Баллада о Ночной Жемчужине
26 января 2026 г., 04:39
Примечания:
Минтара Бэнре
Во тьме Мензоберранзана, где шёпот — закон,
Где каждый второй в паутину вплетён,
Росла дочь Дома Бэнре, надменна и злая,
Любви и пощады вовек не желая.
Ей пела Ллос гимны в чернеющих снах,
Внушая врагам леденеющий страх.
Но голос иной прозвучал в голове,
Позвал её к свету, пожухлой траве.
«О, Абсолют, ты мой щит и мой меч!» —
Клялась она, головы сбрасывая с плеч.
На Рощу Друидов легла её тень,
Где ночь поглотила сияющий день.
В огне и крови танцевал её клин,
Средь гоблинов диких — она господин.
Жестока, прекрасна, как черный агат,
Не зная, что ждёт её в Башнях закат.
Но лжив оказался «божественный» глас,
В Лунных Башнях огонь ее воли угас.
Разум сломлен и стёрт, как ненужный чертёж,
Предательства в спину воткнут был нож.
И там, где рассудок сжирала тоска,
Коснулась её чужая рука.
Герой (иль злодей), что судьбу изменил,
Ей разум и волю её возвратил.
Упала завеса, рассеялся мрак,
И поняла дроу, кто друг, а кто враг.
Орин и Кетерик, Горташ и «Бог» —
Получат последний, кровавый урок.
Паладин дала клятву на свежей крови:
«Мир будет гореть, лишь меня позови.
Мы трон заберем, и в сиянии дня
Бояться все будут тебя и меня».
Сквозь призму, сквозь боль, сквозь иллитидов рой,
Она стала верной, хоть страшной грозой.
В объятиях ночи, у костра на ветру,
Она шепчет клятвы, что к утру не умрут.
Прощай, Мензоберранзан, прощай, Абсолют!
Пусть в честь нашей силы куранты бьют.
Минтара не служит, Минтара ведёт,
И тот, кто с ней рядом — весь мир обретет.
