KR - Душа, блуждающая во снах - 몽혼설

Глава 9 Когда он уныло сжал оба кулака и неуклюже поднял руки, из-за вуали наконец вырвался смех, словно прорвавшись наружу. — Ох, правда. Я пытался сдержаться. Сдерживался? Что? Пока он стоял в недоумении, белый бумажный талисман прилетел и обвился вокруг рук Амугэ, опуская их. Только тогда Амугэ понял, что заклинатель с самого начала подавлял не "гнев", а "смех". — Почему вы так серьёзничаете? В голосе заклинателя всё ещё слышался смешок, словно воздух просачивается сквозь щели. Хорошо, что он не сердится, но повод для серьёзности определённо был. К счастью, он пришёл в себя, увидев заклинателя. Если бы не это... — ...Извини... Когда Амугэ уныло пробормотал, заклинатель поднял руку и откинул вуаль. — Кошмар был очень страшным? От ласкового вопроса внутри словно всё растаяло. Амугэ неуверенно открыл рот. — ...Просто, сон был немного... Стал каким-то полководцем, был предан подчинёнными и жалко погиб. Заклинатель, услышав краткое изложение длинного сна, сделал неуловимое выражение лица – то ли улыбался, то ли нет. — Сон был очень подробным. — Ммм... да. Амугэ мог осознавать свои сны. Это был своего рода осознанный сон, но только и всего. Свободно действовать во сне – летать в небе или ходить по воде – было невозможно. Для Амугэ сон был тюрьмой и болотом, в которое он погружался всё глубже, чем сильнее барахтался. С Полководцом Красных Глаз было то же самое. Когда он входил в начало сна, Амугэ чётко различал себя и Полководца Красных Глаз и держал дистанцию. Но чем глубже становился сон, тем более размытыми становились границы мышления и чувств, и в конце концов он сливался с ним. Поскольку каждый сон был таким, Амугэ принял несколько радикальную меру. Не спать и максимально держаться с открытыми глазами. Простой и грубый метод. Благодаря этому каждый день голова была тяжёлой, а под глазами скапливалась усталость, но другого выхода не было. Амугэ легко потряс головой влево и вправо, пытаясь стряхнуть сонливость. — Господин заклинатель... куда идёшь? Успокоив смятение и снова посмотрев, он увидел, что заклинатель был полностью одет. Выглядя так, словно вот-вот выйдет, он опустил вуаль обратно и отступил. — К господину полководцу Хаму. Думаю, пора идти. Разве не собирались идти вечером? Посмотрев наружу, он увидел, что уже зашла заря и тихо опускалась тьма. — Я тоже... можно пойти с тобой? — Конечно. Амугэ взял в руки длинный палкообразный свёрток, прислонённый к стене, и вышел из постоялого двора. На дороге, утрамбованной бесчисленными шагами. Идя бок о бок среди прохожих, двигавшихся каждый по своим делам. Амугэ искоса взглянул на заклинателя. Несмотря на то что он часто выходил, кожа у него была белой. Не бледной до болезненности, как у Амугэ, а со здоровым румянцем на лице. Видимо, потому что всегда носит соломенную шляпу. На нём нельзя было найти даже мелких шрамов, обычно появляющихся во время тренировок. Словно ничто в этом мире не может поцарапать этого человека. Только одно. Единственный шрам на безупречном теле, словно ложка дёгтя в бочке мёда, остался на левой руке в виде диагональной линии. Это не царапина или ссадина. Это след от сквозного ранения. — Господин заклинатель. Как только мысли упорядочились, губы вдруг сами собой задвигались. — Шрам на руке... можно спросить? Метод неизвестен, но заклинатель, похоже, собирался решить проблему с барышней из дома полководца сегодня. Тогда он тоже сможет выполнить свою задачу. А после этого... расстанутся? Больше не будет причин быть вместе. Возможно, это последний момент, когда можно удовлетворить любопытство о нём. — Шрам? А, это имеете в виду? Он показал левую руку. От тыльной стороны ладони до самой ладони. Был отчётливо виден шрам в одном и том же месте. Заклинатель на мгновение задумался. Как и прежде, он мог бы отделаться просто смехом, но выбрал более серьёзный ответ. — В самый жалкий, отвратительный и безумный период моей жизни. Это шрам, который остановил ошибку, которую я едва не совершил импульсивно. — ...Похоже на сквозное ранение... — Верно. Он улыбнулся. — Я сам проткнул его. Дар речи пропал. Не зная, как продолжить разговор, Амугэ сначала извинился. — ...Извини. — Ха-ха, за что извиняться? За то, что я был не в своём уме? Это было просто любопытство, но тема оказалась неожиданно тяжёлой. Зря спросил. Пока Амугэ внутренне печалился, вдали показалась темно-синяя черепичная крыша дома полководца. Слуга, запиравший засов у ворот, заметил их и быстро подбежал. — Ой, господин заклинатель. Я как раз собирался идти за вами. Заклинатель слегка поклонился. — Можно сейчас войти? — Конечно! Кто посмеет остановить господина заклинателя? Но этот человек... Слуга посмотрел на Амугэ подозрительным взглядом. Видимо, среди слуг уже распространились сплетни об Амугэ. — Это мой спутник. — Что? Я слышал, что этот человек с позавчерашнего дня стоял у ворот... — Это мой спутник. — Т-так? Когда заклинатель с улыбкой твёрдо заявил, слуга быстро сдался. Заклинатель, опередив слугу, отодвинул засов и вошёл. — Я пойду в отдельный павильон. Передайте господину полководцу от меня. Усадьба, из которой отправили всех приходящих рабов, в отличие от дня, была безлюдной. Благодаря этому заклинатель без помех благополучно прошёл через внутренние ворота и снова направился к отдельному павильону, где веяло унынием. Он встал перед павильоном и слегка откашлялся. — Барышня, вы спите? Из павильона не последовало никакого ответа. Заклинатель, не обращая внимания, снова открыл рот. — Прошу прощения за беспокойство с раннего утра, но осмеливаюсь просить встречи. Амугэ посмотрел на небо. На краю тёмно-синего неба висел молодой месяц. Пейзаж никак нельзя было считать ранним утром. — Вообще-то, сегодня я встречался с господином лекарем Яном, но… Лекарь Ян. Как только он произнёс эту должность, из павильона раздался громкий грохот. После всевозможного шума – ударов, разбивающегося и падающего – тарах-! – бумажная дверь распахнулась так яростно, словно вот-вот вылетит. Между широко открытыми створками потекли длинные, растрёпанные, словно водоросли, волосы. — Ле...карь? Металлический голос, словно ногтями поцарапали голосовые связки. Зрелище было настолько жутким, что обычный человек невольно отступил бы назад. — Здравствуйте, барышня. Но заклинатель, напротив, сделал шаг вперёд. — Лекарь... ле... карь...? — К сожалению, я не тот лекарь, которого вы ищете. Словно уговаривая ребёнка, он начал мягко. — Господин полководец призвал меня. Чтобы изгнать злого духа, вселившегося в барышню. Бледная рука ощупывала пол веранды. Лицо, скрытое растрёпанными волосами, наклонялось то туда, то сюда. При этом бинты, обмотанные вокруг глаз барышни, распускались всё больше. — Но в барышне совершенно не видно следов злого духа. Не только я, но и все приглашённые заклинатели придерживаются того же мнения. Медленно, неторопливо. Заклинатель сокращал дистанцию. Амугэ тоже последовал за ним, постепенно приближаясь к барышне из отдельного павильона. Заклинатель протянул руку, словно собираясь поправить спадающие бинты, и в этот момент барышня подняла голову. Амугэ отчётливо увидел. Между растрёпанными волосами и распускающимися бинтами. Чёрную пустоту, заменившую место, где должны были быть глазные яблоки. — Что вы делаете! Полководец Хам поспешно перешёл внутренние ворота. Его властный голос прогремел по внутреннему двору павильона. — Не смейте трогать этого ребёнка! Заклинатель повернул голову назад, словно собираясь что-то ответить полководцу. В тот же миг барышня внезапно выставила ногти и взмахнула ими в сторону заклинателя. Так-! Но рука не достигла цели. Потому что Амугэ, державший длинный свёрток как меч, опередил и отбил её. Амугэ встал между заклинателем и барышней, словно телохранитель. Рука барышни, потерявшей цель, растерянно блуждала в воздухе. — ...Лекарь... где вы...? Лекарь... лекарь... Словно в мире существует только это слово. При виде того, как она зовёт только лекаря, лекаря, полководец Хам застыл, словно потеряв даже силы кричать. Заклинатель, случайно оказавшийся в положении прячущегося за спиной Амугэ, смотрел на круглую голову Амугэ, словно на что-то странное. Его глаза сузились, но на губах сохранялась привычная улыбка. — Что же делать? Барышня даже не смотрит на нас и отчаянно ищет только лекаря. "Что же делать?" – снова пробормотал он, слегка наклонив голову. — Может, привести лекаря? — ...Что? Полководец Хам в ужасе вдохнул. Барышня, услышав, что приведут лекаря, резко подняла голову. Реакция была более сильной, чем когда-либо прежде. Улыбка на губах заклинателя стала ещё отчётливее. — Барышня. Вы хотите увидеть лекаря? — ...Лекарь... лекарь...! — Тогда подождёте немного? Заклинатель исчез. Когда в одно мгновение исчезло присутствие, Амугэ, забыв даже следить за барышней, обернулся. — ...Господин заклинатель? Амугэ в растерянности огляделся по сторонам двора. Заклинателя не было нигде, словно всё происходившее до сих пор было иллюзией. — Почему вы так? В этот момент тончайшая вуаль взметнулась, заполняя весь обзор, и пронеслась мимо. Вопрос заклинателя прозвучал у самого уха, и Амугэ увидел его, стоящего как ни в чём не бывало. Впервые в жизни. От облегчения силы покинули его. Длинный свёрток, который он всё время носил с собой, выпал из руки. Упав на землю и ударившись, он издал тяжёлый металлический звук, но Амугэ совершенно не обратил на это внимания. — Гос... подин заклинатель? — Дааа. Это господин заклинатель. — Где... ты был? — Привёл лекаря. Только после объяснения Амугэ заметил лекаря Яна, которого заклинатель держал за руку с другой стороны. Как-то запоздало пришло осознание. Техника сжатия пространства. Магия, позволяющая складывать землю и сокращать большие расстояния. Он использовал технику сжатия пространства от павильона барышни, чтобы привести лекаря. Лицо лекаря Яна, осмотревшегося вокруг, побледнело. — Это...! Короткий возглас. Только по этим словам барышня чутко уловила голос лекаря и криво повернула голову. Бинты полностью соскользнули, и пустые глаза обратились к лекарю. — ...Лекарь? Барышня, словно скрипя, повернувшая шею под странным углом, растянула уголки рта до ушей. — Лекарь! Резко вскочившая барышня бросилась к лекарю. Босыми ногами она переступила через веранду, упала и покатилась, вся в грязи, но не остановилась. — Умри! Умри же! Заклинатель, с затруднением наблюдавший за нападающей растрёпанной барышней, поднял лекаря на плечо. Затем одним прыжком легко взлетел на крышу. — Я думал, если приведу лекаря, можно будет поговорить. Но барышня слишком возбуждена. Может, подождём здесь немного? — ...А, да... Младшая госпожа, прибывшая с опозданием, споткнулась о свёрток, уроненный Амугэ, и упала. Рука барышни, севшей и ощупывавшей пол, схватила длинный свёрток. Заклинатель, устроившийся на крыше павильона, легко хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Расскажу вам неинтересную историю. Когда-то давно в одной деревне жил наследник семьи богачей, владевших состоянием в течение нескольких поколений. Богач, которому мог позавидовать даже царь небольшого государства, имел хобби – коллекционировать всевозможные редкие предметы. У него был горячо любимый сын, но известный заклинатель утверждал, что он не проживёт больше двадцати лет. Богач всеми средствами пытался спасти сына. С детства одевал его в женскую одежду, выдавая за девочку, купил ребёнка с такой же судьбой по звёздам и растил его как родного сына, не брезговал обманом. Но богач, которого это всё равно не успокаивало, после долгих поисков узнал о талисмане против духов, способном воскрешать мёртвых. — Зеркало Юмён. — ...... — Как следует из названия, это зеркало, отражающее загробный и этот мир. Заклинатель, плюхнувшийся на конёк крыши, поставил руку на колено и подпер подбородок. — Это зеркало меняет местами то, что из этого мира, и то, что из загробного. Если отразить в Зеркале Юмён того, кто умер в этом мире, он поменяется местами с живым из загробного мира. Чем дольше длилась история заклинателя. Тем сильнее бледнели лица лекаря Яна и полководца Хама. — Зеркало Юмён – это "зеркало". Поэтому в нём отражены свойства зеркала. Ему, продолжавшему говорить ласковым тоном, как всегда. Амугэ бессознательно ответил. — ...Левое и правое... меняются местами? — Дааа, именно это. "Если быть точным, меняются не левое и правое, а переднее и заднее", – добавил заклинатель и подвёл итог. — Суть в том, что всё переворачивается наоборот. — Поэтому... Скромная, красивая, добрая, тихая барышня. Бесконечно прекрасная и милая девушка. Младшая госпожа, которая при любой неприятности говорила "это моя вина, моя вина". Барышня, которая внезапно изменилась в один день. — ...Характер тоже перевернулся? Амугэ пробормотал словно про себя. Из-под соломенной шляпы между вуалью мягко изогнулись уголки губ заклинателя. — Сообразительный. Его похвалили. Хотя атмосфера совсем не располагала, Амугэ почувствовал себя лучше. — Тот, кого воскресили с помощью Зеркала Юмён, становится противоположным своему прижизненному состоянию – внешность, внутренний мир и даже чувства. "Вообще-то, я встречался с кормилицей барышни и слышал от неё". — Барышня была правшой, верно? Барышня, которая кричала на лекаря "умри" как безумная, резко остановилась. — Когда вы пытались поцарапать меня раньше... барышня протянула левую руку. — ...... — И сейчас то, что вы держите, вы взяли левой рукой. Рука барышни, державшей предмет, обёрнутый белой тканью, была левой – с синими синяками и заусенцами. — Правша пользуется левой рукой, спит днём и встаёт ночью, спокойный и тихий нрав становится вспыльчивым как огонь, любимого возлюбленного ненавидит и пытается убить... Меняется левое и правое, меняется день и ночь, характер полностью меняется, даже чувства переворачиваются наоборот. Всё точно совпадало с признаками того, кто был воскрешён Зеркалом Юмён. "Перед тем как барышня стала такой, она несколько дней отсутствовала, уехав в путешествие". Амугэ вспомнил рассказ кормилицы. Как она и сказала, барышня действительно отлучалась в путешествие. Пересекла реку Самдочхон и отправилась на далёкий путь в загробный мир.