Гарри Поттер и Путь Единственного Закона

Правда о крестраже, которую он вырвал у Дамблдора в пятом году, не сломала его. Она освободила. Последняя иллюзия растворилась. Он был не просто сиротой, не просто орудием в руках старого волшебника. Он был вещью. Частью души того, кого все боялись. Артефактом в чужих войнах. Стоя у входа в Тисовую улицу, где защита матери всё ещё держалась, он почувствовал не благодарность, а острую, ледяную ненависть. Эта защита была ещё одной цепью. Она привязывала его к статусу «ребёнка под защитой». К статусу слабого. «Это не дом, — произнёс он шёпотом в ночь. — Это временная тюрьма, построенная более сильными. И я сбегу из неё последним». С того дня его цель перестала быть абстрактной. Он не просто хотел стать сильным. Он должен был перестать быть вещью. Чтобы перестать быть вещью Волдеморта, он должен был поглотить его. Чтобы перестать быть орудием Дамблдора, он должен был подчинить его. Ему нужно было не равенство, а абсолютное превосходство. Ему нужно было стать единственным источником закона.