Прикосновения чужих рук

Нил, возможно, даже и не заметил бы, как закончилась тренировка, если бы не Жан, который подошёл к нему. – Хозяин сегодня решил нас пощадить и поставил других драить стадион, – посвятил Жан Нила в свои догадки. – Какая щедрость с его стороны, – наиграно съязвил Нил и медленно поднялся на ноги. Жан лишь вздохнул, и вместе они направились в сторону раздевалки. Приняв душ и надев чистую одежду, они, согласно расписанию, пошли в столовую. Нил надеялся на то, чтобы спокойно пообедать, но в последний день Рико явно не планировал оставлять его в покое. Младший Морияма появился за спиной обедающего Джостена и положил свою руку ему на плечо, от чего Нил вздрогнул. Рико с силой сжал его плечо и наклонился к его уху, шепча: – Натаниэль, тебе ручку принести? – Ядовито-сладкие слова Рико пробирали до самых костей. – Я не подпишу контракт, – уверенно сказал Нил, отложил вилку и выпрямился. – Какая жалость, – трагично протянул Рико. – Как я посмею оставить свою игрушку неиспользованной перед ее отъездом? Я так не могу. Пошли, Натаниэль, тебе предстоит твоё лучшее времяпровождение за всю твою жизнь в моей комнате. Рико поднял Нила со стула и потянул за собой так быстро, что ослабленное тело Джостена еле-еле поспевало за ним. Открыв дверь, Морияма толкнул его в комнату, закрывая за собой. После толкнул на кровать, стянул одежду сначала с себя, а после позаботился и о Натаниэле. Грубые руки Рико бесстыдно блуждали по телу голубоглазого, у которого даже сил отбиваться не было. У японца основным фетишем был запах тела Нила. А Нила, в свою очередь, чуть не вырывало от этих действий. – Твой запах сводит меня с ума. Натаниэль, Натаниэль, что же ты со мной делаешь? ~ Рико нежно целовал кожу Нила, его руки тоже делали более плавные движения. У Абрама было ощущение, что его сейчас вырвет от этого; если грубость он ещё мог выдержать, то нежности со стороны этого ублюдка... «– Никогда!» – слова снова отдались эхом: НИКОГДА НИКОГДА НИКОГДА – Натаниэль, не напрягайся. В этот раз я буду нежен, – язык японца проник в рот Джостена, – обещаю, – не отрываясь от его губ, прошептал Рико. Пальцы этого ублюдка начали медленно массировать промежность. После он всунул два пальца, начав с особой аккуратностью и заботливо двигать ими. Нил прикусил язык, чтобы ни один стон не вырвался из его уст. Вытащив пальцы, Рико приставил свой член к покрасневшему отверстию и начал медленно входить. Это было невыносимо. Младший Морияма, зайдя во всю длину, начал медленно двигаться внутри Нила, одновременно то целуя его, то оставляя засосы, которые не скрыть одеждой. В этот раз он позаботился и о Натаниэле: он медленно водил рукой по его члену вверх-вниз, доводя до пика. От этого зрелища на лице у Мориямы появилась самодовольная ухмылка. А Нилу стало мерзко от самого себя... МЕРЗКО МЕРЗКО МЕРЗКО Это продолжалось около получаса. В конце Рико кончил внутрь, и Нил почувствовал горячую, липкую жижу внутри. До чего же это было противно... ПРОТИВНО ПРОТИВНО ПРОТИВНО С пустой головой, на автомате одевшись, Нил ушёл к себе в комнату, там был Жан. Абрам без слов дал понять, что идёт принять ванну. В ванной комнате он пробыл более 20 минут, пытаясь смыть с себя прикосновения, поцелуи и до тошноты противные ему слова. Выйдя из ванной и сев на кровать, он услышал голос Моро: – Где на этот раз нужно обработать раны? – с пониманием спросил француз. – Нигде, – кратко ответил Нил. – Это как «нигде»?... – с явным непониманием спросил Жан. – В этот раз он предпочёл быть... – Джостену пришлось выдавить из себя эти слова, – ...нежным. Жан молчал, пытаясь переварить информацию, и кивнул лишь через пару секунд. – Жан, можешь, пожалуйста, найти мне один пластырь и тональный крем? – Пластырь-то я тебе найду, а тональный крем, увы... – с жалостью ответил Жан. – И на том спасибо... – поблагодарил Абрам. – Тренировка через 10 минут, – напомнил Жан. Они пошли в сторону душевых и раздевалок. Переодевшись, все вороны вышли на поле.

***

Тренировка прошла для Нила как в тумане. Из всего запомнился лишь мяч, который прилетал то в одно место, сбивая его с ног, то в другое. В его комнате Жан обработал ему раны. После они всю ночь шептались на французском.

***

Наутро, после разрешения тренера, Жан с гидом покинули пределы гнезда. В машине до аэропорта они ехали молча. В самом аэропорту Моро сунул в карман брюк Нила несколько пластырей. – Спасибо тебе, Жан... – сказал Нил, и сердце болезненно сжалось. Было видно, что Жану тоже сейчас тяжело. – Жан... Я приду за тобой, я обещаю... – выдавил из себя слова Нил, в которые сам еле верил. Он криво улыбнулся Жану, а тот — ему в ответ. – Да что там я, ты себя главное береги. Обменявшись последними взглядами, оба развернулись и пошли своими путями. Нил должен был сесть на самолёт, который вернёт его в Южную Каролину, а Жан обязан был вернуться в гнездо. По дороге к регистрации Нил криво нацепил на цифру четыре пластырь.

***

Опомнился он только тогда, когда сидел в аэропорту Южной Каролины. Напротив него лежала его сумка, Жана рядом не было, он остался в том кошмаре...