Тихие вихри

Перед моими глазами полная темнота. Лишь острые звуки проезжающих мимо машин, разговоры людей разрывая моё сознание давали понять, что я ещё жива. Ещё совсем недавно я возвращалась домой после тяжёлого учебного дня. Много уроков, резанные крики учителей – всё это давило и выматывало. Однако это не могло сравниться с тем, с чем я недавно столкнулась. Это случилось в последний школьный день. В тот день шёл проливной дождь, укрывавший моё дрожащее тело. Прохожие нервно оглядывались, ведь не каждый человек будет сидеть посреди улицы, нервно уткнувшись в тротуар. Все мои чувства смешались, оставив только панику и чистое непонимание происходящего, которое углублялось в неисчерпаемую бездну, глотающую любой мой вздох. Внезапно и без видимой причины перед глазами потемнело. Зрение будто покинуло меня, не предупредив. Звуки вокруг меня смешались, создавая мерзкий звон, из-за которого, потеряв равновесие, я упала. Я изо всех сил старалась позвать на помощь, но так и не смогла сказать ни единого слова.

***

Особенность сновидений заключается в том, что человек в процессе сна не осознаёт, что он спит, ввиду чего он воспринимает сновидения как объективную реальность.

***

Множество мыслей рвали мою голову, но резко наступила полная тишина. Я больше не сидела на холодной земле под проливным дождём, а лежала в мягкой кровати, накрытая тёплым одеялом. Мне нужно было время, чтобы осознать, что это сон, а не реальность. Но, открыв глаза, я ничего не увидела, кроме как чёрной дыры, которая поглощала всё вокруг. — Аида! — Громко позвала я, надеясь привлечь внимание старшей сестры. Через несколько минут послушались неторопливые шаги сестры, а через время с грохотом открылась дверь. — Так рано, а ты уже орёшь, как резанная. — Недовольно произнесла Аида, медленно подходя ко мне. — Тебе мама, что говорила? Голос Аиды стал немного громче и я предположила, что она с недовольным лицом наклонилась ко мне. — Сейчас совершенно не важно, что говорила мама. — Тихо ответила я, пытаясь прийти в себя и не дать волю панике. Аида лишь тихо рассмеялась, словно уже давно привыкла к чему-то, что мне было непонятно. Или, возможно, к тому, чего не могла понять только я. Я хотела объяснить ситуацию, но Аида не позволила мне этого сделать, прервав меня. — Что? Не видишь? — в голосе сестры промелькнула, привычная мне язвительность. — Ты много раз просыпалась, крича, что ничего не видишь. — Аида тяжело вздохнула, будто эта ситуация давно успела ей надоесть. — Мы пытались понять, почему у тебя иногда происходят провалы в памяти, но врачи лишь разводили рука ми. — В тот же миг в моей голове закопошилось множество мыслей – червей поедающих меня изнутри. Аида немного помолчала, после чего продолжила. — И... Не говори, что раньше всё было иначе, смирись, что ты слепая. Аида развернулась и уверенными шагами вышла из комнаты, оставив меня одну. Я продолжила лежать, мысленно прощаясь со своим будущим. Моё сознание было в смятении, словно я оказалась между двумя мирами. Один мир был реальным, но каким-то чужим, а другой – сном, но в то же время близким. У меня было чувство, что эта жизнь мне не принадлежит, но разговор с сестрой убеждал меня в обратном. Собравшись с силами, я сделала глубокий вдох и резкий выдох, а затем один толчком села на кровать. Мне смутно вспоминалось расположение вещей и мебели, и перед глазами возникла маленькая картинка моей комнаты. Я машинально повернулась на правую сторону и поставила ноги на пол. Вытянув руки перед собой, я начала своё движение, словно в маленьком путешествии. Руки служили мне ориентиром, помогая более чётко понять расположение всех опасных предметов или острых углов мебели. Добравшись до двери, я медленно открыла её. Из комнаты доносился голос Аиды, которая болтала по телефону. Я сделала шаг, но, забыв о косяке, упала на пол. Грохот привлёк внимание сестры. Аида убрала телефон и медленным шагом подошла ко мне, прожигая меня взглядом. — Опять то же самое. Если ничего не видишь, То и валяйся на кровати, а не доставляй всем проблемы, — сказала Аида своим грубым тоном. Я попыталась подняться, но, вытянув руку, я облокотилась на дверь, перепутав её со стеной и снова упала. — Дура. Послышались оскорбительные комментарии сестры. Было ясно, что ей уже давно надоела эта ситуация, а может и в целом я. После нескольких попыток я встала раскинув руки по обе стороны от себя, чтобы не потерять равновесие. — Ты можешь мне хотя бы помочь? Ты мне сестра или кто, — не вытерпев такого отношение к себе, я ответила на её высказывания. — Скорее нянька, которая возится с инвалидом, а этот инвалид ещё и родственник, позор, — Аида вытянула руку и с грохотом закрыла дверь позади меня. Я непроизвольно вздрогнула от неожиданного звука, сначала не осознав, что произошло. Однако, услышав слова сестры, я наконец-то начала понимать, в какой ситуации нахожусь. Её высказывания глубоко задели меня, ведь я не выбирала такую жизнь, но мыли о том, что я обуза и позор семьи начали пускать корни глубоко во мне. — Где мама? — Я сменила тему, ведь не хотела дальше выслушивать оскорбления Аиды. — На работе. Ей же только на роботу не все равно, — Резко огрызнулась Аида, уходя.

***

Весь оставшийся день я ходила по дому, трогала вещи, стараясь привыкнуть, но мысли пожиравшие меня ещё с самого начала, продолжали делать во мне дыру, пока от меня не останется и кусочка. Сестра продолжала ворчать, иногда бросая мне язвительные комментарии. Но самое главное событие – это появление мамы. Послышался щелчок открывающейся двери, на звук, от которого я сразу повернулась. Вглядываясь в темноту, я надеялась увидеть хоть какой-то свет, но, конечно, ничего не было. В то время я сидела у себя в комнате, ведь усталость взяла надо мной верх, после долгого и изнурительного путешествия по дому, хоть я была уже и не сильно уверена, моя ли это комната. Я встала с кровати, раскинув руки, чтобы почувствовать опору от стен. Так я направилась к коридору, пытаясь восстановить в памяти образ квартиры в её нынешнем виде. — Мама, — Тихо сказала я, стараясь привлечь её внимание. По своим ощущениям я дошла до прихожей, ведь звуки снятия обуви, шуршание пакета стали громче. Руками я нашла косяк двери, ведущая из гостиной к прихожей и опёрлась на него. — Мама... Тяжёлый вздох мамы, вызвал во мне напряжение и дискомфорт. — Что? — Послышалась короткая фраза моей мамы, сдавленная и раздражённая, будто она не желала вести со мной разговор. — Я устала, давай без бесполезной болтовни. Я сжала руку на косяке, пытаясь унять какое-то чувство боли в глубине души, не дававшее мне покоя. Мама в то время ушла в комнату, не дождавшись моих слов или даже не желая их слушать. — Я... не вижу и не помню... — Тихо сказала я, пытаясь дождаться хоть какого-то ответа, но послышался лишь щелчок закрывающейся двери. Я осталась одна со своими несвязными мыслями и тревогой, которая всячески искала хоть какую-то возможность выбраться наружу. Вдруг меня прервал резкий звук. Он заставил меня вздрогнуть и отвлечься от своих мыслей. Сестра подкралось ко мне сзади, крикнув в ухо. Меня охватила паника и резкий всепоглащающий страх. Я не понимала как можно издеваться над собственно сестрой... В том сне, она была совершенно другой, мы были почти неразлучны. Но сейчас она смеялась. Её ядовитый смех разливался по моим венам. — Чего так испугалась? Я же шучу! — Продолжала смеяться Аида, в то время как я ели сдерживала накатывающие слёзы. — Твои руки дрожат, как у старого алкоголика! Её смех звучал у меня в голове, то нарастая, то затихая, пока совсем не растворился в воздухе.

***

Тени... Именно они отвлекли меня от навязчивых мыслей и громкого смеха сестры. Они вились вокруг меня танцуя, перемещаясь из стороны в сторону, пока не образовали едва различимые точки. Некоторые из них были большими и густыми, а другие – маленькими и неприметными. Не обращая внимания на сестру, я вытянула руку, пытаясь докоснуться до одной из больших точек, я ощутила что-то отдалённо похожее на предмет.