The Whole List ⸙ Весь Список

↷↶↷↶↷↶↷↶↷↶↷

Илья посмотрел на озеро и тяжело вздохнул, слушая, как шаги Шейна затихают в доме, пока тот уносил с собой их пустые тарелки. Он понимал, что где-то дал маху, хотя не мог точно сказать, в какой момент свернул не туда. Илья знал, что совершить каминг-аут непросто. Даже если у тебя любящие и поддерживающие родители, не факт, что тебе будет комфортно им открыться. Но он чувствовал, что Шейн хотел им признаться, и Илья пытался его поддержать. Но теперь Шейн явно был зол и ушёл в дом, один, а Илья сидел снаружи, тоже один, а у них было всего две недели, чтобы побыть вдвоём, так что это было неправильно. Резко поднявшись, Илья сгрёб приправы и грязные салфетки и последовал за Шейном в коттедж, открыв и закрыв дверь ногой. Он свалил всё, что было в руках на столешницу у раковины, где Шейн уже мыл посуду, напряжённо сгорбив плечи. Илья лихорадочно подбирал слова, способные разрядить обстановку, но это оказалось сложной задачей, когда он даже не знал, в чём накосячил. Чтобы хоть как-то занять руки, он сложил оставшиеся бургеры и убрал их в холодильник вместе с кетчупом и горчицей. — У меня его нет, — резко бросил Шейн, словно в их разговоре не было паузы. — Что? — переспросил Илья, мысленно прокручивая в голове свои предыдущие слова и пытаясь собрать всё воедино. — У меня нет списка парней, с которыми я трахаюсь, — в голосе Шейна прозвучала резкость, и Илья начал нервничать, не понимая, в чём дело. Обычно он мог читать Шейна как открытую книгу, но сейчас явно упускал что-то важное. — Знаю, — сказал Илья. — Это была шутка. — Да, но будь у меня такой список, мне было бы проще им рассказать, понимаешь? Илья нахмурился, пытаясь уловить смысл и логику в английских словах. Он слегка покачал головой. — Нет, не понимаю. Шейн отложил губку для мытья посуды и повернулся к Илье, прислонившись бедром к столешнице и скрестив руки на груди. — Потому что, как только я скажу им, что я гей, знаешь, каким будет их первый вопрос? До Ильи вдруг дошло, почему он растерялся: он банально не мог вообразить такую ситуацию. Он смутно представлял, как может пройти нормальный разговор с родителями о своей ориентации, но не мог облечь это в слова, не мог нарисовать в голове чёткую картину. Что первым делом спросит любящий отец, узнав, что его ребёнок — квир? Илья не имел ни малейшего понятия. Он снова покачал головой. — Нет.                 Шейн слегка нахмурился, как будто не ожидал, что это окажется так сложно. — Они спросят, встречаюсь ли я с кем-нибудь. — Оу. — И это всё равно что переходить от одной лжи к другой. Будь у меня список, я мог бы ответить «нет», потому что это не… В смысле, не думаю, что они хотели бы знать о моей сексуальной жизни, скорее о… — Шейн опустил взгляд в пол. Илья протянул руку и ласково коснулся его щеки. Он знал, как закончить это предложение. Скорее о том, есть ли у меня любимый человек. — Пригласишь ли ты кого-то домой на Рождество, да? Вот что они захотят узнать. — Да, — Шейн прильнул к его ладони. — Ладно-ладно, теперь до меня дошло. Я понял. Мне жаль. Какой смысл был признаваться родителям в своей ориентации, если он не мог рассказать им, с кем встречается? Видимо, было проще продолжать всё скрывать, чем пытаться разобраться, о чём можно говорить, а о чём нельзя. Шейн шагнул вперёд и уткнулся лицом в грудь Ильи. — Всё в порядке. Я не злюсь на тебя. Я просто... Жаль, что нам приходилось держать это в секрете. — Мне тоже. Шейн немного отстранился и посмотрел Илье в глаза. — Ты — весь мой список, — осторожно и многозначительно сказал он. — Я больше ни с кем не сплю. Илья улыбнулся. — Ага, я догадался, когда ты сказал, что прошло уже несколько месяцев. — Нет, я имею в виду, что хотел бы... я бы хотел, чтобы мы оба были единственными в списке друг друга. Всегда, — пробормотал он, опустив глаза на грудь Ильи и проведя пальцем по краю горловины его футболки с V-образным вырезом. — Ты сказал, что прошло уже много времени, но... я знаю, что это несправедливо по отношению к тебе. Мы месяцами не будем видеться. И тебе нравятся девушки, так что ты всё ещё можешь… развлекаться без необходимости держать это в секрете, но я просто… я бы хотел. Илья подцепил подбородок Шейна указательным пальцем и заставил его посмотреть на себя. — Я же сказал тебе, что ни с кем не был с нашего последнего раза. — Я знаю, но это же не значит, что так будет всегда. Столько ждать — это сложно. — Да, сложно, — согласился Илья. — Но ты хочешь, чтобы я ждал тебя? Шейн неловко дёрнул плечами, и Илья улыбнулся. — Всё в порядке. Ты тоже весь мой список. Я хочу только тебя. Глаза Шейна широко распахнулись. — Правда? — Да, — рассмеялся Илья. — Думал, ты и так уже это понял из того, что я сказал раньше. У меня никогда не было такого долгого перерыва, ни разу. Но каким-то образом я всё ещё жив, как видишь. Так что, думаю, я справлюсь. На этот раз Шейн от души рассмеялся. Он слегка толкнул Илью в грудь, но в то же время притянул ближе, схватив за футболку. — Ладно, хорошо. Честно говоря, я с ума схожу, представляя тебя с кем-то ещё. Илья вспомнил, что почувствовал, увидев новости о Шейне и Роуз Лэндри, вспомнил своё обещание стараться быть честным. — Я тоже. — Ладно, хорошо, — повторил Шейн, прижимаясь к нему губами, и то, что начиналось как нежный, успокаивающий поцелуй, в мгновение ока превратилось в нечто страстное. Шейн ахнул, втянув воздух через приоткрытые губы Ильи, а тот наклонился к его шее и скользнул руками под рубашку Шейна, чтобы подразнить его соски. Илья приглушённо застонал от удовольствия, прижимаясь бёдрами к Шейну, и Шейн выругался. — Чёрт с ней, с посудой. Мне нужно, чтобы ты меня трахнул. Илья застонал и, спотыкаясь, попятился в спальню, таща Шейна за собой. Шейну удалось удержать Илью от падения лицом вниз на ступеньках, а затем Илья развернул их, толкнул Шейна назад, едва не сбив его с ног, и они рухнули на кровать. Илья разделся сам, а затем принялся за Шейна, целуя каждый сантиметр обнажённой кожи. Когда боксеры Шейна упали на пол, Илья взял его член в рот, несколько раз качнув головой и наслаждаясь глубоким гортанным стоном, которым Шейн его вознаградил. Шейн запустил пальцы в волосы Ильи и притянул его к себе, чтобы они оказались лицом к лицу. — Эм… — начал Шейн. — Да? — подсказал Илья. — У меня есть идея. — Похоже, свежий деревенский воздух полезен для твоего мозга, — поддразнил Илья. — Столько идей. Что на этот раз? — Ты когда-нибудь... В общем... Я чист. Илья попытался понять, что это значит, но не смог. — Я не... Это же хорошо? — Нет, я про другое… Я прошёл тестирование. То есть за последний год я был только с Роуз и тобой, но я всегда прохожу медосмотр в январе, и получается, с последнего тестирования у меня никого не было, так что со мной всё в порядке. И я просто подумал, может... Если бы ты… — Прости, я не знаю, как это по-английски. Тесты для чего? Щёки Шейна порозовели. — Для проверки наличия инфекций, передающихся половым путём, — наконец выговорил он, переходя к тому уровню откровенности, который обычно пробуждал в нём Илья. — Я хотел узнать, сдавал ли ты анализы в последнее время. И если да, то мы можем обойтись без презервативов. Особенно если собираемся быть только друг с другом. Но я даже не знаю, хочешь ли ты этого... Я просто решил спросить. Или… предложить. Вроде того. Илью буквально прошибло от мысли о том, что он войдёт в Шейна без какой-либо преграды между ними. Он уткнулся лбом в его плечо и глубоко вдохнул. — Чёрт, Холландер. — Ты бы хотел? В смысле, если мы не можем прямо сейчас, то, может, в следующий раз… — Нет, сейчас. В этот раз. Я… Как ты сказал? Чист? Проверялся. Всё в порядке. У меня много партнёров, так что я часто прохожу обследования. Лицо Шейна очаровательно сморщилось. — Было, — поправил себя Илья, смеясь. — У меня было много партнёров. Больше нет. Видимо, теперь мне не нужно так часто проверяться, да? — Всё равно лучше перестраховаться, — сказал Шейн в своей обычной манере. — Да-да, как скажешь. Но теперь ты весь мой, так? А я — твой, — просто сказал Илья, всё ещё радуясь тому, как просветлело лицо Шейна. — И я был у врача прямо перед плей-офф, потому что летом, со всеми поездками, сложно запланировать приём. Всё хорошо. Шейн тяжело вздохнул. — Чёрт. Ты правда этого хочешь? — Очень. Я никогда раньше этого не делал. Шейн улыбнулся. — О. Значит, я наконец-то стану твоим первым хоть в чём-то, а? Илья покачал головой и тихо рассмеялся. — Ты для меня первый во многом, но да, конечно. — Илья наклонился и поцеловал Шейна в губы, а затем скользнул вниз, чтобы подразнить его шею и грудь языком. — Что?.. — застонал Шейн. — В чём ещё я первый? Илья взял смазку с прикроватной тумбочки и устроился между бёдер Шейна. — Первый игрок НХЛ, который сосал мой член, — сказал он, облизывая член Шейна и выдавливая смазку себе на пальцы. — Первый парень, который кончил с моим членом внутри, даже не прикасаясь к себе. — Илья провёл кончиком пальца по дырочке Шейна. — Блядь, — застонал Шейн. Илья скользнул в него одним пальцем и быстро добавил второй, растягивая его и распределяя смазку. В последний раз они занимались сексом всего несколько часов назад, так что Шейн всё ещё был расслаблен и открыт. — Первый, кто превзошёл меня в точности броска. Шейн хрипло рассмеялся, и Илья подтянулся выше. Шейн приглашающе обхватил ногами его бёдра и не сводил глаз с Ильи, пока тот тёрся головкой члена о дырочку Шейна, собирая смазку, вытекающую наружу. — Ты уверен? — спросил он. Шейн кивнул. — Я хочу почувствовать тебя. Илья зажмурился, потратив секунду, чтобы убедиться, что не кончит прямо здесь и сейчас, а затем вошёл в него. Внутри Шейн был невероятно горячим, скользким и тугим, и сжимал Илью в себе. — Чёрт, в тебе так приятно, — выдохнул Илья. — Я не могу… блядь. — Он на мгновение замер, привыкая к ощущениям, и пытаясь дышать сквозь волну удовольствия, которая уже грозила захлестнуть его. Шейн схватил Илью за бока, впившись в него пальцами так сильно, что его ногти наверняка оставили на коже маленькие полумесяцы. — Первый человек, которого я... — сдавленно выдохнул Илья, а затем, не в силах больше говорить, начал двигаться, входя и выходя из Шейна. Шейн запрокинул голову, закрыл глаза и приоткрыл рот. Илья не мог наглядеться на него: длинные тёмные ресницы Шейна рассыпались по его щекам, а румянец сделал веснушки ещё заметнее. Илья хотел бы провести остаток жизни, запоминая расположение каждой из них. Внезапно это вышло за рамки «просто попробовать что-то новое в сексе». Это был словно тектонический сдвиг в их отношениях. Шейн не просто хотел его, он доверял ему. Он пригласил Илью в единственное место на земле, в котором чувствовал себя по-настоящему в безопасности, а теперь ещё и позволил Илье взять себя вот так — без преград. Илья снова уткнулся лицом в плечо Шейна, переполненный физическими и эмоциональными ощущениями. Шейн отчаянно выдохнул, подтянул колени повыше и принялся покачивать бёдрами, побуждая Илью ускориться. Через мгновение Шейн провёл пальцами по волосам Ильи на затылке и сказал: — Дай мне перевернуться. Я хочу кончить только от твоего члена внутри. Илья смачно выругался по-русски, а затем приподнялся, стиснув зубы, прежде чем смог заставить себя отстраниться от влажного тепла Шейна. Он придержал Шейна за бедро, помогая ему встать на четвереньки, и тут же снова вошёл в него. Это была самая надёжная поза, чтобы заставить Шейна кончить, не прикасаясь к члену, хотя такое случалось не каждый раз. Сегодня всё шло именно к этому. Илья двигался энергично, задавая жёсткий темп, от которого у обоих перехватывало дыхание, а с губ срывались ругательства. Шейн выгнул спину и задвигал бёдрами в такт каждому толчку Ильи. Вцепившись руками в простыни, он уткнулся лицом в подушку, а затем вскрикнул, тяжело дыша. И Илья почувствовал, как дырочка Шейна содрогнулась и сжалась вокруг его члена. Илья положил руку на спину Шейна и наклонился, чтобы посмотреть, как тот пропитывает простыни влагой. Волны его оргазма, казалось, не иссякали, а член пульсировал без единого прикосновения. Илья больше не мог сдерживаться, да и не хотел. Он глубоко вошёл в него один раз, второй, и ещё раз, а затем рухнул вперёд, когда его настиг оргазм, и прижал Шейна к кровати, кончив глубоко внутри него. Илья лежал, прижавшись грудью к Шейну, всё ещё находясь глубоко внутри него и пытаясь восстановить дыхание. Шейн вздрагивал, переживая отголоски оргазма, нежно поглаживая пальцами его руку. Илья медленно вышел из него, наблюдая, как следом за его членом из Шейна вытекает струйка семени, — и у него закружилась голова. Он не мог поверить, что это случилось, что Шейн позволил ему разделить с ним этот момент. Как только они отдышались, Илья перекатился на бок, притянув Шейна к своей груди. Солнце начинало садиться за озеро, и оранжевое сияние заката заливало комнату через панорамные окна. — Это было невероятно, — выдавил из себя Шейн, с трудом подбирая слова. — М-м, — Илья поцеловал его в лоб. — Погоди минуту, ты поймёшь, как перепачкался, и уже не будешь в таком восторге. Шейн усмехнулся. — Оно того стоило. — Он помолчал. — Но нам точно нужно принять душ и сменить постельное бельё перед тем, как лечь спать. — Хорошо, — Илья в задумчивости провёл большим пальцем по щеке Шейна, пока вокруг них сгущался вечер, наполненный жужжанием насекомых и криками птиц. У Ильи была лишь одна мысль, которую он мог бы выразить словами: «Как бы я хотел остаться в этом моменте навсегда». Он повернулся и встретился взглядом с Шейном, который смотрел на него исподлобья. Илья поднёс руку к его щеке. — Первый человек… — начал он, но оборвал себя, не в силах произнести это вслух. — Первый человек, с кем я остался, — сказал он вместо этого, надеясь, что Шейн поймёт. Шейн просиял. Он украдкой поцеловал Илью, а затем снова прижался к его груди, закрыв глаза. — Ты первый, кого я сюда пригласил, — сказал он в ответ. Илья крепко обнял его и вдохнул его запах. С каждым часом здесь становилось всё проще поверить, что, возможно, у них всё получится, что они смогут принадлежать друг другу и не беспокоиться о том, какой ценой это им может обойтись. — Спасибо, — сказал он. — Нет места, где я хотел бы быть больше, чем здесь.

↷↶↷↶↷↶↷↶↷↶↷