OBSESSION

Сынмин проснулся раньше будильника. Сердце его колотилось так, словно тело знало что-то раньше него самого. Он открыл глаза и сонно потянулся за телефоном.

Незнакомый номер.

04:41 утра.

2 новых сообщения!

Вчера твои руки выглядели холодными. Я так сильно захотел подержать их, что чуть не последовал за тобой на занятия.

Почему ты продолжаешь игнорировать меня? Я знаю, ты видишь эти сообщения.

Сынмин медленно сел, не в силах поверить в происходящее и чувствуя себя измотанным.. Подушка под щекой оказалась влажной, а пальцы сжались вокруг телефона, словно могли раздавить экран. Третий номер на этой неделе. А ведь только среда. Он ещё мгновение всматривался в сообщение, прежде чем большой палец завис над экраном, а затем нажал «Заблокировать абонента». К этому моменту он уже действовал машинально. Он перестал надеяться, что это действительно что-то изменит Глубокий вздох вырвался из груди, следом — ещё один, тише и напряжённее. Легким движением он выключил телефон, спрятал его под подушку и откинул одеяло. Сынмин босиком прошёл в ванную комнату, плеснув холодной воды на лицо. Жжение помогло. Усталым он точно не выглядел, скорее... опустошённым. По крайней мере, его отражение было знакомым. Чистая кожа, аккуратные волосы, тёмные глаза, выдающие всё, что он отказывался произносить вслух. Кто-то мог бы сказать что он ещё симпатичный. Он старался не смотреть слишком долго. За окном стояла тишина. Джисон, вероятно, ещё спал в своей комнате, было слишком рано. Сынмину нравилось жить с ним. Джисон был весёлым. Спокойным. Немного драматичным, но это придавало всему лёгкость. Он никогда ничего не говорил, когда Сынмин не сразу отвечал или смеялся. Или когда слишком рано сворачивался калачиком в постели. Иногда Сынмин хотел рассказать ему. О сообщениях. Странных посылках. Ознобе, который он чувствовал, когда никого не было в комнате, но воздух всё равно сгущался. Но что-то останавливало его каждый раз. Может гордость. Может страх. А может что-то более тихое, что труднее назвать. Он оделся в тишине: серый свитер, свободные джинсы, старые кроссовки, подаренные Феликсом на день рождения. Его смена начиналась в 5:30 утра, но он всегда уходил пораньше. Прогулки помогали. Они давали возможность дышать, почувствовать себя нормальным. Снаружи ранний свет смягчил мир до оттенков синего и серого. Дорога практически пустовала. Сынмин плотнее запахнул куртку, которая плохо спасала от утренней прохлады. Но на мгновение он замедлился. Тихо остановился и осторожно оглянулся через плечо. Ничего. Сынмин глубоко вздохнул и продолжил идти. Он устал, устал так, что усталость проникла глубже костей. Тяжесть, не исчезающая со сном. Долги навалились на него тяжким грузом, стипендии едва хватало на оплату обучения, а на остальное — аренду, еду и прочие мелочи — он зарабатывал долгими сменами в кафе на другом конце города. Его родителей не стало, воспоминания были мутными и болезненными, и он не чувствовал ничего, кроме унылой пустоты, в которой теплилась хрупкая надежда, которой, как он был уверен, он не заслуживал. Не то чтобы он сильно скучал по ним, прошло много времени. И всё же ему хотелось бы, чтобы в его жизни была хоть капля любви. Поцелуй мамы, объятья папы. Он едва помнил своих родителей, цепляясь лишь за фотографию в своём кошельке — единственном доказательстве, что у него вообще были родители.

***

Город ещё не до конца проснулся. Было ещё темно. Он тихо шёл на своё рабочее место. Внутри кафе было теплее, и, когда Сынмин вошёл, его встретил аромат выпечки, дрожжей и ванили. Он всегда приходил заранее. Иногда, чтобы подготовить всё необходимое. Чаще всего, чтобы вдохнуть полной грудью. Фартук был немного великоват. Бейджик висел криво. Волосы он даже толком не расчёсывал. Но ничто из этого не имело значения. Он выдохнул медленно, ровно. В одной руке пластиковый контейнер с мукой, в другой половинка сердца. Это место было единственной частью его дня, которая не казалась обречённой на провал. Колокольчик над дверью мелодично зазвенел. Как раз вовремя. — Доброе утро, — поприветствовал Лиан, голос ещё хриплый от сна, чёрная шапочка сползла наполовину с головы. — Выглядишь ужасно. — Спасибо, — прошептал Сынмин, даже не пытаясь натянуть улыбку. — Именно так я и стремился выглядеть. Лиан бросил рюкзак на табурет за кассой и потянулся за фартуком, на котором перманентным маркером было написано «НЕ СОНЯ». — Я принёс ещё одну булочку с шоколадом, — добавил он,— Ты вчера пропустил ужин, не так ли? Сынмин замер посреди процесса просеивания, — Как ты... — Ты сидел онлайн в два часа ночи, жалуясь на долги, — сухо сказал Лиан, протягивая ему бумажный пакет. — Ешь. Он так и сделал. Спокойно. Он его не поблагодарил. Ему и не нужно было. Лиан всегда замечала то, чего не видели другие. Что мешки под глазами Сынмина появились не только от того, что он поздно ложится спать. Что кожа была бледной не так, как принято романтизировать. Что иногда Сынмин замолкал посреди разговора, слегка приоткрыв губы, как будто за его спиной шептал призрак. Он так старался, так изо всех сил старался удержать всё на своих местах дрожащими пальцами. — Хочешь, я займусь смешиванием? — мягко предложил Лиан. Сынмин моргнул, а затем кивнул, — Спасибо. Он отступил назад. Руки покрыты мукой, взгляд устремлён к окну. Снаружи было всё ещё темно, но полоска света начинала проступать на горизонте. — Тебе когда-нибудь казалось, что вот-вот случится что-то плохое? — внезапно спросил Сынмин. Лиан не поднял глаз. — Ты имеешь в виду, помимо того, что я учусь в университете в условиях такой экономики? Сынмин слабо рассмеялся. Но улыбка не достигла его глаз. — Нет, я имею в виду... — Он сделал паузу, — Словно за тобой наблюдают. Даже когда знаешь, что это не так. Лиан медленно повернулся, меж бровей появилась складка. — Сынмин… Звук вибрации нарушил тишину. Сынмин бросил взгляд на свой телефон на стойке. Номер неизвестен. Он пристально посмотрел на него секундочку, что-то сжималось в груди.

1 Новое Сообщение!

Привет малыш! Как проходит смена? Видел, что ты опять пришел рано, как всегда. Солнышко мое <3

В горле пересохло. — Опять? — спросил Лиан, читая выражение его лица, как открытую книгу. Сынмин быстро заблокировал телефон, сунув его в карман своей толстовки. — Ничего страшного. — Уже третий раз на этой неделе. — Сказал же, ничего страшного,— резче, чем хотелось бы. Лиан моргнул. Отступил на шаг. Поднял руки в знак покорности. Сынмин провёл рукой по волосам и выдохнул, — Прости. Я не собирался... — Всё нормально, — сказал Лиан. — Просто... если это продолжится, может, сообщишь куда следует? — Сейчас я не могу поднимать шум, — пробормотал Сынмин. — Мне и так едва удаётся удерживаться на стипендии. Тишина между ними становилась всё более напряжённой. Лиан не стал спорить. Он просто вернулся к замешиванию теста. И Сынмин, всё ещё слегка дрожа, отвернулся, чтобы не видеть выражения его лица.

***

Не прошло и часа с начала его смены, как запах масла и сахара уже прочно закрепился на коже Сынмина. Его фартук испачкан мукой, края влажные от вытирания подносов, а пальцы наполовину обожжены из-за спешки. В кафе было много людей, голоса заполнили пространство подобно наводнению, эспрессо-машина визжала, словно умирающая птица. Сынмин двигался легко, тело реагировало автоматически, хотя мозг ещё не успел включиться. Сон всё ещё одолевал его, в основном это проявлялось в том, как у него косили глаза и как он слегка покачивался, если слишком долго стоял на одном месте. Он упаковал дюжину круассанов, когда дверной колокольчик прозвенел — не то чтобы он когда-то замолкал. Но он всё равно поднял взгляд, почти машинально, стряхивая муку с фартука, пока его глаза осматривали вход. Феликс. В это время всегда появляется Феликс. Это странным образом успокаивало, как сбой в матрице, который повторялся без конца. Та же чёрная шапка, натянутая до бровей, та же огромная толстовка, скрывающая его фигуру, та же тёплая улыбка, которая в этот час не совсем соответствовала остальному миру. Были люди, которые сияли, как солнце, а был Феликс, который был самим солнцем и сиял мягче, на него было легче смотреть, хотя под поверхностью всегда что-то скрывалось. — Доброе утро, Мин, — приветствовал его Феликс радостно, ловко лавируя среди толпы. Его голос всё ещё звучал сонно-хрипловатым, словно он тоже не проснулся окончательно. — Как обычно, пожалуйста? Сынмин моргнул, уставший, но сумевший выдавить слабую улыбку. —Ты настолько предсказуемый, что это почти оскорбительно. Феликс рассмеялся и оперся локтем о стеклянную витрину,— Рутина — единственное, что поддерживает меня последнее время. — Знакомо, — пробормотал Сынмин, уже поворачиваясь, чтобы приготовить заказ: один сырный датский пирожок, один ледяной ванильный латте на овсяном молоке. Всегда овсяное молоко. Феликс засмеялся, слегка запрокинув голову назад, — Почему ты буквально покрыт мукой в семь утра? — Я же не специально, — пробормотал Сынмин, уже готовя латте, — Просто пытаюсь позволить себе обед. Это вызвало тихий звук от Феликса, нечто среднее между пониманием и смущением, — Хочешь, я угощу тебя обедом сегодня? Сынмин закатил глаза. — Только не снова. — Это не благотворительность. — То, что ты приглашаешь меня на обед каждый второй день — это благотворительность. — Это дружба, — подчеркнул Феликс. Сынмин ничего не ответил. Он не хотел снова спорить об этом, даже легкомысленно. Всё всегда было одинаково: Феликс делал вид, что ничего особенного не произошло, а Сынмин отказывался чувствовать себя обязанным тому, кто уже прожил тысячу жизней до него. — Ну ладно, — сказал Феликс мягче,— Выглядишь уставшим. — Ты пришёл сюда только чтобы издеваться надо мной или…? — Разве обычный парень не может спокойно купить себе пирожное по завышенной цене? — Нет, когда он заказывает одно и то же каждый день, словно ходячий стереотип. Феликс ухмыльнулся и постучал пальцем по стойке,— Признаюсь. Сынмин положил датский пирожок в тёплый бумажный пакет и протянул его,— Может попробуешь что-нибудь другое? Ты можешь упустить что-то хорошее. Феликс взял пакет, но не отошёл,— Ты всегда говоришь это, но никогда ничего не предлагаешь. Сынмин мельком взглянул вверх. — Хорошо. Попробуй финиковое печенье. Оно странно вкусное. Не слишком сладкое. Улыбка Феликса стала настоящей. —Видишь? Это не так уж сложно. — Не привыкай. Я рекомендую вещи только тогда, когда страдаю от недостатка сна. — Тогда в следующий раз приду раньше. — Только не приходи. Они тихо посмеялись. Тёпло, знакомо. Пальцы Феликса случайно коснулись пальцев Сынмина, когда тот возвращал сдачу, лишь слегка — возможно намеренно, возможно нет. Сынмин не вздрогнул, но грудь сжалась, как всегда. Чрезмерное внимание заставляло его нервничать. Особенно с недавних пор. — Эй, — сказал Феликс, голос спокойный, но взгляд острый,— Всё нормально? Сынмин пожал плечами, отвернувшись, чтобы приступить к следующему заказу, — Нормально. — Действительно всё хорошо? Вопрос повис немного дольше обычного. Сынмин не посмотрел на него,— Да. Феликс задержался ещё на секунду, потом тихо сказал: — Дай мне знать, если понадобится помощь, договорились? — Хорошо, — ответил Сынмин, не подумав. — Сынмин!— услышал он голос Лиана из кухни и инстинктивно повернулся туда. — Иду! — Ответил он и посмотрел обратно на Феликса, лицо которого выглядело немного угрюмым. — Хорошего дня, Ликси, — сказал Сынмин и улыбнулся. Феликс смотрел на него чуть дольше секунды и улыбнулся, немного натянуто. — Хорошего дня, Сын. Затем Феликс ушёл. Сынмин вздохнул и направился в сторону кухни, остановившись только услышав вибрацию телефона.

2 новых сообщения!

Малыш, разве я не говорил тебе не общаться с Лианом? Разве ты не понял, когда я попросил тебя в первый раз?

Если продолжишь дружить с ним, боюсь, это плохо кончится, солнышко моё.

Сынмин долго смотрел на сообщение, прежде чем выключить телефон и убрать его в карман.