Счастье

пока ты из щенка – в молодого волка, от меня никакого толка. ты приходишь с большим уловом, а я с каким-нибудь круглым словом, ты богатым, а я смотрю вслед чужим регатам, что за берега там, под юным месяцем под рогатым. я уже могу без тебя как угодно долго, где угодно в мире, с кем угодно новым, даже не ощущая все это суррогатом. но под утро приснится, что ты приехал, мне не сказали, и целуешь в запястье, и вниз до локтя, легко и больно и огромно, как обрушение бастиона. я, понятно, проснусь с ошпаренными глазами, от того, что сердце колотится баскетбольно, будто в прорезиненное покрытие стадиона. вот зачем я ношу браслеты во все запястье. и не сплю часами, и все говорю часами. если существует на свете счастье, то это счастье пахнет твоими мокрыми волосами. если что-то важно на свете, то только твой голос важен, и все, что не он – тупой комариный зуд: кому сколько дали, кого куда повезут, кто на казенных харчах жиреет, а кто разут, – без тебя изо всех моих светоносных скважин прет густая усталость – черная, как мазут.

***

Они с Максом были знакомы с детства. В маленьком городе все были знакомы между собой, и несмотря на то, что стая жила за городом и старалась держаться обособленно, два одиноких ребенка быстро нашли общий язык. Конечно, Мия знала, что он волк. Точнее ещё волчонок, но это лишь вопрос времени. В семье Фоллов Мию любили и всегда относились к ней дружелюбно, а её собственным родителям никогда не было особого дела до того, чем занята их дочь, поэтому Мия практически всё свободное время проводила у Фоллов. Взрослея рядом с волками, Мия понемногу проникалась их обычаями и мировоззрением. Наблюдая, как Ральф - старший брат Макса - выбирает свою волчицу, как иначе оборотни относятся к отношениям романтическим и семейным, с каким бережным вниманием они относятся к природе, потому как не отошли от неё так же далеко, как люди, Мия всё яснее понимала, что такой взгляд на жизнь ей ближе и понятней, чем многие вещи в человеческом мире. Древняя культура волков и магия, которая скрывалась за их природой делали этих существ куда более человечными и мудрыми, чем те люди, которые окружали её в большом суетном мире. В доме Фоллов к повседневным вещам относились с тем внутренним покоем и заботой, с каким иной человек не относится к близкой ему душе, и это несомненно вызывало уважение. Также Мию привлекали и порядки волков. Иерархичность, конечно, была не привычна ребенку из современной американской семьи, но адаптировавшись и к этим странностям, она стала замечать, что в них тоже несомненно был смысл. Юные оборотни, горячие, подчиненные не только гормонам людей, но и инстинктам животной сущности были далеки от рассудительных и умудренных опытом глав семьи. К тому же продолжительность жизни оборотней была раза в два больше человеческой, что позволяло старшим членам семьи наблюдать смену эпох в человеческом мире почти так же часто, как смену сезонов за окном. Проводя дни с Максом Мия в тайне слегка завидовала мальчику, хотя и понимала, что со стороны чужая жизнь всегда выглядит более гладко, чем на самом деле. И всё же, большая крепкая семья, светлый дом и столетия традиций в глазах неприкаянной девочки из нестройной семьи смотрелись более чем привлекательно. Да и что уж тут скрывать, возможность превращаться в волка тоже не оставляла Мию равнодушной. Конечно, друг много рассказывал об опасностях и сложностях такой жизни, угадывая мысли подруги, но Мия так отчаянно стремилась стать хоть отчасти похожей на волчицу, хотя бы образом мысли, что никакие контраргументы не могли заставить её сомневаться. Так Мия коротала будни вместе с Максом, помогала ему в учебе, а он в ответ рассказывал ей больше о волках и своей собственной семье, а ещё изредка, когда старшие позволяли, она наблюдала, как он учится контролировать свою вторую, ещё щенячью сущность. Всё изменилось в один день, когда вернувшись в очередной раз от Фоллов домой Мия увидела коробки с упакованными вещами. Маму переводили по работе в другой штат, мало того, родители окончательно сдались в попытках сохранить брак и теперь жизнь ещё совсем юной девочки рвалась по швам. Вместе с иллюзией полной семьи в родном городе оставался лучший друг и весь покой в жизни Мии как рукой сняло. Макс перенес новость о её отъезде стоически, обещая писать и приезжать в гости на каникулы, но десятилетние дети не могли позволить себе особой свободы в перемещениях, а настоящая дружба на расстоянии - это то, что редко удается даже взрослым, что уж говорить о подростках.

***

Десять лет спустя

Молодая девушка уверенно шла по окрашенным в закатные цвета маленьким улочкам, погруженная в свои мысли. Иногда у Мии закрадывались подозрения, что вернуться в родной город всё же было ошибкой. Конечно, знакомые переулки и теплые воспоминания из детства не могли не радовать, здесь её жизнь была куда счастливей, чем после переезда, но закручивающаяся история с вампирами напрягала и пугала девушку. Мию ни в коем случае не смущало сверхъестественное, такие вещи перестали удивлять её ещё много лет назад, когда в первый школьный день она познакомилась с пушистым и добрым волчонком. О друге детства Мия тоже порой задумывалась. Живет ли он всё ещё в родном доме или стая перебралась на север? Кажется, в Канаде у Макса была родня. Может парень и сам уехал, всё же не мог такой маленький город вмещать в себя столько взрослых волков. Хотя черт его знает. Иногда Мия даже жалела, что познакомилась с ними так близко. Пока ни один встреченный ею человек не мог дать девушке того же ощущения родной души и надежного тыла, которые у Фоллов в доме выдавали на входе вместе с тапочками. Каждый наивный молодой человек ощущался просто подделкой на ту верность и честность, которую успел показать ей десятилетний мальчик. Но искать волка в каждом городе, куда тебя занесет жизнь, конечно не приходилось, и Мия довольствовалась тем, что есть. И вот так очередной ожог, оставленный на почти волчьем сердце девушки стал последней каплей. Глупый юноша, которому Мия так нетерпеливо вручила свои чувства обошелся с ними именно так, как обычно поступают двадцатилетние парни. Тогда девушка собрала сумки, попрощалась с мамой и отправилась за детской мечтой - учиться на журналиста - в единственное место, которое, согласно детским воспоминаниям, ещё хранило в себе какую-то надежду на свет в конце туннеля. Теперь же, познакомившись с Тришей и приведя жизнь в какое-то подобие порядка, Мия зареклась влюбляться хотя бы до тех пор, пока не заживут ножевые ранения от прошлой схватки с любовью. Тут же на голову свалился во всех смыслах прямо противоположный теплым волкам Виктор. И упрямо требовал позволить ему править бал её чувств. Понемногу привыкая к вампиру, Мие начало казаться, что может это и не худшая из идей. Почему-то, один раз потеряв связь с оборотнями, Мия убедила себя в том, что на этом её шанс на доброе, близкое и родное иссяк. А в таком случае, Виктор был лучшим из представленных вариантов. За непростыми переживаниями Мия почти не заметила, как дошла до ночного магазинчика недалеко от общежития. На улице смеркалось, и пока девушка бродила между полок, стемнело окончательно. Не пройдя и двух шагов по направлению к дому, Мия настороженно остановилась. Боковое зрение уловило крупную фигуру в стороне от входа в магазин, куда уличные фонари не добивали. Мужчина явно хотел остаться незамеченным при этом явно чего-то ждал, но здравый смысл подсказывал, что просто так прятаться по углам в ночном городе нормальный человек не будет. Разбуженная событиями последних недель паранойя не позволила Мие закрыть глаза на странную ситуацию. Пытаясь быстро просчитать не будет ли разумней вернуться в магазин и позвонить Трише или хотя бы вызвать такси, девушка напряженно огляделась. На этот раз она заметила неподалеку детскую фигуру. Мальчик лет двенадцати как раз в этот момент свернул с освещенного тротуара за угол здания. Только неспокойная интуиция девушки подсказала окликнуть ребенка, как стало понятно, чего ожидал подозрительный тип. Схватив мальчишку за шиворот амбал попытался зажать ему рот рукой, тот попытался вырваться, мыча неразборчиво в потную ладонь, но силы были до смешного не равны. Мия тут же рванулась к мужчине. Несмотря на то, что у неё самой никогда не было ни детей, ни младших братьев и сестер, инстинкты не позволили даже подумать в другую сторону. На безлюдной улице больше не было свидетелей этому беспределу, а мальчик сам точно пропадет. Она всё таки взрослый человек. Как минимум ей самой хотелось так думать. - Эй, урод, отпусти ребенка! Мужчина даже не дернулся, занятый тем, чтобы усмирить вырывающегося пацана. Тогда Мия без задней мысли кинулась к ним, по кошачьи прыгнула на спину мужику и вцепилась нарощенными ногтями в шею ублюдка, пытаясь ни то придушить его, ни то вскрыть ему горло. Не замечать девушку амбал больше не мог и отшвырнув мальчика, стал сдирать с себя острые искусственные когти. Бой опять же был не равен, Мия никогда не увлекалась боевыми искусствами и вообще была далека от спорта, и, к своему сожалению, оказалась не такой резвой как паренек. Нападавший скрутил её за секунду и девушка успела лишь рыкнуть в сторону мальчика отчаянное: “Беги!”, как её приложили головой о кирпичную кладку строения. Перед глазами всё поплыло и мысленно чертыхаясь Мия разглядела острые длинные клыки, двоящиеся в пасти противника. “Попала…” И свет погас.