Все впереди

К салону, где должен был быть девичник, Андрей с Катей подъехали на такси. За руль сегодня вечером Андрей садиться не захотел. Конечно, напиваться до беспамятства он не собирался, но мальчишник все-таки оставался мальчишником, поэтому такси показалось ему самым разумным вариантом.    Они приехали немного заранее, приблизительно без четверти пять, но стоило им выйти из машины, как подъехало второе такси, в котором были Роман с Натой и Лиза. Первой из машины буквально выпорхнула Лиза. Следом вышла Ната, а потом и Роман. Малиновский тут же привычным жестом приобнял девушку за плечи и что-то негромко сказал ей на ухо.   Андрей невольно усмехнулся. Если бы он не знал всей этой истории с самого начала, если бы не участвовал в придумывании этой легенды и не видел, как все начиналось, то ни на секунду не усомнился бы, что отношения у них самые настоящие. Со стороны все выглядело абсолютно естественно. И дело было даже не в объятиях или поцелуях. Просто рядом друг с другом они держались так, как обычно держатся люди, которым действительно хорошо вместе.   Впрочем, размышлять об этом долго не получилось. Лиза уже что-то рассказывала Кате, Ната улыбалась, а Роман поздоровался с ним и кивнул в сторону входа: – Ну что, пойдем?   Внутри салона оказалось довольно оживленно. Андрей сразу заметил несколько знакомых лиц. И среди них Лену Шестикову. Он мысленно вздохнул. С одной стороны, это было даже хорошо. Если уж Шестикова увидит Нату и Романа вместе собственными глазами, то нужные слухи потом разлетятся именно в нужную сторону. С другой стороны, ему совершенно не хотелось, чтобы она решила поработать журналистом прямо сейчас и начала приставать к Кате с вопросами в разгар девичника.   Судя по выражению лица Малиновского, тот подумал о том же самом. Роман коротко кивнул Андрею, мол, подожди минуту, и направился прямо к Лене. Разговор длился недолго. Шестикова то улыбалась, то закатывала глаза, то что-то возражала. Роман отвечал спокойно и даже с каким-то подозрительным терпением. Наконец она фыркнула, махнула рукой и отвернулась к разговору со стилистом.   Малиновский вернулся обратно.   – Ну? – поинтересовался Андрей.   – Договорились. Она не мешает девичнику твоей невесты и не делает никаких фотографий, но может писать о том, что увидела. Думаю, это нам на руку.   – Отлично! И сколько это мне будет стоить?   – Два пригласительных на грядущий показ и одно интервью после медового месяца.   Андрей рассмеялся. – Всего-то? Нам как раз удобно, чтобы она пришла в четверг, а интервью после медового месяца – это не проблема.   – Я тоже так решил.   Андрей согласно кивнул. Если уж выбирать между одним интервью и попытками добыть эксклюзив прямо сегодня, выбор был совершенно очевиден. Главное, чтобы Катин девичник прошел мирно, и она получила удовольствие от праздника.    Он перевел взгляд на Катю и невольно залюбовался ею. За последние дни он, кажется, окончательно разучился спокойно смотреть на свою невесту. Даже сейчас, когда они провели вместе весь день, ему все равно хотелось подойти ближе, обнять ее или просто взять за руку. Впрочем, до свадьбы оставалась всего неделя. А потом у них будет медовый месяц. Пусть всего одна неделя, но это будет их неделя. И, наверное, Катя права – они только-только вернулись из отпуска в Швейцарии, так что возмущаться слишком коротким медовым месяцем не стоит. Но кто бы знал, как ему хотелось, чтобы этот месяц был именно месяцем!   В салон начали съезжаться Катины гости. Сначала появилась Таня Пончева, очень радостная от того, что ее не забыли пригласить, несмотря на декрет. Почти одновременно подошли Амура и Шура, а следом за ними вошла Юлианна.    Андрей посмотрел на часы. Пора было уходить. Он притянул Катю к себе и поцеловал. Всего на несколько секунд.   – Не скучай без меня.   – Я постараюсь, Андрюша, – улыбнулась она. – Тебе тоже хорошего вечера.    Конечно, не скучать она не собиралась. Девичник для того и придумали. Но все равно было приятно это сказать и увидеть ее ответную улыбку. Он еще раз коснулся губами ее виска и нехотя отпустил.   Рядом Роман обнял Нату. Что-то тихо сказал ей на ухо, отчего она смутилась и тут же легонько толкнула его локтем.   – Я все слышала, – немедленно заявила Лиза.   – Не может быть, – совершенно серьезно ответил Малиновский.   – Почему?   – Потому что я сам ничего не слышал.   Лиза возмущенно фыркнула. Ната закатила глаза, а Катя тихо рассмеялась.   Андрей поймал взгляд Романа. Тот едва заметно кивнул в сторону улицы. Пора. Попрощавшись с девушками, они вышли из салона и неспешно направились в сторону Патриарших. До начала мальчишника оставалось еще немного времени.   Они неторопливо шли вдоль пруда. Погода неожиданно решила сделать им подарок – вечер выдался теплым для октября. Вода в Патриаршем пруду почти не шевелилась, отражая желтые огни первых фонарей. Листья уже успели пожелтеть, но еще не начали облетать, и от этого вокруг было по-осеннему красиво.   Роман закурил первым, предложил Андрею, и он решил не отказываться. Несколько минут они просто шли молча.   – Слушай, а ведь неделя в итоге прошла лучше, чем я ожидал, – заметил Андрей. – Я был уверен, что мы что-нибудь обязательно завалим.   – Еще не вечер, – философски заметил Роман. – Но я надеюсь, что все успеем – показ почти готов.   Андрей усмехнулся:  – Не сглазь.   – Вот именно поэтому я и сказал «почти готов», – хмыкнул Роман.     – Знаешь, мне иногда до сих пор не верится, – неожиданно признался Андрей.   Роман вопросительно посмотрел на него, но спрашивать ничего не стал – то ли сам прекрасно понял, что именно имеет в виду Андрей, то ли хотел дать ему возможность выговориться без перебиваний.    – Что Катя жива. Что мы снова вместе. Что через неделю свадьба. Что следующим летом у нас будет ребенок, – он усмехнулся и покачал головой. – Иногда просыпаюсь утром и несколько секунд просто лежу и думаю, что сейчас окажется, что мне это все приснилось.   Роман отвел взгляд к воде: – Не окажется.   – Надеюсь... И, Ром… Знаешь, если бы не ты, ничего этого вообще не было бы.   Роман тяжело вздохнул.   – Началось. Палыч, давай только без всей этой пафосной фигни, ладно? Мы вырулили, и это прекрасно. Давай теперь даже мысленно поменьше возвращаться к этим муторным зиме-весне-лету. Ну, знаешь, не стоит вглядываться в бездну, чтобы она не начала вглядываться в нас, – он чуть нервно хохотнул и провел рукой по лицу.   – Ладно, урежем пафос, – улыбнулся Андрей. – Просто я очень рад, что у меня есть такой друг как ты.    – Взаимно, – усмехнулся Роман.     Какое-то время они снова шли молча, а потом Андрей все же спросил:   – А как у тебя с Натой?   – Нормально.   – Очень содержательный ответ. Пятерка тебе за лаконизм и двойка за развернутость ответа. По сумме – незачет.   – По сумме – трояк. Но если серьезно, то что ты хочешь услышать?   – Не знаю, – Андрей пожал плечами. – Просто со стороны все выглядит очень естественно.   – Ну так и я, и Ната – люди талантливые и разносторонние, – рассмеялся Малиновский.     – Если бы я не знал, что это начиналось как легенда для публики, я бы вообще ни в чем не усомнился.   – Мы стараемся. Ну и если совсем уж честно, то это выходит легче, чем я ожидал. Мотанки, конечно, прибавилось существенно, но в целом все идет неплохо. С Наташей хорошо обсуждать стратегию, да и вообще поговорить «ни о чем», когда нужно занять время в дороге или ресторане. И я хочу верить, что она воспринимает это приблизительно так же.     – Со стороны вы выглядите как люди, которым хорошо вместе.   На этот раз Роман ответил не сразу.   – Нам действительно неплохо вместе. Так что я надеюсь, что мы с ней продержимся пару месяцев в таком же духе и сможем расстаться без обид. А еще лучше – расстаться именно друзьями.    Андрей усмехнулся и ничего не ответил. Еще этой зимой он говорил о Кате почти теми же словами. Тоже рассуждал про обстоятельства и про ответственность. И тоже был совершенно уверен, что прекрасно понимает, что именно чувствует. Впрочем, лезть с советами он не собирался. По крайней мере сейчас. В конце концов, если между Романом и Натой действительно было что-то большее, чем удачная легенда для публики, то лучше обсудить это с Ромой через пару-тройку недель.   Они пришли в ресторан заранее, где-то без десяти шести. «Серебряный лев» был еще полупустым – они только-только открылись на сегодняшний вечер. Андрей с Романом прошли к заранее забронированному столику в дальнем углу зала. Стоило им присесть за стол, как появился Зорькин. Поздоровался, сел напротив и тут же принялся говорить о работе, словно у них было выездное совещание. Андрей мысленно усмехнулся – похоже, Катя с ним серьезно поговорила, чтобы он не начал говорить лишнего и не испортил вечер. По крайней мере, тот изо всех сил старался вести себя как серьезный финансист, но очень быстро не выдержал и спросил с любопытством, которое он и не пытался скрывать:   – Ну что, жених, нервничаешь? – и Зорькин тут же перевел взгляд на Романа: – А ты как? Все-таки твой лучший друг женится, а ты сам вроде как женитьбы боишься…   Андрей усмехнулся: – Нет, Коль, предвкушаю – если ты о свадьбе. Насчет показа – вот тут да, начинаю мандражировать. А ты как?   Малиновский отзеркалил усмешку: – А я – прям стахановец, поэтому жажду премии. Согласен взять пивом и хорошим стейком. Вчера управился с техосмотром и теперь на два года я от этого свободен. А в пятницу встретился с тем аспирантиком, вроде бы нашли общий язык. По крайней мере, он обещал к Наташе больше не лезть. Так что сегодняшний отдых я более чем заслужил. Ну а свадьба-то не моя, а Андрея – мне-то ее почему бояться?   Коля явно хотел что-то добавить к словам Романа, но в последний момент сдержался и перевел взгляд на гравюры, висящие на стене.     Полянский, Беляев и Орлов подошли к столу одновременно, ровно в шесть вечера. Андрею даже показалось, что ребята встретились сначала на улице. Поздоровались, пожали руки, поздравили со свадьбой, расселись за столом.   Все было правильно. Все было очень доброжелательно. Но так, словно это встреча именно с деловыми партнерами, а не с друзьями.   Они заказали еду, взяли по пиву. Официант предупредил, что горячее придется подождать минут 20–25. Разговор вроде бы начался. Обсудили погоду, какие-то новости, очередной проект Полянского. Но разговор постоянно буксовал.   Андрей поймал себя на том, что уже несколько раз замечал один и тот же взгляд. Сначала у Германа. Потом у Кирилла. Потом у Вадима. Будто каждый из них разглядывал его и пытался понять что-то важное. И что самое странное, когда Андрей заказывал пиво, они все почему-то смотрели в сторону Ромы. Мелькнула мысль, что они начитались статей про «кураторство», но Андрей тут же отбросил ее как совершенно бредовую. Они же знают и его, и Ромку! Знают уже столько лет! Почти треть, а то и половину их жизни!   Ромка, судя по всему, тоже заметил эту странность. Он старался выглядеть расслабленным и даже веселым, но Андрей слишком хорошо его знал.   И когда принесли пиво и закуски, Малиновский достал из куртки пачку сигарет и зажигалку, и легко произнес: – Пожалуй, я пойду покурю, пока не принесли еду. Николай, составишь мне компанию?   Коля уставился на него едва не открыв рот, потом все же произнес: – Малиновский, ты же знаешь, что я не курю. И наш столик вообще-то в курящей зоне. Вот пепельница, если ты не заметил, – он пододвинул тяжелую металлическую пепельницу поближе к Роману. – Кури себе на здоровье…    Ромка иронично поднял бровь, Зорькин стушевался и добавил: – Ну в смысле, не на здоровье, но кури… Ну, ты понял.   – Я понял, Николай. Пойдем покурим, пока не принесли еду, – продолжал улыбаться Малиновский.   Андрей перевел взгляд на приятелей. Герман откинулся на спинку стула и с интересом наблюдал за происходящим. Кирилл выглядел удивленным. А вот Вадик, наоборот расслабился.   – Но зачем?! – не выдержал Коля. – Чего тебе тут не курится-то спокойно?! Хочешь уравновесить никотин свежим воздухом? Это не работает.   Герман тихо хмыкнул.   – Хочу уравновесить, – согласился Малиновский, – но немного другую отраву. Зорькин, запомни, если тебя просят составить компанию на покурить, это значит что либо хотят поговорить с тобой, либо хотят, чтобы оставшиеся поговорили без уходящих. Кстати, курить при этом не обязательно, – он повернулся к Герману, Вадиму и Кириллу: – Извините, у нас тут небольшие проблемы с социализацией новых членов команды, но мы над этим работаем, можно сказать, в поте лица. И да, ребят, я прекрасно понимаю, как вся эта ситуация выглядит со стороны. И отсутствие мощного загула на мальчишнике Андрюхи, и очень короткие сроки из серии «завтра мальчишник, послезавтра свадьба». И очень узкий круг приглашенных, где из пяти гостей один друг детства невесты, а второго считают «куратором» Андрюхи, и обсуждают в ЖЖ как где и в каких позах он Палычу объяснял как именно тот должен себя вести… Поэтому, пока вечер совсем не стух, давайте я с Николаем схожу покурить, а вы поговорите. Без «кураторов».   Он подхватил свой бокал и направился к террасе ресторана. Коля отчаянно покраснел, скомканно извинился и направился за Малиновским, едва не забыв на столе свое пиво.   Андрей мысленно выругался. Дело все-таки в статьях – если уж это пришло в голову и Ромке тоже, то, увы, так и есть. Тем более, Ромка упомянул и Живой Журнал, а раз он не говорил о нем прежде, то считает это такой «розеткой», в которую ему самому пальцы совать очень нежелательно… Но кроме статей было кое-что еще – гораздо более важное. Его собственные поступки, которые можно было трактовать очень по-разному. Или же вполне однозначно, если не знать всей правды.    Ребята держались так странно, потому что не понимали, что именно с ним происходит. И пришли сегодня не столько отпраздновать мальчишник, сколько попытаться выяснить, не нужна ли ему помощь. И помочь, если удастся.      Андрей несколько секунд молчал. Потом медленно провел ладонью по лицу и невесело усмехнулся.   – Елки… Ребят, до меня только сейчас дошло как это все может для вас выглядеть. Но… Я понимаю, почему вы напряглись. Правда понимаю. Особенно после этих заказанных Хмелиным статей. Ребят, вы просто не представляете, насколько они далеки от правды. Меня никто ни к чему не принуждает. Я очень люблю Катю. А мальчишник такой не потому, что мне что-то запретили. Просто… давайте я попытаюсь рассказать с самого начала.    Он глубоко вдохнул, пытаясь собраться с мыслями.   – Гер, ты же помнишь Катю Пушкареву?   Полянский кивнул: – Помню. Очень толковая девочка.   Андрей невесело усмехнулся.   – Я таких людей вообще раньше не встречал. Она очень искренний человек. Очень добрый. И очень честный.    За столом стало тихо.   – И я ее полюбил. По-настоящему. Не влюбился, а именно полюбил. Всерьез…. Проблема была в том, что понял я это слишком поздно, – он покрутил в руках бокал и несколько секунд смотрел на янтарное пиво. – К тому моменту я уже понимал, что с Кирой у нас ничего не получится. Давно понимал, если честно.   Он поморщился.   – Но Катю я к тому времени успел обидеть так, что до сих пор вспоминать тошно. Глупо. Жестоко. И очень мерзко. После февральского совета директоров она ушла из компании. Я даже не знал, куда. Не знал, как ее найти. Не знал, как объясниться. И самое паршивое – понимал, что оправдываться мне, по большому счету, нечем.    Он сделал глоток пива и покачал головой: – Я тогда просто сходил с ума от всей этой ситуации. И от злости на себя тоже. Сначала от того, что натворил. Потом от того, что не мог ничего исправить. Ввязался в драку с компанией боксеров. В какой-то момент даже жалел, что выжил в этой драке.    За столом стало тихо.   – Но потом решил, что если уж остался жив, значит, буду разгребать то, что натворил. Найду Катю. Объяснюсь. Попрошу прощения. Не знаю, простит или нет, но хотя бы попробую.   Андрей пожал плечами.   – И вот тогда я вцепился в работу. В модернизацию производства. Во все эти проекты. Не потому, что меня кто-то заставлял. Не потому, что вдруг стал трудоголиком. Просто нужна была цель. Что-то, ради чего можно вставать утром.   Он усмехнулся уже совсем коротко.   – И да, я действительно думал, что если сумею вытащить Зималетто вперед, если что-то серьезно изменю, то однажды смогу показать это Кате. Не как оправдание. Но хотя бы как доказательство того, что я способен стать лучше, чем был. Но… накануне апрельского показа я узнал, что она погибла.   Он произнес это спокойно, но за столом опять стало тихо.   – Была авария в Египте. Туристический автобус. Потом взрыв. Катя числилась среди тех, кто поехал на экскурсию.   Он покрутил бокал в руках и отставил его в сторону и сжал руку в кулак – пальцы начали подрагивать.   – Мне сказали, что опознавать там практически было нечего. Поэтому официально ее признали погибшей. Но хоронить было некого.   Он на какое-то время замолчал, пытаясь успокоиться и справиться с голосом.    – Меня это все просто пришибло. Так что да. Я работал как проклятый. Старался думать о модернизации производства, о покупке и наладке станков, об улучшении всего потока. О чем угодно, лишь бы не думать о главном – что Кати больше нет. Так прошел почти месяц. И все это время Рома был рядом. Пытался как-то меня встряхнуть, поддержать. Пока я не сорвался именно на него – глупо и стыдно.    Андрей посмотрел в сторону террасы, куда Малиновский ушел вместе с Зорькиным.    – Мы потом помирились. И именно Рома убедил меня сбавить обороты и перенаправить энергию хотя бы в спорт. Я так и сделал. Вернулся на карате. Это помогало держаться на плаву. Но, если честно…     Он провел рукой по лицу и тяжело вздохнул.   – Если бы Ромка тогда не был все время рядом, я бы, наверное, действительно сломался еще весной. Поэтому все эти статьи про него меня особенно бесят. Я понимаю, чего добивается Хмелин – рассорить нас. Но когда я читаю, что Малиновский меня якобы ломал или контролировал…   Андрей покачал головой.   – Жданов, погоди… – произнес Кирилл, когда пауза затянулась. – А Катя-то как жива оказалась? Там какая-то ошибка вышла, да?   – Да, она в тот день проспала и не поехала на экскурсию. И в тот же вечер у нее был самолет в Питер, а оттуда она уехала на Валдай, к родным. Я только в сентябре узнал, что ее родители сейчас там. Решил поехать туда. Попытаться поговорить. Просто чтобы… поговорить. Рома поехал со мной, для поддержки.    Он снова тяжело вздохнул, пододвинул к себе пивной бокал и обвел ребят взглядом: – Я не хочу рассказывать о поездке на Валдай. Просто… мне очень повезло. Катя жива. Она меня простила. Иногда мне кажется, что я это все до сих пор не заслужил. Катины родители отпустили ее со мной в Москву. И… Мне очень хотелось наверстать все те месяцы. Хотелось жениться как можно быстрее. Катя, как я теперь понимаю, окончательно растерялась от моего бешеного напора, но она была согласна. Мы назначили свадьбу на середину октября, забронировали ресторан, купили кольца, договорились о пошиве платья. И отложили рассылку приглашений до возвращения в Москву – Рома предложил поехать вместе в отпуск на пару недель в Швейцарию, потому что мы оба к этому времени были совершенно вымотаны. А когда мы вернулись, выяснилось, что Хмелин буквально бомбардирует Зималетто через желтую прессу.    Несколько секунд за столом все молчали. Первым заговорил Вадим.   – Ладно. Допустим, – он покрутил в руках бокал и посмотрел на Андрея уже без прежней настороженности. – Насчет Кати я тебе верю.   Андрей вопросительно поднял бровь.   – Но есть одна вещь, которую ты так и не объяснил.   – Какая?   Вадим переглянулся с Кириллом.   – Жданов, только без обид, хорошо? Ты ведь сам сказал, что понимаешь, как странно вся эта ситуация выглядит со стороны.   – Хорошо, продолжай, – пожал плечами Андрей.   – Мы сегодня приехали раньше. В половине шестого. Сидели в машине напротив салона, наблюдали за входом. И знаешь, что мы увидели?   Андрей уже начал догадываться.   – Что я пришел вместе с Ромой?   – Именно! – Вадим развел руками. – И вот это, Андрей, выглядит странно. Вы же не с работы ехали.     – Особенно после всех этих статей, – негромко добавил Кирилл. – Извини. Но мы же не слепые.   – Мы тебя сто лет знаем, – Герман посмотрел Андрею прямо в глаза. – Поэтому и пришли сегодня. Андрей, это выглядит очень странно. Именно так, как пишут в статьях, что тебе шагу не дают ступить без Романа.    Андрей немного растерялся. – Ребят, даже не знаю, что на это сказать. Я с Ромой сегодня действительно по одним и тем же маршрутам езжу, причем совершенно не случайно, – он улыбнулся. – Днем мы приезжали на прежнюю квартиру Кати. Я и Катя приезжали туда, потому что ее родители возвращались на неделю с Валдая, нам нужно было с ними встретиться, обсудить свадьбу, – Андрей развел руками. –  А Рома приезжал туда, потому что на этой квартире сейчас живет Катина двоюродная сестра с подругой. И вот с этой подругой, Наташей, Рома сейчас начал встречаться, и Наташа какое-то время поживет у него, потому что квартира Пушкаревых сейчас будет «гостиным двором» для родни. Сюда мы приехали вместе с Ромой потому, что Катин девичник начался в салоне недалеко отсюда – я отвез туда Катю, Рома Наташу, и после этого мы немного прошлись до ресторана. Более того, – Андрей снова усмехнулся и покачал головой, – мы и из клуба планировали уйти вместе, причем, наверное, прихватив с собой Колю. Катя после салона хотела отметить в Волконском у Никитских ворот, вот туда мы и планировали зайти к десяти часам, чтобы забрать своих женщин. Кстати, можете подойти туда вместе с нами, это же буквально в пяти минутах от нашего бара.   – Ладно, – Герман потер переносицу. – Наверное, я тебе верю.   – Очень обнадеживающая формулировка, – усмехнулся Андрей, – особенно это уверенное «наверное».   – Не ерничай. Я серьезно. То, что ты сейчас рассказал, звучит вполне нормально. Более того, многое объясняет.   – Но?   – Но, Андрей, ты только не обижайся.   Андрей вздохнул.   – Продолжай.   Герман несколько секунд подбирал слова. – Мы тебя слишком давно знаем. И слишком многое видели за этот год. Поэтому… да, мне все равно немного не по себе. Ты очень изменился.   За столом никто не возразил.   – Ты сейчас не похож на человека, которого куда-то тащат силой, – продолжил Герман. – Но все произошло настолько быстро…   – Сам знаю, – фыркнул Андрей. – Катин отец окрестил это «пятилеткой за год», но я и вправду хочу наверстать потерянные месяцы. «I want it all, I want it now» и все такое.   – И вот поэтому я бы действительно хотел потом сходить с вами в эту вашу кофейню. Встретиться с Катей, познакомиться с Наташей. Посмотреть на вас вместе. Просто чтобы окончательно успокоиться.   Андрей несколько секунд смотрел на него, а потом неожиданно рассмеялся.   – Гер, ты сейчас звучишь как мой отец. Хотя нет, когда я им на автопилоте начал говорить, что планирую сделать Катю своим вице и что очень жду свадьбы с нею, он явно прикидывал вызывать ли санитаров или белая горячка сама пройдет. Он тоже думал, что Катя погибла…   – Ну вот видишь. Значит, мы с Павлом Олеговичем пришли к похожим выводам.   – Ну, буду надеяться, что встреча с Катей и вас успокоит. Моих родителей ее появление определенно успокоило.    За столом наконец раздался нормальный смех. Напряжение заметно ослабло.   А потом Герман уже серьезнее добавил: – Андрей, пойми правильно. Мы не проверять тебя хотим. И не ловить на вранье. Просто если ты действительно так счастлив, как сейчас рассказываешь, то мы только рады будем увидеть это своими глазами. Мы, честно говоря, очень за тебя испугались, когда после всех этих слухов ты внезапно позвонил и сказал, что приглашаешь на свадьбу через две недели.   – О, точно, чуть не забыл! – Андрей достал из кармана куртки пригласительные на свадьбу. – Сами видите, у меня самого от этого темпа голова кругом. Кстати, я на всякий случай прихватил и пригласительные на показ нашей новой мини-коллекции в этот четверг. Приходите, если будет время.    Герман первым протянул руку за конвертом.   – На показ точно приду, – без колебаний сказал он. – И на свадьбу тоже, как обещал. После всего, что ты сейчас рассказал, я такое пропустить не могу.   – Спасибо, – усмехнулся Андрей.   Кирилл тоже взял оба приглашения: – Я постараюсь выбраться на показ. По крайней мере, очень хочется посмотреть, что вы там такое необычное придумали.   – Приходи, – кивнул Андрей. – Мне кажется, получилось интересно.   – Я тоже попробую, – поддержал Вадим. – Со свадьбой проще, а вот четверг придется согласовывать.   Андрей только кивнул.     В этот момент Кирилл посмотрел в сторону террасы:   – Кстати, пока горячее не принесли, схожу-ка я за нашими курильщиками. Пока мы тут коллективно лечили Жданова от несуществующих проблем, Малиновский наверняка успел скурить полпачки.     – Правильно, – поддержал Герман. – Тем более, если Малиновского надолго оставить без присмотра, он обязательно найдет себе девицу, а у нас все-таки мальчишник.    – Гер, вот тут точно мимо, – покачал головой Андрей. – Не знаю, как там дальше у него с Наташей сложится, но сейчас он вряд ли пойдет «налево», только если на рефлексах с кем-то пофлиртует без продолжения. Я бы скорее волновался, что он Николая научит курить, но может ему это даже на пользу будет. Нам над социализацией этого товарища еще работать и работать. Он друг Кати, так что…   За столом снова рассмеялись.   Кирилл поднялся со своего места и направился к выходу на террасу. Андрей проводил его взглядом. Кажется, самое неприятное осталось позади.   Вернулись ребята довольно быстро. Судя по выражению лица Зорькина, за несколько минут на террасе ему успели прочитать целую лекцию о человеческом общении. По крайней мере, выглядел Коля очень задумчивым.   Впрочем, стоило всем снова собраться за столом, как разговор наконец пошел легко. Принесли горячее. Кто-то вспомнил старую историю еще со времен института. Потом разговор перескочил на работу, на спорт и книги. Ромка с легкостью признал, не очень в курсе последних новостей спорта, но тут же ввернул локальную новость – что Андрей умудрился в начале сентября получить черный пояс. Разговор перешел на карате, и кто чем занимается, чтобы поддерживать форму.    Напряжение окончательно исчезло.   Наверное, именно этого ему и не хватало последние месяцы. Не обсуждений бизнеса. Не бесконечных попыток что-то кому-то доказать. А просто возможности спокойно сидеть за одним столом со старыми друзьями и не ждать подвоха.   Ближе к восьми вечера компания перебралась в бар неподалеку, и пиво сменили более крепкие напитки. Там было многолюднее и заметно веселее. Заиграла живая музыка. Появились новые тосты. После этого спорили уже не о свадьбе, а о том, кто из них первым окончательно превратился во взрослого человека. Пальму первенства тут же отдали Гере, и по всему выходило, что Андрей претендует на почетное второе место.   Даже Андрей неожиданно расслабился настолько, что почти перестал смотреть на часы. Хотя мысль о том, что через несколько часов он снова увидит Катю, нет-нет да возвращалась.   Без пятнадцати десять у него зазвонил будильник на мобильном.   – Боялся, что увлекусь и забуду о времени, – пояснил Андрей без тени смущения. – Не хочу, чтобы Катя добиралась домой одна.    После этого время внезапно вспомнили и все остальные. Расплатились быстро. Вышли на улицу уже большой компанией. Вечер оставался удивительно теплым, и прогуляться несколько минут до кафе было очень приятно.    Они вошли всей компанией в кафе. «Волконский» еще работал, но по пустеющему залу было видно, что до закрытия осталось совсем немного. За одним из дальних столиков сидели девушки. Катя что-то рассказывала, Лиза смеялась, Ната держала в руках чашку с уже остывшим чаем. Юлианна и Таня уже ушли, Шура как раз натягивала куртку, а Амура что-то искала в сумочке, тоже явно собираясь уходить.   Андрей сразу направился к Кате. Обнял за плечи, наклонился, поцеловал и взял за руку. Только после этого он по-настоящему посмотрел на нее и на секунду замер. Катя выглядела чуть иначе, чем обычно. Андрей даже не сразу понял, в чем именно дело. Только через несколько секунд сообразил, что волосы уложены совсем не так, как обычно. Наверное, именно эту прическу она собиралась делать на свадьбу. Он улыбнулся, предвкушая их праздник.   – Катюш, тебе очень идет эта укладка.   Впрочем, если честно, ему нравилась любая Катя. С растрепанным хвостом после работы. Сонная по утрам. Сосредоточенная за документами. Но сейчас она выглядела настолько красивой, что он на несколько секунд просто забыл, зачем вообще подошел к столику.    И только когда подошедший официант вежливо извинился и сообщил, что кафе закрывается буквально через несколько минут, поэтому новые заказы они уже не принимают, он кивнул в ответ: – Я просто пришел забрать свою невесту. Ну и оплатить счет.   Официант обрадовался и принес папку со счетом буквально через минуту. Герман действительно наблюдал. Не настороженно. Скорее внимательно. Кирилл тоже явно присматривался к происходящему вокруг. Вадим тем временем тоже подошел к столу, поздоровался и помог Амуре надеть пальто – Андрею показалось, что его заинтересовала яркая внешность Амуры.   Ромка уже успел подойти к Нате. Совершенно естественным движением приобнял ее за плечи, что-то сказал, рассмешив, и легко поцеловал в висок – Андрею почему-то показалось, что этот жест Ромка перенял у него. И глядя на них, Андрей ни на секунду не усомнился бы, что перед ним самая обычная пара.   И, судя по выражению лица Германа, тот сейчас приходил примерно к тем же выводам. Полянский поймал его взгляд и едва заметно усмехнулся. Без прежней настороженности. Просто по-дружески.   Через несколько минут вся компания уже вышла на улицу. Девичник закончился. Мальчишник тоже. А до свадьбы оставалось меньше недели.