Телефон доверия

Прохладный ветер пробирал до самых костей. Хотелось надеть все самое тёплое, но сейчас когда только только наступал рассвет, Нагито не надел ничего теплее кофты. Сейчас он сидел на крыше свесив ноги и смотрел вдаль, солнце окрашивало его седые волосы в розовые оттенки, заставляя жмуриться. Как бы тут не было холодно, страх заставлял сжаться сильнее. Он хотел спрыгнуть, да. Он уже давно размышлял об этом. Покончить со своей никчемный жизнью казалось самым простым. Уже не было смысла, родители умерли, а в школе он странный ребенок. Были ли смысл жить дальше? Он не нормален из-за своих панических атак, шрамов от лезвия на руках и диагностированной деменции. От которой в будущем он будет беспомощным. Он отвратителен от кончиков стерильно белых и ломких волос, до самых пальцев ног. Любить себя не хотелось. Он не должен жить, он только мешает людям из-за своей удачи. Его родители уже познали его удачу своей смертью, они же и умерли из-за него. Смысла продолжать не было, а даже если бы и был, силы уже покинули. И вот теперь сидя на краю девятиэтажного дома, он смотрел на красивое небо. Странное чувство, когда понимаешь что скоро можешь умереть. Тревога и страх за неизвестность, но одновременно странное спокойствие, что скоро все будет по-другому... Так странно, но он сам по себе странный, чему удивляться. Небо сегодня особенно красиво. Темное и одновременно манящее своей бескрайностью. Солнце которое упрямо освещает верхушки зданий, но слабо помогало согреться. Возможно всё это кажется таким только из-за страха и он пытается тянуть время, возможно это просто и правду завораживающе. Хочется побыть здесь подольше и Нагито не противится этому желанию, в последний раз хочется взглянуть на это небо. Понимание того, что скоро это небо он не сможет увидеть даже расстраивало. Он как обычно слаб, не может сразу прыгнуть... Говорят что перед смерть у близких просят предсмертное желание, но близких у него никогда и не было. Так что его желание никто не сделает, кроме он сам. Нагито хотел хоть кому-то сообщить о том, что сегодня его не станет. Но кому? Какой человек захочет говорить с ним? Кто вообще будет хоть как-то скорбить по его смерти, если даже он сам этого не делает?... Телефон доверия? Люди там ответят, потому что это их работа. Он опять будет мешать работать людям своим присутствием, даже его смерть мешает. Но желание позвонить было больше, хоть оно и наполняло его тревогой. Заставляя руки трястись, а тело покрываться мурашками. Хочется чтобы люди просто знали что скоро его не будет здесь. Он так и не написал предсмертную записку, а теперь жалеет. Но она бы все-равно оказалась бы в мусорке. Ещё раз взглянув на солнце, Нагито взял свой старый телефон, который лежал рядом с ним. Потрескавшийся экран портит сам его вид, похож на своего владельца? От мороза пальцы плохо слушались, через долгое время набрав эти заветные цифры, он остановился. Ему опять страшно... Быстро нажав на кнопку вызова, он приложил ледяной экран к уху. Раздавались монотонные гудки, заставляя драть кутикулу у ногтя от ожидания. Может ему просто не ответят? Захотят ли с ним разговаривать? Резко гудки прекратились и из трубки раздался спокойный голос. - Здравствуйте, Хаджиме Хината из службы поддержки. Вы можете назвать своё имя? - Сказать полное имя? Или нет? Боже, он опять отнимает время у людей. Он не может прыгнуть и просто отпустить всех? Возможно сейчас его удача сыграет с ним злую шутку, он уже привык к её выходкам, к той тяжести вины и... - Здравствуйте, вы на линии? - Голос из телефона прервал его размышления, заставляя ответить. Нервным и тихим голос он начал. - Нагито... Нагито Комаеда. - Из-за ветра разобрать слова работника было сложно. - Здравствуйте, Нагито, вы можете сказать где вы сейчас находитесь? - Видимо он понял по ветру, что он точно не дома сейчас. Хотя и дома то у него так такового нету. Пытаясь подобрать слова, Нагито начал говорить. - Я на крыше многоэтажки... я собираюсь прыгнуть. Я позвонил чтобы сообщить об этом. Глупая причина, правда? - Возможно сейчас он просто сбросит трубку, а не будет слушать его бесполезные слова. Молчание в трубке продлилось ещё пару секунд, прежде чем Хаджиме ответил. - Вы можете описать всё что находится рядом с вами? - Зачем? Какой смысл в том что он расскажет каков пейзаж перед ним? Либо он хочет узнать его место положение и вызвать кого-либо, чтобы его сняли с крыши. Либо он не понимает. Не смотря на свои доводы, Комаеда решил все-таки продолжить этот разговор, хоть он уже был и так бесполезен, он умерет. Подрагивающим голосом он начал. - Я на крыше девятиэтажки... - После небольшой паузы он продолжил. - Здесь холодно и дует сильный ветер. - Стоит ли говорить что-то ещё? Он и так уже отнял много времени, зачем же ещё больше. На улице было всё так же пусто, все здравомыслящие люди спят. А он не спит. Тишина продлилась не долго, Нагито опять стал говорить. - Солнце уже всходит, оно не сильно помогает от холода. Но оно яркое, слепит глаза. - В конце голос уже подрагивал, может и правда стоило одеть что-то другое? Потеплее?... Нет у него теплее, хоть как-то согревает только эта тонкая зелёная кофта, у которой уже не осталось не затертого места. - Нагито... ты хочешь спать сейчас?- Голос Хаджиме был не так спокоен. Странный вопрос для такого момента, что же он хочет сделать? Спать. Забыться в объятиях морфея было бы как сказка, без тревог и боли. Но кошмары из его снов пока ещё не уходили. Наверное не стоит оставлять Хаджиме без ответа, все-таки он и так уже отнял у него много времени. - Я не знаю...Я хочу спать, но не могу. Почти каждую ночь я вижу кошмарные сны. Я не могу спать после них. - Руки уже дрожали не только от холода, также от усталости. Даже каких-то пару слов его вымотали. Он всегда был слабым ребёнком, часто болел, а уроки физкультуры всегда были чем-то невозможным. Видимо с возрастом это только прогрессирует. Голос Хаджиме резко прозвучал в тишине, заставляя обратить на них внимание. - Нагито, можешь поделиться, что тебе снится? Ты можешь не говорить, если это приносит тебе сильную боль. - От этого слов, Нагито удивился. Он не думал, что Хаджиме будет вообще интересоваться чем-то. А последнее предложения удивило его ещё больше. Тот заботится о таком человеке? Хотя это его работа. Кусая губы до крови, он думал. Рассказать это всё? Всё то что давно было скрыто от глаз людей, то что было незаметно. Страшно. Он давно мечтал хоть с кем-то поговорить об этом, но не было с кем, да и доверять он так и не научился. Но Хаджиме в другом городе, не знает ни его внешности, ни то где он сейчас. Стоит ли вообще делиться с этим?... Он же и звонил ради этого, хотел кому-то поплакаться. Нагито не глуп, он просто пытается скрыть от самого себя тот факт, что он настолько слаб. Он не может уйти не поделившись с кем-то, просто взять как сильный человек и не отнимать время. Нужно сказать что-то. Тихим голосом он начал. - Мне было восемь, когда мои родители умерли во время поездки на самолёте. Мы ехали отдыхать, но всё так вышло. - На глазах выступили солёные слезы, не хватало ещё и расплакаться. -После этого всё и началось. Мне стали снится кошмары. Я стал один... Это наверное жалко слушать, да? - К концу Комаеда перешёл на надрывной шёпот. Слезы из глаз потекли по его щекам. Нос заложило, что заставляло шмыгать носом. Одновременно с этим стало немного легче. Теперь кто-то знает о его жизни. Знает что ему тяжело. А от этой мысли хотелось плакать ещё больше, но в груди уже не так давило как прежде. Из телефона опять послышался голос, уже не такой ровный. - Нагито, спасибо что поделился этим. Мне жаль что это произошло с тобой... И правда, не надо заканчивать со своей жизнью. Если тебе тяжело, звони сюда и просто поговори. Тебе станет легче. - На эти теплые слова, Нагито лишь стал рыдать сильнее. Всхлипы точно были слышны Хаджиме, но это его не волновало. - С-спасибо, Хаджиме... я позвоню. - Эти слова Хината не услышал. Телефон разрядился. Как не вовремя, но хотя бы не в начале их разговора. Когда слезы уже высохли на его щеках, а в душе было спокойнее. Солнце вышло на небо и светило на него своим тёплыми лучами. Люди просыпалась, уже выходили из своих подъездов. Они и не знали, что один человек уже пару часов сидел здесь, смотрел на небо, уже светлое, с облаками и такое манящее. Тяжело было уходить от него, но Комаеда отошёл от края. Спускаясь по лестнице он обдумывал это всё. Этот разговор, небо и чувства. Непривычная лёгкость зарождалась в нём. Сегодня Нагито не спрыгнул с крыши.