Когда не ждёшь

      

˚｡⋆ 🍊 ⋆｡˚

      Кажется, словно меня продувает насквозь.              Ветер гудит за окном, в трубах и в пустоте внутри меня.              Так… холодно.              Утро. Суббота. 09:35.              Открыв глаза, долго смотрю на потолок. Строгий потолочный карниз, как и всегда безразличен к моим взглядам.              Тяжело вздыхаю. Вставать не хочется. За окном мрачно, скорее всего, опять идёт снег.              Я бы и дальше лежал, но желудок упорно намекает на потребность человеческого организма в еде.              Снова вздохнув, отрываю спину от поверхности кровати и спускаю ноги на пол. Холодно.              Мурашки бегут по всему телу, поднявшись, поспешно улетаю ступнями в тапки и натягиваю длинный тёплый халат.              Именно для таких случаев он и висит на спинке стула.              На кухне котёл ожидаемо показывает ошибку. Нехитрые манипуляции и вскоре станет тепло.              Поёжившись, иду в ванну. Тапки шаркают по полу, заглушаются прямоугольным ковриком, но шум воды не даёт снова остаться в тишине одиночества.              Умывшись, возобновляю какофонию шагов.              Голова хочет шума.              Всё внутри меня хочет какого-то шума.              Беру телефон и запускаю первое попавшееся видео. Фоновая музыка, заставка, начало речи…              Ближе к ночи заставляю себя выползти на улицу. В холодильнике идеальная пустота. Даже пакет кетчупа выжат досуха.              Спустится на лифте, выйти из двора и перейти дорогу.              Круглосуточный продуктовый приветствует огнями и полусонными работниками.              Странная закономерность, но к двенадцати ночи, после единственного перерыва за день в работе магазина, набирается небольшая толпа людей у входа.              Вот в чём причина не прийти на пол часа раньше или позже? Хотя, я же так же почти вышел…              В последний момент вспомнил и посидел в телефоне в прихожей.              Стоя на светофоре, вижу, как открыли двери, и люди заползают ручейком внутрь расходясь по секциям.              Надвигаю кепку на глаза. Вытащив руки из карманов беру корзину.              Накидываю всё, что может мне пригодиться и хоть немного вызывает аппетит.              В ушах «My December» Linkin Park.              В конце моего полуночного променада останавливаюсь у фруктов, неуверенно глядя на бананы.              Брать? Не брать? Взять. Испортятся. Съем.              Ищу пакет, в который можно закинуть связку. Бесполезное в целом действо, по опыту, он порвётся, как только связка окажется внутри него.              Найдя рулон пакетов отрываю один. Единственное преимущество потеющих рук — это открывание этих пакетов.              Поставив тяжёлую корзину, засовываю в пакет бананы. Моё предсказание сбылось. Ещё и связка в корзину уже не помещается, перехватив поудобнее под мышкой, беру продукты и направляюсь к кассе самообслуживания.              Песня подходит к концу. Тишина наступает в наушниках, а руки заняты.              — Извините, вы уронили, — звучит голос сзади. Вероятно, это не ко мне. — Эй?              — Да? — оборачиваюсь, почувствовав руку на плече. В наушниках неожиданно заиграла странная песня.              «I have loved you for the last time…»              Голубые глаза, мягкий взгляд, лёгкая улыбка, ямочки среди лёгкой небритости.              — Вы уронили, — повторяет, протягивая мне что-то.              «Is it a video? Is it a video?» — повторяется в наушниках.              Почему-то взгляд не может оторваться от его лица. Но вот я моргаю. Опускаю взгляд на его руку с палкой колбасы и печаткой на безымянном пальце. Кажется, я такую и брал. В корзине отсутствует.              — Да, спасибо, — наконец отвечаю. Немного неловко. Суетливо соображаю, как забрать своё, но руки заняты корзиной и бананами.              — Проходите на кассу, — в голубых глазах появляются смешинки. Передо мной как раз освободился аппарат.              Он кладёт рядом с корзинкой мою колбасу. Ещё раз благодарю и он отходит к кассе, следующей за моей. Там девушка только что толкнула тележку к выходу. Его корзина в половину меньше моей и там больше овощей.              Пробиваю покупки, перекидывая их в пакеты.              Сердце нервно бьётся чаще. А социальная неловкость в моей голове мешается вместе с образом этого человека. Взгляд почему-то в очередной раз скользит на кассу впереди. Он уходит.              Закончив набивать пакеты и получив подтверждение об оплате, выхожу.              Руки быстро замерзают. Зря не взял хотя бы перчатки. Светофор как на зло переключается на красный.              Стою с двумя гигантскими пакетами забитыми продуктами, надеюсь, что на ближайший месяц (это вряд ли конечно). Тяжесть левого пакета намекает, что он может не дожить до квартиры. Ручки неприятно впиваются в итак замёрзшие пальцы.              Наконец-то зелёный.              Перейдя дорогу, стараюсь сильно не ускоряться и нести не дёргаясь. Лёд под снегом совершенно не способствует моему успешному и безопасному передвижению.              Проскользив пару раз на повороте во двор, я уже вижу свой третий подъезд с краю, когда звучит предательский треск.              Замираю. В руке становится подозрительно легко. Пальцы почти не гнуться.              Второй пакет я не додумался взять, а в тот что ещё цел опасно добавлять новый груз. Вздохнув, я примеряюсь, как и что перехватить. Палка колбасы откатилась к кустам. Бананы у моих ног, там же сыр, мандарины, макароны… Что полегче всё же закидываю в пакет. Остальное не хочет помещаться в руки.              — Давайте помогу, — снова этот голос. — руки в кожаных перчатках поднимают злосчастную колбасу, бананы и пачку макарон. У меня в руках — пара пачек спагетти и пакет с мандаринами, остальное кое-как утрамбовалось в один большой, пока ещё целый, пакет.              — Спасибо, — неловко улыбаюсь, — здесь, близко, третий подъезд.              — Ведите, — хмыкает. Он сам с пакетом и моими продуктами идёт следом.              У домофона понимаю, что нужно как-то достать ключи, поставив пакет, понимаю, что пакет с мандаринами тоже рвётся и они оранжевыми пятнами раскатываются по снегу у входа.              — Вам сегодня явно везёт, — хмыкает свидетель высшей степени моей неловкости.              Он, поставив свой пакет закидывает в него мои разлетевшиеся фрукты.              — Определённо. Спасибо, — в очередной раз благодарю.              Я опомнившись нахожу ключи и открыв дверь, пропускаю неожиданного спасителя вперёд. Он прекрасно ориентируясь направляется к лифту. Зайдя следом нажимаю свой этаж.              — Извините за неудобство, видимо сегодня «мой день», — все ещё растерянно смотрю на мужчину.              — Ничего, бывает, — усмехается. В голубых глазах нет осуждения, в них веселье. Ну, хоть настроение кому-то поднял. — Арсений, — представляется. — Мы оказывается соседи.              — Да? Антон.              — Недавно переехал?              — Нет, года два назад.              — И не разу не пересекались. Я с третьего этажа.              Лифт звуковым сигналом оповестил о прибытии. Свернув направо к двери открываю замок. Поспешно протискиваюсь в дверной проход и ставлю тяжеленный пакет вздохнув с облегчением.              Отхожу в сторону, пропуская Арсения. Скинув обувь забираю продукты у него и уношу всё что без пакета на кухню.              — Спасибо, — вновь благодарю. — Чай? — зачем-то предлагаю.              — Давай, — соглашается и разувшись тоже проходит за мной на кухню с пакетом.              Я нажимаю на кнопку чайника и иду за пакетом с продуктами в прихожей. Как только я его поднимаю, он рвётся.              — Действительно «везение», — невольно комментирую.              — В этом случае, да, — смеётся мужчина. Он уже успел выложить мои мандарины на стол.              Сняв куртку помогает перетащить развалившееся на кухню.              — Раскладывай пока, я принесу, — говорит, направляясь в прихожую на второй заход.              — Спасибо, — бросаю и распихиваю покупки по полкам и холодильнику.              Оставляю печенье и конфеты к чаю.              Арсений донёс пачки спагетти и несчастный сыр. Выбрал из предложенного набора чёрный чай с лимоном и спросив где ванна ушёл мыть руки.              Последовав его примеру, вспомнил, что полотенца у меня сейчас нет и поспешил достать с полки чистое взамен брошенного в стирку пару часов назад.              — Держи, как раз подхожу, когда он закрыл кран.              — Спасибо.              Вымыв руки, идём на кухню, обсуждая погоду.              Вскрыв два пакетика, закинул их в чашки и залил кипятком.              — Один живёшь? — отмечает он, отпивая чай.              Вздрагиваю, в наушниках неожиданно вновь включается музыка, а я про них совершенно забыл.              — Да, секунду, — подскочив иду в прихожую за забытым телефоном в куртке.              После холода экран не сразу реагирует на разблокировку. Возвращаясь на кухню на секунду замираю. Арсений сидит ко мне спиной глядя в окно, около которого и стоит стол. Обтягивающий чёрный свитер лишь сильнее подчёркивает его стройность. Пальцы с единственным кольцом осторожно берут чашку горячего чая и подносят к губам.              «Oh, to see without my eyes              The first time that you kissed me…»              Поспешно отключаю, снова непонятно откуда взявшуюся, песню, просто смахнув окно браузера в сторону.              — А ты? Женат? — спрашиваю, садясь за стол и сняв наушники откладываю их на подоконник.              — Уже, нет, — отвечает. — В разводе.              — Извини, — понимаю, что вероятно затронул неприятную тему.              — Да, ничего, жена с дочерью в другом городе. Ей помогают родители, живут там рядом, года три назад съехали.              — А ты один?              — Ну почему же? Друзья, работа, соседи, — усмехается. — А ты почему один? Ни следа женской руки.              Неопределённо пожимаю плечами. Была девушка. Долго была. И не так давно. Затем ушла к другому, а я переехал.              — Чем занимаешься? — перевожу тему, зацепившись за коллег.              — Актёр и дизайнер одежды, — удивляет.              — Теперь понятно, — вырывается у меня.              — Что понятно?              — Ты явно в хорошей форме и... — прерываю себя на полуслове. Я что совсем разучился общаться?              — Спасибо, — улыбается, не дождавшись продолжения. — Но мне интересно, что там за «и».              — И поэтому так выглядишь, — выкручиваюсь. — Ты в кино или театре?              — И в кино, и в театре, — охотно отвечает. — В кино, правда, не так успешно. Мои роли, явно, ещё вынашивают, — шутит.              Улыбнувшись, отвожу взгляд от его глаз.              Необычная у меня сегодня ночь.              Поговорив о ролях и дизайнерских идеях, я рассказал, что я писатель, правда чаще редактор, но такая работа. Арс вдохновенно начал расспрашивать про книги и уговорил дать ему парочку.              Забавный, живой, немного непоседливый. Часа в три ночи, опомнившись он засобирался.              Тёмные волосы упали на красивое лицо, когда он наклонился, надевая обувь. Поднявшись, изящно откидывает пряди назад. Полумрак прихожей с холодным светом из кухни делает его ещё более привлекательным. Красивый, вынужден признать.              Перехватив свои покупки, оставленные у двери, он перехватывает удобнее две моих книжки и тянется открыть дверь.              Щелчок замка, ручка вниз, толчок. Ничего.              — Я, кажется, не закрывал, — вспоминаю и подойдя ближе, обратно кручу вертушку.              Он ощущается некомфортно близко.              Опускаю руку вниз, но на ручке всё ещё его пальцы. Опускаю до щелчка, открывая его рукой. Что это?              Прижавшись спиной ко второй внутренней двери, которую и не закрывал, пропускаю мужчину.              Пульс ощущается ускоренно.              — Спасибо за помощь, — нахожу слова.              — Спасибо за чай, — звучит тихий приятный голос. Щёку обжигает касание и он, обдав меня запахом парфюма с восточно-древесными нотами, которым пропитано его пальто, скрывается в коридоре, спускаясь по лестнице вниз.              «Что это?»              Запираю дверь, закрываю вторую. Иду в гостиную.              Повторяю, про себя снова и снова вопрос.              Падаю на диван.              Пальцы касаются щеки.

✧ ‧ - ❄︎ - ‧ ✧