Hollywood's ass

      Оливию немедленно арестовали за поджог. Наихудший исход, не так ли?       Не желая жевать тюремную кашу, Оливия отчаянно пыталась найти выход. В участке ужасно пахло сыростью, а белые наштукатуренные стены давили на голову и из-за этого ей пришла в голову глупая мысль-притворится невменяемой.        Играть роль она не умела и подозрительно резкая и фальшивая смена настроения показалось полицейским недействительной.        -Так то вы можете выплатить штраф, но мы сами если честно признаться не знаем какую сумму вам придётся выплатить, это мы обговорим с правительством. -говорил один из двоих полицейских, тот, что младше, но женщине эти слова показались подозрительными.        -Отличный повод срубить на мне куш, выставив перед носом огромный несуществующий счёт, чтобы я потом до пенсии выплачивала кредит. Разве я не права? -Оливия говорила раздражительно, по другому сарказм не подают. Затем скептично посмотрела на обоих. Начал второй:       -Вот именно, вы не правы. Парламент сам не рассматривал вариант, при котором подожгут знак Голливуда-главную достопримечательность Лос Анджелеса и одну из самых из самых известных в США. Он является достоянием государства, как и собственно любое здание, поэтому либо вы берёте кредит, выплачиваете всё за раз и на свободе дальше снимаете фильмы, но выплачиваете по тридцать процентов в месяц. Есть другой вариант, где вы не берёте ответственность и садитесь за решётку, а правительство временно повышает налог на один процент, но это маленький шаг к экономическим проблемам. Всё в ваших руках.        На эти слова Оливия отвела взгляд на свою джинсовую юбку с целью всё обдумать, но оба варианта-полное дерьмо. Ответственность или Инфляция, как пример.        На одной чаше весов исход, где она выплачивает огромный кредит ценой того, что хочет она того или нет, но пишет и снимает сериал, 500 тысяч долларов за сценарий, но Андерсон всегда находит повод урезать эту сумму и возвращать по копейкам, а если та уйдёт из агентства, эти деньги так и не вернутся. Налог у неё примерно 20 процентов, а значит остаётся 400 тысяч, Андерсон цапнет процентов 60, остаётся 160 тысяч, будущий кредит по словам мента 30 процентов, значит примерно 110 тысяч на всё про всё. На помощь Адама она не рассчитывала из-за раздельного бюджета.        На второй чаше весов тюрьма и экономические проблемы. Вообще, Оливия бы могла отсидеться год-полтора, но это будет огромным ударом по репутации от тех, кто её знает и падение социального рейтинга втрое, что приведёт к трудности в поиске агентства и даже если найдёт, то зарплата понизится из-за экономической проблемы.        Но была ещё секретная третья чаша-она берёт кредит, платит штраф и убивает себя передозом чтобы не платить его, в обмен на то, что больше не сможет заниматься любимым делом в загробном мире. Ну или после смерти её уже ничего не ожидает.        Подняв голову обратно на полицейских, она уверенно сказала:       -Кредит. Я выбираю кредит.        Чуть позже от правительства поступила сумма-два миллиона долларов. Оправившись от шока, Оливия под руководством полиции взяла на свои плечи 2,6 миллиона-переплата 130 процентов, хотя женщина из банка долго её отоваривала.        Так мало действий, требующих много времени. Настолько, что солнце ещё чуть-чуть и скроется за западом.        Оливия хотела наорать на Андерсона прямо сейчас, но вспомнила, что разбила телефон и теперь не позвонишь Адаму чтобы не идти до агентства пешком, придётся говорить с глазу на глаз.        От банка до него было чуть меньше километра, поэтому женщина выбрала дойти пешком.        Лифт остановился на седьмом этаже, распахнулся и из него вышла Оливия и завернула налево.        -Мы через пять минут закрываемся. -сказал охранник на этаже, на что Оливия промолчала, чтобы излить гнев на своего агента, в чью дверь она направлялась. Уже починенную.        -Ну и зачем тогда ты говорил что буду чинить за свой счёт?! -сказала она это громко, чтобы Андерсон тоже услышал и… снова замахнулась и выбила дверь сапогом на правой ноге.        За столом сидел Андерсон с расслабленными глазами и хитрой улыбкой. На столе у него был коньяк, два бокала и документ.        -Здравствуй пожарник, садись.        Оливии было очень интересно услышать, что он скажет в своё оправдание, пусть хотя бы попытается, поэтому стиснув зубы настолько, что на шее начали виднеться мышцы, она села. Оливия смотрела на него так, будто хочет просверлить дыру, но он был словно из стали.        -Итак, Оливия. Знакомься пожалуйста с тем документом, который ты подписывала семнадцать лет назад. -Андерсон совмещал в своей речи насмешку и серьёзность одновременно. Он развернул подушечками пальцев пожелтевший от времени документ текстом к ней, внизу которого красовалась её крупная подпись тёмно синего цвета ручки.       Напряжёнными руками настолько, что у Оливии почти хрустели костяшки, она взяла документ и начала читать ужасно мелкий шрифт, а ведь из-за этого шрифта она не стала его читать в первый раз, но сейчас с каждым словом под конец её брови поднимались выше, глаза были раскрыты настолько, что казалось, что вот вот и на них лопнут сосуды. Когда глаза опустились до последнего слова ‘’Подпись:’’, Оливия посмотрела исподлобья на Андерсона, который спокойно сидел и подпирал щёку кулаком, облокачивая локоть на подлокотник. Оливия словно приколотила контракт кулаком к столу.       -Так, Генрих. Что значит ‘’Вы соглашаетесь на то, что ваш агент имеет полное право на то, чтобы подписывать документы вашей подписью’’? То есть ты подписал документ за меня на просьбу от нетфликса снять второй сезон?       -Да.        -Тогда Андерсон, ты ахуел. -практически прорычала она.       Оливия взяла дорогой коньяк, с характерным звуком выдернула пробку, отпила и разбила его об пол. Взяв самый острый кусочек в руку настолько сильно, что у неё начала резаться до крови рука.        -Хочешь убить меня? Даже ребёнок знает, что это незаконно. -говорил равнодушно он, но встал с кресла и начал ходить по кабинету кругом, выдавая то, что на самом деле беспокоится, ведь как показала практика-она способна на преступление. -Тогда ты поступила храбро, но ужасно тупо, что не удивительно, ведь храбрость граничит с тупостью.        -А эксплуатировать труд это законно?-она тоже встала и начала следить за Андерсоном как хищница в кустах.        -Про эксплуатацию труда там ни слова.        -Да, ты прав. Просто ты как всегда подал говно в конфетной обёртке.        Оливия сдвинулась с места и начала ходить кругами идентично ему, но за ним.        -Немедленно отменяй действие контракта. Я считай из-за тебя подожгла знак Голливуда. Если бы не ты, но на моей шее не было бы кредита суммой больше чем два с половиной миллиона долларов. Поэтому я требую сраный гонорар.        Андерсон остановился возле кресла, взвешивая все за и против.        -Дашь сценарий-я выдам полную сумму. Впервые я говорю тебе правду за эти семнадцать лет, но я всё отдам. -на последних словах он повернулся к Оливии и посмотрел на неё тревожными глазами.        -Извиняйся.        Но Андерсон молчал.        -Извиняйся прямо сейчас.       -…       -Извиняйся!       -Мы уже закрыты, даю вам минуту на то, чтобы выйти. -раздался посторонний голос охранника.        Оливия, бросив на Андерсона злой взгляд, вышла из кабинета и сев в метро, поехала домой.        Почти дойдя до дома, у забора на свежем воздухе стояла какая-то блондинка. Прищурив глаза, она узнала в ней репортёршу Шарлотту Скарлет. Она была одета в красное недлинное платье без рукавов с жёлто-бежевой каймой снизу и бантом на шее такого же цвета. На голове была та же бело-жёлтая повязка и красные серьги в форме пяти-листного цветка.        Та тоже заметила Оливию и убрала телефон в сумку.        -Шарлота, что ты здесь делаешь?-спросила Оливия. Рукой, на которой уже отсохла кровь, она достала из кармана джинсовки гремящую связку ключей. Открывая ключами вход во двор Оливия подметила, что у неё зрачки снова подозрительно большие.        -Здравствуйте. Знаете, мне немного интересно, почему вы так отреагировали на новость, но смею предположить, что вы о ней не знали. -Шарлотта говорила это с совиными глазами, которые не смотрели в глаза Оливии, а были направлены куда-то вбок, из-за чего Оливии сначала подумалось, что это не очень искренне.        -Ты хочешь закончить начатое интервью?- Оливия открыла дверь и вошла, глядя Шарлотте в глаза.        -Я пришла сюда одна. Без операторов, дивана, и микрофона. Разве это похоже на интервью? Мне просто хочется узнать об этой ситуации поподробнее. -Шарлотта посмотрела женщине в глаза, а та положив руку на талию и постукивая пальцами, сказала:       -Входи.        Дома, Оливия помыла руки и приготовила гостье крепкий кофе с тремя ложками сахара по её просьбе и та начала разговор:       -Знаете, мне стоит извиниться за Генриха. -говорила Шарлотта, мешая сахар ложкой. Она сидела ровно, а ноги поставила на пол наискосок.        -Почему тебе? Ему стоит извиняться. -Оливия же, напротив сидела расставив ноги и облокачиваясь на силушку кресла.        -Просто понимаете, Андерсон мой крёстный, друг семьи и так далее… также мы неофициально являемся бизнес-партнёрами, поэтому новость о втором сезоне “Бедного мафиози“ и просьбу позвать тебя на интервью он отправил моему менеджеру. -она сделала глоток. -Андерсон предоставил фото документа с соглашением на просьбу съёмок второго сезона от нетфликса, в нижнем углу которого была ваша подпись, поэтому никто не задавал лишних вопросов. А наверное стоило. Поэтому я извиняюсь.        -Ну во первых то интервью зависело не от тебя, ведь ты всего лишь тренсеттер. Во вторых, если тебе станет от этого легче, то я тебя прощаю.        -Да, вы правы, я тренсеттер и в мои обязанности входит общаться с теми, кто мне не интересен, или вообще могу собеседика ненавидеть, но у меня ведь своя голова на плечах имеется. Право голоса и своего мнения у меня тоже есть на самом деле и я бы могла спросить зачем продолжают снимать законченный сериал, но не сделала этого.        Обе молчали где-то минуту, обдумывая что сказать, но молчание прервала Оливия.        -На самом деле я была всеми руками против сиквела, но он подделал мою подпись на том соглашении, поэтому хочу я того или нет, но мне придётся его снимать.        Шарлотта на секунду оставила кофе во рту и только потом проглотила.        -Это же незаконно, и вообще считается за насильственный труд!       -Про насильственный труд согласна, но вот насчёт закона… всё вполне законно, ведь по контракту он имеет право подписывать документы моей подписью.        -Тогда это ещё ужаснее! А если вам подать иск? -Шарлотта допила кофе и на первом предложении стукнула чашкой по столику.        -Ты думаешь я не обращалась к суду? За семнадцать лет я это сделала три раза, но безуспешно, ведь на мои гонорары, готова поспорить, он дал взятку суду. Хотя там другой случай был. Но я могу сказать наверняка, он поступит также, как и раньше.        -Андерсон ещё и ворует? А если сразу в белый дом?       -У этого немца там откуда-то связи.       Шарлотта откинулась впервые на спинку и в целом расслаблено села.        -Тогда не знаю чем вам помочь, но могу поговорить с ним. -Она села обратно.       -Не стоит… ой, кстати! Что интернет говорит по поводу поджога? У меня телефон сломан, поэтому я временно пропала из инфополя.        -А там уже строят теории, что это были вы.        -Да, репутацию это неплохо подпортит.        Оливия встала с кресла, чтобы забрать кружку и отнести на кухню, как Шарлотта под креслом Оливии нашла знакомый торчащий пакетик. Подняв его, она посмотрела на красную надпись “Redass“, на фоне которой была жёлтенькая звезда.        -Извините, а что это? -наивно спросила Шарлотта, на что Оливия обернулась и быстрым шагом направилась к ней.        -Дай сюда! -она выхватила пакетик из рук молодой девушки и посмотрела сначала на неё, потом на пакетик и закрыв один глаз, подняла небольшой пакетик на уровне лица Шарлотты.        -Скарлетт, ты была бы отличным амбассадором. Ты и эта упаковка как одно целое. Рэдэсс это бренд героина. Я в основном заказываю его потому что…       -В каждом пакетике кладут скрутки. -вырвалось у Шарлотты и она приложила ладонь ко рту на что Оливия ухмыльнулась.        -А делала вид, что не знала. Кстати с первой нашей встречи я заметила что у тебя были зрачки размером с Юпитер. А ты ведь такая молодая.        -Извините, мне надо идти. -Шарлотта начала в спешке надевать тёмно-красные сапожки на низком каблуке.        -Да я же не виню тебя! И нотации читать не собираюсь! -но дверь уже закрылась. -Ну да, не каждый захочет это афишировать.        Но всё равно ей было отчасти жаль девушку. На вид ей примерно двадцать, но Калифорния влияет даже на таких молодых людей. Хотя это неудивительно, ведь молодые восприимчивы. Она тоже такой была, но её никто вовремя не остановил.        Оливия направилась к одной двери, за которой было что-то по типу склада. Присев, она достала одну коробку, в которой был карабин на верёвке. Под подмышку, из-за стола она взяла ноутбук.       Она уже завязывала узел, который знала заранее и начала подниматься на цокольный этаж, проводя рукой по перилам.       Поднявшись до конца, Оливия села на пол и включила запись на ноутбуке. Она перелезла через перила на цокольном этаже и прикрепила карабин к маленькой колонне, на которой держались перила.       Она присела на корточки, поэтому было видно её трусы и обхватывала колонну как шест, болтаясь туда сюда.       -Моя жизнь не была лишена счастья. -говорила она сама себе под нос. -Я встретила тебя, можешь если хочешь дрочить на это видео. -Она поднесла раненую руку к клитору, ведь ею было больнее держаться. -Я занималась любимым делом семнадцать лет. -Оливия натянула петлю на шею. -Но минусов в ней было куда больше. Кража гонорара, боль в лёгких от курения, Андерсон не хотел делать меня медийной личностью, мелкий шрифт в контракте, второй сезон, позор на интервью, домогательства, арест, наркотики и многое другое. Но я выбрала самый лёгкий и быстрый путь, ведь устала все сорок один… год ходить сложными.       Оливия встала на ноги и теперь держалась за перилла, почесав пальцами левой ноги лодыжку правой.       -Ты полностью контекст конечно не поймёшь… Я выбрала третью чашу весов.       По одному пальцы начали убираться с перилл и Оливия потеряла равновесие, начиная падать назад.