Ошибка которую никто не исправит

      Что? Как такое может быть? Почему она так на меня похожа? Такое не может быть. Это морок. Да.       Он подходит к спящей девочке. И гладит её по голове, чтобы проверить на заклинания и талисманы смены личности.       Это правда его внешность. Что мне делать? Как такое могло произойти? Вот из-за чего он сбежал? Может это совпадение? Да, это ошибка. Но… Он ведь от неё не избавился. Значит он меня любит? Хах. Доказательство его любви ко мне спит на этой кроватке. Так почему он сбежал?       Во время своих раздумий Небесный Император не заметил как его рука поглаживала маленькую девочку.       Тёплая. И милая.       Прошло ещё пол часа и девочка стала ворочаться. Ей не было плохо под прикосновениями этой руки, но непривычно ощущались мозоли на руках. У мамы другие. В других местах. Более мягкие мозоли.       — Ммм. Мамочка? Зачем ты меня разбудил? Малышка только стала просыпаться и всё ещё тёрла глаза. Проснувшись полностью. Она увидела демона в маске, что ей стал интересен. Её детские ручки стали тянутся к маске. Отчего демон резко отпрянул от ребенка.       Не прошло и пол минуты, как он снова поднёс своё лицо к её ручке, чтобы она смогла потрогать маску.       Девочка, недолго думая, потянулась для того, чтобы снять маску.       — Дядя, а ты кто?       Мужчина не дал ей снять своё второе лицо, придержав его, отчего девочка нахмурилась. Недолго думая, девочка прыгнула на шею к демону и сняла маску.       Перед ней предстал молодой юноша лет двадцати пяти. Его тёмно-синие глаза были удивлены.       Что делать? Надо же, как она похожа на меня даже взглядом. Прижав девочку к себе, демон рассмотрел её очень хорошо, а его взгляд был нежный.       Все его красивые черты предались к дочери: глаза, губы, нос и даже волосы — тёмно-серые, как у него.       Всю ночь демон и девочка играли в игры. Бай рассказывал своей дочери сказки, которые он помнит ещё с времен Уюна.

***

Наступило утро

      В рассвете утра, пока все спали, в сторону спальни, где лежит его дочь, шел Мэй Няньцин.       «Пора рассказать правду Мэй Ли», — пронеслось в голове у Мэя Няньцина. Открыв двери комнаты дочери, ему пришлось замереть.        Потому что, стоя возле кровати, стоял он. В образе Белого Бедствия, в маске скорби и радости.             Сердце бешено колотится. Тук-тук, тук-тук. Безликий Бай спокойно подходит к советнику, а тот пятится назад.       — Ну тише, тише, — сказал Бай, гладя щеку омеги. — Ты же не хочешь разбудить нашу дочь?       — Что ты хочешь? — хрипло спросил советник, пытаясь отодвинутся от пальцев альфы.       — Ох, всего лишь забрать вас домой, — сказал демон, проводя пальцем по шее омеги до метки. — Что-то вы слишком долго прятались.       После этого демон снял маску, неуспев советник ничего предпринять, как губы демона накрыли его собственные в принудительном поцелуе.       Из глаз омеги потекли слёзы. Он не хотел. Не хотел его и всё, что с ним связывало.       Собрав все силы, Мэй Няньцин оттолкнул демона, вытерая губы тыльной стороной ладони.       — Что ты творишь?! — тихо возмутился советник, оглянувшись в сторону кровати, проверяя дочь. — Если ты её разбудишь, я тебе все волосы вырву, ты понял?       — Тогда возвращайтесь на небеса, — сказал Бай, подходя к окну. — Чтобы в завтрашенную луну вы были на окраине небесной столицы.       Не дав советнику ответить, Безликий демон растворился в воздухе. Внутри омега уже кричал от безысходности, но снаружи оставался невозмутимым.       Подойдя к кровати дочери, он увидел, что его жасмин мирно спит. Улёгшись рядом с ней, Мэй Няньцин прижал девочку с своей груди. По его щекам потекли слезы.