лиловые кашенцовы

обычный вечер, солнце уже начало закатываться за горизонт, холодный ветер на удивление приятно охлаждал кожу под теплой одеждой. компании подростков бесились, катались на горках, кто-то курил под, кто-то без шапки. явно отит зарабатывают. что только не делают школьники, лишь бы не ходить на занятия. в это время по улице быстрым шагом шел илья, ведь его друг максим позвал его к себе домой, мол, обсудить что-то очень важное. "дрейка с собой не бери." — сделал акцент шабанос, словно он кому то сдался. не прошло и десяти минут, как илья уже стучит в дверь квартиры. открывает максим, довольно быстро. встречает странной полуулыбкой, не довольной и веселой, а словно за этой улыбкой прячется нечто.. неизвестное.?? — быстро ты, проходи. нели нет, так что можешь разговаривать громче шёпота — макс небрежно отходит, и, не дожидаясь парня, идет на кухню. илья хмыкает, раздеваясь. ведь неля никогда не запрещала разговаривать в этой квартире вслух. разувшись, он идет вслед за другом, пока тот уже наливает горячий чай — чайник вскипел совсем недавно. сев за стол, он ложит ладони на красные щеки в попытках согреть — так, что ты хотел обсудить? выглядишь ебать как важно — ты не понял? — отрезает максим, ставя перед коряковым кружку, немного резко, пару капель вылились на стол. он сел напротив. — про дениса. — а что конкретно? — задает вопрос илья, стараясь не подавать виду, что непривычно резкое поведение шабанова его смущает. шабанов же уже начал попивать кипяточный чай, невозмутимо, будто ему и не горячо вовсе. — ну ты же прекрасно знаешь, что ден чувствует к тебе нечто большее, чем просто мужская крепкая дружба. не знаю, что чувствуешь ты, но то же самое чувствую к нему я. — на этой ноте он закончил, специально не продолжая, стал сверлить илью взглядом нарцисса, выслеживая его реакцию. брови брюнета поднимаются, изображая удивление, ведь, из этих двух представленных фактов он знал примерно ноль. даже не знал что ответить. хотелось отшутиться, но вид друга не позволял — ты гонишь..?? я не знал, что ден меня л... — неуверенно начал, но его тут же прервал максим, тон его повысился, стал грубее и агрессивнее — ах, не знал?! а то, как он к тебе вечно лезет, трогает, это ничего по твоему?! — его глаза расширяются, он вскакивает со стула, только что осознав что-то важное. — ты.. ты любишь его!..? — непонятно, был это вопрос или же утверждение. растерянный илья тоже вскакивает со стула, не понимая, как утихомирить макса, что на него вообще нашло? ведет себя как псих. он немного боязливо, но в то же время настойчиво положил руку на его плечо — нет, ты ебнулся что ли? у меня же ксюха! я не люблю его, успокойся, ты ведёшь себя.. — его вновь прерывают, но на этот раз не слова, а кулак в челюсть, после чего жесткий пинок в междуножие. это заставило парня свалиться на пол, даже не осознав этого. на него завалился шабан, начиная бить его по лицу кулаками — не любишь, да?! думаешь, я верю? ты такой же, как и я, ксюха - прикрытие! — яростно приговаривал максим, сам не понимая, откуда у него взялось столько гнева и ненависти. последний удар вышел слишком сильным, и черноволосый теряет сознание. прошло какое-то время, может, несколько минут, может, час. одному максиму известно. илья открывает глаза, находясь все в той же кухне, но уже в сидячем положении, прислонённый к стене. в глазах было мутно, голова раскалывалась, а его несчастный сломанный нос ныл, отдавая боль по всему лицу. он опустил взгляд, но, не заметил одежды на своем теле. его ноги и руки были обвязаны скотчем намертво. не дав прийти в себя, перед его глазами появляется макс. тоже голый, но с возбужденным органом, улыбается как-то злобно, по садистскому. подходит к илье, его член был прямо над его лицом. он хватает его за волосы, ставя на колени и утыкает нос корякова ближе к основанию — будешь окупаться, чертила. соси. — он отстраняет его голову, начиная грубо водить головкой вокруг его губ, как будто это вагина. только эта "вагина" пыталась отвертеться, поэтому он одним резким движением запихивает свой член ему по горло, начиная двигаться и подмахивать его головой. илью едва не вырвало от такого глубокого вторжения, глаза наполнились слезами, но все что он мог, это кашлять, постанывать, и принимать все это дело, пока тот не кончил ему прямо в глотку. не в состоянии сглотнуть, он опускает голову, сплевывая все на пол и громко кашляя, одновременно пытаясь отдышаться. а светлорусого это не устроило. он становится на корточки, снова хватая его за волосы — что, не нравится? слизывай. сейчас же. — он начинает тыкать его головой в пол, как кота, который нагадил мимо лотка. илья беспомощно заплакал, реально начиная все слизывать с грязного пола, чувствуя языком посторонии крошки грязи. здесь явно давно не подметали. потом шабанов оказывается сзади, толкая в спину, заставляя прогнуться и уткнуться лицом в пол, который только что лизал. поза была унизительной. харкнув на отверстие и немного промахнувшись, макс жестоко входит в бедное очко корякова по самые яйца, двигаться было тяжело, ведь тот был до жути узким, кольца сжимались, пытаясь вытолкнуть неизвестное, но он продолжал. илья в это время завопил от резкой боли, которая при каждом толчке отдавалась внизу живота. эти вопли продолжались не больше пяти минут, так как максим кончил внутрь от сильного давления на его орган. удовлетворив себя, он решил поразвлекаться, но уже в другом ключе. слегка приподнялся, что бы достать с подоконника мандарин, и демонстративно покрутил его перед спиной парня. — как думаешь, влезет в тебя? — насмехался макс. илья инстинктивно обернул голову, весь в слезах и соплях, но мандарин он развидел, не на шутку испугавшись. — н.. нет!! — выкрикнул он, но было поздно. фрукт уже жёстко пропихивали в его отверстие, не давая шанса избежать этого. он был небольшого размера, поэтому действительно влез. протолкав пальцем, и, убедившись, что он не вылетит, словно анальный шарик, стинт радостно хохотнул, пока илья беспомощно всхлипывал. встал, подошел к столу, взял еще более пугающий предмет — кухонный нож. — я хочу, что бы он был еще глубже. в кишках. — он возвращается, не тянет времени и начинает пихать нож следом. правда, острой стороной. коряков истошно закричал, чувствуя режущую боль которая передавалась от ануса по всему телу, пока нож беспощадно резал его мягкую кожу. из анала заструилась кровь. он снова теряет сознание. очнулся уже на спине, руки больше не связаны. рук больше нет. они лежали рядом, из его плеч торчали неровно обрубленные кости в немного засохшей крови. с ногами была такая же ситуация, и лежал он в луже собственной крови. он все еще чувствовал адскую боль внутри себя, кажется, ничего так и не вытащили. но, боль больше не пугала. хотелось, что бы она закончилась, как и он сам. над ним стоял шабанос с открытой конфетой в руке — хочешь? а не получишь. нет ручек, нет конфетки. — дико засмеявшись стинь закидывает конфету себе в рот, но становится серьёзнее, опускаясь на колени перед ильей, марая их в в чужой крови. — знаешь, друг, если ден не достанется мне - значит, не достанется никому. — в его руке неожиданно оказывается молоток, которым он тут же начинает бить илью, проломив ему ребра, словно снимал видео про то, как разбивает унитаз. — хрясь, хрясь, хрясь, прям по голове.. — напевал свою песню, попутно пробивая череп парня, который сразу же слинял на тот свет. продолжал в том же духе, пока не сделал из него месиво. вспомнил о денисе. его нужно убить. почему? потому что он так решил. не смывая кровь, не заметая следы, он лишь припрятал свое сокровище в штаны, и босиком пошел по заснеженой улице. прохожие, которых было немного, смотрели на него в ужасе, отбегали, те самые подростки уже снимали на камеру и кричали что-то про зомби, но максим не слышал. он направлялся к дому мазеллова, ведь там был денис, который был на концерте с ильей и остался с ночевой. там же была и ксюша. макс надеялся, что она не услышит, или, хотя бы, не сильно помешает. оказавшись у дома, он использует свою мегаспособность и ползет по стене, как человек паук, пока не оказался на нужном этаже, тихо пролез через окно. денис спал, уютно укрывшись под одеялом. так рано? наверное, решил восстановить график. он залезает к нему в кровать, берет соседнюю подушку, начиная нависать над денисом, который приоткрыл глаза, почувствовав, что кто-то лазает по кровати, но ничего не соображал. — спи спокойно, ден. — он мягко улыбнулся, но тут же накрыл его лицо подушкой, надавливая, начиная душить. в это время дверь комнаты приоткрылась — видимо, ксюша услышала звук открывающегося окна. решив посмотреть, что происходит, она вскрикнула и замерла в ужасе, увидев окровавленного, полуголого максима, который душит дениса. не понимая, что происходит, она убежала. но.. вернулась с кухонным ножом, с криком вонзила его в шею шабанова. тот, точно ошпаренный, замер, и через несколько секунд уже повалился на бок, начиная дышать как рыба без воды. ксюша быстро убирает подушку от лица дениса — он уже не дышал. она опоздала. слезы страха полились по её щекам, она рванула к себе в комнату, схватила телефон и стала звонить своему парню. слушая звук гудков, в мучительном ожидании она замерла в осознании. макс был окровавлен не просто так. он убил его. убил её самого дорогого человека. ксюха забилась в истерике, едва не разбив телефон о стену, вовремя сдержалась. понимая, что она этого не выдержит, она позвонила дипинсу. тот взял трубку почти сразу. — ало, привет. что такое? — голос его был спокойным, немного уставшим — убей меня!! — отчаяно крикнула девушка, начиная беспрерывно плакать в трубку. тон ивана сменился на удивлённый и непонимающий — убить? о чем ты? — запиши моё имя в тетрадь смерти! пожалуйста, я этого не выдержу.. прошу, убей! — ты уверена..? где илья? девушка лишь громче заревела после слов парня, и, ваня больше не стал спрашивать. он сбросил звонок — не хотел слышать её смерть. полез в тумбочку, где действительно лежала тетрадь смерти, и немного кривым подчерком написал: — "Ксюша Коба". с этого события прошел месяц, одинокий тоха вместе с дядей димой стоят над четырьмя гробами, печально поедая фастфуд. все умерли в один день. все причины были связаны с насилием или убийством, одна ксюша выделялась, ведь умерла по причине "сердечный приступ". — эх, что же вы наделали, ребята. — грустно говорит тоша, заедая крылышком кфс