От всех бед и печалей одна Трынь-трава

Ощущения, которые он испытывал были круче, чем всё, что он когда-либо пробовал раньше. Даже лучшие проститутки не вызвали в нём таких чувств. До головокружения расслабляющая нега, истенное удовольствие, экстаз. Цзинь Гуаншань видел, как птицы из чистого золота срываются со стен его опочивальни, и парят над его головой, расправляя свои огромные, усыпанные драгоценностями крылья. Создаваемый ими ветер шевелил его волосы. За окном, медленно, цунь за цунем, словно побеги бамбука, росла новая гора. Туман от курильницы был густым, как вода в тёплом озере. Туда хотелось нырнуть, окунуться с головой и поплавать в пруду, что разливался прямо у подножья его кровати. Скинув с себя пао и верхние штаны, он приготовился уже было к прыжку, но тут из-за ширмы на него выплыл здоровенный крокодил. Вот это уже не хорошо! Глава ордена среагировал быстро. Крепко ухватился за меч, замахнулся им, и мощно рассёк тележку с закусками на пополам, чудом не задев служанку. Девушка в салатовом платье взвизгнула и выскочила за дверь. Вот уже несколько часов, как их глава громит собственную комнату, и время от времени разговаривает. Сам с собой. А всё потому, что какие-то дурни привезли из рейда в Илин шкатулку с новым, особенным лекарством. Когда заклинатель взращивает в своём теле сильное золотое ядро, оно начинает защищать его. От травм и ран. От болезней и ядов. И это же свойство мешает заклинателям ощущать настоящее опьянение. Сколько бы вина они не выпили, настоящего эффекта было трудно достичь. Неудивительно, что лекарства, которые торговцы внезапно стали привозить из Илина, так быстро получили признание именно на территории заклинательских орденов. В основном, всё что они продавали действительно было лекарствами. Но именитым кланам они везли особенный подарок. Шкатулки, начинённые чёрным травяным порошком. Лекари, что проверяли его, не нашли ничего особенного, начав применять его как обычное укрепляющее снадобье. И развязали этим руки заклинателям. Вот они как раз кое-что и нашли в этом чёрном золоте. Кое-что ОЧЕНЬ особенное. Порошок из чёрной травы пьянил. Окрылял, заставляя чувствовать себя словно в полёте, даже без меча под рукой. Прибавлял сил и смелости на ночной охоте. Обострял все чувства, скорость реакции. Заставлял мозг работать в несколько раз эффективнее. Больше. Выше. Сильнее. Чёрное золото быстро ушло с рынка. Крупные кланы потребовали торговцев вести им всё, что только удастся добыть. И предложили за это очень хорошие деньги. А теперь, вместе с чёрным золотом, торговцами был преподнесён новый препарат. Они называли её Trin-trava. Мощный дурман, позволяющий позабыть о любой боли и печали. Дарующий прекрасные видения, позволяющий видеть сны наяву. Она дарила покой и умиротворение, словно заставляя все заботы исчезнуть и забыться на время. Торговцы представили это как особенный продукт. И предложили Великим Орденам, в качестве жеста особого расположения, попробовать его первыми. Цзинь Гуаншань сослался на сильную головную боль, чтобы урвать себе порцию. А потом, заполучив желаемое, ушел, скрывшись в своей комнате. И вот к чему это привело.

***

Лань Ванцзи видел, что эти травы делают с пациентами. Больные, конечно, не громили помещений, и не размахивали оружием. Но из лекарских палаток постоянно доносились странные звуки. Даже его дядя, страдающий от мигрени, приняв это лекарство - хохотал, и резвился на кроличьей поляне, распихивая пушистых зверьков по своим рукавам, настолько сильно ему понравились кролики. «Хотел бы я забрать их всех, что бы ни с кем не делиться" - по секрету признался он. А потом рассказывал, как он мечтал всегда держать парочку под рукой, чтобы успокаиваеться, поглаживая их шёрстку, когда какой-нибудь болван снова решит нарушить правила их клана. Будь он в своём уме, то ни за что не признался бы в этом. Обеспокоенный состоянием дяди, (И возможным состоянием ослабленного тьмой Вэй Усяня, который поселился как раз рядом с источником этой дури ) – Ванцзи отправился в Илин, чтобы выяснить как там идут дела.

***

- О, нет-нет, дружище, не переживай об этом! Я не пью чёрное золото, оно мне ни к чему. - А Вот Трынь-Трава – моих рук дело – Вэй Ин горделиво выпятил грудь вперёд, помешивая красное от перца блюдо в своей тарелке.

***

Когда они пересеклись в городе, Ванцзи едва узнал его. Набравший массу, Вэй Усянь больше не выглядел бледной тенью самого себя. Его кожа едва загорела и лучилась здоровьем, как и его лицо, сохранившее лёгкие следы усталости. Не истощения. Впервые с начала войны Вэй Ин выглядел более чем в порядке. Его волосы были игриво собраны в длинную косу, до бёдер, с вплетённой красной лентой. В этих шёлковых одеяниях тёмно-серого, почти чёрного цвета, из-под которых выглядывал слой красных, с модным вырезом, он смотрелся молодым господином из купеческой семьи средней руки, не меньше. Они направились в местный трактирчик, чтобы побеседовать за едой или чаем. Вэй Усянь как раз вспомнил, что должен был обед своему гостю. А после предложил заказать за него, сославшись на знание местной кухни, и пищевых предпочтений Лань Ванцзи. Магистр улыбался, перечисляя служанке множество блюд, что они собирались заказать. У Ланьца даже сомнения не возникло, что Вэй Ин может позволить себе купить всё это.

Когда им принесли чай, Ванцзи поспешил объяснить, зачем он здесь. И его охотно слушали. - Вэй Ин люди сходят с ума, чтобы не испытать боли. Это неправильно. Нечестный обмен. Нельзя менять тело на разум. - Всё правда так серьёзно? Ванцзи кивнул - Вот же чёрт. – Вэй Усянь всклокочил свою причёску, схватившись руками за волосы. - Ой дурааааак… - Он запустил пальцы глубже, окончательно наводя беспорядок на своей голове. - Я же сам эту дозировку рассчитывал!! Вэнь Цин меня прикончит … - Тёмный заклинатель выглядел удручённо, расстроенный услышанным. И когда еда оказывается перед ними – Вэй Ин рассказал, как всё произошедшее выглядит с его стороны.

***

Дела шли хорошо. Ну, то есть как хорошо? Шли-то они как раз скверно, и даже очень. Клан Вэнь с трудом выживал. Пытаясь сводить концы с концами, они выращивать редис на неплодородных землях Луанцзан. Урожай был скудным, и требовал много усилий. Вскоре, однообразие в еде, отсутствие в их рационе мяса и овощей, тяжёлый физический труд и неблагоприятные погодные условия начали делать своё дело, подтачивая их здоровье. А с учётом того, что особенно крепких людей в их общине не было, рано или поздно, такое положение дел должно было закончится очень плохо для все них. Истощение начало бы косить людей одного за другим, а после этого некому бы стало обрабатывать поля, и без ухода людей, урожаю светила бы скорая гибель. А без урожая они бы умерли от голода. Смерть была для всех них концом вполне ожидаемым. Но благодаря господину Вэю, люди клана Вэнь смогли прожить гораздо дольше. И они были ему благодарны. Даже на пороге новой смертельный угрозы. Жизнь на Луанцзан имела свои плюсы. Гора охраняла их, ограждала от встречи с внешним миром и сулила какой-никакой, но всё-таки покой и безопасность. Вот только у самой Луанцзан были на них другие взгляды. Её смрадный воздух отравлял лёгкие, забивая слизистые пылью и пеплом. Сухая земля с большим трудом вынашивала урожай, который с каждым разом становился всё меньше и меньше. С водой тоже были неприятности. И хуже этого только солнце, которое никогда не пробивалось через плотные облака, будто те приклеились к вершине горы. Вэни действительно были близки к вымиранию. Но однажды, задыхаясь от пыльного воздуха в особенно жаркий день люди, работавшие на поле, не начали вдруг смеяться. Вэй Ина это насторожило сразу же, но он старался не подавать виду и тоже радоваться тому, что даже в такой тяжёлой ситуации, его люди всё ещё могли позволить себе испытывать радость. А потом он увидел, как дымятся зажжённые солнцем сухие кусты. И учуяв их сладкий дым - сразу понял, что его люди больше не будут голодать. Уговаривать Вэнь Цин долго не пришлось. Он только показал ей кусты, и объяснил, как обстояли дела. Девушка смотрела на него с неодобрением, подразумевая, будто он хотел использовать эти травы, чтобы подсластить последние, самые тяжёлые дни её семье. Но стоило ему развеять её сомнения и предложить полученное из этих листьев не использовать самим, а продавать - она сразу оживилась. Ну конечно! Веселящая трава любому придется по вкусу! А если люди снаружи согласятся заплатить за неё достаточную цену, они даже смогут купить теплые одеяла на зиму! Так эта каша и заварилась. Вэнь Цин приказала всем, кто ещё мог работать - собрать как можно больше этой травы. Вэй Усянь и Вэнь Нин должны были обшарить всю гору, в поисках любой травинки, какая только могла бы повлиять на сознание человека. А после, путём экспериментов, было неожиданно выявлено, что любая трава, впитавшая в себя достаточное количество тёмной ци - могла воздействовать на психику человека. И что интересно, каждая по-своему. Это делало их шансы на выживание больше, а возможные источники дохода множились, с каждым следующим экспериментом. Когда различные порошки, смеси, и эликсиры были готовы, а денег оставалось катастрофически мало - Вэй Ин сделал первый ход. Народ Илина "расслабляющий чай" сначала сильно настораживал. Где это видано, чтобы люди в здравом уме заваривали и пили что-то что выросло на склонах Луанцзан? Однако стоило принести на рынок благовония из весёлой травы, и зажечь их, как радостные покупатели тут же облепили прилавок старейшины Илина. На первые деньги, что ему удалось раздобыть, он купил домой картошки, мяса и морковь, чтобы вечером приготовить вкусное жаркое, и наконец, спустя многие месяцы голода и пресной пищи - почувствовать себя сытым, и согретым горячей едой. Жизнь стала налаживаться. И вот тогда, дела пошли хорошо. Со временем Вэнь Цин всё чаще наведывалась в аптекарскую лавку, чтобы добавлять различные травы, не заражённые темной энергией к своим составам, придавая им всё больше полезных свойств, и всё большую цифру, к их цене. Людям нравились настойки и благовония на черной траве, что улучшали сон и самочувствие. Чуть позже они всё-таки попробовали предложенный чай. Деньги не текли рекой, но по сравнению с тем, как им приходилось выживать раньше, богатства буквально затапливали их с головой. Они привыкли есть хорошую еду, накопили денег, чтобы купить добротной древесины, и сколотить из неё надёжные, а главное теплые и не продуваемые всеми ветрами дома. Завели на Луанцзан кур, и пару коз. И даже ткани появились в их доме, позволяя сшить новую одежду взамен тех лохмотий, что все они носили ещё со времён переселения на эту гору. Теперь каждый второй был занят обработкой растений. На полях, где почву возделывали и удобряли они сеяли семена редких и самых ходовых трав. Поля расширялись, но теперь, когда его людям не нужно было морить себя голодом и тяжело переживать дни и ночи - такой объем работы не угнетал. А вкусный ужин придавал всем сил и мотивации. Жизнь на горе обещала им смертные муки, но подарила им шанс, и нужно было всего лишь взглянуть под ноги. Вэй Ин всё также продавал свои талисманы и изобретения, но теперь, предлагал к ним, или скорее предлагал их, в дополнение к более ходовому товару - целому перечню расслабляющих и успокаивающих смесей, в разном формате и свойстве. В какой-то момент Вэнь Цин решила, что денег, которые они накопили достаточно, чтобы выкупить аптекарскую лавку в городе. Там начался новый виток их качества жизни. В поселении на горе появились баня и большая столовая. Вместо циновок, люди могли позволить себе кровать и матрас, белый рис, деликатесы, скот, рабочих, всё, о чем только они могли пожелать - теперь было в их руках. В аптечной лавке Вэнь Цин торговала лекарственными травами, но предлагала и их смесь с черной травой. Обычно при таком смешении, препарат действовал эффективнее, правда, распространялось это не на всё. Именно поэтому торговлей там она занималась лично. А когда к ним внезапно пожаловали господа заклинатели, Вэй Усянь не пожелал упускать свой шанс, и заработать на алчности Цзиней и их любви к удовольствиям. Он уже давно работал над составом, который мог бы одурманить сильного заклинателя дать ему опьянеть, расслабиться, увидеть яркий сон - и эта штучка ждала своего звёздного часа. Её и предложили господам заклинателям. Парни увезли в орден целый сундук, оставив за собой мешочек со звонким серебром.

***

Как Трынь-Трава попала в Гусу он понятия не имел. Но Вэй Усянь всё равно пообещал снизить крепость обезболивающего, чтобы оно могло и дальше приносить пользу там, где другие лекарства были бессильны. И Лань Ванцзи, как ни странно, поверил ему. Ещё он согласился посетить их аптекарскую лавку, и проследить за тем, как идут дела, и что за смеси там продают. Вэй Ин чувствовал себя счастливым, как от веселого дыма. Красивый и праведный, в своей белой форме, его друг внимательно разглядывал шкафы с лекарствами и ящички с высущеными травами. Одно только присутствие Лань Ванцзи дабавляло заведению шарма и лёгкой загадочности. Мужчина удивительно гармонично вписывался в интерьер заведения. И даже кивнул ему, когда тёмный заклинатель предложил попробовать их чай. Разумеется, чтобы убедится в его безопасности. Залитые кипятком чаинки оставили настаиваться. Изящный фарфоровый чайник выпускал струйку лёгкого белого пара, весело танцующую в закатном свете. Лавка в Илине процветала, и поселение на горе давно стало уютным домом для их коммуны. Но теперь, когда всё шло хорошо Вэй ин начинал мечтать о том, чтобы уехать из этого места и жить где-нибудь, где тьма не будет душить его, не будет будить посреди ночи, изнутри царапая череп криками мертвецов. - Хороши ли ваши товары? - Что за сомнения, госпожа! – на автомате отвечал покупательнице Вэй Ин. Он чуть обернулся, чтобы видеть Лань Ванцзи за своей спиной. - - Сам Ханьгуанцзюнь следит за качеством наших лекарств! – Он гордился этим, будто названный человек был его собственной заслугой. Девушка смущённо лепетала что-то ещё в ответ, оправдываясь, но Вэй Усянь не слышал её. Он мог только смотреть в эти янтарные глаза, отражающие закатное солнце и тонуть в них, как в сладком дурмане, будто где-то рядом с ними горел целый куст самой тёмной травы. Чай не мог обладать такой силой. Неужели, Вэй Ин просто впервые увидел Лань Ванцзи по-настоящему? Мда, надо было срочно открыть окно пошире. Иначе он прямо здесь и сейчас наделает глупостей. Скажем, согласится на одно старое предложение. - Слушай, Лань Чжань, а ты всё ещё хочешь позвать меня в Гусу?