Гарри Поттер и Путь Единственного Закона

Прошли годы, измеряемые не сменами сезонов, а бесшумной работой совершенного механизма. · В библиотеке, где пыль не смела летать без спросу, маленькое существо в наволочке наводило идеальный порядок на полках. Его большие глаза смотрели на книги с жадностью и ужасом. Это была Гермиона Грейнджер. Её ум, её страсть к знаниям никуда не делись. Они были заключены в форму, обречённую только служить этим знаниям, но никогда не владеть ими. Она систематизировала труды по магии, которые никто не читал, кроме одного человека. Каталогизировала боли, которые сама же и испытывала. S.P.E.W. было давно распущено. Его основательница стала вечным, живым памятником его провалу. · В приёмной зала власти томился рыжеволосый мужчина в поношенных, но чистых одеждах. Рон Уизли обязан был являться на каждый публичный выход Архитектора. Он стоял в первом ряду, бессильный и бледный, и должен был аплодировать каждому новому указу. Он видел, как его семья стала мелкой аристократией нового порядка, полностью от него отрёкшись. Его шахматы, некогда живые, лежали в коробке — мёртвый кусок дерева. Его зависть, его мечты о славе трансформировались в вечное, унизительное присутствие при триумфе того, кому он когда-то завидовал. Он был лишён даже права на забвение. · В самой глубокой темнице, высеченной под озером, находилась комната без дверей. В ней жил страх. Не человек — сгусток боли, страха и ненависти, сохранявший форму Тома Реддла. Его бессмертие было сохранено, но превращено в вечную пытку. Он существовал в полной тьме и тишине, чувствуя, как его собственная сила, капля за каплей, откачивается для нужд нового мира. Его единственным посетителем был хозяин, приходивший, чтобы в тишине напомнить: «Ты жив, потому что я этого хочу. Ты — батарейка в моём фонаре». · В кабинете директора, где когда-то витал дух финикса и тайн, в большом кресле сидел Альбус Дамблдор. Его длинная серебряная борода лежала неподвижно. Полумесячные очки скрывали взгляд, устремлённый в пустоту. Феникс улетел. Портреты предшественников молчали, опустив глаза. Он не правил. Не советовал. Он просто ждал. Иногда раз в неделю, иногда раз в месяц, дверь открывалась без стука. Входил Он. И Дамблдор медленно поднимал взгляд, ожидая вопроса или приказа. Его величайшая мудрость свелась к этой паузе, этому молчаливому ожиданию. Он жил в келье собственного прошлого, а его трон стал самой изощрённой клеткой. А Он стоял у высокого окна в башне, которое когда-то звалось астрономической. Перед ним, как на ладони, лежал мир — упорядоченный, предсказуемый, идеальный. Он добился всего. Сила закона стала Единственным Законом. Страх был изгнан, потому что не осталось ничего неизвестного. Боль была побеждена, потому что не осталось ничего желанного. Он обрёл свободу делать что угодно. И обнаружил, что ему больше нечего хотеть. На губах Архитектора, бывшего Гарри Поттера, не было улыбки. Не было и гримасы страдания. Было лишь идеальное, ледяное равновесие. Он был свободен. Он был богом. И тишина вокруг него была громче любого проклятия. Можешь просто переписать Мне так удобнее копировать