эти церемонии? Мимо прошли студенты и с недоумением посмотрели на Сичэня, что говорил по телефону. Старший пришёл к нужной аудитории, зашёл в неё, прервав лекцию и с надеждой в глазах посмотрел на Се Ляня. – Можно вас на минуту? Се Лянь напрягся, но вышел. Лань Сичэнь протянул телефон. – Объясните ей, что нам не нужна торжественная церемония. – Торжественная... что? – растерялся Се Лянь, с паникой смотря на телефон в своих руках. Лань Сичэнь показал на безымянный палец. – Вы ведь с тренером Хуа официально мужья, но никто об этом не знает. Мы хотели бы также.. Мадам Лань что-то начала говорить, а Се Лянь начал её успокаивать и вскоре договорился до какого-то оптимального варианта. Он отдал телефон Сичэню, а тот не понял, что за яркие эмоции в чужих глазах. – Ты уже сделал ему предложение? – шёпотом спросил он, а Сичэнь кивнул. – Я не хочу, чтобы рядом был кто-то другой. Се Лянь просиял. – У меня было также. Однако менять фамилию... это значит менять все документы. Цзян Чэн уверен, что хочет этого? – Он сам согласился, я бы не сделал ничего против его воли. – выставляя руки перед собой, сказал Лань Сичэнь и неловко улыбнулся. – Я очень рад за вас. Если всё-таки будет что-то скажите. Я обязательно поздравлю вас. – Хорошо. Уверен, Цзян Чэн будет рад.

***

Звонок в дверь прервал разговор ни о чём между двумя мужчинами. – Гэгэ, ты кого-то ждёшь? – Нет. – ответил Се Лянь и мотнул головой, направляясь открывать дверь. Он не ожидал увидеть на пороге квартиры Цзян Чэна и сразу, без приветствий, без всего впустил внутрь. – Если этот ублюдок после всего случившегося тебя кинул, я уничтожу его. По телу прошёлся холод. Цзян Чэн с ужасом посмотрел на тренера и воскликнул: – Нет, нет, всё в порядке! – Тогда зачем пришёл? – Сань Лан, хватит. Я вот очень рад, что он пришёл. – Этот хотя бы не так бесит, как твои друзья. – он сложил руки на груди и вернулся на кухню, громко щёлкнув кнопку на чайнике. Цзян Чэн прошёл следом. Се Лянь, увидев на его лице сомнения, уточнил: – Ты из-за церемонии? Кажется Лань Сичэнь говорил, что вы решились снять зал ресторана там провести регистрацию и в узком кругу людей отметить. – Да, верно. Я.. – Цзян Чэн безвольно опустил руки вниз, на колени. Он посмотрел на Се Ляня и почти отчаянно произнёс: —... хотел бы, чтобы и вы там были. Повисла тишина. Хуа Чэн выгнул брови,смотря на Цзян Чэна, Се Лянь растерялся и не знал, что ответить. Они не были знакомы. Были совершенно чужими друг для друга людьми, но в то же время.. Цзян Чэн был пожизненно им благодарен. Он шумно выдохнул, положив руку на шею. — Я так долго приносил вам неудобства. Вы терпели меня в самом ужасном виде. Понимаете, я... чувствую себя увереннее, когда вы рядом. Хуа Чэн тихо хмыкнул. – Тебе ни к чему держаться за нас. Этот Сичэнь обеспечит тебе эту уверенность. – У него будут родители. Будет брат, будет лучшие друзья, а я.. – Цзян Чэн отвёл взгляд, сжал губы в тонкую линию и мотнул головой. – Моя сестра за границей. Единственный родной человек, которого я бы мог позвать. Понимаю, это всё очень спонтанно, если вы откажитесь, я больше не буду настаивать. – Цзян Чэн сдался. Се Лянь всё ещё молчал, а второй присутствующий задумчиво постучал пальцами по поверхности стола. Смирившись, что всё было зря, Цзян Чэн положил перед Се Лянем конверт. – Я думаю тут достаточно. За те пару месяцев, пока вы тратились на меня. Извините, что я так внезапно ворвался. – Забери. – строго сказал Хуа Чэн. — Нам не нужны твои деньги. Се Лянь кивнул. – Это лишнее. Вскипел чайник. Цзян Чэн поднялся с места, но конверт не забрал. – Мне так будет.. легче. Когда Цзян Чэн собирался уйти, Се Лянь собирался заговорить. На его плечо легла рука Хуа Чэна и сразу повисла тишина. Дверь захлопнулась. – Почему нет? – спросил Се Лянь. Хуа Чэн сложно выдохнул. – Мы чужие друг-другу люди. У Лань Сичэня будут родственники и близкие друзья, а мы? – Он же просто благодарен нам. Хуа Чэн кивнул на конверт. – Вот его благодарность. Оставь, гэгэ. Се Лянь глубоко задумался. Вообще-то он мог понять чувства Цзян Чэна. У него не было родителей. У Хуа Чэна тоже их не было. Никто за них не радовался, никто не был против. Их церемония вообще прошла как обычное свидание. Се Лянь нахмурился. – Если ты не хочешь идти, не иди. Я же приду и поздравлю их. Мы слишком долго боролись за их счастье. – Гэгэ... – Сань Лан, я не передумаю, ты же знаешь. Хуа Чэн шумно выдохнул и кивнул. – Знаю.

***

Цзян Чэн невольно слишком громко хлопнул входную дверь, скинул с себя обувь, толстовку и закрылся в ванной, пуская по ладоням воду.. Он судорожно выдохнул, прогоняя до боли знакомое ощущение глупости. Зачем он только вообще пошёл.. Умывшись, Цзян Чэн натянул на себя домашнюю одежду, вышел в гостиную и поморщился когда увидел Яо и Минцзюэ. – Ты чего? — спросил обеспокоенно Хуань, понятия не имея, где был возлюбленный. Цзян Чэн судорожно выдохнул, сел на диван, потом головой лёг на чужие колени и отвернулся к животу Сичэня, подгибая колени почти к самой груди. Лань Сичэнь снова позвал: – А-Чэн, что случилось? – Ничего. Пожалуйста, замолчи. Если вы что-то обсуждали, дай мне наушники. – Нет, серьёзно, ты таким мрачным был, когда узнал, что поступил в один университет с Сичэнем. – вмешался Минцзюэ. –Ты из-за чего в этот раз так паришься? Цзян Чэн закрыл глаза, впихивая наушники в уши. Лань Сичэнь поднял голову и мотнул ею, А-ля, не стоит продолжать, это бесполезно. Они вернулись к тому, на чем остановилось. Никого вообще не смущал Цзян Чэн, что выглядел точно кот в данный момент. Сичэнь постоянно гладил его по волосам, остановился лишь тогда, когда увидел сообщение на телефоне от Профессора. | Добрый вечер, Лань Сичэнь. Не мог бы ты уточнить дату вашей церемонии, время и место. Цзян Чэн так быстро ушёл, что я не успел ответить ему.|

| Добрый вечер. Цзян Чэн был у вас? Когда? Он пригласили вас? Не совсем понимаю, что случилось, он пришёл очень расстроенный|

Лань Сичэнь читал следующие сообщения с лёгким удивлением и ужасом одновременно. Он понимал и тренера Хуа и Цзян Чэна. Ответить ему пришлось прямо, без малейшего сомнения, так, как есть. Так, как хотел бы выразиться Цзян Чэн, но не смог из-за смущения. Отложив телефон, Лань Сичэнь посмотрел на Цзян Чэна. – Узнал? – Мгм. – нехотя отозвался Сичэнь. – Он больше не хочет быть один. – Логично. – отозвался Яо. – После всего того тепла,что дал ему ты и профессор Се, как можно хотеть вернуться к холоду? Кстати, а он придёт? Лань Сичэнь кивнул. – Скорее всего один. – Неудивительно. Тренер Хуа слишком занят, у них тренировки даже по выходным, а скоро финал. Ему не до этого. – Наверное...

***

Он больше боялся этого мероприятия. По факту получилось обычная встреча знакомства. Цзян Чэн был в восторге от родственников Возлюбленного. Они все приняли его как родного, никто даже слова не сказал. После небольшой фотосъёмки, которую очень хотела провести мадам Лань, они начали заходить в ресторан. Не было этого разделения, они все сидели за одним столом. Цзян Чэну нравилась эта атмосфера. Однако на душе было не спокойно и как назло Лани оказались все слишком чуткие. В моменте Цзян Чэн двинулся к Хуаню и прошептал, что выйдет ненадолго, уговорив остаться его на месте. Свежий воздух успокоил. Цзян Чэн облокотился на деревянную конструкцию и поднял взгляд на закатное небо. – Ты чего нервничаешь? – из неоткуда появился Вэй Усянь, что навис над ним. Человек ужасно шумный, но крайне позитивный. – Я не привык к таким мероприятиям. – объяснил Цзян Чэн, смотря на кольцо на своём пальце. Вэй Усянь хмыкнул. – Завидую. Я с Лань Чжанем уже два года в отношениях, он даже не думает ни о чём подобном. Уже даже мадам Лань не помогает. Цзян Чэн издевательски добавил: — Хуаню понадобилось два разговора с ней. – Боже, если я выгляжу таким же тошнотворно счастливым рядом с Лань Чжанем, то должен задуматься. Цзян Чэн показал ему язык. – Завидуй молча. Вэй Усянь рассмеялся и тут же стал серьёзным. – Слушай, меня неплохо так поколотили, когда я задал вопрос Сичэню, но рискну и спрошу прямо: у тебя что даже друзей нет? Где родители? Родственники? – Друзей у меня нет. – он загнул палец на правой руке. – Родители оставили меня на произвол судьбы ещё в четырнадцать лет из-за того, что я люблю парня. Сестра за границей живёт. Других родственников я не знаю потому что я – позор семьи и ничтожество. – Цзян Чэн выдохнул. – Единственных людей, которые мне стали очень дорогими, я не смог уговорить. Я немного ошибся. – Как ты вообще держался четыре года? Это ненормально! – Да он идиот живучий слишком. – Сань Лан... Цзян Чэн резко обернулся и с недоумением посмотрел на Хуа Чэна и Се Ляня, что выходили из машины. Всё замерло. – Профессор Се... тренер Хуа..? Что.. вы же... — Этот человек и впрямь идиот. За два месяца вышел замуж, за два нас вознес куда не стоило. – Прекрати. Хуа Чэн закатил глаза и подошёл ближе. Он внезапно с силой щёлкнул Цзян Чэна по лбу так, что у младшего всё зазвенело. Се Лянь тоже подошёл ближе. – Я думал, что Лань Сичэнь скажет о том, что мы приедем. Цзян Чэн, расстирая повреждённые место, мотнул головой. – Но почему? Хуа Чэн фыркнул, не собираясь отвечать. Се Лянь потер переносицу и ответил: – Я всё-таки понимаю, что ты чувствуешь. Понимал, когда впервые увидел тебя, понимал, когда увидел твою реакцию на Сичэня и в дальнейшем тоже. Наверное, такую связь всё же не стоит обрывать, верно? Губы дернулись в коротком немом ответе, из-за чего Хуа Чэн снова щёлкнул его по лбу и в этот раз сильнее. – И ещё. Твой Сичэнь сказал, что вы не нашли ведущего, а у нас есть один, который согласился. Считай свадебный подарок. К ресторану подъехала ещё одна машина. Оттуда вышел парень в красивом, явно дорогом костюме цвета морской волны. Длинные волосы были заплетены в хвост. Цзян Чэн сфокусировал взгляд. Незнакомец подошел ближе и протянул руку. – Меня зовут Ши Цинсюань! Очень рад знакомству и буду очень рад помочь вам развлечься. – он подмигнул и улыбнулся. Цзян Чэн всё ещё не понимая, что происходит, вернулся в зал уже этой толпой. Се Ляня некоторые знали и встретили так тепло и радушно, что даже Хуа Чэн перестал на всех презрительно оглядываться. Юноша молча сел рядом с возлюбленным. Ши Цинсюань неожиданно просто не заставил их скучать вообще. Ощущение, что он оказался в огромной семье не покидало до самого конца. Цзян Чэн пытался придти в себя, но смог только тогда, когда они оказались дома. – А-Чэн? – обеспокоенно позвал Сичэнь, оказываясь рядом. – Я... – он посмотрел на свои ладони, на которые медленно капали стеклянные крупицы. Глаза горели. Цзян Чэн тут же убрал всю влагу, спрятав глаза в изгибе локтя. Он никогда не плакал. Вот вообще. Не умел или не было сил, он не знал, но от слабости всегда чувствовал ненависть или опустошение. – Да что это.. – произнёс он, пытаясь успокоиться. Лань Сичэнь неожиданно перехватил его руки. – Пусть выйдет. Тебе станет легче. Не бойся, я рядом. Легче стало не скоро, но стало. Цзян Чэн раньше убил бы себя за свою слабость. Уничтожил любые шансы на то, чтобы выдавить абсолютно всю усталость таким образом. Когда дышать стало совсем легко, Цзян Чэн начал медленно осознавать насколько он... счастлив. – Хуань, — позвал тихо он, отодвигаясь от Возлюбленного, – Спасибо. Я таким образом рядом с тобой вообще рассудок окончательно потеряю от счастья. – Ты заслуживаешь быть счастливым, А-Чэн. – прошептал Сичэнь, проводя рукой по чужому лбу. – Ты заслуживаешь всего. Ты справился со всем, чем никто другой бы в одиночку не справился. Я рад, что ты сейчас тут. Цзян Чэн облокотился на него и подумал о том, что как раз его главная награда это и есть Сичэнь. С другой стороны, он безмерно счастлив, что в жизни появились и другие люди. Те, кого он может считать семьёй. Ему теперь под силу абсолютно всё. И никакие принципы его не сломают.