Жаркое соперничество

День выдался трудным. Скованная от напряжения спина болела, эта боль распространялась на шею и ноги, все тело ныло. Мелькор лежал на животе в обнимку с пуфиком и хотел просто отдохнуть. - Не хочешь снять напряжение?, - Саурон подполз сбоку, приобнял, уткнулся в плечо. Они называли это так - «помочь друг другу расслабиться». Понимание того, что подразумевал этот извращенец вызывало большую усталость. - Только если ты сделаешь массаж. Спины! Знаю я тебя. Саурон поднялся. - Да без проблем, - он стянул с Мелькора халат и потянулся за маслом. Все шло хорошо, движения действительно были расслабляющими, будто весь груз на плечах растворялся. Стало так тепло, хорошо и безмятежно, что Мелькор начал погружаться в дрему. Майрон не оставил без внимания поясницу, бедра, икры, и все было достаточно невинно, пока он не сделал то, что мгновенно заставило Мелькора проснуться и встрепенуться. Его возмущению не было предела. - Больной извращенец, что ты делаешь?!! - Помогаю тебе расслабиться. Или что? Скажешь, что это не правильно? - он усмехнулся, зная, что для Падшего не существовало такого понятия. - Или может ты стесняешься? Спи дальше, либо наслаждайся. От тебя даже ничего не требуется. Он потянулся и подтянул другую подушку под живот Мелькора. - Я тебя прибью когда-нибудь. Саурон удобнее устроился, развел его ягодицы, провел языком по мошонке, вверх к отверстию, вокруг него. - мм… блядь, как же я тебя ненавижу! - ему было и стыдно и до дрожи приятно одновременно. Саурон продолжал, целуя его там, проникая языком в отверстие, возвращаясь к яичкам. Возбуждение самого Саурона уже стало болезненным, проступила смазка. Он склонился к уху Мелькора: - Можно? - Только попробуй кончить раньше меня, и я тебе больше не дам. Это был первый раз, когда Мелькор был в такой позе, и сейчас задачей Саурона было не смотреть, как его член скользил внутрь, попытаться отвлечься от ощущений и не слушать стоны Мелькора. Последнее было сложнее всего. Когда становилось невыносимо, он останавливался, но Мелькор делал все как назло, чтобы он проиграл: стонал сладко и протяжно, извивался и вертел задом. Саурон не мог проиграть; он приподнял Мелькора над подушкой и начал ему надрачивать, сам сбавив темп и стараясь попадать прямо в переднюю стенку на входе. Если бы у него была свободна вторая рука, он бог бы еще помассировать низ его живота. В стонах он себя тоже не сдерживал, а делал это с удовольствием, показывая, насколько ему хорошо внутри. Теперь Мелькору стало не до выебываний: этого всего оказалось слишком. Мелькора удивляло, почему когда он сверху, Майрон иногда кричит во время оргазма. Ему это и льстило, так как он может удовлетворить своего мужчину, но и было немного странно. Теперь он сам не смог удержаться от вскрика, когда судорога прокатилась по телу. Наконец их тела расслабились и можно было заснуть на какое-то время. Саурон был горд собой: он доказал, что все таки может продержаться и рассчитывать на следующий раз.