Гарри Поттер и Путь Единственного Закона

Разговор с Дамблдором перед финальной битвой был не исповедью, а ультиматумом. «Вы выращивали меня на убой, профессор. Вы знали, что я крестраж, и всё равно вели меня к жертвенному алтарю. Ваша любовь — лишь оправдание для манипуляции. Я отвергаю и вашу любовь, и вашу жертву. Я предлагаю вам сделку. Служите мне, и я дам вам то, чего вы хотите: искупление в вечном служении новому порядку. Воспротивитесь — и я расскажу миру, как величайший светоч магии обрёк ребёнка на смерть в угоду своему плану». В глазах Дамблдора погас последний огонёк. Он увидел не тёмного лорда, а нечто худшее — логическое следствие всех своих компромиссов, холодного, бесстрастного судью. Он сдался без боя. Его мудрость стала советом вассала. С Волдемортом было иначе. Гарри не стал сражаться с ним в эпической дуэли. Он нашёл все крестражи первым. И когда Тёмный Лорд явился для последней битвы, Гарри просто показал ему шкатулку с останками его души. «Ты боялся смерти, Том, — сказал Гарри спокойно. — И стал её рабом. Я не боюсь её. Я принял её как данность и нашёл силу за её пределами. Ты можешь умереть сейчас. Или можешь служить. Служить тому, кто взял твой величайший страх и сделал его оружием против тебя». Волдеморт, лишённый своей бессмертной сути, сломался. Не яростью, а страхом. Страхом окончательного небытия. Он встал на колени.