Дерзость (*)

ㅤ Они пересеклись взглядами. Воздух вокруг будто наэлектризовался, лёгкое показывание щипало душу. И некому было их остановить… — Наглости тебе не занимать, — сдержанно-ядовито заговорила Инанна, сохраняя лицо. — Ты ведь прекрасно понимаешь, что твои смехотворные попытки тщетны, а витиеватые пути к сердцу не приведут. Так почему же продолжаешь лелеять надежду? — Асура не принадлежит тебе одной, — старалась Сакуя говорить спокойно, хотя сквозь цветочные нотки её голоса сквозила язвительность. — Он волен выбирать. — И выбор свой он уже давно сделал, — напомнила Инанна, дополнив колко: — Не в твою пользу. — Твоя красота не будет вечно застилать ему глаза. Однажды он увидит твою душу. Тогда поймёт, что я добрее, а моя любовь — искреннее и теплее. — Ты наивнее, чем я думала, если считаешь свою доброту выигрышной стороной в борьбе за сердце мужчины. Не одной красотой, — говорила Инанна, поучая и медленно к сопернице приближаясь, пока не подошла вплотную и не приподняла её голову, аккуратно царапая подбородок ноготками, — я его пленила. Банально я умею лучше целоваться, – наклонилась она, шепча на ухо, — не говоря уже про многое другое. Вспыхнув краской, Сакуя гневно махнула рукой, себя освобождая и от острых коготков, и от забурливших эмоций. — Ты не можешь быть в этом уверена! — Проверим? —  вызовом произнесла Инанна, хитро сверкая глазами. Сакую почти затрясло, но ярость свою она сдержала и с уверенностью ответила: — Как пожелаешь. Но если навыки наши равны или мой превышает, поклянись сердцем Асуры, что ты отступишь. Инанна будто бы ждала этих слов, в то же мгновение приобнимая Сакую за талию и притягивая к себе, дразня своей близостью и рвением. С улыбкой победителя она произнесла: — От тебя я жду того же. К губам Инанна прильнула внезапно, не позволяя сопернице опомниться. Давила напором и мастерством, приправляла поцелуй ласками руки, скользя пальцами по чувствительным точкам, находя сквозь отголоски реакция тела. Ногой потирала промежность, точно зная где и как зарвавшейся цветочной девчонке будет хорошо. Сакую была полностью в её власти… Наивно полагала она, что поцелуй — всего лишь касание губ, разговор без слов двух языков. Не видела в нём ничего сверхприятного, разве что сокровенного. Таинства обмена чувств. Всё оказалось сложнее. Была она уверена, что от поцелуя Инанны ей скорее станет тошно, но… Со стыдом пришлось признаться себе, что один поцелуй заставил её возжелать того, кого она ненавидела и презирала всем сердцем. Не было нужды что-либо говорить. Инанна смотрела на жалкое подобие соперницы сверху-вниз, не щадя взглядом. Сакуя поднимать голову не смела, придавленная осознанием проигрыша. И условия в споре назначила она… Лишила себя последнего шанса. Достоинство взять назад слово не позволяло. Ничего не оставалось, кроме как молча развернуться и уйти. Теперь на Асуру она могла смотреть только издали, царапая своё сердце осколками мечты. Но с тем смирилась Сакуя, привыкнув, к несчастью, быть Асурой отвергнутой. Одно поистине не давало покоя: никак не могла она забыть тот поцелуй. Ночь за ночью Инанна теперь приходила во снах, из цепких объятий которых не удавалось вырваться вплоть до рассвета. ㅤ