Баллада о Безликой Артистке
26 января 2026 г., 04:39
Примечания:
Орин Красная
Под храмом древним, где пахнет гнилью,
Где камни покрыты могильною пылью,
Танцует дева в наряде из кожи —
На чью-то содранную плоть похожей.
Коса, как змея, глаза без зрачков,
Она ненавидит законы оков.
Ей скучно просто убивать,
Ей нужно пугать, играть и терзать.
«Искусство! Спектакль! Красивый разрез!» —
Вопит она, вскинув клинки до небес.
Сегодня — кузнец, а завтра — дитя,
Она твоей жизнью играет шутя.
Ты смотришь на друга, но видишь не друга,
В глазах его — бездна немого испуга.
Улыбка плывёт, меняется лик —
И нож под ребро заходит в миг.
Она так мечтала быть Первой, Любимой,
Единственной дочкой, Отцом хранимой.
Но знала, терзая в исступлении губы:
Другое Дитя Баал любит сугубо.
Та "Сестра", чей рассудок она расколола,
Чей трон захватила без протокола.
«Смотри же, Отец! Я лучше! Я — боль!» —
Кричала она, играя не свою роль.
Ей Саревок — дед и наставник суровый,
Глядит с осуждением на танец багровый.
Для них убийство — священный обряд,
Для Орин — лишь яркий, безумный наряд.
Настал день расплаты в кругу алтаря,
Где кости белеют, зловеще горя.
В обличии Зверя, шипастой горой,
Она, наконец, сошлась в поединке со старшей Сестрой».
Свистят «Алый Переполох» и «Жажда Крови»,
В последнем, трагичном порыве любви.
Не к жизни, не к миру — к Владыке Убийств,
Чей голос в ней был недостаточно чист.
Отброшена Богом, как лишний балласт,
Никто ей оваций в конце не воздаст.
Осталась лишь лужа густая на камне
В жуткой, подземной и смрадной яме.
Красивый мазок на холсте бытия,
Безумная, страшная, но всё же — своя.
Закончен спектакль, погасли огни.
Орин, в тишине, наконец отдохни.
