Синдром Скарлетт

-----

Пролог посвящен лору и истории вселенной. Если вы хотите сразу погрузиться в динамику и познакомиться с персонажами, можете начать чтение с Первой главы.

-----

Первые ядерные грибы расцвели над городами, их огненные шляпки распускались в предрассветном небе. Столицы старого мира вспыхивали одна за другой, на мгновение затмевая само солнце. А следом... наступила тишина. Три года тьмы. Три зимы черного снега и три лета нефтяных дождей, выжегших последние ростки. Земля отвергла нас: где-то она скрылась под радиоактивным саваном, где-то ощетинилась лесами скрюченных древ, источающих багровую сукровицу вместо сока. Где-то в пустых степях, небо до сих пор прошивают ослепшие орбитальные ружья. Их гаснущие лучи — предсмертные судороги старого мира — методично чертят на песке причудливые знаки. Это механическое проклятие, вшитое в саму плоть планеты, напоминает: агония цивилизации будет долгой. Бог умер. Или Его никогда не существовало, а раз не существовало... то и услышать наши мольбы было некому. Лишь ветер в руинах развеивал в прах последние надежды. Ни гнева, ни милосердия, только абсолютное безмолвие. Мы кричали в онемевшее небо, сжимая в ладонях одну лишь боль. Тишина стала божеством, а безысходность — его единственным алтарем.

***

...Потом пришли Они. Сначала мы думали — просто мутанты. Существа, похожие на людей, но... другие. Одни ходили по воздуху. Другие растягивали конечности, как резиновые. Третьи поднимали целые здания одним касанием. Геномы — так мы прозвали этих красноглазых безумцев. В их груди пульсировали кровавые кристаллы. Первые смельчаки обнаружили — если вырезать кристалл и дотронуться, можно увидеть мир их глазами. Но для этого нужно было убить. И мы убивали. Сначала из страха. Потом из любопытства. Затем — потому что кристаллы стали новой валютой в этом безумном мире. Были и другие — те, кто сохранял разум, но платил другую цену. Кто управлял кровью — слеп. Кто читал мысли — терял голос. Миноры — синеглазые существа. Они продавали свои тела, потому что в новом мире даже безумие стало привилегией.

***

А потом… мы уснули. Не все сразу. Не по приказу. Просто однажды, будто невидимое существо, похожее на каждого из нас, медленно закрыло глаза. И наши веки тяжело опустились следом. А когда открыли — всё было иначе. Память была не вырванной книгой. Она была пустой комнатой с забелёнными стенами. Мы не помнили войны. Не помнили имён. Не помнили, как выглядели наши дети. Оставались только смутные тени на краю сознания — ощущение падения, рёв сирен, вкус пепла на губах. Мы очнулись в том же грязном, сыром аду. Нефтяной дождь всё так же стучал по ржавой кровле. Лес "рук" всё так же скрипел за окном. Но мир вокруг… мир вокруг был другим.   Среди руин стояли дома — целые, с дверями и стёклами. Через пустоши были проложены дороги. Заброшенные фабрики обрели крыши и стены.   Будто за то время, пока мы спали, кто-то неустанно работал. Кто-то, кому не нужен был сон. Кто-то, кто решил отстроить наш мир заново, не спросив нашего согласия. И теперь единственный вопрос, от которого стынет кровь, был не "как выжить?".   А — кто не спал?..