[ Глава 29 ]
16 мая 2026 г., 05:20
Хьюга Хиаши тоже не ожидал, что Хината снова одержала верх над Неджи.
На этот раз она даже прямо сбила его с ног.
Однако это было не то, что поистине шокировало Хьюгу Хиаши в этот момент.
То, что действительно потрясло его, была аура, которая только что вырвалась из Бьякугана Хинаты. Та угнетающая сила даже заставила самого Хьюгу Хиаши на мгновение почувствовать панику.
Хьюга Хиаши был не как Неджи, ребенок побочной семьи, который ничего не знал и был совершенно невежествен.
Как глава клана Хьюга, он знал больше секретов о Бьякугане.
Хотя у Бьякугана не было такого множества сложных форм, как у Шарингана, эволюционирующего от одного томое до трех томое, а затем до Мангекё Шарингана, Бьякуган также имел свою иерархию чистоты.
Бьякуган с более высокой чистотой мог видеть на большие расстояния, проникать взглядом через более крупные объекты, наблюдать окружение более тщательно и давать большее усиление способностям.
Хотя Хьюга Хиаши не знал, что именно представляла собой та угнетающая аура, исходившая от Бьякугана Хинаты, тот факт, что она могла заставить даже его почувствовать беспокойство, был достаточным доказательством того, что чистота Бьякугана Хинаты превосходила его собственный.
'Хината — настоящий гений!'
Пока Хьюга Хиаши размышлял, его глаза загорелись блеском.
В этот момент Хината, однако, пошатнувшись, подошла к Хьюге Хиаши.
Она положила обе руки на лоб и встала на колени.
"Отец... могу ли я спросить, было ли мое выступление... достаточно хорошим, чтобы пойти к Аобе-куну?"
Треск—
Свет в глазах Хьюги Хиаши исчез, и он почувствовал, что его сердце вот-вот разорвется.
Потрясающий талант Хинаты, проявившийся внезапно, сделал его, этого старого отца, чрезвычайно счастливым. Но тот факт, что она проявила такую силу только ради встречи с Сиракумо Аобой, глубоко ранил Хьюгу Хиаши.
Как бы он, как ее отец, ни пытался ее убедить, Хината всегда пропускала его слова мимо ушей, словно они ничего не значили. Но как только дело касалось Сиракумо Аобы, этого мелкого проходимца, она полностью менялась после всего двух встреч.
Его драгоценная дочь, его маленькая ватная курточка, которую он даже не успел как следует надеть, казалось, уже принадлежала кому-то другому.
В этот момент Хьюга Хиаши почувствовал желание задушить Сиракумо Аобу.
Однако, поскольку он уже дал слово Хинате, ему оставалось только ворчать в душе, прежде чем холодно произнести: "Тогда ты наказана на неделю. После этого, если ты выполнишь свои ежедневные тренировочные задачи, оставшееся время ты можешь распоряжаться по своему усмотрению."
"Спасибо, отец!" — слегка обрадовалась Хината.
Хьюга Хиаши больше нечего было сказать: "Тогда иди отдыхай. Ты сегодня израсходовала немало чакры, так что дальнейшие тренировки не подходят."
"Да, отец," — Хината встала, но вместо того, чтобы сразу уйти, подошла к Неджи, который только что поднялся и все еще имел мрачное выражение лица.
Глядя на недовольное и искаженное лицо Неджи, в сердце Хинаты мелькнул страх.
Но она все же собралась с духом, слегка поклонилась и извинилась: "Прости, Неджи-ниисан, у меня не было выбора, кроме как победить тебя."
Как бы искренне ни была настроена Хината, недовольство на лице Неджи ничуть не уменьшилось. Он молчал, просто отвернувшись.
Увидев это, Хината почувствовала легкое разочарование, но не задержалась и сразу покинула тренировочную площадку.
"Неджи, ты в последнее время расслабился," — глядя на недовольного, молчаливого Хьюгу Неджи, Хьюга Хиаши слегка покачал головой и махнул рукой.
"Ты можешь идти. Помни, с этого момента тренируйся как следует."
"Да, лорд Хиаши," — скрипя зубами, Неджи покинул тренировочный зал. По дороге домой он также размышлял об одном имени.
"Сиракумо Аоба... так это ты изменил Хинату?"
Неджи сжал кулаки и стиснул зубы.
"Я должен сам увидеть... что именно ты сделал, чтобы та слабая Хината так сильно выросла за такое короткое время."
Его глаза блеснули, и в голове внезапно появилась дерзкая идея.
В это время он должен был тренировать Мягкий Кулак, и члены основной семьи также тренировались.
Неджи временно отложил мысли о противостоянии с Сиракумо Аобой и вместо этого тихо пробрался к тренировочной площадке основной семьи Хьюга.
Как член побочной семьи, из-за статуса и иерархии ему не позволялось изучать полную технику Мягкого Кулака.
Чтобы улучшить свою силу, даже если только для того, чтобы победить Хинату, ему нужно было освоить полный Мягкий Кулак.
Однако это так называемое 'воровство' техники было только тем, что Неджи считал воровством.
Пока он с поднятой задницей подглядывал за членами основной семьи, обливающимися потом на тренировке, за ним наблюдал другой человек.
Хьюга Хиаши, который случайно проходил мимо тренировочной площадки основной семьи, случайно заметил Неджи, крадущегося вокруг.
Хьюга Хиаши мог только вздохнуть в душе, покачать головой и сделать вид, что ничего не видел.
———
[Раннее утро]
Сиракумо Аоба естественно открыл глаза и взглянул на будильник на прикроватной тумбочке.
Он лениво поднялся и пошел умываться. Поскольку было еще рано, он мог не спешить.
Сегодня дома никого не было. Сиракумо Хаяме и Узуки Югао снова покинули деревню для выполнения миссии.
В конце концов, они уже отдыхали довольно долго. Если они не возьмут еще одну миссию, им может не хватить даже еды.
Однако, даже без этих двоих для надзора, Сиракумо Аоба все еще сохранял высокий уровень самодисциплины.
Утром он ходил в больницу учиться. Днем занимался фехтованием. Ночью делал физические тренировки.
Даже с системой заработать большие деньги на данный момент было довольно сложно.
В прошлый раз Хьюга Хиаши дал ему сразу 100,000 рё, и это полностью его избаловало.
Закончив завтрак в одиночестве, Сиракумо Аоба отправился в больницу.
———
[Больница Конохи]
"Аоба, ты и сегодня рано."
"Аоба, доброе утро!"
"Аоба-кун, старайся в учебе сегодня!"
"Маленький Аоба, ты выглядишь как всегда красиво!"
"Маленький Аоба, дай старшей сестре посмотреть на тебя..."
По мере того как комментарии персонала больницы становились все смелее, Сиракумо Аоба поспешно убежал.
Он стал чем-то вроде маленькой знаменитости в больнице.
Медицинский ниндзя его возраста был крайне редким явлением за всю историю Конохи.
Именно, Аоба теперь считался медицинским ниндзя.
Стандарт для медицинского ниндзя был довольно прост: если человек овладел техникой Мистической Ладони, он мог лечить 90% травм ниндзя.
Что касается оставшихся сложных случаев, их могли решить только специалисты.
Тот, кто овладел техникой Мистической Ладони в таком молодом возрасте, имел неограниченный потенциал. Через десять лет он мог бы стать крупной фигурой в больнице Конохи.
Естественно, у всех были свои мысли о нем.
Только что Сиракумо Аоба вошел в кабинет, как услышал дразнящий голос.
"О? Разве это не наша маленькая знаменитость?"
Сиракумо Аоба улыбнулся с иронией: "Сукуи-неэсан, пожалуйста, не дразни меня..."
Не успел он закончить, как его лицо сжали.
Он почти забыл, что это место было самым опасным из всех.
"Маленький Аоба становится все милее и милее. Неудивительно, что Югао так тебя любит."
———
"Цунаде-сама! Помедленнее! Разве ты не сказала, что это просто мошенничество, и ты уже отказалась участвовать?"
Как только эти слова прозвучали, за ними последовал громкий крик: "Шизуне, давай быстрее! Если мы замедлимся, нас, вероятно, снова заблокируют!"
"Этот старик действительно использовал такие грязные приемы... Если этот парень Сиракумо Аоба действительно существует, хорошо! Но если нет, я клянусь, что сожгу его бороду."
Пока Цунаде бежала, вены на ее лбу набухли, и, когда волны накатили, Шизуне и маленькая розовая свинка в ее руках одновременно вздохнули.
"Если бы только Цунаде-сама не продолжала играть и накапливать долги, мы бы не попали в эту передрягу..."
