Spoiled lemon

— Коттадж Чиз Лемон Куки, — достаточно твердо, но не зло прозвучал голос Пур Ваниллы. Он стоял прямо над ней, скрестив руки на груди. Девушка дернулась и тут же повернулась к нему.  — Да? Я тут.  — Я вижу. Может ты и тут, но мысли твои где- то далеко. О чем я сейчас говорил? — О муке. — Об этом я говорил до этого, — Пур Ванилла покачал головой. — Я говорил о Серебряном дереве.  Лемони тут же встрепенулась, вспоминая его. — Да.. я помню. Прости.  Ванилла кивнул головой. — Хорошо, но больше не отвлекайся.  Коттадж Чиз Лемон Куки сидела у себя в комнате на кровати и нервно дергала голубенький бантик на груди. Она сделала его, чтобы он напоминал внешне Соул Джем Пур Ваниллы, чтобы быть похожей на него. Она всегда и во всем стремилась быть как он. В детстве он забрал ее буквально из печи, она не знала родителей, никого, он был для нее всем. Больше, чем просто семья или учитель. Ванилла был для нее путеводителем и примером. Девушка чувствовала себя должной ему за воспитание, заботу и дом. И больше всего на свете она боялась подвести его. Сейчас она размышляла, что могла расстроить его сегодня днем, когда прослушала рассказ о Серебряном Дереве. «Интересно, что это за дерево? Надо было слушать.. Пур Ванилла всегда знает истину о всем на свете, и это дурацкое дерево не исключение. Завтра спрошу.» — ее мысли метались, но всегда приходили к выводу, что Лемон подвела его сегодня. Пур Ванилла никогда не ругался на нее и из-за этого девушка чувствовала еще больший стыд. Ей всегда казалось, что она много раз заслуживала наказания, но он всегда был так добр с ней, что она начинала винить себя за свои оплошности еще сильнее.  Коттадж Чиз упала спиной на кровать. Ее белые и мягкие, как творог волосы упали на простыню. Сверху прически красовалось два хвостика, закрепленных заколками. Печенька предпочитала белые рубашки, лимонную юбку и плотный корсет. Но самой главной деталью для нее был тот самый голубой бантик. У самой девушки были желтые лимонные глаза, широко распахнутые, но смотрящие всегда с легкой ноткой подозрения.  На следующее утро у нее была тренировка по стрельбе из лука. Она любила это дело и всегда была лучшей в классе. Ей часто говорили, что это истинное ее призвание, однако сама печенька все же отрицала это, каждый раз грустно вздыхая. До обеда Лемони стреляла, почти каждый раз попадая точно в цель, но ее это не радовало. Последние стрелы она выпускала твердо, но с очень натянутой улыбкой, кусая губы. Собрав все вещи, она вышла за пределы класса. Убедившись, что никто не видит, она бегом направилась в небольшой сад при Академии. Девушка достала из рюкзака небольшой мешочек с голубой пыльцой. Она искренне улыбнулась, глядя на свое творение. Лемони наклонилась над маленьким желтым цветком, который вот- вот завянет, и высыпала на него содержимое мешочка. Цветок оживился и расцвел, засияв золотым цветом. Девушка выпрямилась, довольная своими трудами и отряхнула руки. Она собрала вещи и направились в сторону столовой, чтобы наконец- то пообедать. Однако Лемони не заметила, что едва она отвернулась, цветок резко покрылся черной шелухой, засох и разлетелся на тысячи пылинок.  Коттадж Чиз Лемон сидела за столиком и кушала кусочек ванильного тортика с кремом с аппетитом, все еще довольная своей маленькой победой. Это многое значило для нее и она спешила поделится своей радостью с Пур Ваниллой. Прошло буквально пару минут, как и он зашел в столовую. Мужчина сел рядом с ней за один столик. На его лице была тень беспокойства, он сейчас был далеко от реальности, но Лемони не замечала этого. — Добрый день, Пур Ванилла! У меня для тебя есть хорошая новость, — Лемони даже немного похлопала в ладоши, по- детски радуясь своей новости. Пур Ванилла улыбнулся и спросил. — Добрый день, Лемони. И какая же это новость? — Я создала лечебную пыльцу, про которую говорила тебе на прошлой недели. Она работает! Я проверила на цветке.  Лицо Ваниллы немного помрачнело, он никогда не был доволен ее стремлением быть настолько во всем похожей на него, и не одобрял ее попытки стать лекарем. Однако он все же уважал ее, и хотел, чтобы она была счастлива.  — Лемони.. я же говорил.. — .. что не надо, и я сам прекрасно справляюсь со всеми задачами лекаря.. бла-бла.., — Лемони передразнила его, зная, что скажет, но затем тут же смущенно поправилась. — Я очень прошу, дай мне шанс. Я вылечу тех больных, что приехали сегодня, и ты увидишь, на что я способна! — Ее голос немного дрожал, и она поджала губы, грустно глядя на стол.  Пур Ванилла вздохнул, задумавшись о ее предложении. Он кивнул. — Хорошо. Но помни, тебе не обязательно быть такой, как я. Ты хороша в своей собственной стезе. И я тебя люблю и принимаю абсолютно любой, что бы ты не делала и какой бы ты не была. Ты меня услышала? — Он отчетливо выделил все эти слова, указывая ей на их эмоциональную близость. Он искренне хотел дать ей понять, что примет ее любой.  Лемон Коттадж Чиз сглотнула, принимая его слова очень близко к сердцу. Девушка с трудом посмотрела ему в глаза и улыбнулась. Затем качнув головой, она сбросила минутную слабость, чтобы не казаться глупой рядом с ним и благодарно кивнула. — Спасибо огромное! Я сейчас же побегу в госпиталь, чтобы помочь тем бедным печенькам!  Ванилла хотел удержать ее, чтобы она подождала его, но амбициозная девушка уже была очень далеко. Он лишь хмыкнул, глядя ей вслед.  Коттадж Чиз Лемон Куки забежала в госпиталь, переводя дух. Девушка была на сильных эмоциях, радуясь возможности показать себя. Ее пальцы немного дрожали, а губы были искусаны. Она шла по длинному белому коридору в сторону палаты для особо раненых. Этих печенек доставили прямо с фронта. Сейчас в их Королевстве шла война, поэтому раненные печеньки все чаще приезжали сюда. При виде их сердце Лемон сжималось. Она даже не могла себе представить, что им пришлось пережить.  Девушка глубоко вздохнула и постучала в одну из палат. Зайдя туда, она тут же заметила три печеньки, разбитые местами и выглядящие ну очень плохо. Это было двое взрослых мужчин и один мальчик. Лемон поджала губы, с трудом глядя на израненного ребенка. Ей очень хотелось им помочь. Она даже предвкушала, какие почести получит, когда покажет другим вылеченных людей. Тогда Пур Ванилла точно признает ее. От этой мысли девушка даже немного улыбнулась.  В палате не было врачей, поэтому девушка положила сумку на стул, и достала оттуда свою волшебную пыльцу, благо, у нее ее было достаточно. Лемон думала сначала справится с одним человеком, но в итоге решила, что будет легче, если она поможет сразу всем. Она была очень напряжена и возбуждена от идеи наконец- то испробовать свое изобретение на практике. Потирая ладони, девушка приоткрыла мешочек и распылила его содержимое над печеньками. Не прошло и секунды, как их раны начали затягиваться, а глаза открываться. Лемон даже запрыгала на месте, глядя на чудеса, происходящие перед ней. Ребенок даже смог встать с кушетки и подойти к своей спасительнице. Он улыбался и протянул к ней свои ладони. Внезапно его улыбка дрогнула, а глаза расширились в ужасе. Лемони застыла, не в силах сразу сообразить, что происходит. Кожа мальчика покрылась трещинами, а с кожи начала сыпаться мука. Его лицо исказилось страшной мукой, а глаза закатились наверх. Он затрясся, и его тело начало заплывать черной коркой, которая в ту же секунду лопнула и ребенок перед ней рассыпался в прах. Коттадж Чиз протянула руку в сторону, где буквально только что стоял живой ребенок, а сейчас там была лишь горстка пепла. Девушка еще не могла осознать, что натворила. Подняв глаза выше, она увидела, что двое взрослых, которые вот- вот проснулись, начали так же трястись и рассыпаться прямо у нее на глазах. Они мучались от боли, а Лемони ничем не могла им помочь и лишь парализовано стояла над ними. Девушка с трудом сделала шаг назад, мотая головой, желая прогнать наваждение. Она повернулась в сторону двери, а там на проходе стоял ни кто иной, как Пур Ванилла и в немом шоке видел всю картину.  Лемони, все еще пошатываясь, отходит на шаг назад. Ей очень хочется скрыться, содрать с себя кожу со всем этим позором. Ее голова еще не переваривает то, что она натворила.  Взгляд Пур Ваниллы становится контрастнее. Он все видел, и все понял. Возможно, не так, как все было изначально, но что есть, того не отнять. Он глухо стучит посохом по земле, подходя ближе к Лемони. Девушка впервые начинает чувствовать настолько сильный страх. Она впивается ногтями в свои руки, сдирая всю глазурь, чтобы даже крошки муки сыпались на пол. Также часть пыльцы задела ее ладони, и они тоже обуглились. Лемон чувствовала невероятную боль от своих действий, но осознание произошедшего было больнее. Она, все еще шатаясь, отскочила в сторону, боязливо отходя от надвигающегося на нее Пур Ваниллу. Мужчина впервые в жизни на нее так смотрел. И этот взгляд был хуже любой другой боли. Он был полон гнева и разочарования, того, что снилось Лемони в самых страшных кошмарах.  — Ты мне соврала, — его слова резали кожу и душу острейшими лезвиями. — Моей самой большой ошибкой было доверять тебе.  Он грозно смотрел на нее, еле сдерживая гнев. Его руки дрожали от чувства вины, но Лемон этого не чувствовала, она чувствовала лишь боль от его слов.  Пур Ванилла подошел еще ближе к ней, нависая сверху. Коттадж Чиз сжалась в ком, изредка отводя взгляд на то место, где только что были еще живые печенья, а потом снова глядя на Ваниллу.  — Я не хотела.. Вы все не так поняли.. я не убивала, я не убийца.. — ее голос дрожал, а сердце бешено стучало, готовясь вырваться из груди.  От этих слов Пур Ванилла потерял контроль, со всей силы ударив по полу посохом, пуская энергию, казалось, по всему королевству. Лемон сглотнула, замолчав, впервые за всю жизнь чувствуя угрозу от своего наставника.  — Ты чертова..! Хватит лгать! Как я вообще мог верить тебе. — он смотрел на нее с чудовищным презрением. — Ты мне отвратительна. — Он отвернулся.  Сердце Лемон пропустило удар. Кажется, оно сейчас остановится. Потому что мир вокруг нее рухнул. На глазах выступили искренние предательские слезы, и ее эмоции вышли наружу. — Я не хотела убивать! Я.. думала, я смогу! Я думала, что у меня получится их вылечить. Я попробовала ваш рецепт лечебной пыльцы.. Он перебил ее на полуслове, вновь развернувшись к ней и строго отрезав. — Тебе никогда не стать такой, как я, поняла? Ты ничтожная крупица, которая ничего не умеет делать, абсолютно бесполезная вещь! Убирайся к черту, я видеть тебя больше не желаю.  Его слова грозой ударили по ней. Пур Ванилла резко развернулся, и быстро вышел из этой палаты, пропав во мраке коридора.  Коттадж Чиз упала на колени, но уже не чувствовала боли. Все самое страшное уже произошло. На данный момент в ней просто не осталось ресурсов на то, чтобы переварить эту ситуацию. Ее беглый взгляд прошелся по трем чертовым кучкам пепла. Девушка ударила кулаком в пол. Ее обугленные ладони заболели сильнее. Внезапно ее глаза зацепились за непонятный голубой огонек, горящий из глаза статуэтки Пур Ваниллы, стоящей на полке. Даже этот кусок камня смотрел на нее с осуждением и презрением. Однако едва она начала всматриваться в голубой свет, он тут же потух. Лемон протерла глаза и тут же забыла о нем.  На следующее утро Лемон проснулась в ужасном состоянии. Она даже не помнила, как оказалась у себя в комнате. Пур Ваниллу она не видела с того момента, как он выгнал ее. А если он сказал, значит пора собирать вещи. Но сил не было. В голове бешеной сиреной была лишь одна мысль — она убийца. Лемон с болью смотрела на свои руки, на которых теперь было три невинных жизни. Лемон с трудом сглотнула, вспоминая того мальчика, что с надеждой начал оживать у нее на руках. Почему ничего не получилось? На цветке же сработало… цветок.. цветок!  Коттадж Чиз вскочила с кровати, и не взяв с собой ничего, бросилась в тот самый небольшой сад с цветами. Запыхавшись, девушка упала на колени перед цветком, на котором проверяла свою пыльцу. Его там не было. Лишь черный выжженный кружок, где был тот самый маленький цветочек. Лемони вскрикнула и схватилась за голову, лохматя и отрывая пряди, пытаясь справиться с нарастающей паникой. Она вскочила на ноги и вернулась к себе.  Девушка посмотрела на себя в зеркало, но видела лишь лживое чудовище, такой, какой ее сделал Пур Ванилла. Он сказал, что она ничтожна и никогда ей не стать даже капельку похожей на него. Коттадж Чиз схватилась за голубой бант на груди, готовясь гневно сорвать его, но.. не смогла. Она опустила руки и упала на пол, прижавшись спиной к стене, запрокинув голову в накатившей уже в сотый раз истерике.   Она не помнила, сколько дней провела в пути. На ее обугленных черных руках теперь красовались голубые перчатки, закрывающие раны. Она сбежала из Королевства, как ей и сказал Ванилла. Он не хочет ее видеть, а значит ей там не место. Она чувствовала, что мир вокруг меняется, но не могла точно сказать, что происходит, да и ей было не до этого. Пур Ванилла в последние дни часто говорил о Серебряном Древе, и Лемони шла туда как бабочка на свет, в надежде, что хоть там найдет свое призвание и предназначение. Может, там она найдет способ получить прощение Ваниллы? Весь путь до Серебряного дерева она отчетливо чувствовала, что за ней наблюдают, но не знала, подводят ли ее чувства. Спустя время, она оказалась на незнакомом ей острове. Казалось, даже тучи здесь опасны и готовы наброситься на нее в любой момент. Весь остров был в грозе, которая так хорошо отражала ее состояние. Ее сердце скрипело также, как песок под ее ногами, разваливаясь на такте же ничтожные песчинки.  Наконец впереди показалось то самое Дерево. Оно было больше, чем Лемон только могла себе представить. Как жаль, что именно рассказ про это место она прослушала. И так и не спросила у Ваниллы, будучи увлеченной своими эгоистичными желаниями. Лемон с тоской посмотрела на него. Вокруг не было ни души. Странно. Печенька устало села на землю, рядом с деревом, закрыв глаза в немой молитве. Дрожащими пальцами она коснулась коры. Но тишине этой было не суждено длиться вечность, едва Лемон расслабилась, ее окружили черно- синие тени, заманивая в ловушку тьмы и обмана. Она нетрезво обернулась и перед ней предстал шут с гетерохромией, на лице которого играла ухмылка.  — Я ждал тебя. Я знал, что ты придешь.)