A Demon would be loved by the world, but you, Shen Qingqiu, shall be loved by me

Любовь к злодеям не что то новое. Сколько существуют эффектные и драматичные злодеи в художественной литературе, столько и существуют у них поклонники. Людей привлекает драма, а остаются они ради эстетики - а если и не ради эстетики, то ради предыстории и мотивов злодея. Всем нравятся хорошо прописанные злодеи с богатой предысторией и сомнительными моральными мотивами. Люди любят им сопереживать, многие даже больше, чем двухмерному герою, остающемуся неизменным на протяжении всей истории. Драматизм, изящество, зрелищность — все это вызывает восторг у людей. Вызвало и у Шэнь Юаня. Он всегда предпочтет хорошо прописанных злодеев плохо прописанным героям. Что подводит нас к его нынешней проблеме. Шэнь Юань сейчас влюблен без ума... Он сейчас читает роман чей злодей его заинтересовал, и его проблема в том, что в романе ничего не написано хорошо. Даже чертов главный герой. Всё гнется под мнение большинства. Если фанаты говорят, что у главного героя должна быть ещё одна жена, предыдущий сюжетный ход отбрасывается в пользу бесполезной истории с женой. Если фанаты говорят, что персонаж должен понести наказание за незначительный проступок по отношению к главному герою, то намёк на искупление отбрасывается, а персонаж подвергается безжалостным пыткам. В целом, главный герой был ближе к злодею, чем персонажи, которые случайно его обидели, кроме того, Шэнь Юань никак не мог полюбить его. Каждая его победа всегда была скучной, и после неё Шэнь Юань оставался раздражённым. Не было ни драматизма, ни изящества, ни зрелищности. Было ясно, что он победит. Было ясно, что всё потенциально интересное будет заброшено. Заброшено, как и его любимый персонаж. В отличие от большинства, Шэнь Юань обожал самого первого «злодея» истории: Шэнь Цинцю. В нём было что-то особенное, что-то скрытое под простым обликом двухмерного злодея, что-то великое, что-то удивительное. И всё же этот бездарный автор явно отбросил это. Шэнь Цинцю был изображен как плоский злодей, просто завидовавший главному герою, но в его образе проскальзывали намеки на нечто большее. Шэнь Юань вгрызался в каждый такой намек, словно голодный пес. Там было нечто гораздо более интересное, чем то, что было показано, и он хотел это. Каждый слух, распространявшийся о нём, имел своё происхождение, и ему хотелось понять, как кто-то мог неправильно истолковать образ его любимого злодея. Ему нужно было знать, как этого сдержанного и холодного бессмертного вообще можно считать развратником. Этот один из слухов, всем разделом комментариев принятый как факт, раздражал Шэнь Юаня. Многие восприняли это как факт злоупотреблений и поползновений Шэнь Цинцю по отношению к своим ученицам, но никаких текстовых оснований этому утверждению не было. Нигде не говорилось, что его замечательный Шэнь Цинцю когда-либо поступил бы так с Нин Инъин или любой другой из своих учениц. Сколько бы раз он ни указывал на это, люди всё равно повторяли это как факт. Сколько бы раз Шэнь Юань ни указывал на то, что главный герой — ненадёжный рассказчик, его все равно называли simpом злодея. Он не simp злодея! То, что он хотел настоящего сюжета, настоящей истории для Шэнь Цинцю, вовсе не означало, что он был simpом! Это не его вина, что Самолет Летящий В Небо, похоже, испытывает аллергию на написание сюжета. Каждый раз, когда этот бездарный автор приближался к чему-то, напоминающему сюжет, около нескольких сотен фанатов жаловались на то, что протагонисту не дают ничего клёвого. Потенциально интересная сюжетная линия тут же отбрасывалась ради дешевого порнографического сюжета. Шэнь Юань имел полное право ненавидеть направление, в которое развивали персонажей. Ну и что, что он сфокусировался на Шэнь Цинцю? Шэнь Юань ненавидел PIDW. Он абсолютно презирал потраченный потенциал, а Шэнь Цинцю был королём потраченного потенциала. Возможно, он заказал фанфики про Шэнь Цинцю. Если автор не собирался использовать его потенциал, то Шэнь Юань мог бы заплатить кому-нибудь за это. Самые... сомнительные фанфики возникали лишь потому, что авторы, принимавшие заказы, предлагали их со скидкой, так как он был постоянным покупателем. Ну и что, если это фанфики "x readers"?! Он не выбирал их. Было бы грубо жаловаться на то, что он получил со значительной скидкой! По крайней мере, авторы и художники, которым он заказывал работы, обрели новую форму уважения к Шэнь Цинцю. Они перестали испытывать по этому поводу замешательство. По крайней мере, он был не одинок в понимании потенциала Шэнь Цинцю. Это не изменило того факта, что в комментариях к PIDW по-прежнему игнорировались вопиющие сюжетные дыры в романе, и вместо злодея с нереализованным потенциалом они довольствовались таким плоским главным героем. Каждый раз, когда он жаловался на отброшенные сюжетные крючки, кто-то высмеивал его за попытку найти сюжет в романе о жеребце. Это было правдой. У него не было причин искать хорошо написанную прозу в этом бессмысленном романе про жеребца. Раньше он никогда её не искал, но его раздражало, как один за другим сюжетные крючки отбрасывались под натиском фанатов. Он просто хотел, чтобы Шэнь Цинцю играл более значительную роль. Он хотел, чтобы этот человек блистал, даже если Шэнь Юань до боли ясно понимал, что в конце концов он всё равно пал бы от ярости главного героя. Разве так уж плохо желать увидеть, как ярко сияет звезда, прежде чем она рухнет и превратится в черную дыру? Разве так уж плохо увидеть, как создается статуя в честь бога, прежде чем храм будет разрушен? Шэнь Юань не видел в этом ничего плохого. Он не видел ничего плохого в своем почитании. Он не понимал, почему в комментариях его дразнят по поводу его якобы «влюбленности» в этого мерзавца-злодея. Он не хотел, чтобы мерзавец-злодей любил его; Ему не нужен был мерзавец-злодей. Он был гетеросексуалом. Конечно, ему хотелось бы чтобы он дал ему этот леденящий взгляд, насмехался над ним, чтобы он оказался на передовой ненависти этого мерзавца-злодея... ПОНИМАЕТЕ! Совершенно нормальные мысли о вымышленном персонаже! Наверняка они были нормальными, верно? Он слышал такое раньше, думает он. Конечно, возможно, он никогда не думал такое раньше о персонаже или человеке... вообще. Но это, конечно же, ничего не значило! Шэнь Юань точно не знал, когда именно у него возникли эти мысли, но однажды он поймал себя на том, что не возражал бы, если бы Шэнь Цинцю облил его горячим чаем, после того, как главный герой снова начал жаловаться на этот момент своей будущей жене. Поначалу он отмахнулся от этих мыслей и снова погрузился в роман. Однако эти навязчивые мысли время от времени всплывали снова. Затем они росли и росли. В конце концов, подобные мысли перестали его волновать. Мысли о том, как Шэнь Цинцю сверлит его взглядом и приказывает снова почистить все оружие в оружейном сарае. Затянувшиеся мысли о том, как Шэнь Юань должен был бы кланяться до пола, выпрашивая прощение. Какие же это бесстыдные мысли, но они были его. Он оправдывал их тем, что просто пытался как-то посочувствовать главному герою. Что он просто пытался поставить себя на место Ло Бинхэ. Он совершенно игнорировал те случаи, когда просыпался от сна с Шэнь Цинцю, тверже камня. Он просто объяснял это утренней эрекцией. Это было нормально. Он игнорировал прилив крови к члену, когда читал особенно пикантный фанфик "x reader" с Шэнь Цинцю. Шэнь Юань был почти уверен, что ему сказали, что это нормально или что-то в этом роде. Он не выдумывал факты и не пытался себя оправдать. И он уж точно не нервничал! И не волновался! ... Ага. Шэнь Цинцю, казалось, вызывал какое-то короткое замыкание у Шэнь Юаня каждый раз когда он упоминался. Каждый раз, когда в романе появлялся злодей, его гневные речи, казалось, были сосредоточены на Шэнь Цинцю. и они были всё более короткими и лаконичными. По какой-то причине... Вероятно, в тот день у него просто не было настроения. Ну и что, если «Непревзойденный Огурец» обычно писал тысячи слов с каждой жалобой, а вдруг стал таким лаконичным? Это ничего не значило. Он был просто поглощен сюжетом. Ему просто хотелось узнать, чем закончится история его любимого персонажа. Каждое упоминание Шэнь Цинцю было кратким и мимолетным, но Шэнь Юань цеплялся за каждое из них, как тонущий человек за спасательный круг. Он цеплялся за хрупкую надежду, что Шэнь Цинцю сможет триумфально вернуться, продемонстрировав те свои навыки, о которых упоминалось лишь в годы ученичества главного героя. Это было похоже на ломку. Шэнь Юань справлялся со своим желанием получить хотя бы намек на присутствие этого мерзавца злодея, читая фанфики. Он мог лишь пожаловаться на это в комментариях, где его дразнили и высмеивали. Но ему было всё равно. Глава, в которой Шэнь Цинцю наконец-то предстал перед ними во плоти, также ознаменовала начало его конца, И все надежды Шэнь Юаня рухнули. Это было похоже на падение домино, сметающего все костяшки на своем пути, пока не остался лишь грохот. Лишение свободы Шэнь Цинцю, убийство Юэ Цинюаня, падение горы Цан Цюн и выход Ло Бинхэ из всего этого невредимым и даже лучше, чем прежде. Всё рухнуло, и это было похоже на прослушивание незаконченной симфонии. Концовка была плоха и затянута. Шэнь Юань отчаянно искал ответы на вопросы, которые никто не воспринимал всерьез. Он кричал и пытался добиться хоть какой то компенсации там, где все остальные находили захватывающую историю. Главный герой отомстил, завоевал девушку (девушек), и его история продолжилась вполне благополучно. Шэнь Юань ненавидел это. Никогда прежде он не испытывал такой неприязни к вымышленному персонажу. Он был вынужден читать о том, как Шэнь Цинцю терзали, пытали и оставляли гнить, только для того, чтобы главный герой вернулся и повторил весь цикл. Он продолжал читать, питая лишь хрупкую надежду, что Шэнь Цинцю каким-то образом избежит наказания и отомстит главному герою. Это было всё равно что молиться, чтобы кролик вырвался из ловушки; это было бесполезно. И всё же он всё ещё надеялся. Он всё ещё возвращался. Он всё ещё задавал вопросы. С каждой главой вопросов становилось всё больше. Почему Шэнь Цинцю был так потрясен смертью главы секты, если говорилось, что между ними были холодные отношения? Почему Шэнь Цинцю поступил так, как поступил? Почему он не защищал себя? Чем больше Шэнь Юань читал, тем больше в нем росла горечь. Вскоре моральные принципы перестали приходить ему в голову, когда он защищал Шэнь Цинцю. Он кричал о растраченном потенциале, а его называли троллем. Многие в ответ кричали, что он был совратителем детей, но и это вскоре перестало его волновать. "Ну и что? Этот ребёнок стал демоном", — бормотал он себе под нос, обращаясь к своей пустой комнате. "Главный герой просто был мстительным; Шэнь Цинцю должен был поступить хуже," — говорил он, защищая Шэнь Цинцю. "Он заслуживает лучшего," — утверждал он, печатая абзац за абзацем о Шэнь Цинцю. Шэнь Юань защищал его, как будто это было его законным правом как потребителя. У Шэнь Цинцю были причины, Шэнь Юань донесет это до масс. Шэнь Цинцю был величайшим стратегом в PIDW; у Ло Бинхэ просто была несправедливая сюжетная броня. Если бы не явное предпочтение небесному демону, Шэнь Цинцю победил бы; Шэнь Юань просто знал это. Хотя в глубине души он понимал, что даже если у этого мерзкого злодея не было мотива, он все равно будет его защищать. Все потому, что это был Шэнь Цинцю. Шэнь Цинцю был его возлюбленным любимым персонажем! В его глазах этот человек не мог совершить ничего плохого. Шэнь Юань скрежетал зубами от каждой новой пытки, которой подвергался Шэнь Цинцю. Каждый комментарий сопровождался восторженными возгласами по поводу каждой главы. Казалось, они делали это даже назло ему. Иногда ему приходилось на мгновение останавливаться, чтобы собраться с мыслями, прежде чем продолжить. С каждой новой главой, с каждой отрубленной конечностью он сильнее чувствовал боль в груди. Он чувствовал что у него нет сил это остановить. Он был лишь одним голосом, заглушенным тысячами. Читая, он рвал на себе волосы и проклинал Самолета. День, когда Шэнь Цинцю был окончательно убит, совпал с днем, когда Шэнь Юань почувствовал, что из него что-то вырвали. Это было такое пронзительное чувство, такое реальное, но в то же время сакральное. Было ли глупо оплакивать вымышленного персонажа? Возможно, но его чувства были вполне реальными. Шэнь Юань чувствовал себя вдовой, которая узнала, что её муж был убит. Не то чтобы он считал Шэнь Цинцю своим мужем; в отличие от того, что думали о нем другие читатели, он, по сути, был гетеросексуалом. Ему просто было грустно, что его любимый персонаж так ужасно погиб. По крайней мере, Шэнь Цинцю больше не будут мучить. Это немного утешало его. Шэнь Юань подумывал просто бросить роман; он действительно думал об этом. Продолжать не было смысла. Его совершенно не интересовали бессмысленные сюжетные линии; ни с женой, ни главный герой в целом. Честно говоря, он подбросил монетку, решая, продолжать читать или нет. Выпал орел: продолжать. Он вздохнул, снова сел и открыл роман. Он и так потратил столько времени на этот никчемный роман; зачем останавливаться сейчас? Ему всё равно больше нечем было заняться. Шэнь Юань продолжал читать, но перестал оставлять комментарии. Закончив главу, он переключался на фанфик, который заказывал сам. Его обычные авторы выражали ему соболезнования по поводу смерти его любимого персонажа, и он действительно чувствовал, что его утешают после чьей-то утраты. Они понимали его привязанность к Шэнь Цинцю, и он это ценил. В какой-то момент он читал больше фанфиков по PIDW чем его самого. Время от времени он заглядывал в комментарии и видел, что его упоминают. Некоторые выражали беспокойство, другие — недоумение. Общее мнение сводилось к тому, что он забросил роман после смерти Шэнь Цинцю. Некоторые пытались собрать других читателей, чтобы попросить Самолета снова упомянуть Шэнь Цинцю, просто чтобы посмотреть, призовет ли это его. Шэнь Юань был озадачен, ведь это были те самые люди, которые подтрунивали над ним и смеялись над ним за защиту Шэнь Цинцю. По крайней мере, ему удалось получить несколько флешбэков, связанных с Шэнь Цинцю. Однако это всё равно не заставило Шэнь Юаня что-либо прокомментировать. Шэнь Юань чувствовал, что читает каждую главу механически. Зачитывался залпом, потом переключался на другую вкладку и читал фанфики о лучшей жизни для Шэнь Цинцю. Шэнь Юань наконец дочитал до конца. Он нажал на кнопку «следующая глава» и был озадачен, когда она не открылась. Он посмотрел в уголке страницы и ничего не увидел — просто мышечная память. Он удивленно моргнул и прокрутил вниз до раздела комментариев. Там Самолет сказал людям что это конец PIDW, и выразил надежду, что им понравилось. "И это всё?" — недоверчиво спросил себя Шэнь Юань. Он перечитал заключительное сообщение, наверное, в сотый раз. Это же шутка, правда? Неужели он закончил свой роман на такой... скучной ноте? Концовка была ужасна! Неужели Самолет не мог хотя бы написать что-нибудь вроде «и жили они долго и счастливо»? Так Шэнь Юань хотя бы догадался , что это конец! Это была полная чушь! Это было убого! Он потратил столько времени впустую, даже после того, как его любимого персонажа убили! Он… он…! Шэнь Юань, поднимаясь, ударил кулаками по столу. "Это… это…!" — выпалил он в ярости. "Глупый автор! Глупый роман! Какой бесполезный конец!" — закричал он и, повернувшись, выбежал из комнаты. Ему нужно было сделать несколько кругов по своей квартире. Шэнь Юань едва успел сделать несколько шагов, как его нога зацепилась за брошенную футболку. Да уж, он совсем запустил свою квартиру, да? Шэнь Юань едва успел осознать произошедшее. Угол его кровати оказался всего в нескольких миллиметрах от его лица. Не было даже возможности запаниковать или вдохнуть. Затем все потемнело, раздался отвратительный хруст, что заставил его душу сжаться. На мгновение он почувствовал боль, а затем словно провалился сквозь саму ткань реальности, словно плыл в ледяной тьме. Его глаза словно не были ни открыты, ни закрыты. Он чувствовал что что-то слепит, но при этом словно ничего не видел. Ощущение было похоже на помехи, но, возможно, это потому, что его разум пытался заполнить пустоту. Было так... холодно. И тихо... И одиноко... Внутри него начал расти пузырь паники, грозивший разорвать эту хрупкую ткань молчания. Это было спокойно, но в то же время ужасало. Прежде чем паника полностью раскрылась, его резко потянуло вниз. Он почувствовал, как его душу бросило во что-то, и тепло разлилось по конечностям, которых еще минуту назад не было. Шэнь Юань открыл глаза. Он невольно жадно вдохнул воздух, но тут же наглотался воды. Он неосознанно закашлялся и вдохнув лишь еще больше воды. Едва сумев сориентироваться, он отчаянно поплыл к поверхности. Он с испугом вынырнул из воды. Волны подкинули его, и он изо всех сил старался удержать голову на поверхности. В конце концов, его тело ударилось о скалу. Он ухватился за камень и забрался на нее. Шэнь Юань откашлялся, чтобы избавиться от воды в легких. Его сильно тошнило, и он хотел закрыть глаза, чтобы остановить знакомое жжение от соленой воды. Он попытался оглядеться; перед его глазами была кромешная тьма, словно он смотрел на обгоревшую пленку. Сначала он подумал, что темнота вызвана водой или ночью, но он чувствовал палящее солнце на коже. Слышал пение птиц. Все указывало на то, что сейчас день. Просто его зрение было каким-то образом испорчено. Он прищурился, пытаясь сосредоточится на тех маленьких дырах, где ещё мог видеть. Было размыто, но он смог различить то, что показалось ему берегом. Он морально подготовился и снова вошёл в воду. Он боролся против волн, что пытались утащить его на дно или ещё дальше в море. Он был полон решимости добраться до этого близкого берега. Шэнь Юань едва справился. Плоды его усилий были вознаграждены ощущением песка под ладонями, когда он выбрался из воды на берег. Он никогда не думал, что песок, липнувший к мокрой одежде, может ощущается так утешающе. Он полз, пока не перестал чувствовать, как вода хлещет его ноги, словно понуждая вернуться в водные глубины. Сухой, горячий песок обжигал порезы на ладонях, и ракушки, примешанные к нему ничем не помогали. Убедившись что достаточно далеко от воды, он рухнул на спину, тяжело дыша. Он закрыл глаза, намереваясь сохранить как можно больше своего пострадавшего зрения от солнца. После момента тишины, в котором компанией ему были лишь волны и птицы, он наконец почувствовал себя достаточно спокойно, чтобы задаться вопросом о происходящем. Где он? Что происходит? Он умер? На все эти вопросы ему, вероятно, дадут ноль ответов. И словно почувствовав его мысли, перед его взором всплыл экран, даже несмотря на то, что глаза у него были закрыты. ------------------------------------------------------------------------------------------- Запуск системы. Синхронизация с историей завершена. Синхронизация с миром завершена. Выполняется проверка окружения. Статус: Нормальный. --------------------------------------------------------------------------------------------- В ушах Шэнь Юаня прозвенел роботизированный голос. Он был холодным и бесчувственным. Даже немного пугающий, если бы кто то спрашивал его. Хотя это не имело значения, поскольку его волновал лишь один вопрос: "Что?" - было сказано незнакомым голосом, что царапнул Шэнь Юаню горло. Его горло болело, а голос больше напоминал карканье. Вероятно, из-за импровизированного заплыва. Конечно, утопление не было полезно ни для легких, ни для горла. Выкашливание своих легких наружу, чтобы слить из них воду, определенно тоже. Хотя такое ощущение, что это была не единственная причина, по которой у него такая сильная боль в горле. --------------------------------------------------------------------------------------------- Пользовательский модуль трансмиссии загружается... Добро пожаловать в «Путь Гордого Бессмертного Демона.» UV002 --------------------------------------------------------------------------------------------- Голос продолжал, безразличный к его беспокойствам. Шэнь Юань с неохотой открыл глаза, чтобы убедится, что это не обман или что то типа того. Оно все еще было там, к сожалению. Он закрыл глаза и вдохнул через нос. Блять, нет. Точно нет. Он никак не мог быть в PIDW. Он отказывался в это верить. Но даже так, почему этот роман, почему не один из тех, что он не абсолютно ненавидел. Кто ты? Почему я здесь? - мысленно спросил Шэнь Юань. Его горло слишком напоминало ссадину чтобы вновь говорить, поэтому он не собирался заставлять себя. В конце концов, ему, возможно, придётся звать на помощь, и он предпочел бы рвать горло, занимаясь чем то полезным. --------------------------------------------------------------------------------------------- Пользователь выразил непринятие судьбы мерзавца злодея: «Шэнь Цинцю» --------------------------------------------------------------------------------------------- Непринятие? Непринятие?! Непринятие - это самое мягкое слово, которым можно описать его чувства по отношению к концу Шэнь Цинцю. Это было похоже на то, как художнику смотреть, как сгорает дело всей его жизни. Это было похоже на то, как поэту видеть, как его муза умирает у него на глазах. Непринятие - даже близко не описывает его ненависти к концу Шэнь Цинцю. У него не было слов, чтобы выразить свою ярость. Это довольно мягкое слово, но ладно - он ответил с горечью. Непринятие. Что за глупое слово. К тому же, как это вообще связанно с его текущим затруднением?! Он едва познакомился с этой «системой», а уже её ненавидит! Почему я здесь?! - потребовал он ответа. Ему нужно было знать, почему. Почему именно PIDW? Почему его чувства к Шэнь Цинцю имели значение в этой ситуации? Искусственный голос ответил на его клич бесчувственно и монотонно: --------------------------------------------------------------------------------------------- Пользователь хочет изменить участь мерзавца злодея «Шэнь Цинцю», верно? Эта система просто хочет предоставить пользователю возможность спасти мерзавца злодея: «Шэнь Цинцю» и дать ему тот финал, который желает для него Пользователь. --------------------------------------------------------------------------------------------- Шэнь Юань почувствовал, что цепенеет. Изменить судьбу Шэнь Цинцю… Он может изменить конец Шэнь Цинцю? У него есть такая сила? Это невозможно. Абсолютно невозможно чтобы у него была такая сила. Шэнь Юань наверняка это выдумывает, верно? Это был сон, наверняка. Но... Песок что он чувствовал был реальным. Боль в костях что он чувствовал была реальной. Жжение в порезах чувствовалось реальным. Все чувствовалось... реальным. Это было реально... Погоди, погоди, погоди. Выходит он был в PIDW. Типа, реально в PIDW... Он мог встретиться с Шэнь Цинцю? Типа серьезно встретится с печально известным злодеем мерзавцем? Он мог встретится с бессердечным мужчиной которого описывали только как холодного, ледяного красавца. Он мог наконец увидеть мужчину стоящего за поступками. Он мог наконец-то увидеть человека которому многие желали зла. Шэнь Юань чувствовал что задыхается, как будто он все еще тонет. Он все еще чувствовал что тонет, но по другой причине, которую он не понимал. Он чувствовал себя растерянно и пьяно. Он мог бы встретиться с Шэнь Цинцю... Он мог бы спасти Шэнь Цинцю... Видеть... Ему нужно видеть. Ему нужно увидеть Шэнь Цинцю. Его глаза были бесполезными сейчас если он не мог увидеть Шэнь Цинцю. Руки Шэнь Юаня на его лице, его ногти впились в щеки. Видеть. Ему надо ВИДЕТЬ! Почему он не мог видеть? "Почему я не вижу?!" - Он потребовал у светящегося экрана, что выдавал ему бесполезную информацию, не имеющую никакого отношения в Шэнь Цинцю. Прокрутка экрана остановилась. --------------------------------------------------------------------------------------------- Пользователь... --------------------------------------------------------------------------------------------- "Верни мои глаза! Мне нужно видеть! Мне нужно увидеть его!" - Шэнь Юань кричал, даже не смотря на то, что его горло болело и жгло. Это чувствовалось будто он глотает битое стекло, но это не имело значения. Ему были нужны ответы на его вопросы. "Почему я не могу видеть?! Ты бросаешь меня здесь без зрения и ждешь что я просто смирюсь с этим?! Верни мне мое зрение!" - потребовал он. Экран лишь мигал на него. Только три точки в середине пустого экрана. --------------------------------------------------------------------------------------------- ... Эта система может организовать действия по восстановлению зрения пользователю, хотя это привело бы к аннулированию развития характера запланированное телом хоста... --------------------------------------------------------------------------------------------- Развитие характера? С чего бы ему беспокоиться о развитии характера сейчас? К черту развитие характера, он хотел видеть Шэнь Цинцю! Он стал бы бессмертным мастером, если ему бы это понадобилось. Ему нужно было засвидетельствовать Шэнь Цинцю лично. Ему нужно было увидеть этот леденящий душу взгляд, эту жестокую усмешку, это холодное равнодушие. Шэнь Юань никогда не нуждался в чем-то больше в его жизни. Экран несколько раз сменился, и всплыло уведомление. Холодный голос заговорил вновь. ------------------------------------------------------------------------------------------- Если Пользователю удастся добраться до леса, может запуститься кат-сцена. Благодарю вас за терпение. Эта система будет находиться в режиме ожидания для удовлетворения всех ваших потребностей в переселении душ. Мы надеемся, что вы сможете улучшить эту историю, кусок глупого текста в соответствии с вашими желаниями. Пусть это станет высококачественной, впечатляющей, высококлассной классической работой. Эта система желает вам удачи, Пользователь. --------------------------------------------------------------------------------------------- А потом экран пропал, вместе с голосом. И это хорошо; он начинал раздражать. Шэнь Юань успокоился и вспомнил, что сказала система. Если он доберется до леса, то сможет запустить кат-сцену. Он мог только надеяться, что эта кат-сцена приведет к чему-то, что поможет его зрительной системе. Он открыл глаза, просто для того, чтобы проверить, не улучшилось ли оно по волшебству. К сожалению, ничего. Шэнь Юань сощурился; он мог чувствовать как жжет глаза, но не видел что. Он мог сказать что было ярко, но это все. Шэнь Юань вдохнул и выдохнул. Он вновь закрыл глаза; он не должен смотреть прямо на солнце долго. Через мгновение, он заставил себя встать на четвереньки. Тело ныло при движении; он бы не удивился, если бы он весь был покрыт синяками и порезами. В конце концов, его все-таки бросало из стороны в сторону течением. Было больно. Очень больно, особенно после того, ка прежний адреналин схлынул. Он мог чувствовать каждое болезненное напряжение в мускулах, как желудок болел от голода, и как вены горели, словно муравьи кусали его изнутри. И все же он продолжал ползти, скорее даже волочить себя, пока не перестал чувствовать горячий, зернистый песок на ладонях и коленях. Мягкая трава и сырая земля были бальзамом для его израненной кожи, но они тоже приносили жжение и дискомфорт, просто меньше. Шэнь Юань чувствовал что задыхается от этого. Он вцепился в траву, тяжело дыша. Не казалось, что легкие получали достаточно воздуха, а каждый вдох отдавался болью в груди. Казалось, что грудь ушиблена, но он слишком плохо контролировал движения чтобы даже проверить, так что он продолжал двигаться. Что еще он мог сделать? Он мог только лишь надеяться, что двигается в правильном направлении, но он не имел никакого способа проверить. Шэнь Юань прокрутил в голове все возможности, и осознал, что это роман сянься. Мог ли он... применить культивацию? Позволило бы это тело это? Отвергла бы его душа это? Он определенно слышал о подобных вещах в различных сянься романах. Для него не стало бы шоком, если Самолет скопировал и это в свой мусорный роман. В любом случае, это была его единственная надежда. Он нервно сглотнул, и затем попытался вспомнить описания того, каково это - использовать ци. Возможно, только возможно, это тело имело духовные меридианы. Пожалуйста, имей духовные меридианы, взмолился он прежде чем попытаться успокоить свои мысли. Шэнь Юань сделал вдох и выдох. Он отсчитал секунды и повторил, в этот раз пытаясь сосредоточится на том, чтобы высвободить энергию через ладони. Ничего не произошло. Он попытался еще раз, заставляя себя сосредоточить все внимание на ладонях, на земле, на воображаемом потоке энергии. И... Он почувствовал что-то —импульс. Он двигался как слабая рябь и возвращался к нему, как некое подобие эхолокации. Он вспомнил, что нечто подобное уже описывалось у трофейной жены главного героя, ослепшей юной девушки, что могла ориентироваться с помощью некой версии ци эхолокации. Шэнь Юань не знал, что чувствовать по поводу того, что он сравнил себя с девушкой, написанной только для того, чтобы быть трофеем... Неважно. Это было хоть что-то. Возможно... Он сможет почувствовать если вблизи будут деревья. Шэнь Юань глубоко вдохнул и затем пошел вперед, так как не почувствовал препятствий. Он продолжил использовать те зачатки культивации что имело это тело, чтобы отслеживать окружающую обстановку. Похоже, он достиг редкого леса. Он надеялся, что это нужный лес. Он продолжал двигаться даже когда его тело молило об отдыхе. Он должен был двигаться дальше. Он должен был вылечить свои глаза. Где же была эта катсцена? Где был триггер, если вообще был... Мольбы Шэнь Юаня были услышаны; Экран появился вновь. Монотонный голос огласил --------------------------------------------------------------------------------------------- Поздравляю. Поздравляю. Поздравляю. Важные вещи должны быть сказаны три раза. Запущена катсцена. Непропускаемая катсцена была начата. --------------------------------------------------------------------------------------------- Шэнь Юань никогда раньше не был так рад, столкнувшись с непропускаемой катсценой. Он попытался продвинутся немного дальше, но уже не мог. Он рухнул, кости будто превратились в желе, и он слабо закашлялся. Он звучал жалко, но у него, похоже, не было никакого контроля над этим. Ладно. Это, вероятно, означало, что катсцена началась. Не то чтобы он мог проверить. Шэнь Юань позволил себе обмякнуть на влажной земле, запах росы успокаивал сквозь боль, что он чувствовал. Вены болели; их жгло. Похоже, он использовал слишком много ци для его тела. Он закрыл глаза и лишь слушал. Кто-нибудь должен прийти, наверняка. Возможно, если бы он закричал это было бы побыстрее. Возможно, кто-нибудь услышал бы. Но прежде чем он смог закричать, он услышал шаги. Он вздохнул и отпустил порыв кричать о помощи. Он старательно прислушивался к приближающимся шагам. Их было как минимум двое. Одни были легче, другие нарочито громкие, словно второй человек специально хотел быть неприятным. Шаги остановились рядом с ним, и Шэнь Юань мог чувствовать, как солнце загородили, и оно перестало попадать на его шею. Он был уверен, что представлял собой жалкое зрелище, но если это помогало ему, то пусть так и будет. "Мальчик?" - некто спросил с любопытством, и тогда Шэнь Юань услышал щелчок открытия веера. Сердце замерло в груди. Шэнь Цинцю? Это был единственный персонаж в PIWD что щелкал открывая веер. Но с другой стороны... Голос был женский. Нигде в PIWD голос Шэнь Цинцю не описывался как женский. Холодный? Конечно. Злобный? Безусловно. Жестокий? Вне всякого сомнения. Но женский? Никогда. Тем не менее, Шэнь Юань открыл глаза, чтобы дать понять окружающим, что он в сознании. Возможно, это был и не Шэнь Цинцю, но и они могли быть полезны. "О-о. Он тоже жив," - заметил задумчиво женский голос, и Шэнь Юань почувствовал, как что-то ткнуло его в голову, сбоку. Это было похоже на веер; деревянную часть было трудно не узнать, а бумага щекотала висок. "Это ты направлял ци в землю?" - спросила женщина. Шэнь Юань кивнул; ему совсем не хотелось говорить. Он и без этого чувствовал себя отвратительно. Он определенно услышал гул в ответ. Характерный щелчок открытия веера заставил его слабо вздрогнуть. Он до сих пор не мог отделаться от мысли, что представляет совсем другого человека, когда слышит этот звук. "И зачем ты делал это? Ай-я, такой молодой еще. Если бы ты продолжал делать это, ты бы разорвал себе меридианы," - сказала женщина без особых эмоций. Это явно был нагоняй, но в ее голосе невозможно было уловить никакой интонации. - "Ну?" - подстегнула она и вновь ткнула его. Шэнь Юань сглотнул; Его горло болело и ныло. Он открыл рот. Шея зудела будто под кожей ползали насекомые, но он с трудом протиснул слова через горло. - "Не... вижу," - сказал он противным, режущим слух голосом. Женщина хмыкнула. В следующий миг Шэнь Юаня схватили за запястье, а затем - и за лицо. - "Ага, эффект яда обычного ослепляющего скорпиона... Хотя здесь такие не распространены... И я полагаю ты прибыл с побережья... Что особенно странно," - заявил мужской голос. "Хо-хо? Ну-ка поведай, мальчик. Как ты оказался отравлен зверем, что даже здесь не водится, да еще весь покрытый песком?" - спросила женщина, в ее голосе слышались нотки веселья или, может, интереса. Шэнь Юань и сам не был уверен в ответе. "Я... очнулся под водой," - с трудом выдавил он. "Под водой?" - женщина переспросила, в ее голосе отчетливее проявилось веселье. - "Ну-ну, у нас тут ребенок с предысторией," - заметила она. Шэнь Юань был уверен, что так и есть; только проблема в том, что он сам ее не знал. "Знаешь что? Меридианы у тебя в порядке, и возраст примерно тот, что нужно. Похоже, я только что обзавелась новым учеником!" - сказала женщина с чем-то вроде радости, и Шэнь Юань внезапно был поднят с земли и зажат под чьей-то рукой. Он напрягся, как кот, которого схватили за шкирку, пока его несли так, будто он весил не больше мешка картошки. Шэнь Юань почувствовал, как его тело слегка повело, когда женщина начала уходить. - "Шицзе! Ты не можешь просто так забрать ребенка!" - Воскликнул мужчина, и он услышал, как он кинулся догонять их. "Конечно могу! Кто посмеет сказать нет лорду пика Цин Цзин?" - с совершенно высокомерным тоном ответила женщина. Шэнь Юань на мгновение завис, и он мысленно обратился к системе; Что происходит? - спросил он. --------------------------------------------------------------------------------------------- Пользователь запустил катсцену в которой его находит «Горная секта Цанцюн» Пользователь был обнаружен действующим «Лорд пика Цинцзин: Ху Вэньлян» --------------------------------------------------------------------------------------------- Ху Вэньлян? Кто такая Ху Вэньлян? Шэнь Юань перечитывал PIDW много раз; ни в одной из выстраданных глав он ничего не упустил. Он бы заметил если бы был еще один пиковый лорд. В PIDW не было никакого упоминания Ху Вэньлян, так что он был на неизведанной территории. Он понятия не имел что его ждет. Ху Вэньлян? Я никогда о ней не слышал? - сообщил Шэнь Юань системе. --------------------------------------------------------------------------------------------- Она из «Поколения Вэнь» пиковых лордов горы Цан Цюн. Они являются предшественниками «Поколения Цин» секты горы Цан Цюн. --------------------------------------------------------------------------------------------- Шэнь Юань слегка напрягся. Предшественники? Шэнь Юаня подобрал шицзунь Шэнь Цинцю? Подождите. Если его несут на гору Цанцюн еще до восхождения поколения Цин... Юность мерзавца-злодея! Сочная предыстория! Да! Это просто потрясающе! Он не только сможет встретиться с Шэнь Цинцю, но и встретится с Шэнь Цинцю когда он был учеником. Раньше были лишь обрывки предыстории всего поколения Цин, которые сразу выбрасывались после показа. Может быть, он наконец узнает почему Шэнь Цинцю был таким холодным? Ах, он не мог дождаться. Станет ли Шэнь Цинцю его шисюном? Ах, как он надеялся что станет. Мысль о том, что он получит этот ледяной взгляд из-за его никчемности в культивации... Шэнь Цинцю терпеть не мог жеребца-протагониста, который мог освоить даже самые сложные техники культивации всего за неделю. Если только представить, насколько в ярости был бы Шэнь Цинцю если бы получил совершенно никчемного ученика... О, Шэнь Юань надеялся, что его зрение скоро восстановится. Он мог бы сойти с ума, если бы не имел возможности увидеть этот взгляд, направленный на него. --------------------------------------------------------------------------------------------- Эта система... рада, что Пользователь воодушевлен. Эта система желает удачи. (⁠ﾉ⁠◕⁠ヮ⁠◕⁠)⁠ﾉ*⁠.⁠✧ --------------------------------------------------------------------------------------------- Шэнь Юань решил никак не прокомментировать каомодзи, которое в тот момент было совершенно неуместным. Он отбросил эту мысль и продолжил думать о том, как он может спровоцировать гнев Шэнь Цинцю. Ну знаете, ведь кто-то должен быть козлом отпущения для главного героя... Или что-то подобное. Да, выглядит как довольно благородный мотив. Ох, и как же долго ему придется ждать, прежде чем он сможет встретить его любимого злодея? Шэнь Юань задался вопросом, позволит ли ему Шэнь Цинцю быть мастером зала после своего восхождения. Кто-то же должен быть там, чтобы взять всю тяжесть отвратительного настроения Шэнь Цинцю на себя. Это точно не мог быть ребенок; к тому времени он сам точно будет достаточно взрослым. Нет ничего предосудительного в том, чтобы бить взрослого человека с его согласия... Совсем не то! Он ведь не человек с большой буквы М или кто-то подобный. Было просто лучше - чтобы это взял на себя взрослый, который знает, что лучше для мира. Лучше, чем Ло Бинхэ! Это был точно только благородный мотив! Да... Благородный...