Яндере-Гарем с Системой Гачи в Наруто

*Паф!* ​ ​*Паф!* ​ ​*Паф!* ​ ​Ранним ​утром, ​ещё ​до ​завтрака, ​Аобу ​подняла ​с ​постели ​Хаяме ​для ​утренних ​тренировок. ​ ​Они ​стояли ​во ​дворе, ​каждый ​с ​бамбуковым ​мечом ​в ​руках, ​отрабатывая ​удары. ​ ​Хотя ​это ​называлось ​обменом ​ударами, ​на ​самом ​деле ​Аоба ​непрерывно ​атаковал, ​а ​Хаяме ​только ​защищался, ​блокируя ​каждый ​удар. ​ ​Даже ​бамбуковые ​мечи ​при ​ударах ​издавали ​громкий ​звук. ​Аоба ​не ​сдерживался ​— ​каждый ​удар ​был ​быстрым, ​точным ​и ​жёстким. ​Углы ​атаки ​выбирал ​сложные, ​да ​и ​сила ​была ​далеко ​не ​детской. ​ ​После ​нескольких ​десятков ​обменов ​на ​лбу ​Аобы ​уже ​выступила ​лёгкая ​испарина. ​ ​Всё-таки ​он ​был ​ещё ​ребёнком. ​Если ​бы ​не ​его ​запасы ​чакры, ​сопоставимые ​с ​генинами, ​он ​вряд ​ли ​выдержал ​бы ​столько ​раундов. ​ ​Хаяме, ​блокируя ​удары, ​с ​удовлетворением ​отмечал ​про ​себя: ​скорость ​атак, ​сила ​ударов ​и ​даже ​выбор ​момента ​— ​всё ​говорило ​о ​том, ​что ​парень ​не ​забросил ​тренировки ​из-за ​девочек. ​ ​Одновременно ​он ​чётко ​ощущал ​скрытый ​в ​Аобе ​устрашающий ​талант. ​ ​В ​мире ​ниндзя ​самый ​прямой ​способ ​измерить ​дарование ​— ​это ​объём ​чакры. ​За ​редким ​исключением, ​любой ​известный ​шиноби ​не ​мог ​похвастаться ​малым ​запасом. ​ ​А ​сейчас, ​в ​свои ​семь ​лет, ​Аоба ​уже ​обладал ​чакрой, ​далеко ​превосходящей ​сверстников. ​Это ​напомнило ​Хаяме ​некогда ​прославленного ​гения ​— ​Хатаке ​Какаши. ​ ​Вундеркинд, ​с ​детства ​одарённый ​в ​фехтовании, ​и... ​лучше ​не ​продолжать ​сравнение. ​ ​После ​ещё ​нескольких ​ударов ​Хаяме ​отступил ​на ​шаг, ​давая ​знак ​остановиться. ​ ​— ​Неплохо. ​Вижу, ​ты ​не ​расслабился. ​Следующий ​этап ​— ​интеграция ​чакры ​в ​технику ​меча. ​ ​Услышав ​это, ​Аоба ​оживился: ​ ​— ​Это ​та ​техника, ​где ​можно ​резать ​энергией? ​ ​*Шлёп!* ​ ​Аоба ​схватился ​за ​голову. ​ ​— ​Худшее ​в ​тренировках ​— ​забегать ​вперёд. ​Всё ​нужно ​делать ​постепенно. ​Ты ​ещё ​ходить ​нормально ​не ​научился, ​а ​уже ​о ​полётах ​мечтаешь? ​ ​— ​Мне ​просто ​интересно! ​ ​Аоба ​потирал ​ударенное ​место. ​ ​Хаяме, ​видя ​его ​смирение, ​смягчился. ​В ​глазах ​мелькнула ​усмешка. ​ ​— ​Пойду ​готовить ​завтрак. ​А ​ты ​сначала ​помойся. ​ ​«Готовить ​завтрак» ​на ​деле ​означало ​развести ​растворимый ​рамен, ​добавив ​яйца, ​молоко ​и ​фрукты. ​ ​Просто, ​но ​сбалансировано. ​ ​Аоба ​не ​жаловался ​— ​он ​и ​сам ​предпочитал ​рамен ​традиционным ​японским ​завтракам. ​ ​——— ​ ​За ​завтраком ​Хаяме ​серьёзно ​сказал: ​ ​— ​В ​ближайшие ​дни ​не ​ищи ​встреч ​с ​девочками. ​ ​— ​Почему? ​ ​— ​То, ​что ​будем ​изучать, ​непростое. ​А ​я ​надолго ​не ​задержусь, ​так ​что ​время ​ограничено. ​ ​Пару ​дней ​без ​подружек ​— ​не ​конец ​света, ​да? ​ ​Аоба ​промолчал. ​Почему ​в ​конце ​обязательно ​подколоть? ​ ​Хаяме ​стал ​ещё ​серьёзнее: ​ ​— ​Кстати, ​кого ​из ​трёх ​ты ​больше ​любишь ​— ​Тентен, ​Ино ​или ​Сакуру? ​ ​Впервые ​за ​всё ​время ​он ​проявил ​искренний ​интерес. ​Хотя ​обычно ​строгий, ​в ​вопросах ​будущего ​семьи ​Сиракумо ​позволял ​себе ​немного ​посудачить. ​ ​Аоба ​прикусил ​палочки. ​Не ​скажешь ​же: ​«Хочу ​всех»? ​ ​— ​Тогда ​с ​кем ​тебе ​интереснее ​всего? ​— ​не ​отставал ​Хаяме. ​ ​— ​Мне ​везде ​хорошо. ​ ​Ответ ​был ​безупречным. ​ ​Он ​уделял ​внимание ​всем ​трём. ​ ​——— ​ ​Хаяме ​не ​был ​мастером ​ярких ​ниндзюцу. ​ ​Его ​коронкой ​были ​два ​приёма: ​ ​«Вакуумный ​меч» ​и ​«Техника ​мерцания». ​ ​Первый ​заключался ​в ​насыщении ​клинка ​чакрой ​и ​создании ​режущих ​ветряных ​лезвий. ​ ​Второй ​позволял ​рассыпаться ​листьями, ​уклоняясь ​от ​атак. ​ ​Так ​как ​«мерцание» ​сложнее, ​обучение ​начали ​с ​меча. ​ ​Первый ​шаг ​— ​насытить ​меч ​чакрой. ​ ​С ​клинком ​из ​стали ​покрытой ​чакрой ​это ​просто. ​Но ​с ​обычным ​— ​куда ​труднее. ​ ​— ​Твоя ​природа ​чакры ​— ​ветер, ​идеальная ​для ​вакуумного ​меча. ​ ​Хаяме ​поднял ​с ​земли ​ветку. ​ ​Лёгкое ​гудение ​— ​и ​та ​окуталась ​голубоватым ​сиянием. ​ ​Аоба ​почувствовал ​исходящую ​от ​неё ​«остроту».