Признание с третьей попытки

Антон Шастун сидел в гримёрке Comedy Club и в десятый раз за вечер проверял телефон. Сообщений не было. Вернее, были — от Дмитрия Позова с мемом про котиков и длинной цепочкой голосовых от Кати Позовой, которая что-то взволнованно рассказывала о новом проекте. Но не от него. Не от Арсения. Хотя они виделись буквально три часа назад. И расстались так, что Антон до сих пор чувствовал тепло его ладони на своей щеке и этот идиотский привкус кофе с корицей после поцелуя. Господи, как же это все нелепо. — Шастун, ты там заснул? — в дверь просунулась голова Макара. — Выходить через пять минут, а ты сидишь как философ на пенсии. Антон вздрогнул и поспешно сунул телефон в карман. — Да-да, уже иду. Просто... думал над импровом. — Над каким импровом? — Макар протиснулся в гримерку полностью и плюхнулся в кресло напротив. — Мы же сегодня просто запись делаем, там все по сценарию почти. — Ну, в смысле, для разминки, — Антон почувствовал, как краснеет. Чертовы физиологические реакции, которые невозможно контролировать. — Вдруг что-то интересное придумаю. Макар прищурился, разглядывая его с тем самым проницательным взглядом, от которого Антон всегда чувствовал себя семиклассником на допросе у директора. — Ты какой-то странный последнее время, — наконец произнёс Макар. — Рассеянный. То в облаках витаешь, то на телефон пялишься как влюбленный подросток. Что случилось? «Вот оно», — подумал Антон, и сердце ухнуло куда-то в район желудка. — Ничего особенного, — он попытался изобразить беззаботную улыбку, но, судя по выражению лица Макара, получилось так себе. — Просто устал немного. Съёмки, концерты, все дела. — Угу. А я вот тебе не верю, — Макар откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. — Знаешь, сколько мы друг друга знаем? Я вижу, когда ты врёшь. У тебя правый глаз дёргается. — Не дёргается, — возмутился Антон и тут же осознал, что это не лучшая линия защиты. — Дёргается. Давай, колись. Что там? Девушка новая? Или проблемы какие-то? Девушка. Если бы всё было так просто. Антон открыл рот, чтобы что-то ответить, но в этот момент дверь распахнулась, и в гримёрку ворвался Арсений Попов собственной персоной — взъерошенный, в своей вечной чёрной футболке и джинсах, с рюкзаком на одном плече. — О, мальчики, здравствуйте! — он широко улыбнулся, и Антон почувствовал, как что-то тёплое разливается в груди. — Макар, тебя продюсер ищет, там какая-то проблема с документами. А ты, Шастун, — он перевёл взгляд на Антона, и в его глазах мелькнуло что-то, что мог заметить только тот, кто знал, куда смотреть, — ты мне нужен. Срочно. По рабочему вопросу. — По какому ещё рабочему вопросу? — Макар недоверчиво посмотрел на Арсения. — Мы же через пять минут на съемку идём. — Вот именно. Нужно срочно согласовать один момент в импрове. Быстро, две минуты максимум, — Арсений уже тянул Антона за рукав. — Макар, иди к продюсеру, это правда важно, он сказал срочно. Макар тяжело вздохнул и поднялся с кресла. — Ладно, только без ваших экспериментов там. Помню, как вы в прошлый раз «две минуты» репетировали, а потом час всей съемочной группы искали. Он вышел, и дверь закрылась за ним с тихим щелчком. Арсений мгновенно развернулся к Антону, и на его лице не осталось и следа показной деловитости. Вместо этого — мягкая, чуть виноватая улыбка. — Привет, — тихо сказал он. — Привет, — эхом откликнулся Антон. — Ты же знаешь, что Макар нас раскусит рано или поздно? — Знаю. Но не сегодня, — Арсений подошёл ближе, и Антон почувствовал знакомый запах его одеколона — что-то древесное с нотками цитрусовых. — Извини, что не писал. Телефон сел на середине дороги, а зарядку забыл дома. — Я не переживал, — соврал Антон. — Врёшь. У тебя глаз дёргается, — Арсений усмехнулся и легко коснулся пальцами его виска. — Слушай, после съёмки освободишься? Может, поедем ко мне? Закажем пиццу, посмотрим что-нибудь идиотское. Это звучало так просто. Так нормально. Как будто они просто два друга, которые собираются провести вечер вместе. Но Антон знал, что после пиццы будут поцелуи на диване, руки под футболкой, шёпот на ухо и это странное, пугающее, восхитительное ощущение близости, от которого перехватывает дыхание. — Не могу, — с сожалением ответил он. — Макар позвал на день рождения к своему брату. Я обещал прийти ещё две недели назад. — А, точно, — лицо Арсения стало чуть более серьёзным. — Макар. Имя повисло между ними как неразрешённый вопрос. — Мы не можем вечно скрывать, — тихо сказал Антон. — Это же... это же абсурд какой-то. Мы взрослые люди, а ведём себя как школьники на дискотеке. — Я знаю, — Арсений провёл рукой по волосам, взъерошивая их ещё больше. — Просто... Макар — это Макар. Он мой друг, твой друг. Я не знаю, как он отреагирует. А вдруг всё испортится? — А вдруг нет? — А вдруг да? Они замолчали, глядя друг на друга. В коридоре послышались голоса — съёмочная группа собиралась. — Нам пора, — Арсений первым нарушил молчание. — Но мы обсудим это. Скоро. Обещаю. Он быстро чмокнул Антона в щёку — дерзко, по-мальчишески — и выскользнул из гримёрки раньше, чем тот успел что-то ответить. Антон остался один, глядя на закрытую дверь и чувствуя на коже горящий след от прикосновения. «Скоро» — это когда? Через неделю? Месяц? Год? И самый главный вопрос, который сверлил мозг: как, чёрт возьми, признаться Макару, что вот уже три месяца он встречается с их общим другом Арсением Поповым, и это не шутка для импрова, а самая настоящая, пугающая и прекрасная реальность? Два часа спустя Съёмка прошла на удивление гладко. Антон даже умудрился несколько раз рассмешить весь зал, хотя половину времени его мысли были где-то далеко. Арсений, как всегда, был на высоте — его импровизации летели как пулеметная очередь, и даже самые каверзные задания он выполнял с такой лёгкостью, что казалось, будто он готовился к ним всю жизнь. — Хорошо поработали, — Макар хлопнул Антона по плечу, когда они выходили из студии. — Особенно финальная сцена зашла. Думаю, монтаж будет огонь. — Угу, — рассеянно кивнул Антон, снова проверяя телефон. Арсений написал: «Жду на парковке. Подброшу тебя к Макару, всё равно мимо». — Слушай, Шастун, — Макар остановился посреди коридора и повернулся к нему. — Я серьёзно. Что происходит? Ты сегодня весь какой-то не здесь. Антон замер. Вот она, точка невозврата. Он мог сейчас отшутиться, снова свалить всё на усталость, и ещё какое-то время жить в этой комфортной лжи по умолчанию. Или... — Макар, я... — он сглотнул. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Лицо Макара стало серьёзным. — Ты болен? Проблемы с работой? Господи, тебя что, увольняют? — Нет, нет, ничего такого, — Антон покачал головой. — Просто... это личное. И я не знаю, как ты отреагируешь. Макар молчал, ожидая продолжения. Антон чувствовал, как холодеют ладони. — Я... у меня есть... то есть, я встречаюсь с одним человеком. Уже три месяца. И это... это серьёзно, — слова давались с трудом, будто каждое взвешивало килограмм. — И я хотел тебе сказать раньше, но не знал как, потому что этот человек... он... — Шастун! Макар! — голос Позова прервал его на полуслове. Дима выскочил из соседней гримёрки с телефоном в руке. — Срочно! У Кати аварийная ситуация, ей нужна помощь. Она сейчас на студии на Шаболовке, просит приехать кого-нибудь. — Что случилось? — Макар мгновенно переключился. — Не знаю, она что-то про оборудование говорила, но плохо слышно, связь рвётся. Кто может поехать? — Я поеду, — сказал Макар. — У меня машина рядом. Шастун, поговорим потом, хорошо? Не вздумай сбегать. Он уже бежал к выходу, на ходу доставая ключи. Дима кинулся за ним. Антон остался стоять посреди коридора, чувствуя странную смесь облегчения и разочарования. Момент был упущен. Опять. Телефон завибрировал: «Всё ок? Видел, как Макар побежал. Что-то случилось?» Антон посмотрел на сообщение от Арсения и медленно набрал ответ: «Почти сказал ему. Почти. Но помешали. Кажется, Вселенная против». Ответ пришёл моментально: «Или Вселенная просто даёт нам время подготовиться. Спускайся, поговорим в машине». И Антон, натянув куртку, направился к выходу, зная, что разговор с Макаром всё равно неизбежен. Вопрос только в том, найдёт ли он в себе смелость довести его до конца. 1 декабря 2021 года. Пятница. И начало чего-то, что изменит всё.