Перерождение, оплаченное сердцем или все началось снова.

После той страшной ночи дом братьев словно изменился. Хаос был уничтожен. Угроза исчезла. Они победили. Но никто не чувствовал себя победителем. Слишком свежи были воспоминания о сорока минутах тишины. О неподвижном теле Зойсайта. О его сердце, которое отказывалось биться. О голубом сиянии Меркурия, почти полностью поглотившем Ами, пока она отдавала ему собственные силы. И о первом слабом ударе сердца, которого они ждали так долго, что почти перестали верить. Зойсайт был жив. Но по-прежнему не приходил в сознание. А братья не могли забыть сны. Утром Кунсайт первым собрал Нефрита и Джедайта в одной из комнат. Маморо присоединился к ним через несколько минут. Никто не знал, с чего начать разговор. Нефрит стоял возле окна, скрестив руки на груди. Джедайт сидел на краю кресла и нервно перебирал пальцами. Кунсайт несколько раз прошёл от одной стены к другой. Маморо молча наблюдал за братьями. Наконец Кунсайт остановился. — Неф... Нефрит повернул голову. — Ты видел его? Вопрос прозвучал тихо. Но все сразу поняли, о чём он. Нефрит медленно кивнул. — Да. Кунсайт закрыл глаза. Джедайт резко поднял голову. — Ты тоже? — Подождите, — нахмурился Маморо. — Вы о чём? Несколько секунд никто не отвечал. Потом Нефрит тяжело выдохнул. — О Зое. Он отвернулся к окну. — Мне приснился Зой. — Мне тоже, — почти сразу произнёс Джедайт. Кунсайт молча кивнул. Маморо замер. — Всем троим? — Похоже на то, — глухо ответил Кунсайт. Нефрит сжал кулаки. — Он стоял передо мной. Здоровый. Спокойный. Улыбался. Голос Нефрита дрогнул. — И сказал, что расплатился за прошлое. Что спас нас и теперь ему спокойно. В комнате стало тихо. — Это было похоже на прощание, — добавил он. Джедайт медленно провёл ладонью по лицу. — Мне он сказал быть счастливым. — Что ещё? — спросил Маморо. — Ничего. Джедайт опустил голову. — Просто: «Джеди, будь счастлив. Не вини себя». Он нервно усмехнулся. — Знаете, что самое страшное? Я во сне сразу понял, что он прощается. Просто не хотел этого признавать. Кунсайт отвернулся. — А мне он приказал позаботиться обо всех. Нефрит резко повернулся к нему. — И об Ами? Кунсайт посмотрел на брата. — Да. Нефрит выругался себе под нос. Несколько секунд он молчал. А потом внезапно ударил кулаком по стене. — Идиот! — Неф, — тихо произнёс Маморо. — Нет! — резко обернулся тот. — Он идиот! Наш младшенький идиот! В глазах Нефрита стояли слёзы. — Он опять решил, что должен за всё расплатиться! За прошлое! За Тёмное Королевство! За Берилл! За то, что когда-то был нашим врагом! — Нефрит... — Сколько можно?! Он тяжело дышал. — Мы простили его! Девочки простили! Ами любит его! Мы его братья! Но он всё равно решил, что должен умереть, чтобы окончательно искупить вину?! Кунсайт молчал. Потому что где-то глубоко внутри думал о том же. Джедайт тихо произнёс: — Возможно, он сам себя не простил. Эти слова заставили всех замереть. Маморо медленно кивнул. — Иногда это сложнее всего. Нефрит опустился в кресло. Закрыл лицо ладонями. — Я думал, что мы его потеряли. Теперь его голос звучал совсем тихо. — Когда Ами сказала, что сердце не бьётся... я подумал: вот и всё. Кунсайт сел рядом. — Я тоже. Джедайт поднял взгляд. — Мы все так подумали. На несколько секунд братья замолчали. Потом Кунсайт медленно произнёс: — Если он проснётся... — Когда, — резко поправил Нефрит. Кунсайт посмотрел на него. — Что? — Не «если». Когда он проснётся. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Кунсайт едва заметно улыбнулся. — Хорошо. Когда он проснётся, мы поговорим с ним. — Поговорим? — переспросил Джедайт. — Да. Нефрит хмыкнул. — Я его сначала придушу. — После сорока минут без сердцебиения? — поднял бровь Маморо. — Хорошо. Тогда сначала подожду, пока восстановится. Нефрит задумался. — А потом придушу. Джедайт впервые за последние дни тихо рассмеялся. Даже Кунсайт улыбнулся. И только Маморо покачал головой. — Вот теперь я узнаю нашу семью. Прошёл ещё один день. Зойсайт не проснулся. Ами почти не отходила от его кровати. После использования полной силы Меркурия она сама была истощена. Её руки иногда дрожали. Стоило резко подняться, как перед глазами темнело. Но все попытки отправить её отдыхать заканчивались одинаково. — Нет. — Ами... — Я сказала нет. — Ты сама едва держишься. — Я держусь. — Мицуно... Ами поднимала голову и смотрела на любого, кто пытался спорить с ней. После этого спор обычно заканчивался. Даже Кунсайт однажды молча развернулся и вышел. — Она страшная, — сообщил он братьям. — Она Меркурий, — пожал плечами Нефрит. — Раньше Меркурий была самой спокойной. — Это пока Зоя не трогали. Джедайт усмехнулся. — Теперь будем знать. Ами, конечно, слышала их разговор из коридора. Но впервые за несколько дней едва заметно улыбнулась. Утром второго дня после остановки сердца она снова сидела возле Зоя. Солнечный свет проникал сквозь занавески. Ами держала его за руку и тихо рассказывала обо всём подряд. — Нефрит опять угрожает тебя придушить. Она поправила одеяло. — Кунсайт говорит, что сначала нужно дождаться твоего полного восстановления. Небольшая пауза. — Джедайт с ним согласен. Ами вздохнула. — Маморо предложил вообще никому не разрешать тебя душить. Она слабо улыбнулась. — Видишь? У тебя есть хотя бы один защитник. Тишина. Улыбка исчезла. — Зой... Она опустила голову. — Уже два дня. Ами крепче сжала его пальцы. — Я знаю, что ты устал. — Знаю, что тебе больно. — Но, пожалуйста... Голос дрогнул. — Просто открой глаза. Она прижалась лбом к его ладони. И поэтому сначала не заметила. Пальцы Зоя едва заметно дрогнули. Совсем слабо. Ами замерла. Медленно подняла голову. — Зой? Ничего. Она перестала дышать. Несколько секунд просто смотрела на его руку. И тогда пальцы снова шевельнулись. — Зойсайт... Ами резко подалась вперёд. — Зой! Ты меня слышишь? Его веки дрогнули. Один раз. Второй. Ами закрыла рот ладонью. — Пожалуйста... Веки медленно приподнялись. Зойсайт открыл глаза. Но взгляд оставался пустым. Расфокусированным. Он смотрел куда-то вверх, словно не понимал, где находится. — Зой... Ами осторожно коснулась его щеки. Его взгляд медленно двинулся на звук голоса. Несколько секунд он пытался сфокусироваться. И наконец увидел её. — А... ми... Голос был едва слышным. Хриплым. Почти беззвучным. Ами заплакала. Просто сразу. Без попытки сдержаться. — Ты... Она рассмеялась сквозь слёзы. — Ты наконец очнулся... Зойсайт смотрел на неё. Пытался вспомнить. Хаос. Битва. Чёрное копьё. Ами. Объединённая атака. Падение. А потом... Темнота. Сон. Белый свет. Братья. И голос Ами. Он нахмурился. — Ты... Зой попытался подняться. — Нет! — Ами мгновенно прижала его обратно к подушке. — Даже не думай. — Ты... Он тяжело вдохнул. Каждое слово давалось с трудом. — Что... сделала? Ами замерла. — Ничего. Зой прищурился. Даже едва вернувшись с того света, он слишком хорошо её знал. — Ами. — Тебе нужно отдыхать. — Ами... Она отвела взгляд. — Я использовала силу Меркурия. Зой продолжал смотреть на неё. — Сколько? Молчание. — Ами. — Всю. Его глаза расширились. — Что?! Попытка крикнуть закончилась кашлем. Ами тут же наклонилась к нему. — Тихо! Не напрягайся! — Ты... Он тяжело дышал. — Ты использовала... всю силу Меркурия?! — Да. — Ты могла погибнуть! — Зой... — Ты могла умереть! В его голосе впервые появилась настоящая злость. Слабая. Хриплая. Но совершенно настоящая. Ами смотрела на него несколько секунд. А потом неожиданно улыбнулась. — Что смешного?! — Ты очнулся две минуты назад. — И? — И уже ругаешь меня. Она осторожно обняла его. Зой замер. — Значит, ты действительно вернулся. Он хотел ещё что-то сказать. Хотел продолжить возмущаться. Но Ами осторожно поцеловала его в щёку. — Я знала, на что иду. — Ами... — Я не могла тебя отпустить. Зой закрыл глаза. — Сорок минут, — тихо сказала она. Он снова посмотрел на неё. — Что? — Твоё сердце не билось сорок минут. Зойсайт побледнел. — Я... — Ты уходил. По щекам Ами снова потекли слёзы. — Мы все видели тебя во сне. — Все?.. — Твои братья. И я. Она сжала его руку. — Ты попрощался с нами. Зой отвернулся. Ами сразу всё поняла. — Ты помнишь? Долгая пауза. — Немного. — Зой... — Там было спокойно. Ами замерла. — Но потом... Он посмотрел на неё. — Я услышал тебя. Её губы дрогнули. — Ты звала меня. Зой слабо улыбнулся. — Очень громко. Ами рассмеялась сквозь слёзы. — И ты вернулся? — А у меня был выбор? — Нет. — Я так и думал. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Потом Ами резко поднялась. — Я должна сказать остальным. — Подожди... Но она уже выбежала из комнаты. — ОН ОЧНУЛСЯ! Крик Ами разнёсся по всему дому. На несколько секунд воцарилась тишина. Потом начался хаос. — ЧТО?! — КТО?! — ЗОЙ?! — ОЧНУЛСЯ?! Нефрит едва не опрокинул стул. Кунсайт бросил документы прямо на пол. Джедайт первым рванул к лестнице. Маморо побежал следом. Усаги, Рей, Макото и Минако даже не пытались их остановить. Через несколько секунд дверь спальни распахнулась. Зойсайт вздрогнул. — Что... — ТЫ! Нефрит первым оказался возле кровати. — Что за прощальные речи?! Зой моргнул. — Неф... — «Я расплатился за прошлое»?! Нефрит передразнил его голос. — «Береги остальных, брат»?! — Я... — Ты нас всех чуть не убил своими снами! — добавил Джедайт. — Я сказал... — А мне ты приказал позаботиться обо всех, — холодно произнёс Кунсайт. Зой посмотрел на старшего брата. — Кун... — И об Ами. Ами, стоявшая в дверях, слегка покраснела. Зой закрыл глаза. — Можно я снова потеряю сознание? — НЕТ! — одновременно закричали все. Он вздрогнул. — Хорошо... Нефрит сел на край кровати. Несколько секунд смотрел на младшего брата. А потом неожиданно обнял его. Очень осторожно. — Идиот... Голос Нефрита дрогнул. — Больше никогда так не делай. Джедайт положил руку Зою на плечо. — Мы действительно думали, что потеряли тебя. Кунсайт стоял немного в стороне. Зой посмотрел на него. — Брат... — Ты нарушил приказ. — Какой? — Вернуться домой. Зой слабо улыбнулся. — Но я вернулся. Кунсайт несколько секунд молчал. Потом подошёл и тоже осторожно обнял младшего брата. — На сорок минут позже. — Простите... — Прощён, — тихо сказал Кунсайт. — Пока. — Пока? Нефрит усмехнулся. — Мы решили придушить тебя после полного восстановления. — Неф! — Что? Маморо сказал, сейчас нельзя. Зой перевёл взгляд на Маморо. — Спасибо. — Не за что. Маморо улыбнулся. — Я просто предложил подождать. Зой застонал. В комнате впервые за несколько дней раздался настоящий смех. Ами стояла рядом и смотрела на них. На братьев. На Зоя. На своих сестёр. И впервые после победы над Хаосом действительно поверила: всё закончилось. Восстановление оказалось долгим. Первые дни Зойсайт почти не вставал. Иногда боль в груди становилась настолько сильной, что он невольно сжимал зубы. Раны после атаки Хаоса заживали медленно. Силы Меркурия возвращались ещё медленнее. Ами находилась рядом почти постоянно. — Пульс? — Есть. — Боль? — Есть. — Слабость? — Есть. Зой вздохнул. — Ами, может, проще спросить, чего у меня нет? Она задумалась. — Терпения. Он посмотрел на неё. — Очень смешно. — Я старалась. Но именно её присутствие помогало больше всего. Иногда Ами просто сидела рядом. Держала его за руку. И связь Меркурия становилась спокойнее. Ровнее. Сильнее. Однажды Зой закрыл глаза и тихо произнёс: — Я чувствую её. — Что? — Силу Меркурия. Ами улыбнулась. — Она не исчезла. — Я думал, планета откажется от меня. — Почему? — Потому что я чуть не умер. — Это не причина. Зой посмотрел на неё. — А что причина? Ами слегка сжала его руку. — Предательство. — Отказ защищать. — Использование силы ради зла. Она улыбнулась. — Ты в этой жизни не сделал ничего из этого. — Значит... — Ты всё ещё Меркурий. Зой закрыл глаза. — Два Меркурия. — Два Меркурия, — согласилась Ами. Прошло несколько недель. Дом снова наполнился жизнью. Смехом. Спорами. Шутками. Нефрит и Макото опять соревновались буквально во всём. Рей снова издевалась над Джедайтом. Минако пыталась заставить Кунсайта быть «хоть немного романтичнее». Усаги и Маморо наслаждались редкими спокойными днями. А Зойсайт наконец полностью восстановился. Раны зажили. Силы вернулись. Связь с Меркурием стала устойчивой. Однажды вечером все собрались в гостиной. Маморо долго смотрел на Усаги. Потом неожиданно поднялся. — Я тут кое о чём подумал. — Это опасно, — тут же сказала Рей. — Рей! Все рассмеялись. Маморо покачал головой. — Мы живём в новом мире. Он посмотрел на братьев. — У нас новые жизни. — Новые имена. — Новое будущее. Усаги внимательно смотрела на него. — Мамору?.. Он подошёл к ней. Опустился на одно колено. В комнате стало тихо. — Юна... Усаги закрыла рот ладонями. — Выйдешь за меня замуж в этом мире? Её глаза мгновенно наполнились слезами. — Да! Она бросилась ему на шею. Нефрит усмехнулся. — Ну вот. Кунсайт посмотрел на него. — Что? — Теперь нам отступать некуда. — А ты собирался? — Нет. — Тогда молчи. Кунсайт повернулся к Минако. — Лина. Она замерла. — Даже не думай делать предложение без романтики. Кунсайт вздохнул. — Я люблю тебя. Минако моргнула. — Уже лучше. — Ты выйдешь за меня? Она улыбнулась. — Да. Зойсайт посмотрел на Ами. Она сразу всё поняла. — Лиа... — Зой... Он взял её за руку. — Я уже однажды почти ушёл. Её улыбка исчезла. — И понял одну вещь. Он сжал её пальцы. — Я больше не хочу терять время. Ами замерла. — Лиа, ты выйдешь за меня? Несколько секунд она молчала. Зой начал нервничать. — Ами? Она улыбнулась. — Да. — Точно? — Зойсайт! — Просто проверяю. Ами рассмеялась и обняла его. Рей посмотрела на Джедайта. — Ну? — Что «ну»? — Все уже поняли. — Я вообще-то собирался... — Долго? — Рея! Она рассмеялась. Джедайт тяжело вздохнул. — Выйдешь за меня? Рей сделала задумчивое лицо. — Даже не знаю... Джедайт побледнел. — Рей... — Может быть... — Рей! — Ладно. Она улыбнулась. — Да. — Ты когда-нибудь меня убьёшь. — Возможно. Последними остались Макото и Нефрит. Нефрит посмотрел на неё. — Тора. — Да? — Замуж? Макото моргнула. — Это всё предложение? — Да. — Нефрит! — Хорошо! Он поднял руки. — Я люблю тебя. Очень. Ты самая сильная, красивая и страшная женщина из всех, кого я знаю. — Страшная?! — Я хотел сказать прекрасная. — Поздно. — Но ты выйдешь за меня? Макото несколько секунд смотрела на него. А потом улыбнулась. — Да. — Фух. — Что «фух»?! — Ничего! Комната взорвалась смехом. И именно в этот момент пространство вспыхнуло. Все мгновенно напряглись. Кунсайт первым поднялся. Но знакомый голос заставил его остановиться. — Спокойно. Перед ними появились Сецуна и взрослая Чибиуса. Усаги замерла. — Чибиуса... Та улыбнулась. — Мама. Усаги бросилась к дочери. — Ты здесь! — Да. Сецуна посмотрела на всех. На пять пар. На Зойсайта. На Ами отдельно. И улыбнулась. — Поздравляю. — С чем? — спросила Минако. — Появилась новая линия будущего. В комнате стало тихо. — Новая? — переспросил Маморо. Сецуна кивнула. — Хаос уничтожен. — Сделка разорвана. — Ами жива. — Зойсайт жив. Она посмотрела на лордов. — И силы планет приняли вас. — Будущее изменилось. Чибиуса подошла к Ами. — Ами... Та опустила голову. — Я должна извиниться. — За что? — За своё поведение. Ами тяжело вздохнула. — Когда я не могла ходить... я отталкивала всех. — Я говорила ужасные вещи. — Решила, что никому не нужна. Она посмотрела на Сецуну. — И спасибо. — За что? — За то, что не позволила Зою забыть меня. Сецуна улыбнулась. — Я лишь показала ему дорогу. — Вернуться решил он сам. Зойсайт сделал шаг вперёд. — Тогда я тоже должен извиниться. Все посмотрели на него. — Когда начала возвращаться память... Он опустил взгляд. — Я испугался. — И сбежал. — Если бы я остался... — Зой, — перебил Кунсайт. Тот поднял голову. — Хаос всё равно бы пришёл. — Но... — Всё равно, — повторил Нефрит. Джедайт подошёл ближе. — Ты наш брат. Маморо кивнул. — И мы больше не позволим тебе расплачиваться за прошлое собственной жизнью. Зойсайт слабо улыбнулся. — Даже если очень захочу? — Особенно если захочешь, — ответил Кунсайт. Все рассмеялись. Ами подошла к Зою и взяла его за руку. Усаги прижалась к Маморо. Минако обняла Кунсайта. Рей встала рядом с Джедайтом. Макото положила голову на плечо Нефрита. Сецуна и Чибиуса смотрели на них. Пять пар. Пять сил планет. Десять воинов. Одна семья. Хаос пытался уничтожить их. Разделить. Заставить заплатить за прошлое. Но вместо этого сделал невозможное. Он объединил их ещё сильнее. Зойсайт посмотрел на Ами. Она улыбнулась. — О чём думаешь? — О том, что всё-таки вернулся. — Я же говорила, что не отпущу. — Да. Он улыбнулся. — Теперь я это понял. Ами прижалась к нему. Впереди их ждали свадьбы. Новая жизнь. Новая линия будущего. И мир, в котором никто из них больше не был обязан расплачиваться за ошибки прошлой жизни. Потому что прошлое наконец осталось позади. А будущее...Теперь принадлежало им.