Мерцающий Нефрит

Ванцзи вовлекли в светскую беседу сразу два знакомых главреда конкурирующих изданий, предлагая ему выступить арбитром в каком-то их шутливом споре, и он старательно делал вид, что поглощен их пикировкой, а сам то и дело оглядывал зал. Вэй Усяня в поле зрения не было как-то уж слишком долго, и ситуация заставляла нервничать. Но еще больше Ванцзи заволновался, когда он все-таки появился – взбаламученный, немного дерганый и испуганный. Вэй Ин сам искал его глазами и, обнаружив, рванул к нему с неразрешенной скоростью, привлекая лишнее внимание. - Прошу меня простить, господа, - учтиво проговорил Ванцзи, с улыбкой отчаливая от собеседников, и поймал Вэй Ина как раз в тот момент, когда тот пытался врезаться в его грудь. Ванцзи крепко перехватил его под локоть и легко развернул в сторону от любопытных взглядов. – Что с тобой? Ты ведешь себя странно, так не надо делать… - Лань Чжань!.. – срывающимся шепотом заговорил Вэй Усянь, - Лань Чжань! Прошу тебя, ни от кого ничего не бери, вообще ни от кого ничего! Ванцзи не ответил, вглядываясь в его побледневшее лицо, потом отвел от основного скопления гостей, сохраняя нейтральное выражение. Пальцы продолжали сжимать локоть Вэй Ина, и Ванцзи мимолетом подумал, что скорее всего причиняет некоторую боль, но невнятное раздражение перевесило. - Объясни, пожалуйста, чтобы я понял, - тихо, но жестко проговорил он, когда лишние уши остались позади. - Там Сюаньюй, - слегка отдышавшись, прошептал Вэй Ин, - и вот он странный, совсем не выглядит расстроенным! Даже наоборот – довольный! И он сказал, чтобы я наслаждался, пока могу! А потом я услышал, как кто-то обсуждает, что тебе хотят что-то подкинуть, за что можно сесть в тюрьму! Лань Чжань, они говорили о каких-то подарках, пожалуйста, ничего ни от кого не бери! – последнее он повторил с такой мольбой, что Ванцзи стало не по себе. - Ты уверен, что услышал правильно? - Клянусь! - Так, - Ванцзи отпустил Вэй Усяня и парой движений поправил его пиджак, пригладил слегка взъерошившиеся волосы и кратким касанием погладил по щеке, - успокойся, представь, что ничего не произошло, возьми себя в руки. Для всех мы сейчас счастливая пара. Мы же счастливая пара, бао? Вэй Ин кивнул, явно пытаясь расслабиться, и Ванцзи повел его обратно под руку, делая вид, что увлечен исключительно своим спутником, но нервы натянулись струнами. Мо Сюаньюй. Что-то не давало покоя, как будто Ванцзи упускал какую-то важную деталь. Он снова обвел обширный зал глазами, наткнувшись на знакомую фигуру. Действительно, здесь. Блистает, как обычно, разговаривает с главой Оуян, улыбаясь завлекательно. И никаких признаков того, что Мо Сюаньюй переживает «тяжелый разрыв», как старательно называли их с Ванцзи расставание в желтой прессе. Словно почувствовав взгляд бывшего любовника, Мо Сюаньюй безошибочно повернулся в его сторону и непринужденно отсалютовал ему бокалом, сразу возвращаясь к собеседнику, как ни в чем не бывало. - Лань Чжань, а мы можем просто уйти сейчас? – спросил Вэй Ин, уже немного успокоившись. – Не дожидаться никаких даров или что там… - Пока не можем, - покачал головой Ванцзи, продолжая всматриваться в Мо Сюаньюя. – Есть определенный регламент таких мероприятий. Ты и сам знаешь. Вэй Ин проследил его взгляд и крепко сжал руку Ванцзи: - Он меня пугает, Лань Чжань. Он совсем не выглядит как пострадавшая сторона. Он что, такой непробиваемый? И ему совсем все равно на ваши отношения? Вы же так долго были вместе, я бы с ума сошел, наверно… и уж точно не ходил бы по приемам, зная, что могу встретить там тебя! Ванцзи незаметно погладил его по руке, с краткой растроганностью поражаясь наивности суждений. Неужели Вэй Ин и правда предполагал, что их с Сюаньюем связывают чувства?.. Смартфон в кармане выдал краткую вибрацию, извещая о пришедшем сообщении, потом еще одну, и Ванцзи, подумав, достал гаджет, с удивлением обнаружив послание от Мэн Яо. «Извинения приняты, - писал тот, - и я вполне понимаю, почему ты сразу предположил мое участие. Однако у моего биологического родителя много детей на стороне, о некоторых из них он извещен, а с некоторыми общается, и довольно тесно. Поэтому вот. Не спрашивай, как я это обнаружил, просто поднял некоторые старые связи. Надеюсь, тебе это как-то поможет». Следующее сообщение содержало фотофайл. Это был скриншот электронного документа, а точнее свидетельства о рождении, и не кого-нибудь, а Мо Сюаньюя, который в данный конкретный момент очаровывал главу Оуян, и Ванцзи зацепился взглядом за знакомое имя в графе «отец». Он ошеломленно поднял глаза. К главе Оуян и господину Мо как раз в этот момент подошел Цзинь Гуаншань, по своему обычаю радушный и внешне исключительно доброжелательный, вежливо раскланялся с главой и даже не глянул на Сюаньюя, деликатно отступившего на шаг, но Ванцзи словно молнией долбануло. Почему он раньше не заметил этого? Поворот головы, разрез глаз, форма губ, носа и даже ушей – у этих двоих многое было пугающе одинаковым. Мо Сюаньюй выглядел почти как глава Цзинь, если бы тот скинул лет тридцать, десяток килограммов и приличествующий положению налет совершенного благополучия. Ванцзи, конечно, оправдывало то, что он никогда не видел главу Цзинь и Мо Сюаньюя настолько близко друг к другу, к тому же у него не было причин сравнивать их. То, что глава Цзинь в молодости был весьма хорош собой, он знал только со слов других людей, и ему в голову не пришло бы, например, рассматривать его старые фотографии. И впервые в жизни Ванцзи пожалел, что не поддается излишнему любопытству. Он вернулся к смартфону, переслал скриншот Чэнмэю и написал ответ Мэн Яо: «Твоя помощь неоценима. Прости за недоверие». «Когда я отыскал отца и пытался наладить отношения, - появилось в чате, - он предложил мне быть его глазами и ушами в нашей семье. Я отказался и был изгнан из его резиденции. Мне запретили даже упоминать о нашем родстве под страхом судебного преследования. Я никому из вас не говорил об этом, но так было. Я предпочел честную жизнь с людьми, которых люблю, интригам и предательству». Ванцзи ненадолго прикрыл глаза, вспоминая, как смотрел на него Мэн Яо, когда слушал обвинения в свой адрес – с болью и почему-то принятием, как будто тот ждал чего-то подобного, но не мог подобрать слов, чтобы оправдаться. - Что-то случилось? – чутко поинтересовался Вэй Ин, тронув Ванцзи за плечо. - Случилось, - невесело хмыкнув, согласился тот, - но не сейчас. Память некстати выдала очередную картину – Мо Сюаньюй привычно красуется в его приемной, выходя из кабинета, рассказывает что-то громко и не замечает взгляда Су Миньшаня. Ванцзи сам этот взгляд тогда проигнорировал, но теперь, рассматривая воспоминание под микроскопом нового понимания, препарируя и вскрывая его, как болючий нарыв, он внезапно обнаружил, что Су Шэ выглядел… влюбленным. Да, именно так, влюбленным, беззаветно, по-собачьи преданно и абсолютно безнадежно. Он смотрел на прекрасного мужчину, не замечающего его, словно на небожителя, по недоразумению представшего перед ним. Если предположить, что Мо Сюаньюй все-таки видел эту трепетную влюбленность и смог воспользоваться ею… Ванцзи неосознанно прикоснулся к виску, словно это нехитрое действие могло переключить что-то в мозгу. Смартфон вновь вздрогнул, выплевывая экспрессию Чэнмэя: «Вот оно – недостающее звено! Ну и тварь этот твой ангел, чтоб ему икалось! Да я ему лично глаза выдеру! Я уверен, что это его рук дело!» Отвечать Ванцзи не стал. Вэй Ин все еще смотрел вопросительно, и он счел необходимым хотя бы улыбнуться ободряюще: - Расскажу чуть позже, хорошо? К тому же все еще на уровне предположений… - Обещаешь только, а я переживай, - немного угрюмо заметил Вэй Усянь, но допытываться не стал.

***

Вэй Ин действительно не понимал, как Лань Ванцзи умудряется сохранять ледяное спокойствие, зная, что против него затевается какая-то муть, которую уже не спишешь на случайность или дурные шутки. Сам он то кипел, то ощущал жгучий холод и нервничал сильнее, чем когда-либо, раз за разом прокручивая тот разговор за прикрытой дверью, и все думал – а верно ли он все понял, а так ли услышал? А как раздражал мелькающий перед глазами Мо Сюаньюй! Он, верно, вознамерился постоянно держать их в поле зрения и находился хоть на приличном, но все равно одинаковом расстоянии, и куда бы они не пошли, везде натыкались на внимательный взгляд из-за кромки бокала. Вэй Ин уверился, что Мо Сюаньюй следит за ними и как будто ждет чего-то. Прием плавно перетек к кульминации, после которой можно было спокойно удалиться, если не желаешь оставаться дольше, и глава Оуян объявил, что собирается сделать памятные подарки в честь юбилея издательского дома. В зал под аплодисменты присутствующих вкатили несколько тележек, заполненных красными коробками, конвертами и пакетами, и Вэй Ин сразу напрягся, стискивая ладонь Лань Ванцзи, которую и так старался не выпускать – и наплевать на то, что про них станут судачить сплетники из высшего общества. Он уже смирился с тем, что фотографии с сегодняшнего приема, постановочные и нелегально сделанные, разойдутся по всем изданиям разной степени пожелтения, и уже завтра его имя будут полоскать все, кому не лень. В конце концов, Вэй Ин прекрасно знал, на что шел – и шел добровольно. Выдача подарков проходила чинно, глава Оуян подходил к определенному человеку сам, выслушав поздравления, давал знак симпатичной помощнице, и та подавала тот или иной дар, сперва уложив его на разноцветный шелковый шарф с эмблемой «Балин Оуян». Эти шарфы тоже являлись частью подарка и заодно красивым жестом. По крайней мере, так наверняка думал глава Оуян, обожающий все аляповатое, цветистое и кричаще-дорогое. - Лань Чжань… - прошептал Вэй Ин, видя, как глава Оуян направляется в их сторону, - что нам делать? Если ты не возьмешь дар, то проявишь неуважение… а если возьмешь, то я даже не знаю, что будет! Лань Ванцзи ответил ему кратким взглядом человека, который все для себя решил, но окружающим пока об этом знать необязательно. Его молчание вовсе не придало Вэй Ину уверенности, даже наоборот – он совсем упал духом. - Гендиректор Лань, - проговорил глава Оуян радушно, - я так рад видеть вас здесь, и вашего спутника тоже, - он коротко глянул на Вэй Ина и замер в ожидании. Лань Ванцзи ответил недлинным поздравлением, традиционно пожелав процветания и гармонии, но когда глава Оуян махнул своей девице, подхватившей с тележки довольно увесистую квадратную коробку, сказал, слегка отодвигая манжету своей сорочки: - Простите меня, глава, к сожалению, я повредил руки и любое действие причиняет мне определенные неудобства, но мне очень хотелось бы посмотреть на ваш щедрый дар. Надеюсь, ваша очаровательная помощница поможет с этим? Вэй Ин с удивлением посмотрел на своего спутника, а потом на его запястья и вдруг понял, что пока он предавался унынию, Лань Ванцзи умудрился изобразить на своих запястьях два красноречивых синяка. Или Вэй Ин сам его так ухватил и не помнил этого?.. Глава Оуян поцокал языком, выражая сожаление, опять посмотрел на Вэй Ина, как бы спрашивая, а не хочет ли он помочь своему партнеру (Вэй Ин невольно отступил на шаг), но в конце концов отдал ассистентке указание открыть коробку и продемонстрировать содержимое. Вокруг их небольшой компании образовалась группа любопытствующих – всем было интересно посмотреть, что же подарили такой одиозной личности, как главред «Мерцающего Нефрита». Вэй Ин сразу наткнулся глазами на Мо Сюаньюя, стоящего в толпе с нарочито скучающим видом. Ассистентка без слова возражений аккуратно расправила подарочный шарф на ближайшем столе и с явным усилием переложила на него коробку. Едва девушка сняла красную ленту, коробка раскрылась подобно бутону, явив небольшую статуэтку, изображающую вставшего на дыбы мощного коня и исполненную так реалистично, что, казалось, можно проследить каждую мышцу сильного тела и пересчитать все волоски в густой развевающейся гриве и пышном хвосте. Статуэтка покоилась на массивном постаменте из красного дерева, и даже Вэй Ин мог примерно прикинуть, что эта вещица безумно дорогая. И совершенно бесполезная. - Я слышал, вы любите лошадей, гендиректор Лань, - любовно сказал глава Оуян. - Вы правы, и я поражен вашим изысканным вкусом, - вежливо произнес Лань Ванцзи, склоняясь над статуэткой, внимательно посмотрел на подставку и глянул на девушку-помощницу. – Могу я попросить поднять эту красоту повыше, чтобы все могли увидеть? Та немного смутилась: - Простите, боюсь, я не смогу долго держать на весу, она очень тяжелая… Может быть, ваш спутник… - Да я и сам подниму! Ну и молодежь пошла – слабак на слабаке! – с усмешкой проговорил глава Оуян и подтянул статуэтку к себе резким движением, но едва успел приподнять ее над столом, как нижняя часть подставки неожиданно сместилась, приоткрываясь. - Ого, а штучка с секретом, - весело сказал кто-то рядом, - наверно, там можно устраивать тайник? - Да? – удивленно переспросил глава Оуян и попытался заглянуть под подставку. Вэй Ин смотрел во все глаза то на невозмутимого Лань Ванцзи, то на главу, как-то вскользь заметив, что Мо Сюаньюй уже не мелькает на периферии зрения. - Ты смотри, - огорченно проговорил хозяин приема, слегка покраснев от натуги, - нет, это крепление выпало и дно немного отошло, наверно брак, ох, простите, гендиректор Лань, какая неловкость! Я непременно преподнесу вам что-то взамен, сейчас же! - Не стоит, глава Оуян, - мило улыбнулся Лань Ванцзи, наблюдая, как разочарованные зеваки расходятся по своим углам, - иначе вы оставите кого-то без подарка. Я в любом случае благодарю вас за то, что полюбовался этим произведением искусства. Я надеюсь, вы извините меня, если мы с моим спутником сейчас откланяемся? Это был чудесный вечер, но к сожалению, нас ждут дела. - Мне безмерно жаль, что он окончился так нелепо! – от всего сердца воскликнул глава Оуян, грохая статуэтку обратно на стол. – Обещаю, вы получите такого же точно коня в ближайшее время! Будьте здоровы, гендиректор Лань, и вы, молодой человек, тоже! Когда Лань Ванцзи и Вэй Ин неторопливо, но целеустремленно покинули зал и зашли в пустой по счастью лифт, Вэй Ин не вытерпел: - Лань Чжань, что это было? Как ты понял, что фигурка откроется? И откуда у тебя синяки?! Лань Ванцзи снова отдернул манжету и завернул ее, демонстрируя синеву, размазавшуюся по светлой ткани: - Там на столе стоял черничный соус. Мне пришлось импровизировать… Вэй Ин даже забыл про все остальные вопросы, застыв с приоткрытым ртом, а Лань Ванцзи философски посмотрел на свое запястье с несколькими темными пятнами и задумчиво лизнул одно из них. - Неплохо… надо будет спросить рецепт. Вэй Ин ухватил его за плечи: - Лань Чжань! Ты же целый спектакль разыграл! И теперь только и говоришь, что импровизировал?! – он спохватился и прощупал карманы Лань Ванцзи, - ты уверен, что тебе под шумок ничего не запихнули? - Я бы почувствовал, - произнес Лань Ванцзи мягко и перехватил руки Вэй Ина, уже собирающиеся залезть во внутренний карман пиджака, - Вэй Ин, я сделал то, что ты просил – не взял ничего ни от кого. Теперь расскажи мне, пожалуйста, подробно, что тебе говорил Сюаньюй и что ты слышал в той загадочной комнате. - Сначала ты скажи, откуда ты узнал про подставку! – Вэй Ин по-детски топнул ногой, но ничего не смог с собой поделать. - Просто внимательно посмотрел, - с улыбкой ответил Лань Ванцзи и неожиданно притянул его к себе одной рукой и смял губы жестким настойчивым поцелуем, не отрываясь, пока сигнал лифта не оповестил о прибытии на нужный этаж. – Спасибо тебе, Вэй Ин. Я не знаю, что было в той подставке, но явно не цветы и воздушные шарики. Не нам с этим разбираться, так что считаем пройденным этапом. - Как скажешь, - осоловело проговорил Вэй Ин, облизываясь.

***

Штатный водитель забрал их с подземной парковки, ждать почти не пришлось, поскольку Лань Ванцзи, как всегда незаметно, направил ему сообщение с просьбой подъехать. Вэй Ин уже смирился с тем, что его партнер создает удобства как-то мимоходом, поэтому даже ничего не спрашивал. В «лексусе» было прохладно, свежо и просторно, и Вэй Ин позволил себе немного расслабиться и закрыть глаза, крепко ухватившись на руку Лань Ванцзи, покоившуюся на широком среднем подлокотнике. Иногда он поднимал потяжелевшие веки, смотрел на строгий профиль своего мужчины и снова погружался в подобие дремы – не спал, но и не бодрствовал, словно плавая где-то над поверхностью водной глади… Из этого состояния Вэй Ина вывел странно дерганный голос водителя: - Гендиректор, нас прижимают, одна тачка точно полицейская, что делаем? Вэй Ин вздрогнул, выпрямляясь. Сонливость как рукой сняло. Он огляделся и почти вжался носом в стекло, действительно увидев полицейскую машину, аккуратно сокращающую расстояние с «лексусом», и большой темный внедорожник со съемным проблесковым маячком на крыше, притирающий их машину чуть впереди. - К обочине, - скомандовал Лань Ванцзи ровно. – Вероятно, они нас с кем-то спутали, господин Чу. - Такие не путают… - проворчал водитель, но приказ выполнил, паркуясь по всем правилам и включая аварийку. Внедорожник тоже остановился, краем бампера перекрывая дорогу, и из него выбрались два человека в штатском. Полицейская машина притулилась поодаль, блокируя выезд сзади. - Кто это? – чуть заикаясь, спросил Вэй Ин и стиснул руку Лань Ванцзи сильнее. - Надеюсь, они представятся, - предположил тот и нажал кнопку стеклоподъемника. В открывшееся окно сразу пролезла рука с удостоверением. - Офицер Сун, управление по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, - назвался один из пассажиров внедорожника. – Нам поступил сигнал, что в этом автомобиле производится перевозка запрещенных веществ. Пожалуйста, выйдите из машины. - Лань Чжань, о чем он говорит? – похолодел Вэй Ин. – Какие вещества? Лань Ванцзи коротко глянул на него, приподняв уголок губ в подобии ободряющей улыбки, и решительно открыл дверцу со своей стороны. Вэй Ин и водитель Чу последовали его примеру. - Полагаю, это какая-то ошибка, офицер Сун, - произнес Лань Ванцзи своим обычным ледяным тоном. - Ошибка или нет, но номер в обращении ваш, - так же холодно ответил ему офицер, убирая удостоверение во внутренний карман куртки. – У нас есть ордер на обыск автомобиля и пассажиров. Так что, прошу вас, без лишних движений и желательно без пустых разговоров, - он продемонстрировал планшет с ордером. - Господин Чу, откройте багажник и не препятствуйте обыску, - невозмутимо обратился Лань Ванцзи к водителю, пробежав предъявленное глазами, потом посмотрел на Вэй Ина, - все хорошо, слушайся господ офицеров, чем быстрее они сделают свою работу, тем скорее мы поедем домой. Безымянный спутник офицера Суна саркастически фыркнул: - Если у вас столько наркоты, сколько заявлено, то домой вы со своим мальчиком-зайчиком (13) можете и вовсе никогда не вернуться. - Ведите себя достойно, - Лань Ванцзи окатил его таким холодом, что даже Вэй Ин поежился. – Вы имеете право остановить и обыскать нас, но оскорбления оставьте при себе. Офицер Сун посмотрел на напарника тяжело и обратился к Лань Ванцзи: - Вы ведь гендиректор Лань, верно? Приношу извинения за своего коллегу, его сестра погибла от этой отравы, поэтому офицер Му слишком ожесточен. - Понимаю, - ответил Лань Ванцзи, как будто смягчившись, - и принимаю. Однако, смею напомнить, что любой человек, даже если он преступник, является прежде всего личностью и достоин уважения. - Он мне еще лекции читать будет, а у самого кило амфетамина в тачке! – взъерепенился с полуоборота офицер Му. Лань Ванцзи вскинул брови, а Вэй Ин снова испуганно дернулся, что не осталось без внимания офицера Суна. Тот смерил его взглядом и кивнул двоим подошедшим полицейским в форме: - Приступайте. Вот этого парнишку получше прощупайте, что-то больно нервный. Обыск поводили долго и тщательно. Вэй Ина впервые так обшаривали и крутили, но он пытался стоически держать лицо, особенно наблюдая за самообладанием Лань Ванцзи, молчаливо переносящим чужие прикосновения. Офицер Му тем временем ползал по «лексусу», поднимая все, что можно поднять, залезая в самые дальние углы, и даже чуть не выломал массивное заднее сиденье. В багажнике он едва не улегся, ощупывая все подозрительные на его взгляд выступы и углубления. Разочарование его было страшным, но офицер Му заметной силой воли удержался от того, чтобы что-нибудь не сломать. Или кого-нибудь. - Ни хрена нет! – воскликнул он, злобно глядя на Лань Ванцзи, уже стоящего в стороне и поправляющего свой и так безупречно сидящий костюм. – То ли сбросили, то ли перепрятали! - Офицер, - Лань Ванцзи повысил голос, - а вы не рассматриваете вариант, что у нас в машине просто не было ничего запрещенного? Причем никогда, - он снова обратился к офицеру Суну, как к самому адекватному из этих двоих, - простите, но могу ли я узнать, откуда появилась информация, что мы перевозим запрещенные вещества? - Анонимное обращение, - недовольно поморщившись, ответил тот. – И поскольку вы фигура неоднозначная… короче, начальство поручило проверить. Скажите спасибо, что журналистов из криминального издательства не привлекли, нам сказали все по-тихому сделать. - Очень тихо, да, - буркнул водитель Чу, - остановить посреди дороги, обыскивать тут же, боюсь представить, сколько людей сейчас наснимали все это даже из машин. Офицер Сун совсем по-мальчишески почесал затылок: - Да, некоторые нюансы… не учли, - он протянул Лань Ванцзи изъятые во время обыска документы, портмоне и смартфон и кратко, но весьма учтиво поклонился, - еще раз приношу свои извинения, гендиректор Лань. Вы же понимаете, мы обязаны проверять такие сигналы… И если вы решите написать жалобу, то вы в своем праве. Можете ехать, - офицер Сун махнул своей команде, отзывая, и ухватил все еще кипящего офицера Му за плечо, что-то тихо внушая раздраженному коллеге. Лань Ванцзи тоже подал знак Вэй Ину и водителю Чу, предлагая продолжить путь, и первым уселся в машину, неестественно выпрямившись – и только так Вэй Ин понял, насколько главред напряжен и взволнован. Когда «лексус» набрал скорость, Вэй Ин осмелился прикоснуться к пальцам Лань Ванцзи, ощутив, что они стали просто ледяными. - Лань Чжань… это уже не шутки, правда ведь? – прошептал он. – Надо что-то делать… иначе до тебя доберутся каким-нибудь другим способом. А я не хочу, чтобы тебе было плохо. Лань Ванцзи медленно повернул голову, взглянув на Вэй Ина теплеющими глазами, и, протянув руку, погладил его по пылающей щеке: - Все будет хорошо, Вэй Ин. Я не дам себя в обиду. И тебя не дам.

***

Несмотря на благополучный исход вечернего приключения, напряжение не отпускало обоих до самого дома, и в пустом лифте они неожиданно набросились друг на друга, отчаянно целуясь, будто пытались сбросить болезненное волнение, избавить себя и друг друга от страха и переживаний. Ванцзи оторвался от Вэй Ина только для того, чтобы вытащить его из кабины и втолкнуть в темную квартиру, быстро захлопывая за собой дверь. Он даже не запомнил, как набирал код входа. - Юань… - прошептал Вэй Ин ему в губы. - У тети Лян с ночевкой, - напомнил Ванцзи, притискивая его к стене в прихожей и сдергивая пиджак сначала с него, потом с себя. - Точно… - выдохнул Вэй Ин в поцелуй. – Лань Чжань, что ж ты такой нетерпеливый… - Мгм, - подтвердил Ванцзи, терзая его губы. Он знал, что они уже стали ярко-красными, хотя в темноте этого было не видно. Недолго думая, он подхватил Вэй Ина на руки и уронил на широкий диван в холле, раздирая на нем рубашку, так, что пуговицы отлетели на пол, простучав веселой дробью. - Лань Чжань… я никуда не исчезну… я здесь… Горячий шепот никак не способствовал тому, чтобы включился разум, да и зачем? Ванцзи прошелся короткими кусачими поцелуями по скуле Вэй Ина, спустился на шею и добрался до гладкой груди, нащупав языком один из сосков, задорно встопорщившийся от одного только мокрого касания. Над головой послышался тихий выдох, больше похожий на задушенный стон. В волосы вцепились ищущие пальцы, сразу растрепав, разрушив идеальную укладку, и Ванцзи было все равно. Важным оставалось только стройное тонкое тело под его руками и губами, отзывчивое, жадное до прикосновений и желанное до звезд перед глазами. - Что ты хочешь? – уже привычно спросил Ванцзи, приподнимая голову, зная, что услышит, и не ошибся. - Тебя, Лань Чжань. Вэй Ина прошила ощутимая дрожь, отдаваясь в подушечки пальцев Ванцзи, и тот снова вернулся к губам любовника, целуя с удвоенной силой. Руки Ванцзи жили своей жизнью, раздевая и его, и Вэй Ина, и справлялись с этим так ловко, что не прошло и пары минут, как оба обнаженных тела сплелись в очередном тесном объятии, кожа к коже, жар к жару. Вэй Ин обвил талию Ванцзи бесконечными ногами, притягивая так близко, что, казалось, собрался вплавиться в него без остатка. Руки также крепко обхватили спину, сцепившись в замок. Ухо Ванцзи игриво прикусили, сразу зализав укус. - Хочу вот так, лицом к лицу. И без резинки, - безапелляционно заявил Вэй Ин, лаская мочку дыханием. – Доверяю тебе. А ты? - Да, - только и смог ответить Ванцзи, отвоевывая себе очередной поцелуй, непристойно влажный, глубокий и чувственный. - И без смазки, - добавил Вэй Ин, - потому что я тебя не выпущу даже за ней. - Глупый, это больно, - Ванцзи тронул губами его нос. – И тебе, и мне. - А ты меня растяни и смажь внутри своей слюной хорошенько, - бесстыдно предложил Вэй Ин, и Ванцзи едва сдержался, чтобы не вцепиться ему в бедра, натягивая без всякой подготовки. – Или моей спермой… или тем и другим… или… Ванцзи простонал, уткнувшись лбом в его плечо: - Что же ты со мной делаешь… - Накидываю варианты, - Вэй Ин издал какой-то дерганный смешок и сплел ноги и руки крепче. – Не пущу. - Я никуда и не денусь, - пообещал Ванцзи, - но для того, чтобы растянуть тебя, я должен изменить положение, не находишь? - Как много ты говоришь, Лань Чжань… - пожурил Вэй Ин иронично, а сам снова задрожал от того, как Ванцзи провел обеими ладонями по его груди, остановившись на сосках. Ванцзи легонько покатал затвердевшие горошинки между пальцев, слушая тихие вздохи Вэй Ина, и одним движением вывернулся из ослабевших объятий, нырнув вниз. Он дежурно поиграл с пупком, забираясь кончиком языка глубоко во впадинку, а потом последовал за узкой темной дорожкой, ведущей к паху, целуя и вылизывая чуть влажную кожу и вдыхая ее неповторимый аромат. Вэй Ин пах пряной чистой сладостью с едва уловимыми нотками мускуса, самым желанным ароматом, который Ванцзи когда-нибудь обонял. Так пахла его личная страсть, его желание и его любовь. Ванцзи спустился ниже, оглаживая поцелуями бедра внутри и снаружи, но еще не касаясь вздрагивающего от нетерпения крепкого члена, истекающего вязкой влагой, даже в полутьме кажущейся серебристой. - Лань Чжань… - донеслось умоляющее, и волосы снова оказались в плену цепких пальцев, направляющих мягко, но неумолимо. Ванцзи сделал вид, что поддался давлению, склоняясь, хотя и сам уже собирался приняться за самую вкусную конфету. Прядь его волос непослушно выскользнула из безвозвратно разворошенной прически, коварно пощекотав гладкую головку нетерпеливого члена, и Вэй Ин опять шумно вздохнул. Ванцзи широко лизнул по всей длине, обласкал языком головку, отдельное внимание уделив чувствительной впадинке под ней, проследил выпуклые венки ствола и произнес низким, почти не своим голосом: - Ты необычайно тихий сегодня, Вэй Ин. Мне нравится, когда ты трещишь без умолку, говоришь непристойности и стонешь. Ты же сделаешь все это для меня, бао? - Только когда ты сделаешь то, что обещал, - хитренько отозвался Вэй Ин, стискивая пальцы в его волосах сильнее. – Напомнить? - Растянуть, увлажнить и трахнуть, - сказал Ванцзи, почти невесомо наглаживая его член ладонью. Даже при том неярком освещении, что давали лишь уличные фонари за окном далеко внизу, было видно, как Вэй Ин прикусил губу, стараясь не издать ни звука. Только у него ничего не вышло – длинный стон все равно прорвался. – Я пока не решил, чем именно я буду тебя увлажнять… - Ванцзи приподнялся и протянул руку, касаясь приоткрывшихся губ. Жадный рот сразу вобрал в себя два пальца, облизывая и смачивая. – Все верно, помоги мне, бао. Его собственный член был напряжен почти до предела, и Ванцзи даже опасался прикасаться им к разгоряченной коже разметавшегося под ним дерзкого мальчишки, разумно остерегаясь незапланированного выплеска возбуждения, что тяжело скопилось внизу живота, требуя выхода. Надо было бы срочно успокоиться, вернув дыханию ровный темп, но разве это возможно, когда пальцы вот так обхватывает мокрый жар, дразня и воспламеняя все сильнее? Ванцзи и сам не заметил, как застонал. - Довольно! – воскликнул он, почти насильно возвращая руку себе, и Вэй Ин с легкой обидой взмахнул ресницами, заставив пожалеть о резкости. – Прости, прости… мне сложно сдержаться, бао, я так желаю тебя… - И я тебя, - прошелестело в ответ, - пожалуйста… Ванцзи не нужно было уточнять, что именно от него требуется. Он снова опустился между ног, распахнувшихся для него с покорной готовностью, и, не теряя ни секунды, надавил подушечкой пальца на тугое отверстие, с трудом проникая внутрь. - Ты всегда такой узкий, бао, как бы я не растягивал тебя… - Это наезд? – кратко рассмеялся Вэй Ин. - Это восхищение, - Ванцзи пощекотал его изнутри и толкнулся дальше в поисках определенного места в его теле, которое, как он давно понял, даже при легком касании посылало по нервам импульсы наслаждения. Нашел быстро, судя по хриплому стону и вздрогнувшим ногам. - Еще-е… мн-н… Ванцзи послушно погладил еще, вызывая ненасытный трепет, а затем, недолго думая, нырнул внутрь уже двумя пальцами, повторяя прежний маршрут. Пальцы скользили с трудом, все-таки слюны маловато для комфортного проникновения, и Ванцзи начал на ходу соображать, как незаметно добраться до смазки, хоть до какой-нибудь, как вдруг его колено уперлось во что-то острое, спрятанное в узкой щели между спинкой и сиденьем дивана. Свободной рукой он подцепил это нечто и вытащил на волю маленький наполовину израсходованный тюбик, похожий на обычную тару для какого-нибудь крема. В темноте было не разглядеть, и Ванцзи осторожно, чтобы не заметил Вэй Ин, крутанул колпачок зубами, снимая. В нос проник легкий аромат мяты, смешанный с неясным травянистым шлейфом. Сердце счастливо ёкнуло. Ванцзи помнил этот запах – заживляющей детской мазью он сам недавно обрабатывал небольшой ожог, который умудрился заполучить А-Юань, нечаянно прикоснувшись к горячему чайнику. Видимо, пока Ванцзи накладывал пластырь, мазь завалилась в ту самую щелку, а потом его отвлекли звонком, поэтому тюбик так и остался спрятанным до поры до времени. Все это пронеслось в голове за какие-то жалкие мгновения, пока Ванцзи украдкой смазывал безымянный палец мазью. Вот теперь все три скользнули в горячее нутро мягко, слаженно, и Ванцзи без зазрения совести начал делать то, к чему так стремился Вэй Ин – аккуратно растягивать тугое отверстие, оглаживая сокращающиеся стеночки, умащивать изнутри и дразнить пучок нервов. - Лань Чжань… - стонал Вэй Ин уже куда охотнее, - Лань Чжань, не останавливайся… ох-х-х… как хорошо… как сладко, Лань Чжань… Ты дашь мне кончить сейчас, ведь дашь? Лань Чжань, почему ты молчишь… скажи, что дашь мне кончить… - Только с моим членом в твоей ненасытной заднице, - пообещал Ванцзи, накрыв ладонью его дрожащее нежное естество, обильно истекающее смазкой. - Так поторопись… а то я… скоро… - прошептали припухшие от поцелуев губы. - Нет, не скоро, - Ванцзи мастерски пережал основание напрягшегося члена, и Вэй Ин хныкнул. - Не мучай меня, Лань Чжань… а то я тебя в отместку потом замучаю! - Договорились, - улыбнулся Ванцзи и, наклонившись, вобрал член Вэй Ина в рот, одновременно пройдясь жесткой лаской по его простате. Вэй Ин вскрикнул. - Вот так, еще, да! - Какой нетерпеливый и жадный, - посетовал Ванцзи после пары движений губами по стволу. Пальцы продолжали растягивать податливые стеночки, не забывая проскальзывать по заветной точке. Ванцзи на какую-то секунду пожалел, что у него всего две руки, потому что хотелось не только ритмично трахать Вэй Ина пальцами и поддерживать его член, пережимая, но и касаться в других местах, ласкать бедра, пощипывать чувствительные соски, проникать в рот и гладить по волосам. Вэй Ин заскулил, как щенок: - Лань Чжань… не могу больше… разреши мне кончить, пожалуйста… Иначе я взорвусь! - Не сейчас, - Ванцзи умело строил из себя безжалостного мучителя. Он в последний раз приласкал простату и вынул пальцы с неприличным хлюпающим звуком, сразу заменив их своим жадным до проникновения членом, предварительно щедро смазанным неожиданной находкой с ароматом мяты. Вэй Ин, кажется, догадался о его коварном плане – он приподнялся и потянул носом: - Лань Чжань… пахнет как будто мятным пирожным… ты что, хранишь тут сладкое? Ванцзи едва сдержался, чтобы не засмеяться, но вместо этого прихватил его под бедра и сделал первый пробный толчок. Член ожидаемо скользнул как по маслу, а Вэй Ин от неожиданности снова упал на спину, запрокинув голову. Вернувшись на исходную, Ванцзи замер, почти выходя, и тогда Вэй Ин сам потянулся к нему и, ухватив за плечи, повалил на себя: - Лицом к лицу, Лань Чжань, помнишь?.. Его шепот будто пришпорил, и Ванцзи возобновил движения, постепенно ускоряясь. Его губы ожидаемо встретились с губами Вэй Ина и не размыкались теперь, пока Ванцзи наращивал темп, втрахиваясь в горячее податливое тело, вновь обвившее его всеми конечностями и прижавшее так тесно, что между ними нельзя было протиснуть и листа рисовой бумаги. Ванцзи всегда считал, что поза на четвереньках самая приемлемая, комфортная и наименее болезненная для однополого секса, и предпочитал ее всем остальным, полагая, что если оба партнера достигли удовольствия, то нечего и перебирать. Но сейчас, прижимаясь к своему возлюбленному, целуя его, лаская его лицо, плечи, бедра, нежно удерживая и отчаянно вбиваясь, скользя животом по твердой плоти, он наконец осознал, как был не прав. К тому же в таком положении его член, от природы немного изогнутый кверху, беспрепятственно скользил по заветному местечку, выбивая из Вэй Ина дух вместе с протяжными стонами, такими откровенными, непристойно-сладкими и распутно-горячими. Вэй Ин кончил первым, вцепляясь в губы Ванцзи болезненным поцелуем, больше похожим на укус, и выстонал в его рот: - Люблю тебя! Наслаждение Ванцзи не заставило себя долго ждать, и он взлетел под небеса следом за Вэй Ином, дотрахивая пульсирующее нутро, сжимающееся столь сильно, что, казалось, оно выдаивает его до капли, досуха, с жадностью пытаясь забрать себе все, что он может дать. Сердце неслось вскачь, отбивая ритм бешеными ударами: люблю, люблю, люблю. А напротив него также отчаянно билось в грудную клетку сердце любимого, вторя: люблю, люблю… «У нас даже сердца поют в унисон, - подумал Ванцзи, роняя голову на плечо Вэй Ина. – И это не глупая метафора… Как удивительно». - Я люблю тебя, - сказал он вслух. – И никому не позволю тебя отнять.

***

Уже перебравшись в спальню, приняв душ на двоих и натянув пижамы, они продолжали медленно ласкать друг друга, гладить и нежить, как будто не могли отпустить даже на мгновение. Вэй Ин заглянул в прозрачные глаза, в свете ночника переливающиеся янтарной патокой, и осторожно поцеловал уголок рта Лань Ванцзи: - Лань Чжань… никогда не подумал бы, что, когда страшно, так хочется заняться любовью. Наверно, чтобы прогнать плохие мысли? - Защитный механизм, - пояснил Лань Ванцзи, притягивая его к себе посильнее. – Разум пытается отгородиться и ищет любые способы. Вэй Ин вздохнул, укладывая голову ему на грудь. - Но, когда все заканчивается, он снова включает страх и переживания. Что мы будем делать со всем этим дерьмом, Лань Чжань? Мне кажется, эти люди, твои недоброжелатели, перешли все возможные границы. И наверняка смогут сделать это еще. Его макушки коснулись нежные губы: - Мы не дадим дерьму диктовать нам условия. И обязательно выиграем эту войну.