The Batman

3 ноября. Пятница. Мондштадт.

Вертолеты кружили над зданием Собора, вся полиция округа была собрана у этого старого готического произведения искусства, которое было осквернено событиями, которые произошли тем злосчастным днем. Толпа снайперов стояла с щитами и винтовками, целясь вглубь здания в одном лишь ожидании «бури». В зал запустили небольшой дрон, который был оснащён камерой с ночным видением. Он подлетел к прокурору, который часами сидел на одном месте, слушая этот проклятый звон, который заставлял желать о том, чтобы в один момент стать попросту глухим и поскорее. Он так называемая "наживка" для привлечения внимания Темного Рыцаря и это осознание, как и осознание собственного унизительного положения – разъедало изнутри. Лучше бы той ночью, Загадочник перестарался чем бы заставлял подвергаться таким пыткам. Надежд уже тоже совсем и не было. На вертолёте к зданию прилетел Варка в своем прекрасном облачении с кучей показных наград. Новую главу полиции подвели к компьютеру, который и транслировал видео с камеры на дроне, который далеко не на радость Шмидту включил ослепительный свет. И вроде-бы всё ничего, но в объектив попал странный абсолютно темный силуэт, которым первый заметил Хоффман, понимая что у него наверняка есть шанс выжить, благодаря странному мужику, играющего в летучую мышь, крысу. — Куда он, черт побери, смотрит? — Задал владелец хриплого и одновременно тихого, по сути своего содержания громкого голоса. Хоффман смотрел по сторонам, продолжая молится кому-то из всевышних. Вокруг были расставлены похоронные букеты цветов, гроб смогли безопасно убрать для того, чтобы похоронить бывшего мэра достойно и в безопасной обстановке. За минувшие долгие и мучительные часы, Хоффман даже уснуть не мог после той бурной ночи. Он слушал трезвон, давно к тому привыкнув, но помимо него, в глубине тёмного коридора расслышал тяжёлые медленные шаги. Снайперы от удивления поотпускали свои оружия, завороженно также убрав свой взгляд со своей главной цели. Шанс увидеть этого ночного дьявола кажется равнялся нулю, если ты не устраивал ночью переполох. Но вот новоиспеченный глава полиции Варка этому появлению не был рад. Он любил свои работу и службу, любил этот город и этих людей, но до чего же то, ради чего он отдавал всю свою жизнь, пропадало из вида общественности. Зачем идти прохлаждаться в дорогих костюмчиках, когда можно прийти в костюме Летучей мыши и начав само судно "геройствовать" так, нежели страдать от того тернистого пути? Рейтинг роли полиции для горожан падал с катастрофической скоростью за последние два года. Все ухудшала нынешняя ситуация, в городе и до этого появлялись странные фрики, но у них руки не доходили до убийства верхушек Мондштадта. Если не могут защитить их, то что насчёт обычного народа? — Это что за цирк? Куда его черти несут? — Вопрошал Варка, смотря на то как Бэтмен становится ближе в объективе камеры дрона, — Гуннхильдр! Твоему другу сейчас голову снесут! Джинн посмотрела в монитор, ничего не ответив. Она вполне ожидала, что так всё и будет. Она видела конверт на теле Хоффмана Шмидта, как и многие другие. Бэтмен бы не оставил такое послание без внимания. Он в принципе ничего не оставляет без внимания, даже если это несёт для некоторых вред. Тёмный Рыцарь подошёл вплотную к сидящему отчаянному Шмидту. Тот смотрел на того одновременно и с ужасом и с надеждой в глазах. Кровь на его лице давно засохла, а на рту красовалась изолента с очередным призывом красным маркером: «Нет больше лжи!» Да, знакомая надпись и уже вполне понятная к чему она красовалась. Не жалея рот Хоффмана, Бэтмен одним движением сорвал изоленту, давая шанс Хоффману наконец заговорить. — Пожалуйста..! Он меня заставил... — Произнёс Хоффман сразу же, тяжело дыша и будто бы моля о пощаде, — Простите меня!... Он сказал, что если я не сделаю, как он скажет... Он убьёт меня! — Пожалуй, на вас кодовый замок, — Подметил Тёмный Рыцарь, невзирая на поток сожалений от прокурора, смотря на этот странный, навороченный ошейник. — Пожалуйста, срежь его! — Попросил тут же Хоффман, чувствуя что у него от этого трезвона уши взорвутся. — Если вам не жалко головы... — Ответил Детектив, после потянувшись за тем самым желтым конвертом. Тут же он вытащил из него содержимое. Это была очередная детская открытка, — «В эти сложные времена не забывай – я лишь на расстоянии звонка. Ответь». Тут же Хоффман поднял свою руку, к которой и был прикреплён тот самый телефон с его бесконечным раздражающим трезвоном. Тот был прикреплен той же изолентой, которая когда-то красовалась на рту у Шмидта. Бэтмен посмотрел на телефон и сразу же нажал на зелёную кнопку «Ответить», даже несмотря на то как сжался прокурор, при мысли, что возможно это кнопка детонации. Звонок был по видеосвязи. На стене болотного цвета красовался знак вопроса, а в трубке послышалось знакомое странное тяжелое дыхание. Загадочник лишь малость показался в экране дабы убедиться в том, что на звонок ему ответил именно Тёмный Рыцарь. А после последовал томный вопрос: — Ты здесь..? — Его голос был также изменён программой. — Кто ты такой? — Сразу же начал Бэтмен, но не так напористо по-крайней мере на данный момент. — Я... Я никто, — В объективе показался голубой глаз маньяка. Загадочник был в такой же маске, с уже знакомыми очками поверх неё, —... Всего лишь инструмент, который используется, чтобы раскрыть правду этой выгребной ямы, которую мы зовём городом. — Правду? — Спросил для уточнения Детектив в маске. — Да... Давай сделаем это вместе, — Предложил внезапно Загадочник, — Я хотел привлечь твоё внимание. Ты тоже часть всего этого! — Каким образом? — Спросил Тёмный Рыцарь, не понимая ещё к чему эта странная игра. — Увидишь... — Сержант, вы должны это видеть, — Произнёс голос капитана Лоуренс, обращая на себя внимание и главы полиции Варки, и комиссара Джинн Гуннхильдр. — Всем моим подписчикам, мы в прямом эфире, — Заявил внезапно голос Загадочника из экрана телевизора. Да, он стал транслировать разговор с Бэтменом прямо для голодной массы. А чат трансляции летел с невообразимой скоростью. Кто упустит возможность лицезреть такое шоу? Тем временем маньяк сел на стул, стоящий в центре экрана, — Мы в эфире устроим судебный процесс. В данный момент, человек напротив тебя – мистер Шмидт, мертв! — Черт возьми, ну сделай уже хоть что-нибудь! — Прокричал Хоффман Бэтмену, уже начиная рыдать, — Этот псих меня прикончи-... — Молчать! — Прокричал во всё горло Загадочник, закрывая рот своей жертве, дабы та не портила его шоу, — Ты заслужил смерть своими грязными поступками! Ты меня слыши-и-ишь?! — Слышу... — Промямлил Хоффман, пока слезы его растекались по ошейнику. — М-мх-х-х... Ха-ха-ха! Ах-х, — Издал Загадочник странные звуки, смотря на Бэтмена, который стоял не шелохнувшись хоть какой-то мимикой лица, — Я даю тебе шанс... Мне никто не давал никаких шансов. Никто. Никогда. С самого детства, я любил загадки... Они успокаивали меня, ограждали от ужасов нашего мира... Может быть и вы найдете в них утешение, мистер Шмидт? — Я должен что-то отгадать... — Заключил Хоффман, повернув экран телефона к себе. — Три загадки за две минуты..! Ты мне ответы, а я тебе код от замка... Всё понятно..? — Д-да! Ладно-ладно... — Прокурор поднялся, начав ходить по кругу, уже готовясь к размышлениям, которые стоили ему буквально жизни, — Т-так сейчас, вы хотите, чтобы я-... Агх! Но тут же последовал мучительный удар током, который требовал Хоффмана заткнуться. — Загадка номер один! — Прокричал Загадочник и тут же запустил прекрасно слышимый таймер, — Бывает жестоким, лживым, слепым... Но утонет в крови! Коль его предадим... — Сейчас-сейчас! — Поспешно ответил Шмидт, ходя из стороны в сторону, метаясь пытаясь хоть что-то сконструировать в своей травмированной голове, — А... А можно повторить?! "Быть жестоким... "– — Правосудие, — Внезапно ответил Бэтмен, помогая жертве не допустить её собственное убийство. — А?! — Ответ – правосудие, — Повторил Тёмный Рыцарь. — Правосудие! — Подхватил Хоффман, наконец ответив Загадочнику. — Да-а! — Прокричал во всё горло довольный маньяк, напугав в уже какой раз бедного Хоффмана, — Правосудие! О-ох, ведь вы должны были служить правосудию в этом проклятом городе вместе с покойным мэром и главой полиции! Не правда ли, мистер Шмидт?- — Конечно-конечно! — Пытался заверить того Хоффман, чуть ли уже не рыдая от сожаления. Если бы он только знал, что вступив на эту темную дорожку – прописал себе приговор в пелену ада. — Загадка номер два! — Продолжил маньяк, — Скажи «Правосудие» на частоту, сколько берёшь за свою слепоту?! — Беру...? — Попытался уточнить Хоффман, но его тут же прервал Тёмный Рыцарь. — Взятки, — В очередной раз помог тот, уже понимая к чему клонит Загадочник. Он заставлял прилюдно Шмидта заявлять о том, что он такой же грешник в этой истории. Шмидт сам закапывал себя. И образ милого юноши с великими амбициями и наилучшим характером джентльмена сыпался, превращаясь в труху. И таков он был далеко не один. — Ч-черт, взятки...?! — Вновь подхватил Хоффман ответ Бэтмена, уже боясь даже представить сколько ему осталось до взрыва. Но тут же и сам понял к чему это. — Он спрашивает сколько стоит отмазать человека, — Уточнил Бэтмен, заставляя Хоффмана отчаяться еще больше оттого в какой же позор он попал. — Да нет у нас такого! — Попытался оправдаться прокурор, пытаясь держать остатки образа не то что себя, а уже репутации своих коллег. — Пятьдесят девять секунд! — Напомнил Загадочник о себе и времени вновь безумным своим ором. — Так сколько? — Стал напирать Бэтмен, понимая что Хоффман теряет уже слишком много времени отнекиваясь. Темный Рыцарь не мог позволить совершиться убийству. — Н-нет... — Попытался продолжать отрицать Шмидт. — Сколько?! — Повторил Бэтмен, впервые за долгое время прекратив быть тихим, отчего Хоффман и сдался. Он не смог выдержать такого напора. — Несколько десятков тысяч! М-мне платят десятку, н-но я не лез в определённые дела! — Сдавшись, ответил наконец Хоффман, уже рыча от отчаяния и плача от немыслимого позора. — В какие дела? — Продолжил Детектив, понимая, что Загадочнику будет мало ответа про деньги. Бэтмену и самому нужны были ответы на многие вопросы, даже если этим самым он раскачает общественность в городе до предела. — Он этого не спрашивал! — Прокричал в ответ Шмидт, уже слыша этот громкий ужасный, — Десятку... Десять тысяч в месяц! — Охо-хо-хо! Ну, хорошо-хорошо! Принято, хорошо... — Ответил Загадочник, уже вдоволь насмеявшись. Хоффман сам себе в ногу стрелял и видел это, и понимал, и чувствовал. Он сам себе могилу рыл. Кому же не смешно от такой иронии? — Я принимаю такой ответ. Не теряйте голову, мистер Шмидт! Ещё один рывок и время пока есть! Последня-я-я загадка-а-а... Скажи, раз так честно на всё отвечаешь... Кто тот грызун, который ты покрываешь? — Какой "грызун"? — Поспешно уточнил Шмидт, конечно же понимая о чем и к чему всё ведет. — «Крыса», — Вновь помог тому Бэтмен. Этот ответ был нужен не только Загадочнику, но и ему. Прошлой ночью он практически дошел до правды, если бы не тот казус с Кэйей и его непонятными делами и знакомствами. А ещё Бэтмену нужна была живая голова прокурора, но для Загадочника, тот слишком многое требовал, — Осведомитель из дела Имунлаукров. — Откуда ты о нём знаешь..? — Спросил Хоффман с ещё большим ужасом в глазах. — Его имя, — Потребовал Бэтмен. — Двадцать секунд! — Столь весело напомнил маньяк, с упоением наблюдая за этим спектаклем. Впрочем, он был не один. — Нет... — Опустил руки прокурор, понимая всю безнадёжность ситуации. — Он тебя убьёт, — Напомнил Тёмный Рыцарь, сделав пару шагов дабы оказаться вблизи отчаянного прокурора. — Да я итак покойник, — Ответил Шмидт, отрицательно мотая головой в стороны, даже несмотря на то, что за него буквально взялся Темный Рыцарь. Он принял всё, — Ты говоришь с покойником! Дай я хоть умру один! Но если я назову имя... Вся моя семья, всех кого я люблю... — Кто он..?! — Прорычал Бэтмен, буквально надавливая на Шмидта, держась за его плечи и притягивая к своей физиономии. — Он смотрит..! — Провопил Хоффман в ответ. — Кто смотрит?! — Тёмный Рыцарь продолжал не сдаваться, пытаясь хотя бы "ненароком" подвести Хоффмана к ответу, но всё было уже тщетно. — Всё гораздо сложнее чем ты можешь себе представить..! Тут вся система-... — Пять! Четыре! Три-... — Господи...! — Произнёс Хоффман свои последние слова, окончательно сдавшись и даже не давая ту информацию Бэтмену. Он его оставил только с ещё большими вопросами. Он не дал ему ответов, не дал себе жить, понимая какова будет цена. Да, лучше умереть чем обречь тех кого так любишь на страдания за свои глупые грехи. Пожалуй, тут стоило бы добавить о том, как Шмидт размышлял о той жизни, сохранив он образ того приятного доброго парня и настоящего джентельмена, но... — Прости меня..! — Два... — Кажется Бэтмен слишком поздно посмотрел на оканчивающийся таймер, —... И про-о-ощай! И взрыв действительно произошёл. Большой шар огня разнёсся по Церкви, отбрасывая с особой силой Мстителя в маске, не оставляя тому и шансов. Он влетел прямо в стулья, на достаточно особо длинное расстояние. И это попало на кадры трансляции. Загадочник одним выстрелом убил двух зайцев и среди них был его собственный кот Том из дуэта «Том и Джерри».... Или... Комиссар Гуннхильдр обеспокоенно взглянула на своего начальника, но тот так же как и все наблюдали за падением Бэтмена. И это внушало сущий ужас. В здание вбежали снайперы, офицеры и пара-тройка пожарных. Тёмный Рыцарь уже мало чего осознавал, лежа в обломках дорогих церковных стульев и скамеек. В ушах издавался лишь противный писк, а голова будто бы раскололась на тысячу кусочков после удара воображаемой кувалдой. Всё тело отдало диким жаром, от шара огня, который не позволил Собору не загорется. В этом противном писке, Бэтмен едва-ли понимал, что кричат эти парни в форме. Они кричат ему? О нём? А может ли быть, что не ему? Они оставят его тут или заберут и возможно узнают всю правду, что копилась эти два года за маской. Ох, нет, он не мог этого допустить, но... Сил уже ни на что и не было. Даже перевернутся на спину, оказалось непосильной задачей. Сил не было, в груди, несмотря на тучу брони на нем, что-то неприятно жгло и кололо. Какой-то из снайперов подошёл к уставшему телу, направляя свой прицел прямо к лицу Бэтмена, а еще лучше – прямо ко лбу. Бэтмен не может тому противостоять и устроить побег. Глаза постепенно сами по себе медленно, но все же закрывались, избавив от мыльного обзора на зрелище. И всё погасло. И будто бы в тот же момент всё засветилось так, что глазам стало больно. Это был чертов мелкий фонарь одного из молодых офицеров. Вид, на окружавшую его орду из членов полиции, открылся сразу же для Темного Рыцаря. Но несмотря на то, насколько же были мыльными эти лица, силуэт комиссара Гуннхильдр сразу же нашёлся среди этой завороженной толпы. Тот самый офицер с фонариком продолжал светить прямо в глаза Бэтмену, проверяя состояние того. Наконец многие вблизи увидели это уставшее лицо лет тридцати на вид с какой-то долей щетиной и алыми глазами, которые пугали любого своей пустотой. Но благо маску не стали пока еще снимать, несмотря на то что подобное предлагали многие в отделе. А кто бы не выкрал шанс узнать ответ на то, кто прячется под этой маской? Но эта подобная мысль быстро пресеклась комиссаром Гуннхильдр. Она не меньше всех желала узнать тайну личности Бэтмена. Кому она помогает? Кто ей за эти два года стал близким другом? Но... Разве она может скорее всего уничтожить всю его жизнь? Даже если это будет неизвестный ею ранее калека – это всё-таки Бэтмен, которые эти два года верно служит городу, запугивая и останавливая реальных злодеев, а не делая вид что хоть на что-то способен. Людям итак безумно интересно: «Кто он и зачем всё это делает?» Спрос на такую статью будет расти с каждой секундой с момента её выхода. — Это у него такая кожа? — Произнёс один из офицеров, — Смотря на черную краску, вокруг глаз Тёмного Рыцаря. — А что у него с глазами? — Ох, да что вы мучаетесь. Можно просто взять и снять! — Послышался уже другой знакомый голос. И Бэтмен тут же очнулся, вдруг поднявшись на ноги, внезапным скачком. Он рукой махнул так, что несколько офицеров в ужасе улетели в сторону и в отделе началась настоящая суматоха. Никто из офицеров не мог допустить такого отношения к своему сослуживцу или к самому себе. А Бэтмен был в таком гневе, что намеревался дать в лицо каждому, кто пытался на него идти. Но на усмирение этой страшной бури из суматохи и анархии, прибежала сама комиссар Гуннхильдр, встав между Бэтменом и такими же разъяренными сослуживцами. У неё авторитета было, конечно же, больше дабы успокоить свой пыл и наконец разойтись. — Успокойтесь! Успокойтесь мать вашу! — Произнесла та, отталкивая парочку идиотов, которые не могли смириться со всем происходящим вокруг. — Ты его защищаешь, Джинн? — Спросил ужасно недовольный беспорядком Варка, который, конечно же, был на стороне своих служащих. Не они начали драку первыми. Да и не только это сыграло роль в давно назревающем конфликте, — Он влез в опасную ситуацию с заложником. И кровь Шмидта на его руках. — А может на ваших? — Резко ответил Мститель в плаще, прекрасно зная что делает ситуацию ещё хуже. Один только взгляд Варки о многом говорил. — Что ты сказал..? — Прорычал тот, оскалившись и сжимая кулаки до страшного хруста. — Он бы молчал до самого конца, — Ответил совершенно спокойно Бэтмен, — Так кого же он боялся? Вас? И тут последовали шаги в его сторону. Глава полиции города такого отношения к себе не мог потерпеть. Это буквально вызов всей его чести, которая итак превращалась в труху на фоне нынешних кровавых событий, которым по ощущениям не было ни конца, ни краю. — Ах, ты, сукин сын... — Прошипел Варка, подойдя вплотную, грудью касаясь чужой брони, — Ты даже не представляешь, как себе навредил... Да ты же соучастник убийства! — Да чего с него взять, дайте мне-... — Один из новобранцев попытался ухватиться за ушко маски, дабы попытаться стянуть, но тут же получил с локтя по лицу. И вновь разгорелось это жаркое пламя конфликта, с жестокой и конечно совершенно несправедливой дракой. Один в дорогостоящей броне справлялся с целой ордой государственных служащих, которые все-таки должны были воспользоваться обязанностями вовремя. И вновь в драку влезла бедная комиссар Гуннхильдр, которой удалось чудом оттолкнуть Тёмного Рыцаря к стене, став между разъяренными и столь же напуганными коллегами, крича уже пресловутое: — Назад! Назад! — Прокричала та, пока её руки страшно дрожали, а ноги казались совершенно ватными. — Добавим нападение на полицейского..! — Стал и дальше усложнять ситуацию глава полиции Мондштадта. — Да добавь хоть на троих! — Прорычал Бэтмен, но тут же влетел повторно в стену благодаря Джинн. Конечно же после этой фразы снова бы началась драка при чем с каждой фазой, что те, что тот становились в своих действиях неконтролируемо жестокими. Нет, такого Гуннхильдр допустить не могла. Та взялась за плечи своего напарника, продолжая держать того у стенки, понимая что тот вряд-ли будет сильно рыпаться в этих руках. — Что ты, черт побери, творишь?! Так дела не делаются! — Обвинительно прокричала та, тыча Темного Рыцаря как котенка в миску из собственных внутренних проблем. И по началу следовала тишина вместе с общей отдышкой. Все-таки надо иметь великие силы, чтобы суметь и не раз толкнуть самого Бэтмена прямо в стену. —... И ты с ними? — Безумно спросил тот, будто ощущая некое предательство, что было уже больным бредом. — Отдайте мне его, шеф, — Вдруг заявила Джинн своему начальнику, притом не сводя собственного взгляда с Темного Рыцаря, — Мне нужна лишь минута!... — Хочешь рискнуть своей карьерой ради этого ублюдка? — Укоризненно уточнил Варка, даже угрожая, пускай на самом деле и нехотя. — Дайте мне минуту и он будет сотрудничать, — Продолжила Джинн, стоя на своём, понимая что Варка может и ужасно зол, но сжалится над своей младшей коллегой способен. Повисла очередная гробовая тишина. — Освободите комнату, — Вдруг приказал Варка под всеобщее недовольство. Гуннхильдр не зря верила в него. Оно и понятно: несмотря на эмоции уже нынешний глава полиции всё-таки владел умом разумом. Если прошлый бы обрубил все с концами, то Варка ещё мог задуматься. Для него его коллеги были семьёй и в эту семью Джинн вполне входила. Он не может не дать шанса своей названной сестре, несмотря на обиду. Люди стали тише, но продолжали шептаться, уходя за пределы комнаты вместе со своими коллегами. Комиссар наконец отпустила уже более менее успокоившегося Бэтмена, который медленно зашагал в раздумьях по комнате, отвернувшись от Гуннхильдр. Комната осталась практически пуста, остался ещё глава полицейского отдела, который подошёл к Джинн со словами: — Две минуты, — Да, Варка дал даже больше, за что Джинн была тому безумно благодарна. А после её старший коллега последовал за другими и дверь за ним и закрылась. Но это не значило, что за ними не наблюдали. Всё-таки та комната была предназначена для допросов, а значит в одной из стен было застекленное окно, которое перекрывала лишь отчасти решетка. Комиссар Гуннхильдр подошла вплотную к Темному Рыцарю и как-то нелепо ударила того по груди, будто создавая атмосферу, что та тут главная, но смотрелось это весьма комично и странно, особенно со словами: — Слушай сюда..! — Та заявила это намеренно громко, понимая что так или иначе их отчасти было отсюда вполне слышно. А ей к тому же нужно было создать атмосферу, что в её руках, она со своими и она способна усмирить самого Бэтмена, но после та приблизилась к его лику ещё ближе, прошептав: — Тебе нужно выбираться отсюда... — Тебя за это сожрут живьём, — Напомнил Детектив, не понимая к чему ведет Гуннхильдр, впрочем как и все остальные. — Но ты же мне врежешь... — Вдруг заявила та играюще, дабы уж точно намекнуть своему напарнику к чему идёт сама суть. — Угу, но-... — Конечно, Бэтмен не стал бы бить женщину, тем более когда это его близкий человек, никак никогда не приносящий ему вреда. — Угу, вот ключ, — Продолжила Джинн, передав незаметно напарнику ключи, несмотря на слышимый их звон, — В эту дверь, в конце коридора лестница на крышу. — Здравствуйте ребята, что тут за кипиш? — Послышалось за дверьми, где стояла орда офицеров полиции, вглубь которых прошел до боли знакомый мужчина. — Кто этот усач со сломанным носом? — Уточнил Тёмный Рыцарь, зацепившись взглядом за этого человека и Джинн посмотрела туда же. — Лоуренс, из отдела по наркотикам, — Да, а информация была, что тот не при исполнении, всё действительно было не так просто. — Это один из тех, с кем я сцепился в клубе «Элинас», — Вспомнил Бэтмен очередную драку, в которой этот офицер и получил знатно по лицу. — Хочешь сказать, что Лоуренс левачит на Пингвина? — Уточнила уже комиссар Гуннхильдр, пожалуй уже не удивляясь таким поворотам. — Или левачит вас, — Предположил Тёмный Рыцарь, еще раз бросая взгляд на Лоуренса, который больше походил на побитую собаку, чем на человека. Джинн повернула голову в сторону Лоуренса, желая взглянуть в лицо очередному предателю, хотя бы в последний раз, предполагая что его ждет незавидная судьба. Но мысли сбились как только в нее прилетел кулак Бэтмен, который пускай и не применял особые силы, дабы не слишком травмировать подругу, но всё-таки пришелся очень даже болезненно. Комиссар даже боялась представить какова боль, когда он бьет в полную силу. Впрочем это уже неважно. Её роль в этом спектакле закончилась, а железная дверь закрылась за Бэтменом. Толпа полицейских массово повалила за Бэтменом, вряд-ли в попытке отомстить за всеми любимую старшую коллегу. Они давно ждали этого часа и вряд-ли бы реальные переговоры тут бы помогли. Этот Мститель в маске их уже знатно задрал. Бэтмен во время закрыл за собой дверь, задерживая на приличную долю времени главный состав полиции. Он бежал на всей скорости к лестнице, сбивая всех на своём пути в полицейском отделе, особо не заботясь о павших. У него нет времени думать о других, их не ждёт смерть от того, что их малость задела эта страшная фигура в плаще. Но как только он повернул за угол, эта толпа уже успела наконец прорваться да пределы этой чертовой двери. Но им очень не шло на пользу, что коридор был не слишком и широк, а скорость далеко не у каждого идеальная. Они своей кучкой сбивали друг друга заметно замедляя процесс поимки Бэтмена. Но пока они толпились, Тёмный Рыцарь достал из своего ремня один из гаджетов, как только оказался у лестничного пролета. У него не было времени и возможности бежать через весь. Бэт-крюк зацепился за потолок, который казался уж очень далеким, но медленно и верно, Бэтмен на нём стал подниматься вверх. В этот же момент в помещение влетела толпа полицейских, у которых конечно же не было таких навороченный гаджетов. Кто-то побежал по лестнице, а кто-то уже поджидал на следующих этажах, стреляя прямо по Бэтмену, чья броня не пропускала пули, отчего те падали, как капли дождя на тех, кто был в самом низу. Весь лестничный пролет был под градом пуль, дыма и огня. Но несмотря на ещё большую суматоху, Бэтмен всё ещё летел вверх. Тёмный Рыцарь, наконец-то поднявшись, быстро перескочил перила, выбивая дверь и выбегая на крышу с видами на ночной Мондштадт. Выбегая, он не ищет иного выхода, здание переполнено полицией, которая находится на каждом чертовом миллиметре. Тёмный Рыцарь перепрыгнул каменную ограду, оказываясь на статуи колонны, совсем на краю здания полиции Мондштадта. Высота здания была без преувеличения огромная. Конечно, Бэтмен никогда не мог предугадать, что когда-нибудь окажется на этом месте в таком-то положении. Высота захватывала дух настолько, что в небе слышались не только звуки сильного потока ветра, но и тяжелых вдохов и выдохов Бэтмена. Он был простым человеком, а не придурком в красных трусах и плаще из страниц детских комиксов. Но есть ли другой выход? Опять же – нет. Но этот Мститель в маске, несмотря на то, что не мог предположить, что окажется здесь, всё-таки интереса ради создал то, что по задумке должно его было спасти. Дернув за некий шнур из своего пояса, костюм его радостно одарил специальным плащом, который облегал всё тело специальной тканью, которую Бэтмен любезно застегнул, всё еще со страхом смотря вниз. Всё-таки он не думал, что новую технологию придётся тестировать именно так и при таких условиях. Но пока он с ужасом смотрел на высоту, на крышу стали массово пробираться толпы полицейских, которые не оставили идею взять наконец этого придурка в костюме летучей мыши. И как только несколько уже подбежали хватать ожидающего Бэтмена чуть ли не за ноги, не беспокоясь в моменте жуткого адреналина за собственную и чужую безопасность... Тот встав в позу, расставив ноги как можно дальше друг от друга и руки в разные стороны, вздохнув, прыгнул на свой страх и риск под ор офицеров вниз. И Темный Рыцарь поначалу стремительно летел вниз, но с должным набором скорости, пролетая меж двух зданий корпусов, постепенно сменил свой угол полета. Он летел, больше походя не на летучую мышь, а скорее на белку-летягу, но это его сейчас уж точно не волновало. Он пролетал чуть ли не вплотную к окнам жилых домов, жители которых уже давно погрузились в глубокий сон. Бэтмен пытался лететь прямо, но потоки ветра и всё-таки сам факт первого опыта, затруднял возможность быть четким и в этом плане, стараясь не врезать на огромной скорости в какое-либо здание. В конечном итоге, он стал снижаться, причём даже слишком стремительно. И летел он прямо по направлению линий метрополитена, по рельсам которых уже пролетали вагоны, а внизу целое шоссе, которое несмотря на тёмную глубокую ночь кишило автомобилями и прочим транспортом. Выбора особо не было. Влетать в вагон метро не самая лучшая идея. Но попытаться влететь в пространство под мостом, обогнув шоссе, вполне возможно. Расстегивая свой плащ, Бэтмен рассчитывал зацепиться за автобус в полете. Но он не рассчитал, что тот уже въедет в тоннель моста и плащ банально зацепиться за решётчатый потолок туннеля, заставляя Мстителя в маске пролететь через весь этот мостовый туннель наружу, ударяясь об чей-то автомобиль, а после в мусорный контейнер, проезжаясь телом по земле, куда-то в очередной темный пролёт. Но тяжело дыша, получив ужасно сильные удары, ударяясь несколько раз о всевозможные объекты, Темный Рыцарь взял себя в руки, поднявшись на коленях, чувствуя невыносимую боль. Вставать было сравнимо с муками. Он шатался из стороны в сторону, с трудом пытаясь удержаться на ногах. Может броня от пуль и спасает, но от таких жестких падений – вряд-ли. Но ему нужно идти, ему нужно идти, несмотря ни на что. Полиция наверняка уже разъехалась по городу в поиске его, а вряд-ли он улетел так уж и далеко от главного полицейского участка. Так или иначе он постарался скрыться в темноте. В этом ему не были равных. В конце-концов он нашел в себе силы вновь оказаться на крыше одного из зданий, на которой стоял Бэт-Сигнал, который особенно ярко горел в эту ночь. Всё повторяется вновь. Им обоим нужна была встреча после произошедшего. — Мог бы и не бить в полную силу, — Укоризненно заявила Гуннхильдр, выходя из лифта, направляясь к своему напарнику. — Я и не бил так сильно, — Ответил смешливо, а быть может и нет Бэтмен, продолжая смотреть на город. — Варка объявил тебя в розыск, — Предупредила та, вглядываясь в этот каменный лик, — Ты правда думаешь, что он замешан? — Я никому не доверяю, а ты? — Спросил он, наконец повернувшись к ней. — Я только тебе и верю, — Призналась честно комиссар. Это дело прекрасно показало истинные лица большинства её близких. — Что делает коп из наркоконтроля в логове Альбериха? — Спросил Бэтмен то ли риторически, то ли ожидая реального ответа. — Шмидт сказал, что копы охраняют «крысу». Может тот идиот и охраняет «крысу»? — Предположила Гуннхильдр, чувствуя как голова раскалывается от количества интриг и разных мыслей, которые окружали её. — Ты думаешь «крыса» Пингвин? — Уточнил Бэтмен, не особо ожидая такой версии. — Его клуб работает на мафию. Имунлаукр практически жил там. Значит Пингвин должен знать много секретов, а прокурор часто там ошивался. Может... Пингвин во что-то влип и сделка была ему выгодна? — Заключила та, своё предложение которое на самом деле казалось вполне убедительным и даже сходилось. —«...Rat Ailé», — Вдруг вспомнил Тёмный Рыцарь, те слова, что расшифровала его драгоценная опекунша. — Что? — Спросила Комиссар, не понимая, что в принципе сказал её напарник. — Это из одной из загадок. Та шифровка в лабиринте. Значит «крылатая крыса», а то есть стукач, — Тут же объяснил тот и в голове будто само по себе стало всё складывается, после собственных же слов. — У пингвинов тоже есть крылья, — Подметила Джинн, внутри радуясь, что её версия звучала даже идеально, особенно-то после шифровки. — Пора мне встретиться с ним вновь, — Произнёс Тёмный Рыцарь, вновь посмотрев вдаль, на прекрасные виды города, который совсем скоро начнёт просыпаться. — А Загадочник пусть убивает? — Вдруг возмутилась Джинн. — Это всё связано, — Попытался успокоить Детектив свою подругу, — Загадочник просто ведёт в этой игре. Найдешь «крысу» – найдешь и его. *** Так как они наконец пали на след, им нельзя было тянуть. Выследить человека, который очень даже любит выставлять на показ, какой он второй Аль Капоне, было абсолютно легкой задачей. Ливень снова дико лил, а гром бил в уши, затрудняя обзор, но основные действия были вполне ясны. — Близнецы приближаются к тебе, — Предупредила Джинн через рацию, пока Бэтмен наблюдал из окна за происходящим. — Пингвин всё-таки с ними, — Отметил Бэтмен, замечая до боли знакомый образ. — Интересно, что у них в сумках... Будешь действовать? — Спросила Комиссар, держа одной рукой рацию, а другой держа руль на полной готовности действовать. — Поедем за ними, — Указал Бэтмен и они тут же двинулись осторожно в путь. Ехать было не так уж и далеко, обе машины заехали к какому-то ангару, который находился достаточно удобно в малонаселённом криминальном районе города, в который редко, когда сувались служители закона и порядка. Машины громко погудели, намекая на свой приезд и после ворота ангара стали медленно открываться, но увидеть, что там происходило всё еще было сложно. Ливень был наиужаснейший. — Остановились на прибрежной улице у бывшего мусорного завода, скорее всего служит сейчас, как ангар, — Произнесла Джинн в рацию, описывая то, что по-крайней мере было ясно по делу. — Я уже здесь, — Предупредил Бэтмен, которого опять не было нигде видно, как и его загадочного транспорта. Темнота поглощала и его. Но Джинн не стала искать того взглядом, задание было наблюдать за другими. Бэтмен же уже давно покинул своë авто, переместившись на крышу одного из ближайших зданий, наблюдая оттуда за несколькими фигурами, среди которых был и сам «Пингвин». Его пособники и он сам не учли, что крыша бывшего завода имела в некоторых местах удобную стеклянную поверхность, откуда свыше можно было легко наблюдать за делами внизу. Это Тёмный Рыцарь и делал, наблюдая за тем как приспешники Невиллета и он сам витает у столов с неким товаром. Рядом с которыми была целая лаборатория, при чем достаточно оборудованная и неплохая для подобных условий среди холода и сырости. — Здесь производят наркотики. Кажется капли, — Поведал своей напарнице Тёмный Рыцарь в маленькую и удобную навороченную рацию, продолжая наблюдать за преступной процессией, — И идёт покупка. — Похоже старые схемы Имунлаукров всё еще работают, — Предположила Гуннхильдр. — Или их никто не закрывал, — Ответил Бэтмен той на предположение, но уже собственным, которое было уже вполне вероятней на фоне остальных ужасов криминального мира города. — Что ты хочешь сказать? Крупнейшая операция в истории штата была липой? — Спросила Гуннхильдр достаточно возмущенно, ведь это опять же касалось дела её жизни. Но Бэтмен не ответил. Позади послышалось, что кто-то тоже подъезжает к ангару, но кажется уже на мотоцикле. Он поднялся, обернувшись и приблизившись к краю крыши. Некое чувство внутри подсказывало, что вряд-ли это кто-то из окружения «Пингвина». Некое чувство внутри попросту молило, чтобы это был Кэйа. И несмотря на ужасный ливень и сплошную темноту, его фигура вполне узнавалась и выделялась среди всей грязи тьмы. И он тут же покинул свой мотоцикл, направившись к ангару напрямую. — Обстановка усложняется, — Предупредил Детектив, уже предполагая цель визита своего знакомого. — В смысле? — Спросила Джинн, конечно же не знающая ни о каких таких знакомых и конечно же не видя всей картины. Одного из охранников, который стоял у машины, прикрываясь зонтов, ухватила за ноги цепь, которая за одно мгновение заставила того скрыться в темноте ночи с криком. Это услышал и его напарник, который обернувшись, направился к месту пропажи и тут же получил удар ногой по лицу с достаточно сильным размахом. Устранив обоих болванов, Кэйа тут же полез в багажник одной из машин в поиске чего-то. Глаз зацепился за некую сумку, раскрыв которую, он обнаружил бесчисленное количество банкнот, которые конечно же следовало забрать, но... Ему крайне не повезло, что в этом месте на задании был и этот клоун в плаще. — У опасных людей воруешь, — Подколол Бэтмен, как всегда появившись сзади, но это уже мало пугало, а скорее раздражало. — Угх, черт, так вот что тебя заводит... — Произнёс Кэйа, закрывая молнию на сумке и несмотря на присутствие рядом этого любителя справедливости, повесил на себя всё-таки сумку, —... Подглядывать за свою ночью. — Так вот, почему ты работал в клубе, чтобы их ограбить, — Заключил Бэтмен, при этом совсем не останавливая процесс кражи, который происходил на его глазах при чем вплотную с ним. Впрочем, он крал краденное. — Знаешь, мышонок, я бы с радостью обсудил с тобой все подробности, только эти ублюдки скоро вернутся, — Ответил Кэйа, пытаясь побыстрее заставить отстать от него Детектива. В этот момент, он осматривал и другие сумки на наличие денег, которые ему были так нужны, резко открывая те, чуть ли не выдирая молнии на них... Но он вряд-ли ожидал в одной из них увидеть голову Розалии. Кажется всё вокруг было зря. Кажется мир вокруг перестал в принципе существовать. Ком встал в горле, а в глазу всё странно помутнело, слезы готовы были пуститься по щекам водопадом. Но внезапный огонь, который бил своим ревом в уши, заставил вспомнить, где он сейчас находится. Это настоящее поле боя. Нормально скрыться не дали собственные эмоции и сам факт неожиданности. Пули отскочили от брони Бэтмена, но на какое-то время они заставили того замедлиться в ориентировке в пространстве. Впрочем это было начало конца. Не услышать выстрелы другим невозможно. Стреляли даже по окнам, да так, что наверняка в Кэйю уже впилась добрая часть осколков. В любом случае дышать было сложно не из-за этого. По ощущениям это была огромная западня, больше похожая на ловушку для крыс, где на игле так заманчиво ожидает сыр, вместо которого в этой истории выступают простые деньги, которые были будто бы созданы из крови, грязи и разврата. — Ох, Господи! — Вскрикнула комиссар Гуннхильдр в ответ на начавшуюся стрельбу, нажав на педаль газа со всей силы, рванув вперёд. Машина оказалась прямо в эпицентре событий. Джинн тут же выбежала, начав остреливаться в ответ. Теперь пули были направлены и в её сторону. Стекло тут же посыпалось, а машина с каждой секундой получала шкал попаданий. Стрелял и сам Пингвин, но убедиться в этом было задачей совершенно невероятной. Шквал огня был такой, что казалось, что от пуль машина скоро рванёт. И да, подозрения оправдались, даже особо не стараясь в этом убедиться. Пингвин сам вышел со своим автоматом, прекрасно зная, что в него стрелять никто не будет. Зато будет он, открыв огонь рядом с Кэйей в очередной раз, который к столбу прижался так, что вряд-ли можно было перекатиться в другое место. — Эй, «Возмездие»! — Прокричал Невиллет, открывая огонь вновь, — Позарился на мои деньги, да? Он направился прямо к машине, откуда Кэйа совсем недавно вытаскивал сумки с деньгами, откуда и началась перестрелка, в ходе которой в Бэтмена пару раз удачно да и попали. Шаг за шагом, а сердце почему-то само по себе сжималось. От этого парня было не понятно чего ожидать, но внутренний дьявол так и шептал, что с этим придурком в плаще покончено. Но его там не оказалось. Это заметили буквально все. Всё утихло, никаких выстрелов больше не было. Зато послышался рёв двигателя позади самого Пингвина. Дым шёл откуда-то из темноты, как и этот странный, но такой пугающий звук. Невиллет стоял, абсолютно замерев, гадая, что это вообще за очередной фокус. Кэйа малость выглянул из укрытия в этом всеобщем потоке любопытства. Джинн тоже не была исключением. Вдруг что-то синее зажглось оттуда, очерчивая своим светом источник звука. Это была машина. И эта машина стала готовиться к мощному рывку вперёд. Мотор ревел вместе с двигателем, ревели так, что было видно как внутренности двигателя уже горят пылким алым цветом. И оглушающий рев становился громче. Синие пламя сочилось из трубин, навороченная машина готовилась к старту. Каждый рёв намекал врагу взять и сдаться. С такой машиной тягаться – самоубийство. Невиллет смотрел прямо на неё, озаренные этими мимолетными огнями фар, синего пламени и покрасневшего двигателя. Дыхание его стало быстрым и при том тяжелым. Эта машина чертого дьявола. Но как только она двинулась... ... Она тут же затормозила. — Лоуренс, хватай бабки! — Прокричал Невиллет, понимая, даже если с машиной не получилось у Бэтмена, это его всё равно не остановит. И стрельбище вернулось. И быть может тот самый предатель-коп сумку и подобрал, но Пингвин уже уселся в свою машину, которая в отличие от многих других была вполне даже в ценности и сохранности. Но не было смысла дожидаться, ход этой всей эпопеи не на их стороне, потому под недовольные крики Лоуренса, Невиллет прожал педаль газа. Его подручный и сам справится, тут и посерьезнее есть проблема. — Эй, куда ты рванул жирный говнюк! — Прокричал вслед тому Лоуренс, держа две сумки, набитых деньгами. Вряд-ли Невиллет уже услышит эти оскорбления. Тёмный Рыцарь тоже не медлил и как только машина Пингвина проехала врата, он поспешил за ней, дав знать о себе ревом своего двигателя. Гуннхильдр села в свою машину, но кажется гнатся за ними не было смысла, лобовое стекло было полностью разбито благодаря пулям. Данная проблема особенно в ночи не позволяла даже думать о том, что можно двинутся с места. Только та повернула голову, так тот самый неизвестный ею человек, с которым по всей видимости Тёмный Рыцарь был знаком, на полной скорости сбил Лоуренса с сумками. Да, вряд-ли он помогал Бэтмену и ей, у этого человека были свои цели. Кэйа тут же подхватил сумку на лету у Лоуренса, который лежал мучаясь в луже. А после Кэйа скрылся в ночи, но не следуя за Бэтменом и Пингвином. Это не было его дело. Тем временем, Бэтмен постепенно набирал скорость, гоняясь за Пингвином по ночным пустым улицам города. Он заметно осторожничал ибо тот сбой явно давал понять, что так называемый Бэтмобиль ещё не столь совершенен для полного пользования. Пингвин то и дело оборачивался назад, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди, каждый раз оборачиваясь назад и слыша эти пугающие звуки, издающиеся позади. Бэтмен практически подъехал вплотную, но Невиллет не был так глуп, он так просто ему не дастся, что бы там тот от него не хотел. Он резко провернул руль влево, заметно сокращая расстояния между машинами на повороте. Бэтмобиль поехал вперед, ведь вовремя Бэтмен не сориентировался. Все произошло чересчур резко. Но и Невиллету не было повезло, он влетел в строительские ограждения, то и дело проклиная того, кто решил в ноябре устраивать ремонтные работы на дороге. Но всё-таки он почувствовал облегчение, ведь подумал, что оторвался. Но как бы не так. Бэтмен знает город и ему не составляет труда на своей навороченной машине сделать резкий поворот и тут же разогнаться, планируя встретиться с машиной врага на следующей улице. Но он, как хищник, чувствовал этот страх, поражающий Пингвина изнутри. Пускай Невиллет и заехал на крупную городскую магистраль, стараясь скрыться там среди других машин, коих подобно его было действительно много. В ночи такие дороги совсем не были пусты, но всё-таки... Он услышал этот знакомый рев двигателя и, быстро обернувшись, понял, что все было вполне даже тщетно. Бэтмен его не потерял и он вновь гонится за ним, своим автомобилем чуть ли не въезжая в машину Пингвина. — Черт! Ну, давай, давай! — Кричал Невиллет в своей машине, смотря по сторонам, в поиске резкого поворота и зажимая педаль газа, моля о том, чтобы машина быстрее ехала. Панель, которая показывала скорость авто, только больше разочаровывала и вводила криминального авторитета в одно лишь отчаяние. А потом произошёл толчок. Тёмный Рыцарь не побоялся въехать в машину Пингвина, какие бы последствия не были. Но для Невиллета обошлось всё гладко, он наоборот получил небольшое преимущество и кажется вся эта погоня его раззадорила. Небывалый адреналин кипел в крови. — О-о-ох, черт, да этот парень настоящий псих! — Произнес весело Невиллет, как будто бы его кто-то слышит за пределами автомобиля. А потом снова толчок, который заставил Пингвина ударится головой о сиденье, но не повлек за собой особых последствий. Пожалуй, Бэтмен осторожничал либо ему действительно было сложно. Кто знает как его самодельная машина вообще стерпит такие подарки от собственного создателя? На какое-то время, они съехали с магистрали снова на обычные улицы города, которые на благо всем горожанам уже были пусты, чтобы стерпеть такую погоню. Дождь и время суток, конечно особенно мешали в этом деле, особенно проезжая под мостами, где не было фонарей и единственным источником света были чертовы фонари Бэтмобиля. Сама машина Темного Рыцаря всячески пыталась выехать вперед, но Пингвин дураком не был. Он всячески пресекал эти попытки, подрезая Бэтмобиль, понимая, что на таких узких улицах, перекрыть путь своей машиной Бэтмену не составит труда. Да и этому безумцу в плаще совершенно не будет страшно позволять устраивать разрушения колоссального масштаба, ради собственной цели. Бэтмен был безумнее Пингвина. Вскоре Бэтмену всё это надоело. Он набрал должную скорость, оказавшись бок-о-бок с машиной Невиллета. Он пытался столкнуть Пингвина с дороги, но опять же: Невиллет не глуп. Со своего сиденья он достал маленький автомат и стал стрелять по окнам, даже не открывая своё. Он стрелял и стрелял при чем долго. Пробить стекло Бэтмобиля оказалось действительно сложной задачей. Но спустя кучу попыток, Пингвин его пробил, только вот было уже слишком поздно. Послышался очень громкий и мощный гудок, на дороге показалась огромная фура, которая на такой скорости совершенно не могла взять и остановиться или съехать куда-то с дороги. А Пингвин ехал прямо по встречке, прямиком под колеса этой громадной машины. Бэтмен и Пингвин посмотрели друг на друга, освещенные светом фар фуры, а после Невиллет совершил резкий поворот, найдя на своё благо поворот в ночной тьме. Бэтмену тоже пришлось съехать, но уже в другую сторону. Фура разделила их, проезжая и закрывая вид. Тёмный Рыцарь, несмотря на всю опасность ситуации на дороге, как только проехала фура, тут же развернулся, не боясь ехать по встречке, нарушая движение, погнался за Пингвином, прекрасно понимая его путь. Невиллет вновь въехал на шоссе и в этот раз не повезло, он как и Бэтмен нарушал дорожное движение, разъезжая по совершенно не той стороне, подвергая каждого на участке магистрали невероятной опасности. Скорость была безумная, а повороты Пингвина не предсказуемы. — Пошли вон! — Кричал Невиллет вновь так, будто это кто-то услышит. Бэтмен продолжал соблюдать эти нарушения и рев его двигателя уже был слышен, пускай и расстояние между ними было достаточно велико. Пока Невиллет наблюдал за этим кошмаром сзади, он врезался боком в другой автомобиль, благо вряд-ли серьёзно для обоих водителей, но... Вид приближающегося Бэтмобиля... Плевать! Невиллет надавил со всей своей силой ногой по педали газа. Он вновь чуть не влетает под колеса очередной фуры, но быстро сворачивает наконец на свою полосу дороги, которая была чуть по свободнее противоположной. Бэтмена тоже настигает та же фура, но и он, быстро набирая скорость, проскакивает в промежуток для разворота без всяких проблем. Машина Невиллета мчится на всех скоростях по магистрали, обгоняя каждого, поворачивая туда-сюда, пытаясь укрыться за другими машинами. В зеркале дальнего вида, он заметил, что его враг вполне ему не уступает в маневрах, но впереди есть ещё один шанс на победу: целая колонна фур. Контейнера были длинными, если проскочить вовремя, когда расстояния между ними начнет сокращаться, а все они занимали все полосы на дороге, вполне можно было навсегда скрыться. На этом участке дороги уже нельзя было съехать на противоположную сторону дороги, а ждать, когда между фурами вновь будет достаточное расстояние – слишком долго. И кажется, все удается провернуть... Но прямо на своем пути и именно на своей полосе, когда не было возможности перестроится на иную полосу или взять и проскочить любыми способами... На дороге появился один чертовый бедолага со своим друндулетом. — Черт! Ну, с дороги! С дороги, чудовище! — Кричал вовсю глотку Невиллет, нажимая на клаксон, но у того водителя тоже не было выбора. Он едва-ли вообще понимал, что за ужас творится позади него. Бэтмен опять же не медлил. План Пингвина был до ужаса прост, но лишь отчасти гениален. Кажется Пингвин слишком поверил в себя, раз думал, что сможет так легко скрыться от него. В какой-то момент, он оказывается совсем вблизи своего врага и Невиллет прекрасно это слышит. Он идет на очень отчаянный шаг. Нет, он не сдаться этому олуху в плаще и маске. Пингвин нажал со всей силой на педаль газа, врезаясь в тот медлительный автомобиль, отчего тот неконтролируемо освободил дорогу, но попал прямо под колеса огромной колонны фур. Плевать Невиллету на происходящий сзади кошмар и на то, что возможно обрек того бедолагу на верную смерть. Разве это вообще его могло когда-то волновать? Тем более его план был успешен в своей реализации, он помчался вперед. Темному Рыцарю было не так уж и повезло. Пожалуй, он недооценил отчаянность Пингвина, но в любом случае это было сейчас не важно. Некоторые фуры в суматохе аварии стали останавливаться, некоторые наоборот давить со всей скорости на газ. На магистрали происходил настоящий ад из одного лишь хаоса, гудков авто и рева Бэтмобиля. — Убирайся! Убирайся, мать твою! — Кричал Пингвин водителю одной из фуры, водитель которой в потоке безумного страза, тоже нажал на газ, в попытке избежать хаоса. Но почему? Впрочем неважно, Невиллет уже раздражен до предела и его нога бьёт по педали тормоза, отчего фура, врезаясь в автомобиль Пингвина, съезжает, начиная падение. Только вот Невиллет не учел, что это была не простая фура с контейнерами, а чертовый бензовоз. Один из бензовозов отъезжает назад и неконтролируемо задевает Бэтмобиль. Бэтмен вовремя удержал машину, чтобы та не направила себя и своего создателя на верную смерть. Но это не значило, что всё было так гладко: одна фура за другой врезались друг в друга, а в них и другие авто, создавая сущий кошмар на дороге в абсолютной ночной тьме. А после врезания, контейнера начинали падать, отчего вовремя не соориентировавшись, пришлось сдать назад, приглашая в хаос аварий и чей-то автомобиль, ранее мчавшийся позади. И это не было пиком всего апогея. Фура перед Бэтмобилем повалилась вместе с контейнером, заставляя совершить безумно резкий поворот. Какой-то пластмассовый бак, вылетевший из чьего-то контейнера, прилетел прямо лобовое стекло, пускай и не разбивая, но закрывая вид в столь опасный момент. В какой-то момент это довело Тёмного Рыцаря до кипения. Он прожал лишь одну кнопку, дабы Бэтмобиль выпустил шквал голубого огня из трубин, заставляя разгоняться до безумной скорости, пока фуры сами по себе сделали из себя трамплин для него, запуская машину вверх. В этот момент, Невиллет облегченно вздохнул. Он ехал уже на вполне нормальной скорости, чувствуя себя абсолютно невероятно воодушевлённо. Он пресек все попытки этого олуха в плаще догнаться за ним, даже имея такой навороченный автомобиль. Сзади послышался взрыв. Бензовозы не выдержали, рванув громким оглушительным взрывом, унося за собой в пламя всё, что попадётся на пути. Это была очень сладкая победа. — Ха-ха-ха... Тебе пришёл конец, крысеныш..! Долетался? Ха-ха-ха! — Он смеялся, посматривая в зеркало заднего вида, с настоящим упоением. Боже, да что вообще могло остаться после такого масштабного взрыва? О, да, он опередил каждого, кто мечтал уничтожить этого идиота в костюме летучей мыши. И кто кого поймал? — Долбанный псих! Счастье длилось недолго. Из под грибка взрыва, пропитанный огнем и пламенем, вылетел очень знакомый автомобиль. Он абсолютно цел и невредим. Он вылетает вполне, совладая с управлением, появляясь как гром среди ясного неба. У Невиллета отвисла челюсть настолько, что та уже начала неприятно покалывать от затекания. У него нет теперь абсолютно никаких шансов перед гневом Тёмного рыцаря. Бэтмобиль с горящей шиной на всех скоростях влетел в машину Пингвина. И это был уже далеко не обычный, пускай и неприятный, толчок. Машина полетела вдаль, переворачиваясь и устраивая своему водителю настоящий аттракцион. Всякая мелочь, газеты, бумаги, чьи-то помады, разлетаются по салону в танце с хозяином. И все это происходит пока машина наконец позорно не падает, приземляясь крышей. А Бэтмобиль стоял во всей красе вдали. В этой гонке победитель был ясен. На удивление, Пингвин остался в порядке, пускай его машина даже при приземлении успела прокатится по асфальту так, что машина превратилась в пустое мессиво из металлолома, а стекла превратились в миллиарды осколов, разлетаясь по всей магистрали. Но черт, разве это было так важно в этот момент. Это машина его охранника пусть он и страдает. Но привело к иному. Голова инстинктивно, несмотря на ужасно неудобное положение, повернулась в сторону Бэтмобиля. В голове было миллион вопросов о том, как так могло произойти. Этот придурок придурком не был, а тем более каким-то олухом. Он был настоящим дьяволом во плоти. Псих, который ради выполнения задачи, достанет хоть из могилы, но черт побери, он это обязательно сделает. Мондштадт не зря его боялся. И Бэтмен вышел из своей машины, покуда за ней пылала ярким пламенем дорога. Он шёл очень медленно, направляясь к своей жертве, заставляя сердце невольно сжаться до жутких болей. Его плащ развевался на ветру. Его ботинки звенели при каждом шаге, затрагивая лужи, которыми город был всегда пропитан. Эти шаги были невероятно тяжелы, а вместе с темпом и пропитывали страхом свою жертву. Вновь пошёл резкий ливень, который даже несмотря на то, что делал всё вокруг мутным... Делал исключения для Темного Рыцаря, намеренно выделяя на фоне всей разрушительной картины. Будто бы даже силы природы были подвластны ему. Совсем вскоре он оказался совсем уж рядом, остановившись у автомобиля Пингвина, смотря на того сверху вниз. Перевернутый, напуганный, полный клоун, строивший из себя авторитета. Его время пришло. Бэтмен опустился и Невиллет наконец встретился с этим до жути пугающим пустым, спокойным взглядом. И даже его лик в целом абсолютно таков. Невиллет сжался, уже не пытаясь даже как-то инстинктивно отодвинуться назад. Всё было уже слишком поздно. Его будто озарил свет, как только этот страшный темный лик встретился с ним взглядом. Глаза рефлекторно закрылись дабы не то, чтобы забыть этот кошмар, а попросту будучи настолько озаренным. Этот дьявол нёс за собой пламя, боже да он сам был идеальным олицетворением этой стихии. Он был Возмездием. Невиллет даже не мог и представить, что его так скоро со всей силой впечатают в какой-то грязный ржавый столб, в какой-то подворотне, честно, он ожидал иного отношения к себе. Хотя с Бэтменом не стоило ожидать сладостей. После одышки и с приходом понимания, что вообще происходит около него, взгляд тут же зацепился за появившуюся госпожу Гуннхильдр. — Что... Что за цирк тут происходит?! — Спросил яростно Невиллет, смотря то на комиссара, то на чертового Бэтмена, который смиренно ждал Гуннхильдр. Он и догадываться не мог, что Бэтмен сраный питомец комиссара, хотя быть может всё было даже наоборот, — Ох, добрый коп и чокнутый коп?! — Кто Загадочник? — Спросил Тёмный Рыцарь, как всегда напрямую, без всяких «прелюдий». — Кто он?! Да откуда мне знать?! — Возмущенно спросил Пингвин, конечно же не понимая сути дела. С головой у Бэтмена точно было не всё в порядке. — Ох, давай-ка, я тебе подскажу, — Подхватила Джинн, но не используя добрый тон, на который так надеялся Невиллет, — Копы давно хотели тебя посадить и достаточно надолго, если ты не сдашь рыбу покрупнее... — И ты сдал всю семейку Имунлаукров, всю капельную схему, — Продолжил Бэтмен, пытаясь уловить обеспокоенный взгляд криминального авторитета. — Копы, мэр, начальство и прокурор оказались очень ненасытны. Им было мало почестей и наград. Им захотелось отжать капельный бизнес, а для этого нужен послушный гангстер, — Хрипло заявила Джинн в лицо Пингвина. — И ты работаешь на Альбериха, а значит и на них тоже, — Заключил Тёмный Рыцарь с особым внутренним удовольствием. — Вы что... Вспятили?! — Произнёс тихо и хрипло Пингвин, смотря то на Бэтмена, то на комиссара. — Почему ты убил девушку? — Спросила Джинн, подразумевая Розалию, чья личность была ей не известна, но сам факт... — Да я никого не убивал! — Уверенно ответил возмущенный Невиллет на такое заявление. — Она работала на тебя в «минус сорок два». — И наверняка слышала лишнее. Эрох сказал ей, что ты крыса и ты убил её. Эта информация дошла до Загадочника и он её знает, а значит знаешь и ты. — Кто такой Загадочник? — Повторил Бэтмен уже более спокойно, после того, как они вместе с Джинн вывалили все карты на стол. — Ох, вы как парочка не плохо спелись... Да вам бы на сцене выступать! Только в вашем сценарии есть одна неувязочка... Я не «крыса»! — Прорычал разгневанный Невиллет, устав слушать весь этот бред, — Вы представляете, что со мной сделал бы Альберих, если бы услышал ваши заявления..! — Тебе нравится говорить о крысах? — Смешливо, но с серьезным лицом спросила Гуннхильдр, поднимая одну фотографию, — Может поговорим, что вы сделали с лицом моего напарника..? — Господи, зачем?! — Тут же отворачиваясь от фотографии, спросил Невиллет. Вид этот был абсолютно отвратительным, а ему эту картину мученической смерти пихали прямо в лицо. Он тут же зажмурился, пока Джинн ему все махала и махала перед лицом бумажкой. Ей нужны были ответы не только для дела в принципе, но и чтобы понять почему те, с коими она шла бок-о-бок много лет, совершили такое предательство за что невольно поплатились. — Открой глаза! — Скомандовала Джинн, закричав чуть ли не во всё горло. И не на долгий промежуток времени воцарила между ними троими тишина. И Джинн пришлось достать один из главных козырей в деле, — Ты «Rat Ailé»? — «Rat Ailé...?» — Переспросил Невиллет с весьма странным выражением лица, чувствуя внутри будто ему перед ушами сверлят. — Да, «крылатая крыса», стукач, это не ты? — Повторила Джинн, стараясь подобрать более нужные слова для того, чтобы наконец получить ответ поднимая еще листы с фотографиями дела, — Шифр в лабиринте, вот он! Значит ты «Rat Ailé». — Так и сказано «Rat Ailé?» — В очередной раз переспросил Невиллет, но уже с более неприятным выражением лица. — Да! Тебе есть, что добавить? — В очередной раз ответила тому Гуннхильдр, устав повторять. — Боже да..! — Прокричал Пингвин и на долю минуты все замолкли, —... У кого-то проблемы с французским. — Стоп, что? — О-ох, никто так не употребляет это выражение и не переводит! — Ответил им раззадоренный Пингвин, которого ой, как смешило употребление этих слов будучи коренным французом, — Ваш Загадочник сущий двоечник! Ох, Господи! Ну, вы и даете! Тоже мне великие сыщики! Я, что один понимаю эту разницу? Матерь божья! — Сделай мне одолжение, заткнись! — Скомандовала в очередной раз Джинн, устав слушать эти глупые возмущения на фоне подобной ошибки. Та повернулась к Бэтмену с надеждой уже на него самого, — Может он ошибся..? — Раньше не ошибался, — Ответил тихо Тёмный Рыцарь, с трудом веря в подобный исход. — «Крылатая крыса»... Знаете кто это может быть? — Вдруг спросил ужасно довольный Пингвин, — Пф, летучая мышь! М? Не думали об этом? — «Ты... Rat Ailé... », — Повторил Бэтмен, смотря на снимки одного из посланий, — U... R... L. На ноутбуке в строке для ввода названия сайта, Бэтмен быстро ввел послание на французском. Нажав на кнопку «Enter», тут же на экране открылся сайт, но... Всё потемнело. — Может он всё-таки ошибся? — Спросила второй раз Джинн, подумав что раз экран потемнел, значит следовала неудача, но, странный писк её прервал. На экране появился маленький зеленый знак вопроса, который мигал с весьма медленной частотой, после сменившись на троеточие. — Это что... Он? — Произнесла Джинн, не веря своим глазам. Знак вопроса был уже как символ для Загадочника, а зеленый цвет фигурировал и в его костюме, — Твою мать... Тут же появилось полноценное сообщение с вопросом: «Нашёл ли ты его?» На что Бэтмен уточнил: «Rat Ailé?» После долгого молчания последовал лишь краткий ответ: «Да» Бэтмен долго думал, что спросить, но решил уточнить: «Крыса с крыльями это про Пингвина?» На что получил лишь странный ответ: «Интересно. Ты упускаешь общую картину» — Господи... Что это значит? — Спросила отчаянно Джинн, не понимая о чем идет речь, — Это он или не он? Тут же появилось еще одно сообщение: «Мне нужно показать тебе большее для того, чтобы ты понял. Моя следующая жертва – очень важная деталь в этом огромном пазле» Такого Бэтмен явно не ожидал. Это было слишком странно, Загадочник, как и любой маньяк, не мог быть настолько прямолинейным. Это было совсем не в его духе. Но Тёмный Рыцарь лишь спросил: «Жертва? Смерть?» И маньяк закономерно ответил: «Это произойдёт скоро. Вот тебе подсказка, для того чтобы найти это. Я рос, как бедняк, как редкий сорняк. Среди трущоб, в особняке не знаю, где рожден и кем. Угадаешь кто я?» —... Есть идеи? — Спросила комиссар Гуннхильдр, посмотрев на Бэтмена после того, как прочитала загадку вслух. — Да... Это сирота, — Ответил тихо Бэтмен, чувствуя себя особенно странно после своих же слов, но он продолжил общение. «Сирота?» Но ответа на это не было лишь знакомый уход от него пресловутым: «Прощай» И экран потух. —... «Среди трущоб, в особняке...» Это же старый сиротский приют, — Заключил вдруг Детектив, вспоминая это поганое место. — Да... Но он сгорел, — Ответила Джинн, думая что этот факт не идёт в пользу дела. — Да, но он принадлежал Рагнвиндрам до того, как они построили новое поместье, передав старое здание городу, — Детектив всё-таки был знаком с этим зданием очень хорошо... Ведь не понаслышке. — Значит приют, — Произнеся это, они вдвоём направились на очередной след. Времени не было совершено, особенно когда дело касалось следующей жертвы. — Эй, идиоты? Вы меня забыли! — Прокричал им вслед Невиллет, который до этого смиренно ждал, когда с него снимут наручники и отправят на волю, — Ну хоть наручники снимите! Мне-то как выбираться отсюда?! Но им было уже давно не до него. Машины рванули на полном газу к сгоревшему приюту под крики проклятий криминального авторитета Мондштадта. Сладость для ушей. Пока небо было покрыто синевой в преддверии будущего рассвета, деревья вокруг здания приюта, покрытого туманом, скрывая за собой поместье, окутанное готикой, своими чёрными ветвями, готовы были протыкать, словно лоза, непрошеных гостей. Бэтмен раскрыл огромные двери поместья, держа в руке фонарь, который с трудом озарял почерневшие стены здания. Перед комиссаром и Бэтменом сразу же была представлена надпись зеленой краской на стене: «Добро пожаловать» Из-за такого послания, Джинн помимо фонарика тут же достала пистолет, но её напарник её же и прервал: — Идём без оружия. — Нет, друг... Говори за себя, — Произнесла та в ответ. В отличие от Бэтмена, у неё не было сверх устойчивой брони, которая была способна отражать пули и сильные удары. Да и Загадочник был непредсказуемым. Уж очень не хотелось-бы попасть в его ловушку. Здание кипело крысами и плесенью. Из-за дыр в крыше, вся вода от дождя проникала в забытый Богом приют, отчего стены покрытые пеплом принимали неприятный зеленый окрас и запах тухлятины. Лестницы по ощущениям готовы были в один миг разрушаться под напором веса двух тел. Казалось, что они давно не принимали непрошеных гостей, но стрелки на стенах говорили об обратном. Ещё с лестничного пролета была слышна некая музыка. Поднявшись наконец на нужный этаж, Бэтмен окружил себя тонной заброшенных сиротских комнат, которых разделял лишь пропахший сыростью коридор. Прислушиваясь к тому откуда доносится звук, играющей классики, Бэтмен и Джинн освещали своими фонарями местность. И в один момент, они никак не могли представить, что свет озарит странную личность в конце коридора. — Эй, стоять! — Прокричала Джинн, тут же побежав за таинственным незнакомцем. А был ли это Загадочник? Бэтмен побежал за ней, но их погоня была уж очень недолгой. Забежав в одну из комнат, виду предстала лишь группа потрёпанных бездомных, которые нашли в этом жутко противном месте себе так называемый «дом». Но выглядели они все слишком болезненно, отчего вывод напрашивался сам, — Ух-х... Наркоманы. Но Бэтмену не было дела до кучки наркоманов. Он повернулся на звук продолжающейся бесконечно играть «Аве Марии». И это происходило все за дверьми на которых ярко зелёным цветом было написано: «Где всё начнётся» Их путь был также верен. Бэтмен медленно направился вперёд к дверям. Это была не просто «Аве Мария», а запись с какого-то мероприятия, на то указывали аплодисменты в конце исполнения, но после... Последовал до боли знакомый родной голос: « —... Спасибо-спасибо, спасибо всем вам за то, что пришли. Я верю в Мондштадт, верю в его перспективы, но мы слишком многих и слишком надолго оставили за бортом. И сегодня, я объявляю, что не только баллотируюсь в мэры, но также создаю фонд реновации Мондштадта. Даже если я проиграю, фонд Рагнвиндров пожертвует один миллиард долларов на финансирование работ по городскому благоустройству...» На стене от проектора проходила запись одного из многочисленных благотворительных концертов, которыми заведовал Крепус Рагнвиндр. Все эти слова были тоже его и на экране был тоже он, ещё молодой, но такой амбициозный человек, которого всегда окружали только искренние порывы сделать город лучше, протянув руку помощи людям. Как всё это знакомо и как это больно. Но эта чертова надпись на одной из тем, которая гласила: «Реновация – это ложь», возвращала из горьких, но всё-таки теплых воспоминаний. «... Я хочу обойти политические преграды и дать деньги тем людям и проектам, которым они нужны прямо сейчас. Вот, например, этим детям за моей спиной...» — «Грехи отца».... — Прочитала Джинн одну из надписей на стене, которую так ярко освещал проектор с играющим видеорядом. Отец... При чем тут его отец? Бэтмен смотрел и на запись, и на надпись, невольно замыкаясь в самом же себе. Может Загадочник и есть убийца отца? О-ох, нет, он не мог выжидать столько, ему и незачем этого делать. Загадочник обещал привести к следующей жертве, но... Что это? Неужели тут то, о чем он так не хочет думать... — «Падают на головы его детей... », — Прочитал надпись на потолке Бэтмен. — Его следующая жертва Дилюк Рагнвиндр, — Заключила комиссар Гуннхильдр, то что так легко соотносилось, не замечая как лицо напарника переполнено ужасом. Но в поисках иных посланий, освещая тусклым светом фонарика помещение... Она поняла, что от её напарника и след простыл. — Эй...? *** На другом конце города в роскошных апартаментах зазвучал старый телефонный аппарат. Бэтмен гнал на всей скорости к башне Рагнвиндров на своем Бэтмобиле. Улицы даже в центре города были странно пусты, хотя время приближалось к рассвету. На небольшой экранной панели отображался звонок, поступающий домой, но ответа не было... Только злосчастный оглушающий гудок. Находясь в главном кабинете, Аделинда как всегда продолжала своё дело. После того, как она протерла бюст первого представителя династии Рагнвиндров, она вовсю работала с документами и письмами, который её достопочтенный хозяин никогда не вскрывал. Но среди тонны кучек писем, каким-то образом нашлась странная в желтой упаковке посылка небольших размеров. Аделинда взяла посылку в руки, щурясь даже будучи в очках, присматриваясь к надписи: «Дилюку Рагнвиндру. Раскрой глаза». Странное послание и даже подозрительное, но это не помешало горничной аккуратно вскрыть упаковку. Пролетая по трассам Мондштадта, Мститель уже не мог не кричать от безумного отчаяния. Гудки продолжались. Аделинда, вскрыв упаковку, взялась за содержимое. Красными, словно кровь, буквами на конверте было написано: «Для Бэтмена». Сам факт, что отправитель знал тайну, которую горничная могла с собой забрать в могилу... Заставил женщину ужаснутся. Но до могилы было недалеко, Аделинда перевернула конверт, а на обратной стороне было написано мелким печатным шрифтом: «Огнеупорный». Приложенный второй конверт, с мигающим красным огоньком, позволил в этом убедиться, когда всё в один миг охватил пылкий шар огня. — Ало? — Вдруг прозвучал женский голос в трубке. — Хилли! Срочно позови Аделинду к трубке! — Прокричал тут же Бэтмен во все горло, продолжая ехать со всей скоростью, давя на газ с ужасной силой. — Но мастер Ра-... — Слушай внимательно, сейчас может случиться что-то ужасное! — Предупредил тут же Бэтмен. Сейчас вообще не играло роли, что, к чему и когда Загадочник всё устроил. Сейчас очевидно лишь одно, он выбрал себе следующую цель, но... — Боюсь это уже случилось, сэр, — Тихо произнесла Хилли, сжимая в одной руке трубку, а второй сжимая одежды у сердца, которое стучало по ощущениям с той же скоростью, с которой передвигается Бэтмобиль. Тёмный Рыцарь выехал из мостового пролета и наконец увидел... Несколько этажей родной башни, были покрыты густым тёмным дымом. Он уже давным-давно опоздал. Его хватка на руле ослабла, а нога съехала с педали газа, всё вокруг стало невероятно тяжелым. Его будто одновременно окатили холодной и горячей водой. Он чувствовал, что воздуха перестало хватать, он просто... Не мог дышать. Он ничего не мог.... —... Ещё примерно час назад, мне очень жаль, — Прозвучал горький голос девушки, которая тоже горевала по потере наставницы, а Бэтмен... А Бэтмена эти слова сломили. Это произошло ещё до приезда в заброшенный приют, возможно даже чуть погодя, после переписки. Его намеренно увели, как можно дальше от дома. — Мне очень жаль, но... Я не могла до вас дозвониться, — Продолжила Хилли, а на фоне послышались оры, приехавших сотрудников спецслужб... По лестницам здания разбегались пожарные... Где они были раньше? Ни у кого никогда не будет ответа. Блять, его всегда нет. *** — Посылка была предназначена вам, — Заявил следователь до боли очевидную ведь. Дилюк уже конечно же был не в костюме. Он выглядел ужасно бледным, грязным и замученным. Он готов был уснуть, прямо стоя перед этим болваном, но отчаяние его съело настолько, что... Нет, он не мог сомкнуть глаз. — В конверте был пластит, а еще мы нашли вот это, — Продолжил следователь, хотя бы давая сводку на взрывчатое вещество и... Очередное последние «Бэтмену»... Как иронично получить этот конверт будучи не в амплуа Тёмного Рыцаря. Следователь вскрыл конверт, показывая содержимое и оно заставило взглянуть на всё не так сверху высока на следствие. — «До встречи в аду», — Прочитал Дилюк, содержимое очередной открытки, которую ему не дали в руки. Оно и понятно. *** Дилюк ненавидел больницы. Хотя был тут лишь один раз в своей жизни. Тогда он ждал Аделинду в отделении морга, после убийства родителей. Сейчас он наблюдает за ней вот так, через толстый слой стекла. Ей было крупно повезло, раз она выжила при взрыве, но вид её был ужасно печален. Её лицо не было изуродовано, но на нём еще оставались ранки и швы, с остальным телом всё было печальнее... Собственное сердце неприятно сжалось, напоминая боль, которую он проживал многие годы назад. А в ушах звуки пульса, доносившихся с палат больнице, которые смешивались в странную симфонию, перекрывая весь белый шум в голове на фоне бесконечных дум. Из палаты, в которой находилась его опекунша вышла девушка, явно работающая врачом. Она была немного потеряна, увидев перед собой этого человека чье существование уже равнялось байкам о похождениях Бэтмена, но она умела держать лицо, а главное выглядела уверенно по-крайней мере с профессиональной точки зрения. — Она в коме, — Сходу заявила врач, привлекая внимание Рагнвиндра, — Мы надеемся, что она выкарабкается. Идите домой, мистер Рагнвиндр, вам надо поспать. Её совет звучал совершенно не глупо, если посмотреть на Дилюка со стороны. Сколько он не спал за прошедшие дни? Но он кажется не мог вот так взять и закрыть глаза, просто расслабившись. Взгляд его был очень тяжек и жалок, словно у побитой собаки, лицо было вполне сравнимо с тем же. Он был бледнее смерти, он был жутко истощён и казалось, что его вид больше был сравним со скелетами. — Нужно кому-нибудь ещё сообщить? — Спросила врач, наблюдая за тем, как после этой фразы Дилюк окончательно потемнел и в очередной раз замкнулся в себе же, — У неë есть родственники? — Нет... Только я, — Ответил тихо Рагнвиндр после долгого неловкого молчания. Аделинда посвятила этому мальчику всё, включая собственную жизнь. Она могла пойти своей дорогой, строить свое счастья, заработанные деньги в этой семье ей бы итак позволили жить припеваючи. Будучи ужасно молодой и прекрасной, она выбрала жизнь, воспитывая пускай неродного, всё-таки сына, мальчишку, чьи родители были убиты мелкими воришками, прямо у него на глазах. К черту идеи о всяком замужестве, своих детях и на поиске своего счастья... Вот её счастье – это Дилюк Рагнвиндр. У неё не было опыта в родительстве да и не была она нянькой. Но она не могла оставить того, чьей семье она верно служила, а тем более того, кто в принципе остался без неё. Она не представляла себе жизнь без своего юного Господина. *** Тяжёлый дубовый стол был перемещен им, прилагая немало усилий. Полуголый Рагнвиндр толкал его и толкал, отодвигая стол всё дальше и дальше, освобождая место в зале у камина. После в ход пошел баллончик с белой краской, распечатанные фотографии с дела и скотч. Всё это постепенно украшало пол, который Дилюк не брезговал испортить. Он сидел на коленях, перебирая фотографии, создавая на полу особую схему. Даже писал крупными буквами надписи, эдакие заголовки для тем, как только формировал картину происходящего. Всё было по хронологическим веткам. Зал был тускло освещен светом огня, пылающего в камине, озаряя фотографии ярким оранжевым свечением. А в остальной части зала – беспросветный холод и серость... Возможно это идеально отражало самого Дилюка. Он не был где-то посередине, нет... Он был и там, и тут. Рагнвиндр медленно поднялся, взирая на своё творение сверху вниз. Посередине был знак вопроса, знаменующий символ Загадочника, а от него пять стрелок, ведущие к надписям: «Грехи моего отца», «Реновации – ложь», «Шмидт. Нет больше лжи», «Эрох», «Жестокий». Это всё было замотано в один большой клубок, распутав который, Дилюк должен получить ключ к разгадке тайны личности. Но он одновременно не мог себе позволить торопиться, но и при этом долго раздумывать. Рагнвиндр приблизился к обведенной им же надписи: «Грехи моего отца». Этот вопрос его волновал больше всего на этом свете. Как в этом деле может оказаться человек, сгинувший более двух десятков лет тому назад? К чему эти игры буквально с трупом? Но Загадочник не мог просто взять и подколоть Дилюка. Нет. Ради личного конфликта никто не начнёт резать всех подряд. Но чем отец так согрешил? Да и... Когда? Дилюк повернулся к надписи: «Реновации – ложь», да... Тут не было косвенной связи. Дело дошло до вскрытия личного семейного архива его богатой великой династии. Плевать ему было, что все покрылось тонным слоем пыли. Его взгляд и пальцы пробегались бегло по папкам в поиске той, в которой будет информация про те самые, обещанные отцом реформации города.... ... И дело дошло даже до дисков. Оказалось, что информации было уйма и вся она хранилась комплектами то тут, то там. На стол в Бэтпещере пала тонна папок, которые все нужно было успеть каким-то образом разобрать. Учитаться информацией отсюда можно было на веки вперед. Но Рагнвиндры не имели никогда в роду ленивцев. Дилюку нужно добиться правды пускай времени совсем нет. Но вдруг что-то по близости издало странный звук. Рагнвиндр поднял взгляды на мониторы и на одном из них, где отражалось наблюдение с линз, предстала картина того, как в красном свечении бродячие кошки окружили неизвестное им устройство, вовсю мяукая и привлекая тем самым к себе внимание. Кажется линзы не были выкинуты Кэйей и это было удивительно. Дилюк скорее верил в то, что в порыве гнева Кэйа с удовольствием бы это сделал, но он опять глубоко ошибался. — Кэйа..? — Произнёс устало Рагнвиндр, увеличивая программное окно на экране, замечая в кадре знакомый силуэт. —... Ты меня видишь? — Сходу начал Кэйа, полностью проявив своё лицо в объективе камеры. — Да, я тебя вижу, — Чуть помявшись, ответил тот. — Нам надо поговорить, где встретимся? Вечерний Мондштадт был теперь тоже окутан страхом, откатываясь оранжево-красным заревом перед тем как уйти в очередной ночной кошмар. Бэтмен далеко не часто предстает перед городом в такое время суток, но на данный момент того требовала ситуация. Сейчас не важно день или ночь, страх не зависел от времени. А нынешнее положение... Что-то далеко-далеко и глубоко-глубоко внутри него вынуждало выйти из того закрытого образа. И всё это по-своему пугало Тёмного Рыцаря. Дребезг старого лифта заставил его убрать свой взор с видов на городской закат. Из него выбрался Кэйа, которому это место было незнакомо. Тут обычно и встречались комиссар Гуннхильдр и Бэтмен, тут и стоял Бэт-Сигнал, который в тьме ночного неба призывал Бэтмена на помощь. Но сейчас в нем не было смысла. Теперь Бэтмен сам стремится на дело. — Ты задумал новое ограбление? — Сухо подколол Тёмный Рыцарь, не двигаясь с места, наблюдая за медленно подходящим юношей. — Что? — Я не думал, что снова тебя увижу, — Вдруг сменил тот свой тон чем в очередной раз удивил Кэйю. — Ну, у меня столько всего произошло... И как же они посмели..? И этот сраный коп Лоуренс... Её тело было в его машине! Я отыщу его и он за всё расплатиться! Ты поможешь..? — Всё это время Кэйа ходил из стороны в сторону, не находя себе места среди того кошмара в котором оказался и в который с головой втянулся, как только в его жизни появился Бэтмен. — Я помогу? — Переспросил Мститель в маске с достаточно возмущенным тонном. — Да. Ты ведь у нас «Возмездие»? — Твоя подруга просто не с теми связалась. Может она не поняла или ты не предупредил... — А это ещё что значит..? — Спросил Кэйа, приближаясь к фигуре в плаще. Ему совсем не нравилось отношение Темного Рыцаря к уже покойной подруге. После всего что было, его действительно волновало только дело Загадочника. — У каждого выбора есть последствия, — Твердо ответил Бэтмен, начиная отводить свой взгляд куда-то в сторону. — Тц, Господи... Выбор? Наверняка ты из богатой семьи с такими-то суждениями, — Процедил юноша, раздражаясь всё больше с каждой фразой. — Оно того стоило? — Вновь невозмутимо спросил Бэтмен. — Что? — Так подставляться ради денег. На что пришлось пойти ради этого? А как близко ты подошёл? К Пингвину... К Альбериху..? — С каждым вопросом Бэтмен делал медленные шаги вперёд, в очередной раз будто напирая на жертву, взявшись за самое больное в поиске... Правды. — Не говори о том, чего блять не знаешь! Альберих должен мне эти деньги! — Чуть ли не прорычал Кэйа, пока Темный Рыцарь не подошёл вплотную. — Он должен? — В очередной раз переспросил Бэтмен. — Да! И даже больше! — О, и за что? — Продолжал тот напирать, тянясь к рукам Кэйи, для того чтобы схватить их. Он понимал, что тот в очередной раз попытается избежать разговора. — Агх..! Я не хочу с тобой разговаривать! — И в этом Бэтмен был прав. Кэйа развернулся и, не успев сделать и пары шагов, его схватили, притянув к себе с рычащим: — Стой! Я хочу знать почему Альберих тебе что-то должен! — И в ответ он получил пощечину пускай не болезненную, но всё-таки жгучую. — Потому что он, блять, мой отец! В воздухе тут же повисло молчание. Хватка на руке ослабла и Кэйа тут же отвернул свою руку, но не убежал от ошалевшего Детектива. Он, конечно же, не хотел, чтобы правда о его происхождении всё-таки вскрылась. Это слишком больно. Это отвратительно настолько, что действительно тошнит. Но это невозможно стереть. Оно будет преследовать его даже в могиле. Он поднял свой тяжёлый взгляд на Бэтмена, но вместо безразличия и холода в этих алых глазах он увидел в этих глазах что-то потерянное. Для Бэтмена же круг замкнулся. Его враг, его мастер – отец того с кем он немало прошел в поисках разгадки. Теперь в этом лице он видел те черты, что были присущи его злосчастному учителю. Теперь он знал маленький клочок правды. Темный Рыцарь не мог даже и подумать, о том что такой сухой человек, который страстно придерживается кодекса... Всё-таки мог создать каплю любви. Ещё во времена обучения, Бэтмен знал, что мастер имеет наложниц, но чтоб хоть какие-то зачатки семьи... Но если Кэйа действительно его сын... Не значит ли это, что он состоит в тех самых «Демонах»? — Моя мама работала в той скрытой части клуба, как и Розария, и... Иногда она приводила меня туда, — С тоской признался Кэйа, отводя свой взгляд и делая пару шагов к краю здания, смотря на мондштадтский закат и окутанный страхом город. — В этот клуб?... — Спросил Тёмный Рыцарь, не очень-то представляя, что хоть какая-то мать в этом мире способна отвести ребенка в такое страшное место. — Не только, иногда она приходила за ним в храмы, но.... Зачастую, да, в клуб. Она работала, а я её смиренно ждал. И мог в эти моменты увидеться с ним. Я ужасно его боялся. Он всегда смотрел на меня, как на нечто неправильное, наверное даже противное. И в один день мама всё-таки рассказала мне правду. А через время её не стало. Задушили. Мне было лет шесть-семь..? До сих пор понятия не имею кто, но наверняка кто-то из «Демонов»... В общем, меня пришли забрать в детский дом, а он даже не посмотрел на меня. Он должен мне эти деньги и даже больше. Предыстория Кэйи заставила Бэтмена почувствовать себя невероятно стыдно. Он ничего до этого не знал о нем, но напирал, не задумываясь насколько для Кэйи эта тема ужасна. Даже сам рассказ... Младший Альберих рассказывал видно, чувствуя комок в горле от поступающих слез. Он ненавидел говорить о прошлом и ему было совсем непривычно рассказывать об этом человеку в чертовой маске, которого знает от силы несколько дней... ... Но ему было необходимо спустить этот груз души. — Прости... — Весьма тихо произнес Детектив словно ребенок, разбивший чужую вазу. Он убедился в том, что Кэйа вряд-ли хоть как-то был связан с группировкой отца или Пингвином, по-крайней мере в плане сотрудничества. Теперь не было и всякого диссонанса насчёт мастера. Хотя важно ли это сейчас? Его чувства, которые банально он даже сам не признавал, чего уж рассуждать со стороны. —... Я был не прав. — Все нормально, — Утешил его Кэйа, — Ты не доверяешь людям, а значит у нас есть с тобой нечто общее. Он повернулся к нему и приблизился, положив свою холодную смуглую руку на жаркую щеку, благо не скрытую под маской. Бэтмен почувствовал то самое тепло, которое потерял когда-то очень давно в том самом злосчастном переулке. Даже несмотря на холод ладони, некая нежность всё равно согревала. Он словно кот чуть ли не тёрся о ладонь, как будто это совсем скоро исчезнет. — Кто ты на самом деле? Что ты скрываешь..? — Этот голос был так удивительно ласков и нежен. Он успокаивал и заставлял забыть обо всем ужасе, что творится вокруг. Впервые за долгое время Тёмный Рыцарь почувствовал себя умиротворенно. Нежная смуглая рука Кэйи опустилась на грудь Бэтмена, которую скрывала массивная броня, не дающая всякого доступа к телу, к сожалению Альбериха, —... Жуткие шрамы? — Да... — Хрипло признался Бэтмен, продолжая чувствовать, как в груди становится легко. — Тц-с... Послушай, никто кроме нас за Розарию не отомстит, — Вдруг продолжил Кэйа про свою подругу, — В этом сранном городе могут биться только за сорт богатых белых козлов. За чертового мэра, за главу полиции, за комиссара, а теперь и за ебанных Крепуса и Дилюка Рагнвиндров. Может тот чертов псих и прав, что охотиться на этих мудаков? Ты кажется должен быть за него. — А при чем тут Крепус и Дилюк Рагнвиндры..? — Тихо спросил Детектив с презрением. Эти два имени его будто отрезвили. Он понимал нелюбовь Кэйи к богатому сброды мондштадтских элит, но Рагнвиндры... — Ты из пещеры вылез? — Спросил в ответ юноша, смотря на Бэтмена как на дурака, — Теперь Загадочник взялся за Рагнвиндров. Вот только скажи... Если я возьмусь за того урода Лоуренса, ты мне поможешь, пожалуйста? Гм, ну, пожалуйста. Повисла тишина. — Я тебе помогу, но... Сейчас довольно опасно и без меня не ввязывайся ни во что-... Его прервали поцелуем в благодарность прямо в губы. Кэйа притянул того к себе, положив руки на массивные плечи. Тёмный Рыцарь был абсолютно ошеломлен, но незамедлительно ответил. Это было грубо. Это было жарко, даже слишком жарко. Но до чего же стало хорошо! Он будто таял пока Кэйа прижимался к нему так, будто сейчас потеряет, то единственное, за что можно держаться как за каменной стеной. Он знает, в этот раз его никто не предаст. И сама эта мысль приятно обжигала что-то в районе груди. — Я же сказал, мышонок, я могу постоять за себя, — Ответил Кэйа, как только они дали себе возможности набрать воздуха, настолько всё обжигало. Но ещё одного поцелуя не было. Кэйа опустил свои руки с массивных плеч и Бэтмен покорно опустил свои с чужой талии. Не было даже прощального. Кэйа сделал пару шагов назад, а после медленной походкой покинул Бэтмена пока губы того приятно пылали. Он смотрел Альбериху вслед, как собака, которую покидает любимый хозяин. Он снова остался один, но теперь с совсем другим чувством. Чувством любви. *** «Я Крепус Рагнвиндр и я отвечаю за свои слова» Дилюк снял свою маску, стоя полураздетым перед экраном телевизора, на котором транслировалась по какой-то причине трансляция предвыборной кампании его отца. Лицо младшего Рагнвиндра было покрыто размазанными по нему черными тенями. Он мертвенно бледен и истощен, но он не может просто взять и пойти лечь спать. Что-то тут не так. «С самого детства мои родители и Лоуренсы, родители моей драгоценный супруги, упорно внушали нам, что помогать не просто необходимость, а смысл жизни. Это наше семейное наследие». Сразу же появилась надпись на экране: «Крепуса Рагнвиндра в мэры». Но внизу, в заголовке репортажа гласила страшная надпись: «Новое эксклюзивное сообщение от загадочного маньяка набрало уже пятнадцать миллионов просмотров». Запись кампании тут же прервалась и переключилась на черно-белую фотографию семьи Рагнвиндров и послышался до боли знакомый измененный тяжелый голос Загадочника: — Рагнвиндры и Лоуренсы – отцы-основатели Мондштадта, но каково их истинное наследие? — Задал очередной вопрос Загадочник, показывая на экране фотографию Крепуса и его супруги с их свадьбы, а после переключился на другое дело, показывая совершенно неизвестное Дилюку лицо, — Двадцать лет назад один журналист задался целью раскрыть неудобную правду... И узнал шокирующие фамильные секреты. Фотографии матери Дилюка внезапно всплыли на экране. — Когда покойная Аннелис была совсем малюткой, её мать очень жестоко расправилась с её отцом, а потом покончила с собой. Но Лоуренсы, как впрочем и всегда, сумели замять это дело при помощи власти и обожаемых ими всеми денег. И несмотря на это, впоследствии Аннелис очень часто «гостила» в психиатрической лечебнице и клиниках, но и это тщательно скрывалось! У Рагнвиндра в данный момент рушился тот прошлый светлый мир прямо на глазах. Его покойная милая матушка... Дилюк ведь совершенно не знал её прошлого до замужества. Об этом никто не смел ему рассказывать. Он и не знал, что произошло с его покойными дедушкой и бабушкой, родителями матери. Он ничего не знал о психическом состоянии матери да и... Не хотел верить. В его самом лучшем времени в жизни, в детстве, он не замечал чего-то странного за своей матерью. Она была прекрасна: нежная, мягкая, невероятно добрая и светлая, настолько освещала день каждому в поместье одной лишь своей улыбкой. — Крепус Рагнвиндр пытался купить молчание отважного журналиста, чтобы спасти свою предвыборную кампанию! Но журналист отверг это предложение... И Рагнвиндр обратился к своему давнему другу Ю Янгу Альбериху!... Отец был связан с самим лордом криминального мира Мондштадта..? Он был связан с взятками..? И Альберих это всё знал, обучая сироту боевым искусствам и... Пользовался и молчал. В голове теперь рушился и второй тот самый светлый образ всегда справедливого и честного отца, который любил этот мир и людей вокруг, каждого, черт побери, до единого. Он ведь презирал коррупцию и обещал стать частью огромного щита для города лишь бы испепелить саму мысль о взятничестве. Когда-то Дилюк оставил эти два светлых образа в том злосчастном переулке, и кажется в тот же момент попал в настоящее пекло ада. —... И заказал убийство! — Весело прокричал Загадочник, после чего раздался резкий звук взмаха катаны, — Рагнвиндры и Лоуренсы завещали этому городу лишь ложь и убийства! Фотографии отца с экрана пропали и в нём появился Загадочник, в знакомом помещении болотного цвета с большим знаком вопроса посередине стены. — Надеюсь, ты это слышишь, о маленький дорогой Дилюк Рагнвиндр. Это ведь и твоё наследие... И Мондштадт требует, чтобы ты ответил за грехи своего отца... Прощай. Последние слова пронеслись эхом по Бэтпещере, охватывая те ло уставшего, разбитого героя.