Мой охотник
26 января 2026 г., 12:13
Глава 1. Восход.
Говорят, дети похожи на родителей.
У нас в семье все были светлые — мама, папа, даже кот Рыжик, которого папа притащил с очередной охоты. Белобрысые, голубоглазые, громкие. А я родилась тёмной. Тёмные волосы, тёмные глаза, тихая. Мама говорила — «в кого-то из прабабушек». Папа пожимал плечами и менял тему.
Я не обижалась. Они любили меня — по-своему, по-охотничьи: учили стрелять раньше, чем читать, объясняли как солить пороги и почему нельзя открывать дверь незнакомцам после полуночи. Обычное детство. Почти.
Потому что иногда случались вещи, которые я не умела объяснить.
В семь лет я сказала вслух — просто так, ни к кому не обращаясь: «хочу чтобы дождь кончился». И он кончился. Мгновенно, будто кто-то выключил кран.
В десять потеряла любимую книгу и пробормотала: «ну найдись же» — и она упала с полки, которую я уже проверяла дважды.
В тринадцать на охоте с папой сказала сквозь зубы: «пусть оно уйдёт» — про тварь, загнавшую нас в угол. И оно ушло. Само. Папа списал на удачу.
Я научилась не говорить вслух лишнего.
Но внутри всегда было ощущение — тихое, фоновое, как звук который слышишь только в полной тишине — что я немного не отсюда. Не из этой семьи. Не из этого мира. Будто кто-то поставил меня сюда по ошибке. Или по расчёту.
Я не знала тогда, насколько второе было правдой..
МС (Strangers — Kenya Grace)
Мне было девятнадцать, когда я впервые увидела Винчестеров.
Маленький городок в Канзасе, три исчезновения за неделю, следы явно не человеческие. Я работала над делом одна — родители были на другом конце страны, связь плохая, а ждать я не умела никогда.
Они появились в том же мотеле. Чёрный «Импала», два высоких брата, одинаково усталые и одинаково подозрительно смотрящие на всё вокруг.
Старший — темноволосый, зеленоглазый — заметил меня первым. Окинул взглядом, чуть прищурился и… просто кивнул. Без комментариев. Без вопросов. Будто решил пока не торопиться с выводами.
Младший подошёл сам.
— Ты тоже по делу об исчезновениях? — спросил он, улыбаясь так, будто мы были знакомы сто лет.
— Возможно, — ответила я осторожно.
— Сэм, — представился он и протянул руку. Пожатие было чуть дольше, чем нужно. — Ты одна работаешь?
— Справляюсь.
— Уверена? — он чуть наклонил голову, и в этом наклоне было что-то, от чего хотелось отступить на шаг. — Дело серьёзное. Одной девушке может быть… сложно.
Я открыла рот, но не успела ответить.
— Сэм. — Голос старшего был спокойным, но в нём было что-то такое, отчего Сэм сразу выпрямился. Дин подошёл ближе, посмотрел на меня коротко и без лишнего. — Дин. Если хочешь — работаем вместе. Если нет — окей.
Никакого давления. Просто факт.
Я посмотрела на одного брата, потом на другого.
— Дороти, — сказала я наконец. — И я…подумаю.
Дин кивнул и пошёл к своему номеру. Что-то в этом кивке было неожиданно честным.
Сэм ещё секунду смотрел на меня с той же улыбкой — и я не могла понять: это просто его манера, или он всегда такой.
Я тогда ещё не знала, что этот вопрос будет преследовать меня долго.
Дело оказалось несложным — по меркам охотников. Но для первого совместного выхода — достаточно.
Дин работал молча. Коротко. Когда я пошла не туда он не объяснял — просто взял за плечо и развернул. Без слов. Как будто лишних секунд не существовало.
Сэм, наоборот, держался рядом. Иногда говорил — негромко, по делу, но так чтобы я слышала что происходит. Это было приятно. Почти как партнёрство.
После — когда всё закончилось и мы возвращались — Дин вдруг остановился.
— Нож держи иначе, — сказал он, не оборачиваясь. — Большой палец сверху. Иначе вывихнешь запястье при ударе.
Я открыла рот чтобы ответить.
Он уже шёл дальше.
Сэм поравнялся со мной и тихо усмехнулся.
— Это комплимент, — сказал он. — Тем кому всё равно он вообще ничего не говорит.
Я посмотрела на Дина — он уже шёл к машине, руки в карманах, плечи расслаблены. Как будто ничего особенного не сказал.
Странный человек, — подумала я.
В Импале Дин сразу потянулся к магнитоле. Привычным движением, не глядя.
— Можно я? — сказала я раньше чем успела подумать.
Он покосился на меня. Секунду молчал.
— Валяй.
Я нашла что-то своё. Он не сказал ничего. Просто слушал, глядя на дорогу. Сэм на заднем сиденье едва заметно улыбнулся — я поймала его взгляд в зеркале.
Дин не попросил переключить. До самого конца дороги.
По пути обратно мы заехали в кафе — небольшое, с тусклыми лампами и слишком сладким кофе. Сэм заказал что-то основательное, я — чай. Дин взял кофе и сразу отодвинул в сторону, будто просто хотел занять руки.
— Ты всегда одна работаешь? — спросил Сэм, облокотившись на стол.
— В основном.
— Не страшно?
Я подумала.
— Страшно когда не понимаешь что происходит. А когда понимаешь — просто работаешь.
Дин поднял взгляд. Посмотрел на меня чуть дольше обычного. Ничего не сказал.
— Давно охотишься? — спросил он наконец.
— С шестнадцати. Родители охотники.
— Понятно. — Он кивнул и снова посмотрел в окно.
— А вы давно вместе работаете? — спросила я.
Сэм чуть помолчал.
— С детства. Хотя был перерыв. Дин… отсутствовал какое-то время.
— Отсутствовал, — повторил Дин ровно. — Хорошее слово.
Я посмотрела на него. В его голосе не было иронии. Была усталость — та, которую не замечаешь пока не увидишь вблизи.
— Где был? — спросила я осторожно.
— В одном месте, — сказал он коротко. — Не рекомендую.
Сэм посмотрел на брата. Дин — в окно. Что-то между ними прошло — быстро, без слов, как разговор который они вели уже много раз и давно перестали заканчивать вслух.
Я не стала спрашивать дальше.
Сэм, почувствовав паузу, улыбнулся и повернулся ко мне.
— Ну зато теперь мы снова вместе. Дружная семья. — Он чуть наклонился. — Нам только тебя не хватало для полного комплекта.
Я засмеялась.
Дин посмотрел на брата — коротко, без улыбки. Потом снова в окно.
Я не поняла этого взгляда тогда.
Когда мы выходили, я зацепилась курткой за спинку стула. Дин, не говоря ни слова, просто отцепил её — аккуратно, одним движением — и пошёл дальше.
Я смотрела ему в спину и думала: странный человек.
Неделю спустя
Дело казалось простым. Таким не оказалось.
Мы работали втроём — Дин впереди, Сэм чуть правее, я держалась рядом с Сэмом. Всё шло нормально до момента когда я пошла не туда.
Не критично. Просто не туда.
— Стоп! — голос Дина был резким, почти злым. — Ты куда идёшь? Я сказал держаться левее!
Я замерла.
— Дин, — тихо сказал Сэм.
— Нет, Сэм. — Дин развернулся ко мне, и в его взгляде было что-то холодное. — Одно неверное движение и всё. Понятно?
Секунда тишины.
Потом что-то в его лице изменилось. Он выдохнул.
— Извини, — сказал он. Коротко. Без объяснений. — Просто держись левее.
И пошёл дальше.
Сэм оказался рядом сразу — незаметно, будто всегда там был.
— Не бери в голову, — сказал он тихо. — Он так со всеми кого не хочет потерять.
Я не ответила.
— Просто ты ему нравишься, — добавил он, чуть понизив голос. — А он не умеет иначе показывать что переживает.
Я посмотрела на Дина — он шёл впереди, плечи напряжены.
— Со мной он никогда так не говорит, — тихо сказал Сэм. — Наверное потому что мне он доверяет по-другому.
Пауза. Совсем короткая.
— Ты не обиделась?
— Нет, — сказала я.
— Хорошо. — Он слегка коснулся моего плеча. — Потому что ты справляешься лучше чем думаешь. Я вижу.
После охоты мы шли к машине молча. Усталость была приятной — той, которая приходит когда всё закончилось правильно.
Сэм вдруг взял Дина за плечо — резко, коротко.
Дин остановился.
— Нет, — тихо сказал Сэм. Просто это слово.
Дин посмотрел на него. Потом на меня. Потом снова на брата.
— Я ничего не делал.
— Вот и не делай.
Дин усмехнулся — и пошёл к машине.
Я слышала этот разговор. Но не поняла о чём он.
В таверне было шумно и тепло — контраст после ночного холода ощущался физически. Мы сели у окна. Я только успела снять куртку когда заметила двух девушек у барной стойки — они смотрели на братьев так, как смотрят когда уже решили.
Сэм это увидел раньше меня. Наклонился к Дину, сказал что-то тихо. Дин покосился в ту сторону. Потом на меня. И промолчал.
Сэм выпрямился с лёгкой улыбкой и придвинул мне стул.
Один из тех жестов которые кажутся вежливостью.
Девушка у стойки поймала взгляд Дина — и улыбнулась. Он ответил автоматически, по привычке — так улыбаются когда не думают.
Но она уже подходила.
— Вы проездом? — спросила она, облокотившись на край нашего стола.
— Всегда, — сказал Дин.
Она засмеялась. Дин посмотрел на неё чуть внимательнее — не потому что хотел, а потому что она была живой и смеялась и это было легко. Он что-то ответил. Она снова засмеялась.
Сэм это видел.
Вторая девушка появилась чуть позже — официантка, принесла заказ и задержалась на секунду дольше чем нужно. Посмотрела на Сэма. Он поднял взгляд и улыбнулся — легко, без усилий.
— Спасибо, — сказал он.
— Если что-то ещё нужно — я рядом.
— Буду иметь в виду.
Она ушла. Сэм проводил официантку взглядом — секунда — и вернулся к нам.
Дин всё ещё разговаривал с первой. Смеялся над чем-то. Настоящий смех — не притворный.
Сэм это заметил. И внутри что-то отпустило.
Хорошо.
Пусть смотрит туда. Пусть улыбается ей. Пусть думает о чём угодно — только не о том что сидит рядом с ним за этим столом.
Это его. Его находка. Его охота.
И он не собирался делиться.
— Расскажи про свою самую странную охоту, — сказал он мне, развернувшись так чтобы Дин оказался за спиной. — Мне правда интересно.
Я начала рассказывать. Он слушал — внимательно, не отвлекаясь. Именно так как умеют слушать люди которые хотят чтобы ты это заметила.
За спиной Дин смеялся над очередной фразой девушки.
Сэм улыбнулся мне.
Всё шло как надо.
Дом встретил нас тишиной и гудением кондиционера.
Дин, не теряя времени, куда-то исчез с девушкой из таверны — той самой, которая весь вечер смотрела на него как на последний кусок пирога. Сэм проводил их взглядом и негромко усмехнулся.
Я вышла на балкон. Просто подышать. Просто побыть одной.
Не получилось.
— Не спишь — Сэм появился бесшумно, как умеют только очень высокие люди, которые научились не пугать окружающих своим ростом.
— Очевидно?— сказала я, глядя на тёмную улицу внизу.
Он поставил бутылку пива на перила и встал рядом. Молчал, что было неожиданно — обычно он не молчал.
— Как ты? — спросил наконец.
— Нормально. Устала.
— Понятно. — Пауза. — Ты хорошо держалась сегодня. Для первого совместного дела.
Я покосилась на него.
— Для первого совместного? Я работаю не первый год.
— Я имел в виду — с нами, — поправился он, и в голосе была лёгкая улыбка.
Из соседней комнаты донёсся характерный звук. Мы оба одновременно посмотрели в ту сторону.
— Он всегда такой? — спросила я.
— Дин? — Сэм вздохнул с видом человека, который давно смирился. — Это ещё тихо. Обычно хуже.
Я невольно усмехнулась.
— Может, прогуляемся? — предложил Сэм. — Всё равно не заснём.
Я подумала секунду. На улице было тепло, ночь была тихой, и мне действительно не хотелось сидеть одной со своими мыслями.
— Ладно.
Мы шли по пустой улице. После дождя асфальт ещё блестел, фонари отражались в лужах длинными золотыми полосами. Сэм держался рядом. Не касался меня, но расстояние между нами постепенно сокращалось — почти незаметно.
— Расскажи про свою первую охоту, — попросила я.
Он усмехнулся.
— Хочешь убедиться, что я тоже когда-то ошибался?
— Хочу убедиться, что ошибаться вообще можно.
Он коротко рассмеялся.
— Можно. Только лучше не при свидетелях.
Я улыбнулась.
— Настолько плохо?
— Я перепутал соль с железной стружкой. Потом перепутал латынь. Потом чуть не получил по голове.
— И кто спас?
— Дин.
Он сказал это так спокойно, будто подобное происходило постоянно.
Мы ещё немного прошли молча.
— Иногда мне кажется, что я здесь лишняя, — призналась я. — Вы всё умеете, а я только мешаю.
Сэм покачал головой.
— Нет.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что видел людей, которые действительно мешают. Он посмотрел прямо перед собой. — Ты постоянно учишься. Это большая разница.
Почему-то именно после этих слов мне стало легче.
Впереди светилась вывеска маленького бара.
— Зайдём? — спросил он.
— Почему нет.
Мы сели возле окна.
Бар оказался почти пустым.
Сэм заказал два пива.
— Спасибо.
— Не за что.
Несколько минут мы просто смотрели, как за стеклом проходят люди.
— Та девушка явно строила тебе глазки.
Он сделал вид, что задумался.
— Возможно.
— И?
— Неинтересно.
— А кто интересен?
Он повернулся ко мне. Слишком спокойно. Слишком долго.
— Пока пытаюсь разобраться.
Я почувствовала, как почему-то отвела взгляд первой. — Это считается флиртом?
— Вообще-то да.
— Не очень уверенно получается.
Он усмехнулся.
— Потому что обычно я не переживаю.
— А сейчас?
— Сейчас немного.
Почему-то именно это прозвучало убедительнее любого красивого комплимента.
Мы рассмеялись одновременно. Я поймала себя на мысли, что рядом с ним неожиданно легко. И именно поэтому совершенно не заметила, что почти весь вечер разговор шёл так, как удобно было ему. Он задавал вопросы. Он переводил темы. Он выбирал, о чём мы говорим. А я только отвечала. И тогда это казалось заботой.
— Хочешь уйдём отсюда?
Я подняла глаза.
— Куда?
— Просто пройдёмся. А может и заедем куда нибудь. Потанцевать.
Несколько секунд я думала.
— Хорошо.
Мы вышли из бара. Ночной воздух оказался прохладнее, чем я ожидала. После душного помещения он почти обжигал лёгкие своей свежестью. Мы шли молча. Сэм не отпускал моей руки. Через несколько домов он свернул в узкий переулок. Я вопросительно посмотрела на него.
— Здесь тихо.
Он остановился напротив меня. Несколько секунд просто смотрел. Потом осторожно убрал прядь волос за моё ухо.
— Можно?
Я кивнула.
Он поцеловал меня. Сначала медленно. Почти осторожно. Но с каждой секундой становился увереннее. Его ладони скользнули ниже. Он сделал ещё один шаг вперёд, почти не оставляя между нами расстояния. Я невольно прижалась спиной к прохладной кирпичной стене. Он ненадолго остановился.
— Если передумаешь…
Я подняла на него взгляд. Он улыбнулся совсем уголками губ.
— Решайся.
Тишина.
— Скорее.
В его голосе не было грубости. Но было ожидание. Такое, которому почему-то хотелось соответствовать.
…
Когда всё закончилось, мы ещё несколько секунд молчали. Он поправил ворот моей куртки. Задержал ладони на моих плечах чуть дольше, чем было нужно. Не ласково. Скорее так, словно убеждался, что я всё ещё рядом.
— Мы будем рассказывать Дину? — тихо спросила я.
Он сразу покачал головой.
— Нет.
— Почему?
— Это наше.
Он улыбнулся.
— Он всё равно не поймёт.
Что-то в этой фразе неприятно кольнуло. Но чувство исчезло так же быстро, как появилось.
Мы вернулись к дому и остановились у его машины. Сэм молча открыл передо мной пассажирскую дверь.
— Замёрзла?
— Немного.
Он снял куртку и аккуратно накинул её мне на плечи. Потом сел за руль. Некоторое время мы ехали молча. Из магнитолы негромко играла музыка. Я смотрела в окно, наблюдая, как фонари один за другим исчезают позади.
— Всё хорошо? — спросил он, не отрывая взгляда от дороги.
Я кивнула.
— Да.
Он удовлетворённо улыбнулся и снова положил руку на коробку передач.
Когда мы подъехали к клубу, возле входа уже стояла знакомая чёрная Импала. Дин облокотился на капот, лениво крутя ключи на пальце. Увидев нас, он широко ухмыльнулся.
— О-о… голубки приехали.
Я невольно смутилась.
— Сэмми, — протянул Дин. — Поздновато гуляете.
— Завались.
— Не-а. Мне интересно. Вы так долго искали парковку?
Я тихо засмеялась.
Сэм рядом едва заметно напрягся.
— В клуб собираемся, — коротко ответил он.
— Я заметил. Только вы выглядите так, будто уже успели отметить.
Он перевёл взгляд на меня.
— Всё нормально?
— Да.
— Тогда отлично.
Дин оттолкнулся от Импалы.
— Ну что, кто последний до бара — тот платит.
Он усмехнулся и первым направился ко входу.
Сэм молча положил ладонь мне на поясницу. Чуть крепче, чем было необходимо. И повёл меня следом.
МС (Fuera Del Planeta — Eloy & Randy)
Как только мы вошли внутрь, музыка ударила по ушам. Свет мигал в такт басам, вокруг смеялись люди. Сэм сразу взял меня за руку.
— Сюда.
Не спросил. Просто повёл к барной стойке.
— Нам два одинаковых.
Он поставил передо мной коктейль.
— Не против?
— Уже поздно спрашивать.
Он усмехнулся.
— Именно.
Я сделала несколько глотков.
— Быстро…
— Не ожидал?
— Нет.
— Мне начинает казаться, что ты многое от меня скрываешь.
— Возможно.
Он улыбнулся.
В этот момент рядом оказался Дин. Он поставил локти на барную стойку.
— Ого.
Посмотрел сначала на пустой бокал, потом на меня.
— А я думал, ты из тех, кто пьёт один коктейль весь вечер.
— Я тоже так думала.
Уголок его губ едва заметно поднялся.
— Ошибался.
Он подозвал бармена.
— Виски.
Потом посмотрел на меня.
— Любишь соревноваться?
— Иногда.
— Проверим?
— Проверим.
Бармен поставил перед нами по шоту.
— На три?
— На три.
Мы выпили. Я поставила стопку первой. Дин посмотрел на неё. Потом на меня. И неожиданно тихо рассмеялся. Не громко. По-настоящему.
— Вот это да…
Он покачал головой.
— Проиграл.
— Честно.
— Честно.
Сэм наблюдал за нами молча. Его рука незаметно легла мне на талию. Чуть крепче обычного.
Я повернулась к Дину.
— Странно.
— Что?
— Дома ты почти не разговариваешь.
Он посмотрел куда-то поверх моего плеча. Помолчал.
— Не люблю шум.
— Но здесь же шумно.
— Именно поэтому.
Я вопросительно подняла брови. Он усмехнулся.
— Здесь никто никого не слушает. Можно говорить любую ерунду.
— То есть ты прячешься за шумом?
Он секунду молчал.
Потом пожал плечами.
— Наверное.
— А настоящий ты какой?
Он долго вертел в руках стакан.
— Не знаю.
Потом тихо добавил:
— Дома я стараюсь держать себя в руках.
Он сказал это спокойно. Без улыбки. Будто сам не понял, зачем признался.
Я хотела спросить ещё что-то. Но Сэм уже коснулся моего локтя.
— Потанцуем?
Я кивнула. И, уходя, почему-то ещё раз посмотрела на Дина. Он уже отвернулся к своему виски. Будто разговора и не было.
МС (Кайф ты поймала — Konfuz)
Музыка стала громче. Сэм притянул меня к себе. Он танцевал неуклюже, но уверенно — будто ему было важно не столько попасть в ритм, сколько удержать меня рядом. Его ладони лежали на моей талии. Постепенно одна из них скользнула ниже. Не резко. Будто это само собой разумеется.
— Ты улыбаешься, — сказал он.
— А нельзя?
— Можно.
Он улыбнулся в ответ.
— Просто мне нравится, когда причина этой улыбки — я.
Я засмеялась.
— Самоуверенно.
— Есть немного.
Он наклонился ближе. Слишком близко. Я почувствовала запах его парфюма. Где-то за моей спиной мелькнула знакомая кожаная куртка. Я машинально обернулась. Дин танцевал с какой-то девушкой. Высокой.Светловолосой.Она что-то рассказывала ему. Он кивал и даже улыбался. Но каждые несколько секунд его взгляд почему-то возвращался сюда. К нам.
Девушка заметила это первой.
— Ты вообще со мной?
Дин моргнул.
— Прости.
— Уже третий раз.
Он виновато усмехнулся.
— День длинный был.
Она пожала плечами и снова потянула его танцевать. Но через минуту всё повторилось. Его взгляд снова нашёл меня. Сам он этого будто даже не замечал.
Сэм почувствовал, как я отвлеклась. Проследил за моим взглядом. И тоже увидел Дина. Тот как раз отвернулся. Будто ничего не произошло. Но этого оказалось достаточно. Рука Сэма крепче легла мне на поясницу.
— Не смотри на него.
Я удивлённо посмотрела на него.
— Почему?
— Просто не смотри.
Он сказал это спокойно. Но пальцы сжались чуть сильнее.
Через несколько песен я пошла к бару за водой. Дин оказался рядом почти одновременно.
— Устала?
— Немного.
Он кивнул.
— Здесь всегда душно.
Бармен поставил перед ним новый стакан. Дин сделал глоток. Потом посмотрел на танцпол.
— Сэм сегодня какой-то напряжённый.
— Да?
— Не заметила?
Я пожала плечами.
— Мне кажется, ты себе придумываешь.
— Возможно.
Он сразу согласился. Без спора. Без желания доказать свою правоту. Только снова посмотрел в сторону брата. Будто проверяя.
Мне стало смешно.
— Ты сегодня странный.
— Это взаимно.
— Нет, серьёзно. Ты сегодня разговариваешь.
Он усмехнулся.
— Не привыкай.
В этот момент рядом появился Сэм.Он даже не посмотрел на Дина. Только на меня.
— Продолжим?
— Конечно.
Я протянула ему руку. Он сразу переплёл наши пальцы. И увёл меня обратно в толпу. Дин проводил нас взглядом. Девушка рядом с ним что-то сказала.
Он не услышал.
— Что?
— Я говорю…
Она улыбнулась.
— Кажется, тебе пора домой.
Он посмотрел на неё. Потом снова на танцпол. И неожиданно согласился.
— Наверное.
МС (C’Est Beau La Bourgeoisie — Dance Music)
Дин не собирался оставаться. Он уже допил своё пиво и успел натянуть куртку.
— Поеду, наверное, — сказал он, подходя к нам. — Не люблю клубы.
— Да ладно тебе, — усмехнулся Сэм. — Стареешь?
— Уже давно.
Дин собирался ответить что-то ещё, но остановился. Сэм танцевал слишком резко.
Не драка. Пока нет.
Но движения стали тяжелее, взгляд цеплялся за каждого, кто подходил ближе. Дин слишком хорошо знал этот взгляд.
— Ладно… — вздохнул он. — Побуду ещё немного. А то ты сейчас кому-нибудь нос сломаешь.
— Не сломаю.
— Конечно.
Я удивлённо посмотрела на них.
— Что?
— Ничего, — одновременно ответили братья.
Музыка снова стала громче.
Сэм танцевал рядом со мной. Почти всё время молча. Когда кто-то случайно задевал меня плечом, он сразу притягивал меня обратно. Слишком быстро. Слишком уверенно. Я решила, что он просто ревнует. Тогда это даже показалось немного милым. Потом ему вдруг стало нехорошо. Он провёл ладонью по лицу.
— Жарко…
— Всё нормально?
— Сейчас приду.
Он кивнул куда-то в сторону туалета и исчез в толпе. Я осталась возле танцпола одна. Именно тогда рядом появился Дин.
— Потеряла своего кавалера?
— Ему плохо стало.
— А.
Он молча посмотрел вслед брату. Потом перевёл взгляд на меня.
— Один танец.
— Это предложение?
— Пока он не вернулся.
Я улыбнулась.
— Ладно.
Дин действительно оказался совсем другим. Не таким, как Сэм. Он почти не держал меня. Скорее двигался рядом. Иногда касался ладонью талии, чтобы поймать ритм. Иногда отпускал совсем.
— Знаешь… — сказал он, пока музыка ненадолго стала тише. — Дома я почти не разговариваю.
— Я заметила.
— В клубе проще.
— Почему?
Он пожал плечами.
— Здесь никто не ждёт, что ты будешь серьёзным.
— Значит, настоящий Дин вот такой?
Он усмехнулся.
— Нет.
Пауза.
— Настоящий Дин где-то посередине.
Я рассмеялась.
— Загадочно.
— Сам не люблю загадки.
Мы снова начали танцевать. Из толпы вернулся Сэм. Остановился. Несколько секунд просто смотрел. На меня. На Дина.На расстояние между нами. Он подошёл спокойно. Даже слишком спокойно.
— Всё нормально?
— Конечно, — ответила я.
— Потанцевали?
— Немного.
Он перевёл взгляд на брата.
— Спасибо.
Дин кивнул.
— Не за что.
И отошёл. Ни слова больше. Я даже подумала, что всё закончилось.
МС (Like a G6 — Far East Movement)
Мы вернулись к барной стойке. Я заказала ещё по шоту. Дин стоял рядом.
— Значит, вы всё-таки вместе?
— Не знаю, — честно ответила я.
— Не знаешь?
— Мы об этом ещё не говорили.
Он задумчиво кивнул.
— Тогда понятно.
— Что понятно?
— Почему Сэм так смотрит.
Я уже хотела спросить, что он имеет в виду, но рядом оказался сам Сэм.
— О чём разговариваете?
— Да ни о чём.
— Угу.
Дин посмотрел на брата. Потом неожиданно сказал:
— Ладно.
Он поднял руки.
— Мир.
И сделал шаг назад.
Почти сразу какая-то блондинка дёрнула его за рукав.
— Потанцуешь?
Он усмехнулся.
— Почему бы и нет.
Я проводила его взглядом. Сэм тоже. Только совсем по другой причине.
— Поехали домой.
Я удивилась.
— Уже?
— Да.
— Но…
— Мы поговорим дома.
Он сказал это спокойно. И почему-то спорить сразу расхотелось. Я только успела обернуться. Дин уже танцевал с той самой девушкой. Он даже не видел, что мы ушли.
МС (Канат — ЛСП)
Я не успела договорить — Сэм уже взял меня за запястье.
Не больно.
Но крепко.
— Поехали.
— Куда?..
— Домой.
Он даже не посмотрел на меня. Мы молча вышли из клуба. В машине играла какая-то музыка.
Тихо.
Настолько тихо, что слышно было, как Сэм сильнее обычного сжимает руль.
Я несколько раз открывала рот. И несколько раз закрывала.
Наконец не выдержала.
— Ты сердишься?
— А как ты думаешь?
Я отвернулась к окну.
— Мы просто танцевали…
Он усмехнулся. Без радости.
— Просто?
Тишина.
— Он весь вечер трогал тебя.
— Это был танец…
— Нет.
Он сказал это спокойно. Слишком спокойно.
— Он проверял меня.
Я посмотрела на него.
— Сэм…
— И ты ему позволяла.
— Я ничего такого…
— Не начинай.
Он перебил меня сразу.
— Не говори сейчас, что ты ничего не заметила.
Молчание. Машина свернула к дому.
— Ты понимаешь вообще, как он на тебя смотрел?
— Мне казалось…
— Не казалось.
Он резко выдохнул.
— Ты ему нравишься.
Я замерла.
— Нет…
— Есть вещи, которые я вижу лучше тебя.
Он говорил уверенно. Так уверенно, что я почти начала сомневаться в самой себе.
Мы вошли домой. Он не отпустил мою руку. Не тянул. Просто не отпускал. Поднялись наверх. Дверь спальни закрылась. Щёлкнул замок. Я впервые почувствовала тревогу.
— Сэм…
Он молчал. Потом подошёл ближе. Не вплотную. Но так, что между мной и дверью почти не осталось места.
— Ответь честно.
— На что?
— Тебе понравилось его внимание?
Я растерялась.
— Нет…
— Подумай.
— Я уже ответила.
— Нет.
Он покачал головой.
— Ты отвечаешь слишком быстро.
Он смотрел прямо в глаза. Не моргая.
— Если бы тебе было неприятно…
Пауза.
— …ты бы остановила его раньше.
Слова ударили сильнее пощёчины.
— Я…
— Разве нет?
— Я не думала…
— Вот именно.
Он сделал ещё полшага.
— Ты не думала. Ты смеялась. Танцевала. Позволяла ему подходить. Позволяла ему смотреть. Позволяла ему касаться тебя.
Каждое предложение звучало всё тише. Но тяжелее. Мне вдруг захотелось оправдаться. Хотя я не понимала, за что именно.
— Сэм…
— Ты хоть понимаешь, что чувствовал я?
Я кивнула. Не потому что понимала. Потому что хотела, чтобы этот разговор закончился.
Он сразу заметил.
— Нет. Не кивай. Ответь.
— Мне жаль…
— Мне не нужно “жаль”.
Он сделал ещё шаг.
Теперь я уже чувствовала стену за своей спиной.
— Мне нужно знать…
Он говорил почти шёпотом.
— …что ты выбрала меня.
Я не знала, что сказать.
В это же время. Клуб.
Дин стоял возле бара с той самой блондинкой. Она что-то рассказывала. Он кивал. Но взгляд сам собой снова ушёл туда, где недавно были мы.
Пусто.
Он нахмурился.
— Секунду.
Он достал телефон. Позвонил Сэму. Гудки. Никто не ответил.Странно. Он вышел на улицу. Импала стояла на месте. Машины Сэма не было.
Улыбка исчезла.
— Чёрт…
Он быстро сел за руль. Двигатель взревел почти сразу.
Дорога домой показалась слишком длинной. Дин всё сильнее сжимал руль. В голове крутилась одна мысль.
“Только бы я ошибался.”
Когда он вошёл в дом, внизу было тихо. Слишком тихо. Потом сверху донёсся голос Сэма. Не громкий. Но такой, какого раньше Дин не слышал. Жёсткий. Давящий.
Потом… Всхлип.
Дин замер.
Секунда.
Рука сама легла на ручку двери. Дин резко распахнул её. На несколько секунд время будто остановилось. Он увидел достаточно. Больше ему не нужно было ничего понимать.
— Сэм.
Голос прозвучал негромко. Но так холодно, что даже воздух в комнате словно застыл.
— Отойди от неё.
Сэм обернулся. В его взгляде ещё кипела злость.
— Не лезь.
— Это был не совет.
Дин сделал шаг вперёд.
— Отойди.
Несколько долгих секунд братья молча смотрели друг на друга. Потом Дин просто оттолкнул его в сторону. Не из ярости. Потому что между ним и мной больше никто не должен был стоять.
— Это всё из-за тебя! — сорвался Сэм. — Ты весь вечер…
— Потом.
Дин даже не повысил голос.
— Сейчас выйди.
В его спокойствии было столько твёрдости, что спорить стало бессмысленно. Сэм ещё секунду стоял на месте. Потом отвернулся и вышел, громко хлопнув дверью. Комната наконец стала тихой. Дин медленно подошёл ко мне. Не сразу. Будто боялся, что любое резкое движение испугает меня ещё сильнее. Он опустился рядом. На уровень моих глаз.
— Эй…
Я не сразу подняла голову.
— Посмотри на меня.
Я посмотрела. Он ничего не спрашивал. Не требовал объяснений. Не искал виноватых. Он просто видел, что мне страшно. И этого было достаточно.
— Всё закончилось, — тихо сказал он. — Я рядом.
Я почувствовала, как внутри что-то медленно перестаёт сжиматься. Не исчезает. Но впервые за этот вечер становится немного легче дышать. Дин осторожно протянул руку. Не касаясь меня. Оставляя выбор за мной.
Через несколько секунд я сама придвинулась ближе. Он медленно обнял меня. Так, чтобы я могла в любой момент отстраниться. Но я не отстранилась.
За дверью было тихо.
А рядом со мной впервые за долгое время был человек, рядом с которым не нужно было бояться.
Глава 2. Моя Луна
Ночь почти закончилась. В доме стояла тяжёлая тишина. Дин помог мне подняться, молча набросил на плечи плед и отвёл в комнату. Он не говорил лишнего. Только тихо повторял:
— Я здесь.
— Всё хорошо.
— Ты не одна.
Я почти ничего не отвечала. Слова словно перестали существовать. Он принёс воды, помог сесть на кровать и устроился рядом. Не слишком близко. Так, чтобы я сама могла решить, хочу ли его присутствия. Я подвинулась к нему первой. Он осторожно приобнял меня за плечи. Без спешки. Без ожиданий. Просто чтобы я чувствовала: рядом есть человек, который никуда не уйдёт.
И впервые за весь вечер мне стало спокойно.
МС (Cinnamon Girl — Lana Del Rey)
Луна почти полностью заполнила комнату. Жёлтый свет ложился на её волосы, на край подушки, на тонкое одеяло, под которым она наконец перестала дрожать. Я сидел рядом уже… чёрт знает сколько. Иногда прядь падала ей на лицо. Я молча убирал её за ухо. Потом снова. И снова. Она спала беспокойно. Иногда хмурилась, иногда что-то едва слышно говорила во сне, но слов разобрать не получалось. Я поймал себя на мысли, что уже давно не смотрю ни на часы, ни в окно. Только на неё.
Странно.
Очень странно.
Обычно я не задерживался. Ни с кем. Никогда. Я усмехнулся самому себе и тихо покачал головой.
— Ну и что с тобой происходит, Винчестер… Ответа, конечно, не было.
За окном лениво шумели деревья. Дом давно уснул. Только я всё никак не мог заставить себя уйти. Наверное… Потому что не хотел, чтобы она проснулась одна. Я осторожно поднялся. Джинсы неприятно зашуршали. Замер. Она не проснулась. Только сильнее свернулась клубком. Я тихо переоделся, бросив одежду на стул. Потом лёг поверх одеяла, оставляя между нами небольшое расстояние. Так было правильно. Хотя уже через несколько минут она сама, всё ещё не просыпаясь, медленно подвинулась ближе. Будто во сне искала место, где безопасно. Я почувствовал, как её лоб осторожно коснулся моего плеча. Потом ещё ближе. Она тихо выдохнула. Я даже задержал дыхание.
Смешно.
Вампиров, демонов и призраков я встречал спокойнее. А сейчас боялся пошевелиться. Будто одно лишнее движение могло разрушить этот момент. Я медленно, почти не касаясь, обнял её. Не потому что хотел. Потому что… так было правильно. Она сразу расслабилась. Уткнулась носом мне в грудь. И снова глубоко уснула.
…
Я закрыл глаза.
Впервые за очень долгое время мне тоже стало спокойно.
Утро наступило слишком быстро. Я проснулась от ощущения тепла. Кто-то осторожно обнимал меня со спины. На секунду показалось, что всё произошедшее было просто дурным сном. Я медленно открыла глаза.
— …Дин?
Он вздрогнул. Будто сам не ожидал, что я проснусь именно сейчас.
— Доброе утро.
Голос был тихим. Почти виноватым. Я повернула голову.
— Ты… что здесь делаешь?
Он неловко потер шею.
— Не хотел, чтобы ты оставалась одна.
На секунду мне показалось, что он сейчас начнет оправдываться. Но он только отвел взгляд.
— Как ты себя чувствуешь?
Я прислушалась к себе. Тело ломило. Внизу живота неприятно тянуло. Голова была тяжелой.
— Не очень…
Я осторожно положила ладонь на живот.
— И… здесь тоже болит…
Я смущенно показала рукой ниже.
— Я почти ничего не помню…
На лице Дина что-то дрогнуло. Едва заметно. Будто он одновременно испытал облегчение и боль. Он молча придвинулся ближе и осторожно коснулся моей головы своим лбом.
— Всё будет хорошо.
Пауза.
— Обещаю.
Он и сам не знал, может ли это обещать. Но очень хотел, чтобы это оказалось правдой.
В этот момент в дверях появился Сэм.
Он замер.
Посмотрел сначала на меня. Потом на Дина.
И на секунду в комнате стало слишком тихо.
Дин медленно поднялся.
— Выйдем.
Это прозвучало спокойно. Но спорить с таким голосом не хотелось.
Дверь закрылась.
— Ты совсем охренел?
Дин говорил почти шепотом.
— …
— Я спрашиваю, ты совсем охренел?
Сэм молчал. Смотрел в пол.
— Я…
— Не начинай.
— Я выпил…
— Не начинай.
Дин сделал шаг вперед.
— Ты прекрасно знаешь, о чем я.
Сэм наконец поднял глаза.
— Она танцевала с тобой.
— Поэтому?
— Ты видел, как она на тебя смотрела!
— Поэтому?
— Она позволяла тебе…
— Поэтому?!
Последнее слово прозвучало настолько резко, что Сэм замолчал.
Дин долго смотрел на брата. Потом тихо сказал:
— Иди к ней.
— Дин…
— Иди.
— Я не знаю, что сказать.
— Вот именно.
Он открыл дверь.
— Поэтому хотя бы попробуй.
Сэм вошел в комнату медленно. Я подняла голову. Он не смотрел мне в глаза.
— Как ты?
— Плохо…
Я опустила взгляд.
— Я почти ничего не помню… Что вчера произошло?
Он тяжело выдохнул. Ответ застрял где-то внутри.
— Неважно.
— Важно…
Я растерянно посмотрела на него.
— Я пытаюсь вспомнить…
Он быстро перевел разговор.
— Дин… долго был здесь?
— Не знаю…
Я пожала плечами.
— Проснулась — он уже сидел рядом.
Почему? Я правда не понимала.
Сэм напрягся. Совсем немного. Но я это почувствовала.
— Всю ночь?
Я кивнула.
— Наверное…
Он отвернулся. Несколько секунд молчал. Потом спросил слишком спокойно:
— Он тебя обнимал?
— …
— Целовал?
— Нет…
— Ты уверена?
Я растерянно посмотрела на него.
— Конечно…
Он подошел ближе.
— Между вами ничего не было?
— Нет, Сэм…
Он резко выдохнул. Провел ладонями по лицу. Будто пытался успокоиться. Но не получалось.
— Я не могу…
Он покачал головой.
— Не могу видеть, как он смотрит на тебя.
— Он ничего…
— Не защищай его!
Я вздрогнула. Он тут же замолчал. Осознал, что повысил голос. Сделал шаг назад.
Провел рукой по волосам.
— Черт…
Я осторожно протянула к нему ладонь.
— Сэм… Давай просто…
Он посмотрел на мою руку. И вдруг отвернулся.
— Не надо.
— Но…
— Не сейчас.
Он почти выбежал из комнаты. Дверь захлопнулась. Я невольно вздрогнула.
Снова стало тихо.
Так тихо...
Что я подтянула колени к груди и долго просто смотрела в одну точку.
МС (Говори мне — Miyagi feat. Andy Panda)
Я долго смотрела в одну точку.
Дверь хлопнула так сильно, что я вздрогнула всем телом. Потом снова стало тихо.
Так тихо, что слышно было, как за окном проезжают машины.
Я подтянула колени к груди и спрятала в них лицо. Живот ныл тупой болью. Я сама не понимала, от чего плачу больше. От боли. От крика. Или от того, что человек, который еще вчера улыбался мне, сегодня смотрел так, будто я сделала что-то ужасное.
Дверь снова тихо открылась.
— Малышка…
Я даже не подняла головы. По голосу поняла — Дин.
Матрас прогнулся рядом.
Он ничего не спрашивал несколько секунд. Просто сидел.
Будто давал мне время решить, хочу ли я вообще, чтобы рядом кто-то был.
— Живот? — тихо спросил он.
Я кивнула.
— Очень…
Он осторожно коснулся моей руки.
Не сжал.
Просто положил ладонь поверх моей.
— Сейчас.
Он вышел всего на минуту. Вернулся со стаканом воды и таблеткой.
— Выпей.
Я молча послушалась. Пока я запивала лекарство, он сел обратно рядом.
— Полежи немного. Подождем, пока подействует.
Я легла.
Он поправил край одеяла, чтобы оно не сползало с плеч.
Такая мелочь.
Но почему-то именно от нее захотелось снова расплакаться.
— Это из-за Сэма? — спросил он спустя некоторое время.
Я быстро покачала головой.
— Нет…
Голос предательски дрогнул.
— Все нормально.
Он вздохнул.
— Ты знаешь… иногда “нормально” звучит совсем не как нормально.
Я молчала.
Он тоже.
Комната снова погрузилась в тишину.
Не тяжелую. Ту, в которой можно просто быть рядом.
Я сама не заметила, как придвинулась ближе.
Совсем чуть-чуть.
Он почувствовал это движение, но не стал пользоваться моментом. Лишь осторожно обнял меня за плечи. Так, словно спрашивал разрешения. Я не отстранилась. Наоборот. Прижалась сильнее.
— Он просто… переживает, — тихо сказала я.
Дин усмехнулся почти неслышно. Без насмешки.
Скорее устало.
— Ты всегда его оправдываешь.
Я промолчала.
Потому что он был прав.
— Даже когда он не прав.
Я закрыла глаза.
— Он не плохой…
— Я не сказал, что плохой.
После короткой паузы он добавил уже совсем тихо:
— Но иногда он делает вещи, которые причиняют боль. И это нельзя не замечать.
Я чувствовала, как внутри все сжимается.
— Он… из-за тебя…
Слова сорвались сами.
Дин слегка нахмурился.
— Из-за меня?
Я кивнула.
— Он сказал… что ему не нравится, когда ты рядом. Что ты смотришь на меня. Что обнимаешь.
Дин замер.
Потом медленно выдохнул.
— Вот оно что…
Он отвел взгляд куда-то в окно. Несколько секунд молчал. Будто собирал мысли.
— Тогда я сам с ним поговорю.
Я резко посмотрела на него.
— Не надо…
— Надо.
Он сказал это спокойно.
Без злости.
— Не потому что хочу с ним поссориться. Потому что никто не должен заставлять тебя чувствовать себя виноватой за обычные вещи.
Я ничего не ответила. Только сильнее укуталась в одеяло. Боль постепенно отпускала. Наверное, начинала действовать таблетка. А может… Дело было совсем не в ней.
Дин посмотрел на меня и вдруг улыбнулся.
Совсем немного.
— У меня есть идея.
— Какая?
— Очень серьезная.
Я вопросительно подняла брови.
— Нам срочно нужно мороженое.
Я не удержалась и тихо рассмеялась.
Совсем чуть-чуть.
Но рассмеялась.
И лицо Дина словно посветлело.
— Вот.
Уже лучше.
— Ты сейчас серьезно лечишь меня мороженым?
— Сто процентов. Лучшее средство. Проверено лично.
— А фильм будет?
— Обязательно. Без фильма терапия не работает.
— Тогда…
— Какое?
Я задумалась.
— Ванильное. С шоколадной крошкой.
— Отличный выбор.
Он поднялся с кровати, уже натягивая футболку через голову.
На пороге обернулся.
— Никуда не уходи.
Я впервые за этот день улыбнулась по-настоящему.
— Постараюсь.
— Вот и договорились.
Дверь тихо закрылась.
И почему-то впервые за весь день мне перестало быть страшно.
МС (NIGHTS LIKE THIS — The Kid LAROI)
Фильм шел уже минут двадцать, а я вдруг заметила, что ложка в руках Дина почти не двигалась.
Я повернулась к нему.
— Дин?
— М?
— Тебе не нравится?
Он удивленно посмотрел сначала на ведерко, потом на меня.
— Что именно?
— Мороженое.
— Нравится.
— Тогда почему ты почти не ешь?
Он усмехнулся.
— Просто тебе оставляю.
— Но оно же и твое.
— Знаю.
Он сказал это так спокойно, будто ничего особенного не происходило.
Я пожала плечами и снова уткнулась в телевизор, время от времени зачерпывая ложкой ванильное мороженое с шоколадной крошкой.
Он почти не видел экран.
Каждый раз, когда она тихо смеялась над какой-нибудь глупой сценой, он ловил себя на том, что улыбается вместе с ней.
Не потому, что фильм смешной.
Потому что смеялась она.
Он опустил взгляд на ведерко с мороженым.
Смешно.
Когда-то это было роскошью.
Иногда отец приносил одно маленькое ведерко на двоих. Иногда денег не было совсем. А если было одно…
Дин почти всегда незаметно отдавал большую часть Сэму. Так было проще. Он привык.
Мороженое осталось для него чем-то особенным. Маленьким напоминанием о редких спокойных вечерах. О тех днях, когда не нужно было никуда ехать. Когда они хотя бы ненадолго становились обычной семьей.
Он посмотрел на Дороти.
Теперь рядом с этим вкусом появлялось еще одно воспоминание.
Она.
Сидит, укутавшись в плед. Морщит нос, когда шоколадная крошка попадает на язык. Иногда улыбается экрану. Иногда хмурится, переживая за героев так, будто они настоящие.
И почему-то именно сейчас ему было спокойно. По-настоящему. Он понял, что уже несколько минут смотрит не фильм. На нее. И не хотел отворачиваться.
“Запомни.”
Мысль появилась неожиданно.
“Запомни этот вечер.”
Потому что он знал себя.
Через неделю снова будут охоты. Кровь. Монстры. Ссоры. Очередной мотель.
Но где-то внутри останется маленькая комната. Старый телевизор. Ведерко ванильного мороженого. И девушка, которая наконец перестала плакать.
Он почти незаметно придвинулся ближе.
Не для себя.
Для нее.
Если она снова проснется среди ночи испуганной… Пусть первое, что почувствует, будет не холод.
Дороти, не отрывая взгляда от фильма, машинально прислонилась к его плечу. Так естественно, будто делала это уже сотни раз.
У Дина перехватило дыхание. Он медленно обнял ее одной рукой. Очень осторожно. Словно боялся разрушить этот вечер одним лишним движением. Она лишь устроилась удобнее. И снова перевела взгляд на экран.
Он улыбнулся.
“Наверное…” — подумал он.
“Вот так и рождаются самые дорогие воспоминания.”
Он не знал, что спустя годы будет помнить этот вечер до последней мелочи. Вкус ванильного мороженого. Тепло ее волос. Запах шампуня. Тихий шум телевизора.
И чувство, которое впервые за долгое время оказалось сильнее страха потерять кого-то.
МС (Reflections — The Neighbourhood)
Фильм закончился незаметно.
Пошли титры.
Я уже почти спала, лениво наблюдая, как свет телевизора скользит по потолку. Веки становились тяжелыми.
— Эй, красавица…
Я почувствовала, как Дин едва заметно коснулся моего плеча.
— Спишь?
— Почти…
— Тогда это последний фильм.
Я сонно кивнула.
Он замолчал.
Так надолго, что я уже решила — передумал.
— Можно вопрос?
— Угу…
Он шумно выдохнул. Будто собирался с духом гораздо дольше, чем стоило.
— Тебе нравится Сэм?
Я открыла глаза.
— В каком смысле?
— Ну…
Он усмехнулся.
— Не как брат по охоте. Как парень.
Я задумалась.
Ответ оказался сложнее, чем хотелось.
— Да…
Я провела пальцем по краю ведерка с мороженым.
— Наверное, нравится.
Дин молча ждал. Не торопил.
— Но…
Я вздохнула.
— Я не знаю, хочу ли отношений.
Он посмотрел на меня внимательнее.
— Почему?
Я пожала плечами.
— Потому что иногда рядом с ним спокойно. А иногда…
Я замолчала.
— Иногда страшно.
Дин ничего не сказал. Только незаметно сжал челюсть. Я этого даже не заметила.
— Я хочу увидеть, что он правда старается. Что понимает свои ошибки. Что может стать лучше. Не ради кого-то. А потому что сам этого хочет.
Я улыбнулась самой себе.
— Наверное, я слишком много хочу.
— Нет.
Ответ прозвучал сразу. Без колебаний.
— Это не много. Это нормально.
Я удивленно посмотрела на него. Он отвел взгляд.
— Спасибо…
— Я поговорю с ним.
— Не надо.
— Надо.
Он сказал это спокойно. Не как человек, который собирается читать нотации. Как старший брат.
— Если он действительно хочет быть рядом с тобой… Пусть начнет вести себя соответственно.
Я почувствовала, как внутри становится теплее.
— Спасибо, Дин.
Он лишь коротко кивнул. Будто это было чем-то само собой разумеющимся.
Через минуту я улыбнулась.
— Теперь моя очередь.
Он посмотрел настороженно.
— Моя?
— Угу.
Я хитро прищурилась.
— Тебе кто-нибудь нравится?
Он замер. Настолько заметно, что я тихо рассмеялась.
— Не отвечай, если не хочешь.
— Нет…
Он усмехнулся.
— Просто не ожидал.
Несколько секунд он смотрел куда-то в экран телевизора.
Фильм давно закончился.
Экран уже потемнел.
— Да. Нравится.
Я оживилась.
— Правда?
Он кивнул.
— Только… Немного все сложно.
— Почему?
Он долго молчал. Настолько долго, что я уже решила сменить тему. Но он все-таки заговорил.
— Она… наверное, даже не догадывается. Каждый раз, когда она улыбается мне… Кажется, будто день становится немного легче.
Он тихо усмехнулся.
Сам над собой.
— Смешно звучит.
Я отрицательно покачала головой.
— Нет. Совсем не смешно.
Он продолжил уже почти шепотом.
— Она умеет делать странную вещь. Даже когда ей самой плохо… Все равно переживает за других. И это… Наверное, самое красивое, что я видел.
Я слушала его, почти не дыша.
— Почему тогда не скажешь ей?
Он улыбнулся.
Очень грустно.
— Потому что иногда любить человека… Это не значит обязательно быть рядом. Иногда достаточно знать, что он счастлив. Даже если… Не с тобой.
Я почувствовала, как сердце болезненно сжалось.
— Мне кажется… Она все равно когда-нибудь узнает.
Он посмотрел на меня.
Долго.
Так долго, что мне стало немного неловко.
Потом вдруг улыбнулся. По-настоящему.
— Может быть.
Я осторожно обняла его. Совсем ненадолго.
— У тебя все получится.
Он тихо рассмеялся.
— Спасибо, малышка.
Она уже почти спала.
Голова медленно опустилась ему на грудь. Дыхание стало ровным. Он осторожно поправил выбившуюся прядь волос.
“Если бы ты только знала…”
Он смотрел в темное окно. И впервые за долгое время позволил себе признаться хотя бы самому себе.
“Да.”
“Кажется…”
“Я действительно люблю тебя.”
Он закрыл глаза.
И крепче, но все так же бережно, обнял девушку, которая уже спала, совершенно не подозревая, что только что выслушала признание… адресованное ей самой.
МС (A Little Death — The Neighbourhood)
Утром я проснулась раньше Дина.
Несколько секунд просто лежала, пытаясь понять, почему мне так тепло. Потом осторожно повернула голову.
Он спал.
Одна рука всё ещё лежала у меня на талии, будто даже во сне не хотел отпускать. Лицо наконец стало спокойным. Без привычной усмешки, без напряжения, которое, казалось, сопровождало его всегда.
Я очень медленно приподняла его руку и выбралась из объятий. Он даже не проснулся.
Только что-то тихо пробормотал во сне и перевернулся на другой бок.
Я невольно улыбнулась.
На кухне пахло свежим кофе.
Я открыла холодильник.
— М-да… Почти пусто. Пара яиц. Полбатона. Сыр, который уже видел лучшие времена.
— Ну хоть гренки…
Через несколько минут кухня наполнилась запахом жареного хлеба. Я устроилась, как всегда, перед телевизором. Есть за столом никогда не любила. Сэм постоянно ворчал из-за этого.
А Дин…
Дин просто садился рядом.
— Доброе утро, красавица…
Я даже не услышала, как он вошёл.
Он стоял в дверях сонный, растрёпанный, в серой футболке и спортивных штанах, лениво потирая затылок.
— Мне завтрак вообще положен или это привилегия только для красивых девушек?
— Доброе утро.
Я рассмеялась.
— На плите твоя тарелка.
Он заглянул.
— Ого… да ты сегодня хозяйка.
— Не привыкай.
— Уже поздно.
Он взял тарелку и подошёл ко мне.
— Подвинься.
Я подвинулась, освобождая ему место на диване.
Он плюхнулся рядом.
— Кофе?
— Закончился…
— Серьёзно?
Я виновато подняла кружку.
— Последний выпила.
Он театрально тяжело вздохнул.
— Вот так и доверяй людям.
Потом молча взял мою кружку.
Сделал глоток.
— Эй!
— Что?
— Это мой кофе.
— Уже наш.
Он совершенно спокойно сделал ещё один глоток.
— Наглость второе счастье.
— Первое тоже неплохо работает.
Я закатила глаза и рассмеялась.
Несколько минут мы молча смотрели какую-то глупую утреннюю передачу.
Потом Дин вдруг нахмурился.
— Сэм так и не вернулся?
Я покачала головой.
— Нет.
Он тихо цокнул языком.
— Видимо, всё ещё психует.
— Может, позвонишь?
— Сейчас?
Он задумался.
— Если честно… пусть сначала остынет.
Я опустила взгляд.
— А вдруг что-нибудь случилось?
Дин усмехнулся.
— С ним?
Он отправил в рот последний кусок гренки.
— Этот лось скорее кого-нибудь другого найдёт, чем сам пропадёт.
Я недовольно посмотрела на него.
— Дин.
Он поднял руки.
— Всё-всё. Понял. После завтрака позвоню. Если тебе так спокойнее.
Я благодарно улыбнулась. Он заметил. И сразу улыбнулся в ответ. Совсем немного. Но искренне.
Поставив пустую тарелку на стол, он снова открыл холодильник.
— Нам продукты нужны.
— Настолько всё плохо?
Он заглянул внутрь ещё раз.
— Если считать кетчуп полноценным ужином — нет.
Я рассмеялась.
— Тогда поедем.
— Отлично.
Он посмотрел на меня.
— Только за рулём сегодня я.
— Почему?
— Потому что кто-то вчера решил победить меня в соревновании по шотам.
— Я победила вообще-то.
— Вот именно.
Я легонько ткнула его локтем.
— Вредный.
— Красивый.
— Самовлюблённый.
— Иногда.
Через несколько минут я уже натягивала джинсы и собирала волосы в небрежный пучок. Когда вышла в коридор, Дин уже ждал у двери, крутя ключи от «Импалы» на пальце. Он поднял взгляд. И на секунду завис.
Волосы открывали шею. Несколько выбившихся прядей падали на плечи. Никакого макияжа. Старая футболка. Джинсы.
И почему-то именно сейчас она казалась ему красивее, чем вчера в клубе. Потому что сейчас она была настоящей. Без попыток кому-то понравиться. Без игры. Просто собой.
— Что?
— Ничего.
Он быстро отвёл взгляд и открыл передо мной дверь.
— После вас.
В машине играла музыка. Окна были открыты. Тёплый летний ветер перебирал мои волосы. Мы подпевали песням. Фальшиво. Громко. Иногда забывали слова и просто смеялись. Это было удивительно… После всего, что произошло вчера, жизнь будто специально подарила нам несколько часов покоя.
Закупившись продуктами, мы почему-то не поехали домой.
— Есть идея.
— Какая?
— Пять минут.
Через десять минут мы уже сидели на деревянной лавочке возле озера. У каждого в руках было мороженое.
Я болтала без остановки. О какой-то передаче. О странной собаке, которую увидела возле магазина. О том, что облако справа похоже на дракона. Дин почти ничего не отвечал.
— Ты меня вообще слушаешь?
Он вздрогнул.
— А?
— Вот именно. Я прищурилась.
— Не слушал.
Он виновато улыбнулся.
— Прости.
— Тогда на что ты смотрел?
Он замолчал. Почти сказал правду.
“На тебя.”
Но вместо этого спокойно пожал плечами.
— На озеро.
Я фыркнула.
— Врёшь.
— Немного.
Я улыбнулась и снова начала что-то рассказывать. А Дин снова перестал слушать слова. Он слушал смех. Запоминал, как ветер играет с выбившимися прядями.
Как она улыбается. Как щурится от солнца. Как смешно морщит нос.
Он думал только об одном.
“Если бы ты знала…”
Если бы знала, насколько мне спокойно рядом с тобой… Наверное, всё стало бы только сложнее. Поэтому он просто сидел рядом. Молчал. И любовался тем моментом, который уже тогда понимал — однажды станет одним из самых дорогих воспоминаний в его жизни.
МС (back to friends — sombr)
Мы вернулись домой ближе к вечеру.Еще из машины я заметила машину Сэма.
— Приехал, — негромко сказал Дин.
Я почему-то облегченно улыбнулась.
В доме пахло чем-то горячим. И цветами.
Сэм стоял посреди гостиной с неловко зажатым в руках букетом. Совсем не таким уверенным, каким был обычно.
Когда он увидел меня, заметно выдохнул.
— Привет…
Я остановилась.
Он сделал шаг вперед.
— Это тебе.
Я удивленно приняла цветы.
— Спасибо…
Он нервно потер шею.
— Я… много думал. Правда.
Ему явно было тяжело подбирать слова.
— Я вчера перегнул.
Он запнулся.
Будто не мог заставить себя произнести это вслух.
— Мне не стоило так себя вести.
Я молча слушала.
— Я не обещаю, что изменюсь за один день… но обещаю стараться. Я не хочу снова сделать тебе больно.
Он говорил тихо.
Почти непривычно тихо.
— И… я купил еды. Взял фильм. Хотел провести вечер с тобой. Если… если ты еще захочешь.
Я посмотрела на букет. Потом — на него. Он выглядел искренним. Хотелось верить. Очень хотелось.
— Хорошо…
Я улыбнулась.
— Я тебя прощаю.
На его лице впервые за день появилась настоящая улыбка. Я легко коснулась губами его щеки.
— Только больше так не делай.
— Не буду.
По крайней мере, сейчас он сам хотел в это верить.
— Я быстро переоденусь.
Я убежала наверх, крепче прижимая цветы к себе.
Как только наверху хлопнула дверь моей комнаты, улыбка Сэма медленно исчезла. Он устало опустился на диван.
— Фух…
Дин стоял, облокотившись о кухонную стойку.
— Что?
— Пронесло.
Дин поднял голову.
— Пронесло?
— Ну да.
Сэм пожал плечами.
— Простила же.
Наступила короткая тишина.
— Ты вообще понял, за что извинялся?
— Конечно понял.
— Правда?
Сэм лениво посмотрел на брата.
— А ты чего завелся? Уголок губ дернулся.
— Завидуешь? Дин ничего не ответил.
— Или ревнуешь?
Ответ последовал не сразу.
— Нет.
Спокойно. Даже слишком спокойно.
— Мне какое дело.
Он отвернулся к окну. Только пальцы на столешнице медленно сжались в кулак. Потому что он не поверил ни одному слову брата. Он слишком хорошо знал Сэма. Знал, как тот звучит, когда действительно раскаивается. И как — когда просто хочет, чтобы все закончилось.
Но…
Наверху смеялась Дороти. И ради этой улыбки он снова промолчал.
МС (Сердце — passmurny)
Вечером фильм все-таки включили. Я сидела рядом с Сэмом, прижавшись к его плечу. Он обнимал меня за талию. Иногда сильнее. Иногда будто проверяя, здесь ли я.
Я смеялась над фильмом, комментировала глупые моменты, время от времени целовала его в щеку. Мне казалось, что все снова становится хорошо. Будто вчерашний вечер остался где-то далеко.
…
Дин сидел в кресле напротив. Перед ним давно остыл кофе. Фильм закончился уже, наверное, наполовину. Но он не смог бы пересказать ни одной сцены. Он видел только меня. Как я улыбаюсь. Как смеюсь. Как кладу голову Сэму на плечо. Как доверчиво закрываю глаза. И каждый раз внутри что-то болезненно сжималось. Не ревность. Нет. Это чувство было другим. Гораздо тише. Гораздо тяжелее. Зависть. Не к брату. К тому месту рядом со мной. К возможности услышать мой смех так близко. Почувствовать, как я случайно касаюсь плечом.
Поймать мой взгляд.
Он опустил голову.
«Она не со мной.»
Через минуту мысль вернулась.
«Не со мной.»
И еще раз.
«Не со мной.»
Каждый новый смешок будто повторял эти слова за него.
Он поднялся так тихо, что никто даже не заметил. Только я мельком посмотрела ему вслед.
— Дин?
— Устал немного.
Он улыбнулся. Как всегда. Спокойно.
— Доброй ночи.
— Доброй.
Я снова повернулась к фильму.
А он поднялся наверх.
В комнате было темно. Он даже не включил свет. Просто лег поверх покрывала. Руки под голову. Взгляд — в потолок. Он не хотел читать. Не хотел слушать музыку. Не хотел спать.
Он просто лежал.
Потому что сил на что-то еще не осталось.
«Она не со мной.»
Он закрыл глаза.
«И никогда не будет.»
Слова прозвучали уже почти без боли. Только с усталостью. Он медленно выдохнул.
— Моя Луна…
Почти шепотом.
Так тихо, что даже сам едва услышал.
Эту ночь я провела рядом с Сэмом.
Он обнимал меня во сне, но почему-то мне никак не удавалось согреться. Я долго лежала с открытыми глазами, прислушиваясь к его дыханию. Странно.
Еще вчера мне казалось, что именно рядом с ним я должна чувствовать себя дома. Но вместо тепла внутри была какая-то пустота. Я сама не понимала, почему.
Утром мы завтракали втроем. Я, Сэм и Дин. Вернее, они пили кофе. Мне не хватило.
Пришлось заварить чай.
Я сделала глоток и тут же поморщилась. Горький. Терпкий.
Совсем не тот вкус, который хотелось чувствовать с самого утра. Я машинально посмотрела на кружку Сэма. Он заметил мой взгляд и, даже не поднимая головы, сказал:
— Не смотри так.
Я улыбнулась.
— Да я просто…
— Ты знаешь, я не люблю, когда пьют из моей кружки.
— Знаю.
И правда знала. Поэтому только вздохнула и снова отпила свой чай. Наверное, дело было вовсе не в кофе. Мне просто нравилось делить с ним такие мелочи. Будто так и должно быть. Будто это и есть близость.
После завтрака я ушла на пробежку. Когда вернулась, дом уже пах жареной рыбой. Я остановилась прямо в прихожей.
— Нет…
Дин выглянул из кухни. Увидел мое лицо. Усмехнулся.
— Все настолько плохо?
— Хуже.
— Настолько не любишь?
— Терпеть не могу.
Он тихо засмеялся.
— Заходи.
Я села за стол. Передо мной поставили тарелку. Я честно посмотрела на рыбу.
Потом на вилку. Потом снова на рыбу.
— Ну давай…
Я уже собралась с духом, когда рядом раздался голос Дина.
— Сэм.
— Чего?
— Положи мне еще.
Сэм удивленно поднял голову.
— Куда еще? Она почти закончилась.
— Ну и что?
— Ты же говорил, что уже наелся.
— Передумал.
Сэм пожал плечами.
— Как хочешь.
Он переложил половину моей порции в тарелку Дина. Я даже не сразу поняла, что произошло. Просто вдруг заметила, что передо мной остался совсем маленький кусочек. Настолько маленький, что уже не казался страшным. Я подняла глаза. Дин спокойно ел. Будто именно этого и хотел. Никак не показывая, что сделал это ради меня.
Я едва заметно улыбнулась.
— Спасибо…
Он лишь пожал плечами.
— Не за что.
И снова вернулся к еде. Только уголки его губ дрогнули. Совсем чуть-чуть. Он увидел мою улыбку. И этого ему оказалось достаточно. Сам он этого даже не осознавал.
Он просто знал одно:
“Я знаю, что ты не любишь рыбу.”
И почему-то ему было важно сделать так, чтобы сегодня тебе пришлось съесть ее чуть меньше.
К вечеру мы с Сэмом поссорились. Из-за какой-то ерунды. По крайней мере, так сначала казалось. Я поставила последнюю тарелку в сушилку и обернулась.
— Сэм… ты можешь не оставлять посуду в раковине? Я сегодня уже третий раз за тобой убираю.
Он даже не посмотрел в мою сторону.
— Серьезно?
— Что?
— Ты сейчас из-за тарелки начинаешь?
Я вздохнула.
— Я не начинаю. Просто прошу.
— Господи…
Он закатил глаза.
— Ну не убрал. И что? Мир закончился?
— Дело не в тарелке. Я старалась говорить спокойно.
— Мне неприятно чувствовать, будто это замечаю только я.
Он усмехнулся.
— Ты опять все усложняешь.
— Я не усложняю…
— Нет, именно усложняешь.
Он наконец посмотрел на меня.
— Почему нельзя просто жить?
— Потому что меня это задевает.
— Опять. Он устало потер лицо.
— У тебя все время что-то задевает.
Я почувствовала, как внутри медленно начинает нарастать обида.
— Я же не прошу невозможного…
— Да ты постоянно что-то просишь.
— Потому что хочу, чтобы мы разговаривали.
— А я не хочу разговаривать о каждой мелочи.
Я молчала несколько секунд. Потом тихо сказала:
— Но для меня это не мелочь.
Он рассмеялся. Без радости.
— Конечно.
— Почему ты сейчас смеешься?
— Потому что ты снова начинаешь делать проблему из ничего.
— Это не “ничего”.
— Для меня — ничего.
Я опустила взгляд.
— Тогда… может, попробуешь хотя бы понять, почему для меня это важно?
Он тяжело выдохнул.
— Господи, Дороти… Опять. Опять эти разговоры. Опять разбор чувств.
— Потому что ты меня не слышишь…
— Да слышу я тебя!
— Нет.
Он перебил сразу же.
— Ты сама себя слышишь вообще?
В кухне стало тихо.
Я смотрела на него.
Он — куда угодно, только не на меня.
Будто этот разговор уже успел ему надоесть еще до того, как начался.
— Я просто хочу, чтобы ты был немного внимательнее…
— А я хочу спокойно жить.
Он взял со стола ключи.
— Мы не договорили.
— Да и не надо.
Он уже открывал дверь.
— Сэм…
Он остановился лишь на секунду. Не оборачиваясь.
— Иногда…
Он усмехнулся. Устало. Холодно.
— Иногда ты правда очень выносишь мне мозг.
Дверь закрылась.
Я так и осталась стоять посреди кухни.
Слова были совсем не страшные.
Обычные.
Наверное.
Но почему-то именно после них кухня вдруг стала казаться огромной.
И очень тихой.
МС (Cigarettes out the Window — TV Girl)
Дверь хлопнула. Я не двигалась. Просто сидела и смотрела на закрытую дверь, пытаясь понять — что сейчас произошло и почему мне так знакомо это ощущение. Рухнув на диван, я закрыла лицо руками, стараясь успокоиться и не заплакать от усталости.Дин слышал весь наш разговор. Но ничего не сказал.
Через минуту послышался звук воды, звон посуды, щелчок чайника. Ещё через пару минут он поставил передо мной кружку.
— Осторожно, горячий, — тихо сказал он.
Я кивнула, даже не поднимая глаз.— Спасибо…
Он не стал спрашивать «что случилось». Не стал говорить «я же говорил». Просто сел рядом.
Через несколько минут он включил фильм. Не спрашивая какой — просто что-то спокойное, фоновое. На середине фильма приехала пицца. Моя любимая.
Я постепенно начала говорить. Сначала про фильм. Потом про себя. Потом — про то, что чувствую.
А Дин… он просто слушал. Иногда кивал. Иногда добавлял что-то короткое. Но главное — он слышал меня.
Фильм продолжал идти, сменялись сцены, диалоги, музыка, но я уже почти не следила за сюжетом. Слова сами лились — не резко, не срывом, а как будто внутри просто наконец стало можно говорить. Я говорила о себе. О том, что мне важно. О том, что я чувствую. О том, что иногда мне страшно, что я «слишком».
И впервые за долгое время… мне не казалось, что это проблема. Дин сидел рядом, чуть развернувшись ко мне. Он не перебивал. Не спорил. Не пытался исправить. Просто слушал.
Иногда его пальцы едва касались моей руки — случайно или нет, я не понимала. Но от этих лёгких, почти незаметных прикосновений внутри становилось спокойнее. Я замолчала на секунду, будто проверяя — не слишком ли много. Он тихо посмотрел на меня.
— Ты не «слишком», — сказал он спокойно. — Ты… нормальная.
Без пафоса. Без попытки «успокоить». Просто как факт.
И почему-то именно это задело сильнее всего.
Я чуть выдохнула и опустила взгляд, а потом, сама не заметив как, придвинулась ближе. Дин не сделал резкого движения. Не притянул. Не воспользовался моментом.
Он просто… был.
И когда я уже почти уткнулась ему в плечо, он аккуратно, очень осторожно обнял меня. Так, будто спрашивал разрешения — даже не словами. Я не отстранилась. Наоборот, устроилась удобнее, зарываясь в него, чувствуя его тепло, спокойное дыхание.
Фильм продолжал идти где-то на фоне.
Пицца остыла.
Время шло.
Но это всё перестало иметь значение. Потому что впервые за этот день мне стало спокойно. По-настоящему. Дин слегка наклонился и едва заметно коснулся губами моей макушки. Очень коротко. Почти невесомо. И в этом жесте было больше, чем в любых словах. Я закрыла глаза.Не от усталости — от ощущения, что меня… наконец-то не ломают под себя.
Рядом с ним не нужно было быть удобной. Не нужно было подбирать слова. Не нужно было доказывать, что я имею право чувствовать. Можно было просто быть. Его рука чуть сильнее сжалась на моём плече, будто он боялся, что я исчезну.
А я — впервые за долгое время — не хотела никуда уходить.
Я сама не заметила, как задремала.
Не крепко, не глубоко — просто провалилась в это состояние, где тепло, тихо и ничего не тревожит.
Сквозь сон я чувствовала его руку, его дыхание, его присутствие рядом. И мне было… хорошо.
Очень.
MC (Softcore — The Neighbourhood)
Дверь хлопнула так резко, что я вздрогнула и открыла глаза.
Реальность вернулась слишком быстро.
Я чуть приподнялась, не сразу понимая, где я и что происходит. Дин рядом тоже напрягся, его рука на моём плече на секунду стала жёстче.
— О, отлично, — голос Сэма прозвучал с порога. — Идиллия.
Я замерла.
Дин ничего не сказал.
Он даже не убрал руку сразу — только чуть ослабил, будто давая мне возможность самой отстраниться.
— Сэм… — тихо начала я, выпрямляясь.
— Не надо, — перебил он резко. — Я уже насмотрелся.
Он прошёл в комнату, бросил взгляд сначала на меня, потом на Дина.
И этот взгляд… он был не просто злой.
Он был обвиняющий.
— Я уехал на пару часов, — усмехнулся он холодно, — а тут уже уют устроили?
— Ты не так понял, — сказала я, стараясь держать голос ровным.
— Да? — он приподнял бровь. — А как надо понимать?
Я открыла рот, но на секунду потерялась.
Потому что объяснять… значило снова оправдываться.
— Мы просто смотрели фильм, — тихо сказала я.
— Ага, — кивнул он. — И обнимались, да? Очень невинно.
— Сэм, — уже жёстче сказал Дин, — хватит.
— Ты вообще молчи, — резко бросил он в его сторону. — Я с тобой потом поговорю.
Повисла тишина.
Та самая, но уже совсем другая. Тяжёлая. Давящая.
— Ты серьёзно? — Сэм снова посмотрел на меня. — Я тебе только что сказал, что мне это неприятно.
— Ты кричал на меня, — тихо ответила я. — И ушёл.
— И что? Это повод сразу к нему под бок прыгать?
— Я не «прыгала», — голос дрогнул. — Я просто…
— Просто что? — перебил он. — Просто тебе внимания не хватает? Я сжала пальцы.
— Я просто хотела, чтобы меня услышали.
Он усмехнулся.
— Ну конечно. А я, значит, не слышу, да?
Я ничего не ответила.
И это его задело сильнее.
— Понятно, — коротко бросил он. — Очень удобно.
Дин рядом слегка напрягся.
— Сэм, остановись, — тихо, но жёстко сказал он.
— А то что? — Сэм резко повернулся к нему. — Ты мне будешь указывать?
— Я просто говорю — хватит на неё давить.
— О, теперь ты её защищаешь? — он усмехнулся. — Красиво.
— Я не защищаю. Я вижу, что ты перегибаешь.
Сэм на секунду замолчал, смотря на него.
Потом перевёл взгляд на меня.
— Ты довольна? — холодно спросил он. — Добилась?
— Чего…? — я тихо выдохнула.
— Этого, — он кивнул в сторону Дина. — Чтобы он влез между нами.
В груди неприятно сжалось.
— Он не «влез», — сказала я. — Ты сам ушёл.
— Да, конечно, — усмехнулся он. — Всегда я виноват.
— Я не говорю, что ты всегда виноват…
— Да ты вообще ничего не говоришь нормально! — резко повысил он голос. — Либо молчишь, либо мозги делаешь!
Тишина. Я больше не спорила. Просто смотрела на него.
И в этот раз…во мне не было желания что-то доказывать.
Сэм фыркнул, отвёл взгляд.
— Ладно, — бросил он. — Развлекайтесь.
Он развернулся и ушёл в спальню, хлопнув дверью уже не так громко, но достаточно, чтобы всё внутри снова сжалось.
Тишина вернулась. Но уже другая. Я медленно выдохнула.
— Прости… — тихо сказала я, не поднимая глаз.
Дин сразу повернулся ко мне.
— За что?
Я пожала плечами.
— За всё это…
Он смотрел на меня несколько секунд. Внимательно. Спокойно.
— Ты не виновата, — сказал он тихо.
И в его голосе не было ни капли сомнения.
Только уверенность.
И это… почему-то было важнее всего остального.
MC (Heartburn — Wafia)
Я долго сидела одна.
Разговор всё никак не выходил из головы. Слова Сэма звучали снова и снова, становясь громче, чем были на самом деле.
«Ты делаешь мозги.»
«Опять начинаешь.»
«Из ничего устраиваешь проблему.»
Я перебирала каждую свою фразу, будто искала место, где всё испортила. Может, правда не стоило говорить? Может, можно было промолчать? Может… это действительно была просто тарелка.
От этих мыслей стало тяжело дышать.
Я поднялась и медленно подошла к двери его комнаты. Она была приоткрыта.
— Сэм… — тихо позвала я.
Он лежал на кровати, листая что-то в телефоне. Даже не поднял головы.
— Что?
Одно короткое слово. Без злости. Но и без тепла.
— Можно… поговорить?
Он шумно выдохнул. Отложил телефон. Потёр лицо ладонью, словно разговор со мной уже заранее был чем-то утомительным.
— Ну давай.
Пауза.
— Только давай без этого… без выноса мозга.
В груди неприятно кольнуло.
— Я… не выносила…
— Вот.
Он сразу перебил.
— Именно об этом я и говорю.
Я замолчала.
— Ты всегда так делаешь. Думаешь, что права. Думаешь, что все должны слушать только тебя.
— Нет… я просто хотела объяснить…
— Объяснить что? Он поднялся с кровати.
— Что я опять плохой?
Я быстро покачала головой.
— Нет…
— Тогда что?
Слова вдруг исчезли. Я ведь знала, зачем пришла. Но под его взглядом перестала понимать.
— Мне было неприятно…
— А мне приятно?
Голос его стал тише. Спокойнее. И почему-то именно это звучало страшнее.
— Ты сидишь с моим братом. Обнимаешься с ним. Смеёшься.
Он сделал шаг ближе.
— Потом приходишь ко мне и говоришь, что я разговариваю резко.
Я застыла.
— Мы просто…
— Просто?
Он усмехнулся.
— Со стороны это выглядит совсем не “просто”.
Я опустила глаза.
И именно тогда внутри словно что-то медленно треснуло. А вдруг… Он действительно видит всё правильнее меня? Может, я правда была слишком близка к Дину? Может, мне действительно стоило подумать, как это выглядит?
— Я… не хотела сделать тебе больно.
Голос прозвучал почти шёпотом. Он молчал. И это молчание заставило меня продолжить.
— Прости…
Я сама не поняла, за что именно извиняюсь. Просто хотелось, чтобы всё снова стало спокойно. Чтобы он перестал смотреть на меня так. Сэм медленно выдохнул. Будто наконец услышал то, чего ждал.
— Вот.
Он даже улыбнулся. Совсем немного.
— Нормально же можешь.
Он подошёл ближе. Пальцами осторожно приподнял мой подбородок. Заставил посмотреть ему в глаза.
— Я ведь не враг тебе.
Его голос стал мягким. Почти ласковым.
— Я просто не хочу, чтобы ты делала глупости.
Я молча кивнула.
— Поняла?
— Да…
Он ещё несколько секунд смотрел на меня. Потом кивнул.
— Вот и хорошо.
Он обнял меня. Крепко. Так, будто только что всё наладилось.
— Просто больше так не делай. Хорошо?
Я уткнулась лбом ему в плечо.
— Хорошо…
И в тот момент мне действительно казалось, что виновата именно я.
Что я перегнула.
Что слишком много говорила.
Что действительно сделала ему больно.
И совсем не заметила, как незаметно начала просить прощения за собственные чувства.
МС (He’s My Man — Luvcat)
День первый.
Утро было тихим.
После вчерашней ссоры мне всё ещё было неловко. Я проснулась с ощущением, будто должна что-то исправить. Сэм готовил завтрак. Я почти сразу подошла помочь, хотя обычно он всегда говорил, что справится сам.
— Я сама порежу.
— Не надо, — бросил он, не поднимая глаз.
— Тогда хотя бы…
— Дороти.
Я сразу замолчала. Не потому что испугалась. Просто не хотела снова сделать что-то не так.
Я сидела за столом с кофе, смотрела в окно. Дин появился позже всех, взьеро-шенный, молча налил себе кофе и сел напротив.
Несколько минут никто ничего не говорил.
Там кончается соль, - сказал Дин наконец, кивнув на полку.
Куплю, - сказал Сэм.
Я могу, - сказала я.
Не надо, - сказали оба одновременно.
Я посмотрела на них. Они посмотрели друг на друга.
Сэм первым отвернулся. Дин сделал глоток кофе.
Обычное утро.
День второй.
Сэм был в хорошем настроении — из тех, которые бывают без причины и от которых хочется смеяться над любой ерундой.
Мы смотрели какой-то старый фильм. Он комментировал каждую сцену, я хохотала до слёз, Дин изредка усмехался — не показывая что смешно, но всё равно было видно.
— Ты смеёшься, — сказала я ему.
— Нет.
— Вот только что.
— Показалось.
Сэм толкнул меня плечом.
— Не трогай его. Он такой.
Дин бросил в него подушку. Точно. Без усилий.
День третий.
Я готовила чай, Дин сидел за столом с телефоном. Молчали — но не неловко. Просто каждый в своём.
Потом он сказал не поднимая головы:
— Ты сахар кладёшь?
— Нет.
— Хорошо.
Больше ничего. Но через минуту он встал, поставил передо мной печенье с полки — то самое которое я смотрела вчера в магазине и не взяла.
Я посмотрела на него.
Он уже ушёл.
День четвёртый.
Сэм был дома весь день. В хорошем настроении — из тех которые бывают без причины.
Мы с ним смотрели сериал, он изображал персонажей смешными голосами, я смеялась до слёз.
Дин несколько раз проходил через гостиную. То за инструментами, то за курткой, то просто за стаканом воды. Любой другой решил бы, что ему постоянно что-то нужно.
На самом деле — нет.
Он просто хотел ещё раз увидеть мою улыбку.
— Дин, садись, — позвала я.
— Некогда.
— Чем ты занят?
Пауза.
— Делами.
Сэм тихо усмехнулся. Я сделала вид что не заметила.
День пятый.
Дин спокойно лежал под Импалой, негромко насвистывая что-то себе под нос. Иногда откручивал болты, иногда вытирал руки о старую тряпку.
Я услышала, как Сэм позвал меня, и подошла к нему. Он приобнял меня за плечи, что-то рассказывал, я смеялась.
В этот же момент из-под машины раздался громкий металлический звон.
— Черт… — тихо выругался Дин.
Ключ с силой ударился об бетон.
Он замер на секунду, глубоко вдохнул, поднял инструмент и продолжил работать. Через пару минут он снова работал спокойно. Будто ничего не произошло. Только ключ в его руках теперь иногда срывался чуть сильнее, чем раньше.
День шестой.
Дин что-то сказал мне на кухне — совсем простое, про охоту. Я ответила. Мы немного поговорили.
Сэм вошёл и замолчал в дверях.
— Весело? — спросил он. Легко. Почти без интонации.
— Просто разговаривали, — сказала я.
— Вижу.
Он налил себе воды и ушёл.
Дин проводил его взглядом. Ничего не сказал.
Я уронила тарелку. Она ударилась об пол так громко, что я сама вздрогнула. Через несколько секунд в дверях молча появился Дин. Он быстро окинул взглядом кухню, меня, разбитую тарелку. Убедился, что со мной всё в порядке. И так же молча ушел. Сэм пришёл через минуту.
— Что случилось?
— Ничего, просто уронила.
— Точно?
— Точно.
Я почти сразу принялась собирать осколки.
— Прости…
Даже не заметила, что извинилась вслух.
Не перед тарелкой.
Перед ним.
Он кивнул. Но ещё секунду постоял рядом — просто так.
День седьмой.
Утром мы с Сэмом поспорили из-за ерунды. Не по-настоящему — просто слова нашли не тот тон.
Дин слышал. Не вмешался.
Потом, когда Сэм ушёл в душ, Дин прошёл мимо кухни где я сидела и поставил передо мной кофе.
Горячий. Правильный.
— Ты знал как я пью? — удивилась я.
Он пожал плечами.
— Наблюдательный.
День восьмой.
Охота закончилась быстрее, чем мы ожидали. Монстр уже лежал на земле. Он больше не двигался. Но Дин ударил еще раз.
Потом еще.
И еще.
Металл с глухим звоном входил в уже неподвижное тело.
— Дин! — резко крикнул Сэм.
Тишина.
Только тогда он остановился.
Несколько секунд просто смотрел перед собой, тяжело дыша. Будто сам не понимал, зачем продолжал. Он опустил оружие. Провел ладонью по лицу.
— Извини.
Тихо.
Больше себе, чем нам.
Я невольно сделала шаг назад. Мне стало не по себе. Сэм сразу притянул меня к себе за плечи.
— Всё закончилось.
Я кивнула. Но еще долго смотрела на Дина. Он уже стоял возле Импалы. Молча вытирал кровь с ножа. И выглядел… виноватым. Не злым, а именно виноватым.
— Ты боишься меня?
Я подняла голову. Дин стоял чуть поодаль. Даже не подходил ближе. Я помолчала.
— Нет…
Соврала.
Он кивнул. Как будто именно такого ответа и ожидал.
После той охоты я впервые поймала себя на том, что стала чаще смотреть на Дина. Не потому, что хотела. Просто будто пыталась понять, что именно увидела в тот день.
День девятый.
Вечером Сэм был напряжённым. Я почувствовала это раньше чем он что-то сказал.
Повод оказался мелким — я слишком долго смеялась над чем-то что сказал Дин. Просто смеялась.
— Тебе с ним интереснее? — спросил Сэм тихо, когда мы остались вдвоём.
— Сэм, мы просто…
— Нет, я серьёзно. — Он не повышал голос. Именно это было страшнее. — Я замечаю. Каждый раз.
— Ты всё придумываешь.
— Правда? — он усмехнулся. — Или ты просто не хочешь это видеть.
Разговор шёл по кругу. Я устала объяснять. Устала чувствовать себя виноватой за то чего не делала.
В какой-то момент просто перестала спорить.
Он это почувствовал сразу.
— Ты злишься, — сказал он.
— Нет.
— Злишься. — Он подошёл ближе. — Я не хочу чтобы мы так заканчивали вечер.
Я молчала.
— Докажи что всё хорошо, — сказал он тихо. — Что мы хорошо.
Это была не просьба.
Я смотрела на него и вдруг поймала себя на странной мысли. Почему я должна что-то доказывать?
Но вслух этого так и не сказала.
MC (Friends – Chase Atlantic)
Утром я проснулась рано — тело ломило, шея затекла, будто я почти не спала. Внутри было странное ощущение: не совсем боль, но и не покой. Я молча встала и пошла на кухню.
Сделала себе кофе, села напротив телевизора… и почти сразу уснула. Кофе совсем не действовал.
Когда я открыла глаза, на мне уже был плед. Тёплый, аккуратно подоткнутый, будто кто-то делал это очень осторожно, стараясь не разбудить. На кухне слышались голоса.
Я медленно поднялась, потёрла глаза и прошла туда. Села рядом с Дином, всё ещё сонная.
— Для меня есть что пожевать? — спросила я, зевая.
Сэм даже не посмотрел сразу.
— Ой… прости, не подумал, — бросил он как-то слишком легко.
Дин сразу отреагировал.
Он даже не задумался.
— Хочешь гренки? — тихо сказал он, уже ставя передо мной свою тарелку. — Я себе потом сделаю.
Я посмотрела на него и улыбнулась чуть устало.
— Спасибо…
Я взяла кусочек, потом вдруг вспомнила:
— А кто меня пледом укрыл? Я вроде… не укрывалась.
За столом стало тихо.
Дин медленно поднял кружку, будто вопрос вообще не касался его.
— Сэм, — спокойно сказал он.
Настолько спокойно, что можно было поверить.
Сэм посмотрел сначала на брата. Потом на меня.
Их взгляды встретились всего на секунду.
— …Да, — кивнул он. — Ты замёрзла.
Я мягко улыбнулась и повернулась к нему:
— Спасибо…
Я наклонилась и поцеловала его.
Сэм ответил сразу, уверенно, будто это было естественно.
— Всё для тебя. Он сказал это легко. Будто действительно сделал именно то, за что его только что поцеловали.
Дин в этот момент тихо поставил кружку рядом со мной. Аккуратно. Почти незаметно.
И ушёл в гостиную.
Сел на диван, включил телевизор.
Он не оборачивался. Не смотрел. Ничего не спрашивал.
Как будто… ему было всё равно. Или он просто не имел права не быть «всё равно».
Я осталась сидеть за столом, чувствуя тепло от еды, кофе… и что-то странное внутри, чему не могла дать название.
— Я сегодня уеду по делам, — сказал Сэм, откидываясь на спинку стула. — Часов до восьми.
Он положил руку мне на бедро, как будто закрепляя своё присутствие.
— А потом можем в клуб заехать. Хочешь?
Он говорил легко. Будто ничего не произошло. Будто вчерашний вечер, слова, ссора — это просто шум. Я кивнула, не сразу.
А в гостиной тихо играл телевизор. И Дин… не выходил.
Ну можно, Дин ты с нами? Спросила я, обернувшись на него.
— Ок. — ответил он сухо.
— Супер! Ура! — обрадовалась я и продолжила есть.
МС (I Wanna Be Yours — Arctic Monkeys)
Дин весь день был тихим, даже слишком. Он почти не двигался с места — только смотрел телевизор, иногда тянулся за новой банкой пива, открывая её с тихим щелчком.
Сэм же, наоборот, был в настроении: шутил, притягивал меня к себе, шептал на ухо вещи, от которых я краснела и смеялась, пытаясь спрятать лицо.
— Может заедем перекусить в кафе?) Пока есть время до 8? — сказала я.
— Ты может приготовишь что-нибудь? Не хочется ехать от слова совсем, хочу в клубе потанцевать от души, — Сэм притянул меня ближе и поцеловал.
— Я могу отвезти, — сказал Дин, уже поднимаясь и ища ключи. — Поехали.
Он сказал это спокойно. Слишком спокойно.
В кафе, пока мы ждали заказ, Сэм обнимал меня за талию, и его рука постоянно лежала на моём бедре. Я краснела почти каждый раз, когда подходил официант.
Я попробовала блюдо и не сдержалась — тихо ахнула от вкуса, протянув вилку Сэму:
— Попробуй…
— Прошу, будь… чуть сдержанней, мы же не одни, — серьёзно сказал он.
— Ой, прости… — я слегка опустила взгляд.
— Я могу попробовать? — тихо спросил Дин.
Я улыбнулась и протянула ему вилку.
Он попробовал. На секунду прикрыл глаза.
— Вкусно.
Всего одно слово. Но сказал он его так… Будто говорил совсем не про десерт.
Я рассмеялась.
— Я же говорила.
Он едва заметно улыбнулся.
— Ты редко ошибаешься.
Дин опустил взгляд.
Не на стол. Ниже. Туда, где ладонь Сэма легла на моё бедро. Он сразу отвернулся. Будто увидел что-то, чего видеть был не должен.
В этот момент Сэм сжал моё бедро сильнее, чем раньше. Не больно. Но достаточно, чтобы я поняла.
Он притянул меня ближе и прошептал:
— Хватит заигрывать с ним.
Его взгляд стал жёстче.
И он поцеловал меня — резко, жадно, будто показывая это кому-то ещё.
Дин никак не отреагировал. Только взгляд стал тяжелее. Он смотрел не на Сэма. На его руки. На то, как они касаются меня. Как будто запоминал. Как будто наказывал себя этим. «Это должен быть я…» пронеслось у него в голове. «Нет, я бы так себя не вел» снова подумал Дин.
Но он ничего не сказал.
Когда мы уже собирались уходить, я остановилась возле витрины.
Ненадолго.
Буквально на пару секунд.
— Красивый…
Тихо сказала я самой себе. И сразу пошла дальше.
Дин задержался.
— Можно вот этот? Официант кивнул.
Коробка оказалась у него в руках. Он смотрел на неё несколько секунд. Потом повернулся к Сэму.
— Держи.
— Чего?
— Отдай ей. — Скажешь, что это от тебя.
Сэм удивлённо усмехнулся.
— Серьёзно?
— Да.
— Спасибо.
Дин ничего не ответил.
Только отвернулся.
В машине Сэм передал мне коробку.
— Сэм) как ты угадал, что я его хотела? — удивлённо улыбнулась я и поцеловала его в щёку.
— Мне кажется, я большего заслуживаю, — усмехнулся он, притягивая меня ближе.
Дин смотрел в зеркало заднего вида. Молча. Он сжал руль чуть сильнее. Завёл машину.
В салоне стало тихо. Только наш смех сзади… и его молчание спереди.
Приехав домой, Сэм сразу увёл меня в спальню. Когда он не выпивший, он правда был другим. Мягче. Но всё равно… резким где-то внутри. А Дин остался в гостиной.
Телевизор.
Банка пива.
Ещё одна.
Он смотрел, но ничего не видел.
Когда Сэм уехал, я устроилась рядом. Совсем близко. Не потому что хотела чего-то особенного. Просто так было удобнее.
Дин сидел, широко раскинув руки по спинке дивана.
Моя голова почти касалась его плеча.
Иногда, когда я смеялась или двигалась, моя шея едва задевала кончики его пальцев.
Он каждый раз замирал. Будто боялся пошевелиться. Будто любое лишнее движение разрушит этот момент. Он мог бы убрать руку. Но тогда мне пришлось бы отодвинуться. Поэтому просто сидел. Не двигаясь. Позволяя этим случайным прикосновениям случаться.
Раз за разом.
Но Сэм вернулся слишком быстро.
Мы начали собираться в клуб.
Сэм, как обычно:
— Ты такая сексуальная… — его взгляд скользил по моему телу.
Он наклонился и прошептал:
— Я бы хотел сегодня снять с тебя этот наряд…
Поцеловал в щёку.
Дин не смотрел.
Но когда всё же поднял взгляд — его глаза загорелись.
— Ты очень красивая… — сказал он тихо.
В машине мы с Сэмом сидели сзади, смеялись, шептались. Он говорил пошлости, я смеялась. Дин иногда смотрел в зеркало. Но ничего не говорил.
В клубе всё стало громче.
Мы с Сэмом ушли на танцпол. Дин остался у бара. Он пил. И пил. В его голове было пусто. Не тихо. Пусто.
Как будто всё внутри просто выключили.
Мы подошли к бару:
— 2 виски, — сказал Сэм и поцеловал меня.
— Дин, ты чего такой спокойный сегодня? Ни с кем не флиртуешь, не танцуешь? — спросила я, посмотрев ему в глаза.
— Да не хочу что-то… настроение не то, — слегка улыбнулся он.
Я хотела пригласить его на танец… Но Сэм резко увёл меня обратно.
И в этот раз Дин смотрел. Смотрел, как мы танцуем. И чем дольше он смотрел, тем меньше понимал, зачем он вообще здесь. Сэм тоже видел это. И его движения стали другими. Руки —смелее. Грубее. Демонстративнее. Они скользили по моему телу, сжимали, притягивали. Как будто он не со мной танцевал. А показывал. «Смотри. Я её трогаю. Она моя.»
Дин мог уйти. Мог отвернуться. Мог перестать смотреть. Но не уходил. Потому что это была я. Внутри у него всё кипело. Обидой. Ревностью. Бессилием. Но снаружи — ничего. Он просто сидел. И смотрел. И удивлялся самому себе — как он ещё держится.
МС (Я сошла с ума — t.A.T.u.)
И Сэм видел, что Дин наблюдает. И именно поэтому его танец стал другим. Более откровенным. Более резким. Почти показным. Его руки больше не просто касались — они скользили, сжимали, задерживались дольше, чем нужно. По талии. По бёдрам. По спине. Как будто он делал это не для меня. А для него. «Смотри.» «Я могу.» «Она со мной.»
Его движения становились всё грубее, всё смелее, границы размывались с каждой секундой. Он наклонялся, целовал меня — в шею, в губы, в щёку, не отрывая взгляда от Дина. Будто бросал вызов. Дин не реагировал.
Вообще.
Он просто смотрел.
Смотрел на то, как Сэм трогает меня. Как прижимает к себе. Как целует. Где именно. Слишком внимательно. Слишком долго.
Он мог встать. Мог подойти. Мог всё это остановить. Но не делал ничего. Потому что знал — я выбрала не его. И в этом была самая тихая, самая болезненная правда.
Даже если бы он сейчас ударил Сэма, ничего бы не изменилось. Руки Сэма сжимали меня всё сильнее.
Иногда слишком. Они скользнули под блузку, оставляя после себя ощущение, от которого хотелось отстраниться…но музыка, шум, его близость — всё смешивалось.
Дин видел это.
Всё.
До последней детали.
И не подал ни одного признака. Но внутри…Внутри у него была буря. Глухая. Тяжёлая. Разрывающая.
Он сам не понимал, как ещё держится. Как не встаёт. Как не уходит. Как вообще может сидеть и смотреть. И почему не отворачивается.
Когда мы ехали домой, всё стало ещё хуже.
Я почти не держалась. Голова тяжёлая, тело ватное, слова путались, даже сидеть было сложно. Дин сразу это заметил. Слишком сразу. Слишком чётко.
Сэм, наоборот, выглядел почти трезвым. Слишком трезвым.
Он говорил без остановки, смеялся, что-то рассказывал, но его руки…они не останавливались.
Они были везде. На бёдрах. На талии. Выше. Он притягивал меня к себе, целовал — жадно, почти жёстко, как будто боялся, что кто-то отберёт. Или как будто хотел доказать что-то.
Дин смотрел на это в зеркало заднего вида. И впервые за весь вечер его сердце начало биться не от боли.
От тревоги. Слишком быстро. Слишком тяжело. Что-то было не так. Не просто ревность.
Не просто злость. Что-то другое. Холодное. Неправильное.
Он сжал руль. Сильнее, чем нужно. И впервые за весь вечер подумал не о себе. А о тебе.
Он ничего не сказал.
Но внутри уже знал: сегодня что-то произойдёт.
Дома Сэм шёл впереди, не оборачиваясь. Я едва успевала — голова тяжёлая, ноги не слушались. Он толкнул дверь спальни и обернулся.
В его глазах было что-то, от чего я остановилась на пороге.
— Заходи.
Не просьба.
— Сэм, я устала, может—
— Я сказал заходи.
Я зашла.
Он начал ходить по комнате — из угла в угол, будто не мог остановиться. Потом резко обернулся.
— Ты видела как он смотрел на тебя весь вечер? — голос был тихим. Почти спокойным. — Ты думаешь я слепой?
— Мы просто танцевали…
— Просто. — Он усмехнулся. — Ты крутилась у него под руками как… — он остановился, сжал зубы. — Для кого ты так себя вела? Для него?
— Сэм, это была просто музыка—
— Не ври мне! — Он шагнул ближе, и я невольно отступила. — Я видел его взгляд. Я видел твой. Ты думаешь что можешь вот так, у меня на глазах—
— Я ничего не делала!
— Ты моя. — Он произнёс это тихо, почти без интонации, и именно поэтому стало страшно. — Я думал ты это понимаешь. После всего.
— Мы не говорили ни о каких—
— Я тебя трахал, — перебил он. — Этого достаточно.
Я замолчала.
Он подошёл ближе. Я почувствовала что дверь за спиной — единственный выход — уже не вариант.
— Сэм, подожди. Голова кружится, я не могу сейчас…
Он не ответил.
И я поняла — он не слышит. Или не хочет.
Дальше — обрывки. Боль. Собственный голос, который просил остановиться — снова и снова. И тишина в ответ.
Дин услышал с лестницы.
Дин услышал с лестницы.
Что-то неправильное. Он остановился — и в следующую секунду уже бежал вверх, перешагивая через ступеньки.
Дверь он открыл плечом.
Увидел — и на секунду просто замер. Потому что мозг отказывался складывать картинку в слова.
— Сэм! — Не тихо. Не холодно. Его голос сорвался на что-то между криком и рычанием. — Какого хрена ты делаешь?!
Сэм не остановился.
Дин не стал больше говорить. Он просто схватил брата и потащил — физически, всем весом, вложив в это движение всё что накопилось за вечер. Сэм сопротивлялся, развернулся, ударил его в грудь.
— Это ты виноват! — закричал он. — Ты весь вечер смотрел на неё! Ты спровоцировал!
— Заткнись, — выдохнул Дин, и в этом выдохе было что-то страшнее крика. — Заткнись и выйди. Прямо сейчас.
— Я видел как ты хотел её! Признайся!
— Сэм. — Дин схватил его за куртку, притянул к себе, говорил почти в лицо. — Если ты не выйдешь сам — я тебя вынесу. Выбирай.
Что-то в его взгляде остановило Сэма.
…
Он вышел.
Дверь ударилась о стену и с грохотом закрылась.
Тишина.
Такая страшная, что у Дина на секунду заложило уши.
Он стоял, тяжело дыша.
Потом медленно повернулся.
И всё, что секунду назад было в его лице — злость, ярость, желание ударить брата ещё раз — исчезло. Будто этого человека больше не существовало. Он увидел меня.
Замер.
Ему понадобилось несколько секунд, чтобы заставить себя сделать шаг. Потом ещё один. Он словно боялся. Не Сэма. Не того, что произошло. А того, что если приблизится слишком резко — испугает меня ещё сильнее.
Он медленно опустился на колени, оставляя между нами небольшое расстояние. Не прикасаясь.
Даже сейчас.
— Эй… Его голос сорвался.
Он прочистил горло и попробовал снова.
— Эй… я здесь. Очень тихо. Почти шёпотом.
— Посмотри на меня…
Я не смогла.
Глаза были пустыми.
Я смотрела куда-то сквозь него.
И тогда впервые за всё это время Дин растерялся. Он не знал, что делать. Не было монстров, которых можно убить. Не было демонов, которых можно изгнать. Не было оружия, которое могло бы это исправить.
Он осторожно протянул руку.
Замер в нескольких сантиметрах от моей ладони.
— Можно?..
Ответа не было.
Он всё равно не коснулся.
Ждал.
Несколько долгих секунд.
И только когда мои пальцы едва заметно дрогнули навстречу, он очень осторожно обхватил мою ладонь двумя своими. Так, будто держал что-то невероятно хрупкое. Будто боялся причинить ещё хоть каплю боли.
Он опустил голову.
Большой палец едва заметно гладил тыльную сторону моей руки. Совсем медленно.
— Я здесь…
Ещё тише.
— Я больше никому не дам тебя обидеть.
Он не говорил это громко. Не клялся. Не обещал невозможного.
Он просто произнёс это так, словно уже принял решение, которое нельзя отменить. И где-то внутри понял ещё одну вещь.
Он больше никогда не сможет оставить меня одну.
Даже если мне придётся возненавидеть его за это.
МС (Lovers — Anna of the North)
— Тише, все хорошо он уехал, я с тобой, я здесь, обнимая меня успокаивал Дин, я здесь…
Я вцепилась в Дина и не отпускала, рыдая от боли ему в плечо
— Все хорошо солнышко, я тут, я рядом. Он поцеловал меня в лоб и щеки. Пожалуйста, все хорошо, все уже хорошо он уехал. Господи…
Он отнес меня в ванную помыл. Принес в мою спальню. Он снял свою футболку и надел на меня
— Малышка я с тобой, Дин, я тут все будет хорошо
Я не могла успокоиться полчаса, может больше. Дин обнимал меня и вытирал мои слезы, повторяя что он со мной и все будет хорошо. Я не могла поверить, что человек, которому я доверилась, мог так со мной поступить, я не знала как себя вести, я не понимала ничего. Дин же держал меня в объятьях до тех пор, пока я не успокоилась, пока я не смогла лечь и уснуть. Он сам пол ночи провел в своих мыслях « почему я раньше ничего не сделал», «почему я не пришел к ней в комнату раньше», он пытался найти ответ своим вопросам, но у него не получалось. Он не спал всю ночь, поедая себя виной, за то что он не смог ничего предотвратить. Он смотрел на меня и извинялся мысленно, за то что он ничего не сделал чтобы этого не случилось. За то что он не уберег меня, за то что он чувствовал опасность и не сказал мне.
Утром, когда солнечные лучи проникли в комнату, Дин все еще не спал, он просто смотрел на меня, дожидаясь, пока я проснусь. Как только он почувствовал движение, он быстро примкнул ко мне обняв за плечи.
— Малышка..? почти шепотом сказал Дин, ты слышишь меня?
— Ммх, Дин? Не до конца проснувшись сказала я
Тут же меня скрутило от боли. -Айй…
Дин быстро среагировал и спросил: -Солнышко, где болит, таблетку принести?
— Да…пожалуйста.. Дин сбегал на кухню принес стакан воды и таблетку. — Вот выпей
Дин аккуратно придерживал меня, помогая выпить воды, он не мог смотреть на меня, без боли и печали в глазах
— Дин.. мне плохо, я такая дура…слезы потекли из моих глаз, Дин тут же прижал меня к себе обнимая и гладя мою голову. -Тшш, все хорошо, ты не дура ты же не знала что так будет. Дин сразу же почувствовал укол в сердце « но я знал, я знал что так будет», от этих мыслей он сильнее меня обнял. Поцеловав меня в макушку он сказал:
— Малышка, я всегда теперь буду рядом, я не отойду от тебя ни на шаг. Поглаживая меня по голове сказал Дин. — Я буду с тобой везде, я буду рядом, слышишь?
— Угу… покачала головой я
В голове Дина было много мыслей, он хотел все рассказать, сказать что он чувствует, рассказать про все что у него внутри, открыть свою душу и сердце. Но он колебался, «Нужное ли сейчас время? Как она отреагирует на признание?» Все эти мысли разрывали его.
МС ( Бонни — Miyagi )
— Малышка… — начал он совсем тихо. — Мне нужно сказать тебе одну вещь.
— Дин…? — я подняла на него глаза.
Он замер.
Столько раз за последние недели он представлял этот разговор. Пока лежал ночью без сна. Пока вёл Импалу. Пока смотрел, как я смеюсь. Пока ел холодную пиццу рядом со мной.
И сейчас…
Слова вдруг исчезли. Он боялся не отказа. Не того, что я скажу «нет». Он боялся другого.
Что после этих слов я посмотрю на него иначе.
Что перестану смеяться рядом с ним.
Что перестану садиться рядом на диван.
Что больше никогда не попрошу попробовать мороженое.
Что между нами исчезнет то самое простое «посиди со мной».
Он бы пережил ненависть. Крик. Даже пощёчину. Но не тишину. Не пустоту. Не жизнь, в которой меня больше нет. Он медленно вдохнул.
— Можно… я не буду смотреть тебе в глаза?
Я удивлённо кивнула.
Он осторожно пересел позади меня.
Обнял.
Очень бережно.
Будто спрашивал разрешения даже сейчас.
Лбом коснулся моей спины и закрыл глаза.
— Если я сейчас посмотрю на тебя… я не смогу договорить.
Он глубоко вдохнул.
— Я хочу, чтобы ты знала…
« с богом» подумал он и продолжил..
— Я не знаю, как это говорить…
Он тихо усмехнулся. Совсем без радости.
— Никогда не умел. Я просто… Я хочу быть рядом. Всегда.
Не потому что должен. Потому что… иначе не получается.
Мне хочется просыпаться и первым видеть тебя. Слышать, как ты смеёшься на кухне. Спорить с тобой из-за последнего кусочка пиццы. Есть с тобой мороженое. Пить кофе из одной кружки. Смотреть фильмы, которые мне даже неинтересны… только потому, что ты рядом.
Мне хочется слушать всё, что ты рассказываешь. Даже если это полная ерунда. Особенно если это полная ерунда. Потому что это говоришь ты.
…
Когда тебя нет…
Дом становится пустым.
Кофе становится обычным.
Музыка перестаёт быть музыкой.
Я плохо сплю.
Я постоянно думаю…
Ела ли ты.
Доехала ли.
Смеялась ли сегодня.
Я всё время думаю о тебе.
И, кажется… Я давно тебя люблю.
Очень давно.
Просто понял это слишком поздно.
…
Я ничего не прошу. Правда.
Не выбирай меня. Не отвечай взаимностью. Не заставляй себя.
Только…
Пожалуйста…
Не исчезай из моей жизни.
Говори со мной. Хоть иногда.
Пожалуйста.
Мне этого уже хватит.
Я почувствовала его слезы на моей спине.
— Только говори со мной… пожалуйста…
Я не знала что сказать. Мой мир замер.
— Пожалуйста.. скажи хоть слово..
— Дин.. Я поцеловала его, слегка коснувшись его губ. Дин…
МС (Diet Mountain Dew — Lana Del Rey)
Он почувствовал. Совсем лёгкое прикосновение моих губ. Такое короткое, будто я сама ещё не понимала, что делаю.
Дин замер.
Не ответил сразу.
Просто смотрел на меня широко раскрытыми глазами.
Будто боялся моргнуть. Будто одно неверное движение — и всё исчезнет.
— Это… правда?.. — едва слышно спросил он.
Я ничего не ответила.
Только снова коснулась его губ.
И тогда он осторожно поцеловал меня в ответ. Так нежно, словно держал в ладонях что-то единственное в своей жизни, что нельзя было разбить.
— Я так боялся… — прошептал он, почти не отрываясь от меня. — Так боялся, что ты меня оттолкнёшь…
Его голос дрожал. По щекам всё ещё текли слёзы.
Я подняла руки к его лицу.
Большим пальцем осторожно стёрла одну слезу.
Потом другую.
Поцеловала его щёку.
Потом вторую.
Коснулась уголка губ.
Солёной дорожки от слёз.
Так же осторожно… Как он всё это время касался меня.
Он закрыл глаза и уткнулся лицом в мою шею.
Обнял крепче.
Так крепко, будто боялся, что стоит ослабить объятия — и я исчезну.
Я чувствовала, как дрожат его плечи.
— Я боялся… — тихо продолжил он. — Боялся, что ты никогда меня не увидишь.
Он сделал глубокий вдох.
— Не лицо. Не улыбку. Не то, каким меня знают все. Меня. Мою душу. Мои глаза.
Он говорил медленно. Будто каждое слово приходилось вытаскивать из самого сердца.
— Я боялся прожить рядом с тобой всю жизнь… И остаться человеком… Мимо которого ты проходишь.
Я крепче обняла его.
Теперь уже сама.
Я старалась держаться.
Но слёзы всё равно появились.
— Дин…
— Не надо ничего говорить, — улыбнулся он сквозь слёзы. — Просто побудь рядом ещё немного…
Мы долго молчали. Наверное, несколько минут. А может, целую вечность.
Мне казалось, что весь мир перестал существовать.
Остались только мы.
И его руки. Такие тёплые. Такие родные.
Я медленно подняла голову.
Впервые… По-настоящему посмотрела ему в глаза.
И вдруг поняла.
Они ведь всегда были такими.
Зелёными. Тёплыми. Внимательными. Полными жизни.
Это не они изменились.
Это…
Наконец изменилась я.
Я смотрела в них и не понимала, как могла не замечать этого раньше. Как могла искать спокойствие где угодно, если оно всё это время сидело рядом. Покупало мне мороженое. Укрывало пледом. Делилось последним кофе. Молча слушало мои истории. Запоминало, какой чай я люблю. Какие фильмы заставляют меня смеяться. Какие продукты я терпеть не могу. Какие слова причиняют мне боль.
Его глаза никогда не смотрели только на меня. Они всегда смотрели глубже. Туда, куда не заглядывал никто. И от этого осознания по моей щеке покатилась слеза.
Дин сразу заметил её.
Он осторожно вытер её большим пальцем. Так бережно, будто боялся сделать больнее.
— Эй… — тихо улыбнулся он. — Не плачь.
Я покачала головой.
— Не могу…
Он снова поцеловал мой лоб. Потом висок. Потом щёку.
Каждое прикосновение было настолько осторожным, будто он спрашивал разрешения.
Каждый раз.
Снова и снова.
— Дин… — виновато прошептала я.
Он сразу посмотрел на меня.
— Что такое, малышка?
Я отвела взгляд. Мне вдруг стало невыносимо стыдно.
— Ты простишь меня?
Он нахмурился. И тихо улыбнулся.
Так, словно вопрос показался ему совершенно невозможным.
— За что?
Я сжала его ладонь.
— За то, что не видела. За то, что не пыталась увидеть. За то, что посмотрела в твои глаза только сейчас…
Мой голос дрожал.
— Ты всё это время был рядом. А я… Смотрела куда угодно. Только не на тебя.
Он осторожно приподнял моё лицо. Заставляя снова встретиться с ним взглядом.
— Главное… Что сейчас ты их видишь. Так же ясно… Как я всё это время видел твои.
Он улыбнулся. Совсем чуть-чуть.
— Я был готов ждать. Сколько понадобится. Потому что мне не нужно твоё разрешение… Чтобы любить тебя.
Он сам замолчал. Будто только сейчас понял, что сказал это вслух.
Потом тихо рассмеялся. Совсем безрадостно.
— Прости… Наверное, звучит глупо.
Я покачала головой.
— Нет.
Он медленно провёл пальцами по моей щеке.
— Мне не важно… Любишь ли ты меня сейчас. Если однажды полюбишь… Я буду самым счастливым человеком. Если нет… Я всё равно не перестану желать тебе счастья. Поэтому… Позволь мне просто быть рядом. Пока ты сама не попросишь меня уйти.
Я смотрела на него. И понимала. Он действительно говорит это искренне. Без условий. Без ожиданий. Без сделки. Просто любит.
Он осторожно коснулся моих губ. Очень медленно. Очень нежно. Растягивая каждую секунду.
Так, словно ждал этого поцелуя всю свою жизнь.
— Дин… я…
Он приложил палец к моим губам. И мягко улыбнулся.
— Я знаю. Не торопись. Не отвечай только потому, что тебе больно. Не отвечай из благодарности. Не отвечай из жалости. Когда-нибудь… Если захочешь. Тогда и скажешь. А если нет… Я всё равно останусь рядом. Потому что люблю тебя. И никуда уже не денусь.
Он снова поцеловал меня.
Коротко.
Нежно.
Так, словно обещал что-то без слов.
Потом прислонился своим лбом к моему.
Закрыл глаза.
И почти шёпотом произнёс:
— Я не причиню тебе боль. Никогда. Даже если однажды ты снова выберешь не меня… Я всё равно не причиню тебе боль.
Я смотрела на него. На его покрасневшие глаза. На дрожащие ресницы.
На человека, который любил меня так долго… И ничего не просил взамен.
И почему-то…
Сразу поверила.
МС (Ozon — Nuor garsas)
Я не хотела прерывать этот поцелуй. Я наслаждалась им — нежный, сладкий, желанный… Он не был опасным, как с Сэмом. В нём не было напряжения, от которого внутри всё сжимается. Этот… говорил больше. Гораздо больше, чем всё что было раньше.Медленный. С паузами, в которых мы просто дышали рядом. С касаниями рук, осторожными, почти робкими.
Я смотрела в его глаза и не хотела, чтобы это когда-нибудь заканчивалось. И, наверное, именно поэтому боялась, что закончится.
Мы оторвались на секунду, тяжело дыша. Слишком близко. Слишком мало воздуха. Он смотрел на мои губы, потом снова в глаза…
И в этом взгляде было что-то, от чего внутри всё сжималось.
(0:43)
Я сама потянулась к нему.
Резко.Будто не выдержала.
Наши губы снова встретились — и в этот раз мы уже не могли остановиться. Мы целовались жадно, сбиваясь с дыхания, почти не давая друг другу вдохнуть. Как будто боялись, что если отпустим — это исчезнет. Мои пальцы сжали его сильнее, я притянула его к себе, словно хотела стереть расстояние полностью.
Мы не могли насытиться. Ни поцелуями. Ни прикосновениями.
Ни друг другом.
Мы буквально дышали друг другом.
Я провела руками по его плечам, он прижал меня ближе.
Ты хочешь этого? — тихо спросил Дин. И в его голосе не было давления. Только страх… и надежда.
Да… — выдохнула я. — Я хочу тебя.
Он будто выдохнул вместе со мной. Аккуратно уложил меня, не разрывая поцелуя, его руки скользили по телу бережно, с той осторожностью, которая сводила с ума сильнее любой грубости.
Мы снова потеряли дыхание. Снова запутались друг в друге. И не пытались остановиться. Всё происходило будто в одном ритме. Движения. Дыхание. Сердце. Будто мы совпали. И это было… Не резким, не болезненным, не пугающим. А правильным. Тёплым. Глубоким. Таким, от которого не хочется убежать — только ближе. Я не могла насытиться этим чувством. Каждое его прикосновение отзывалось внутри сильнее, чем предыдущее. Будто он чувствовал меня… лучше, чем я сама.
И делал именно так, как нужно.
Даже там, где я не знала, что мне это нужно.
Это было не про резкость. Не про власть. Не про доказательство. Это было про нас. Про всё, что копилось внутри и наконец нашло выход. Медленно. Тепло. Не отпуская. Я прижалась к нему сильнее, закрывая глаза. И поняла: Мы не остановимся. Потому что не хотим. И потому что наконец можем — не бояться.
Мы лежали в обнимку, долго, очень, я не хотела уходить, не хотела нарушать покой этого дня, я слушала его дыхание, его сердце, смотрела в его глаза. Он заметил мой взгляд и взяв мой подбородок поцеловал, нежно, как я и хотела… Я обняла его за торс, лежа на его груди я чувствовала свободу, любовь его ко мне, мою к нему.
— Солнце? Тихо спросил он. — Ты как?
— Лучше всех… шепотом ответила я поцеловав его в грудь, — А ты?
Он улыбнулся — отлично, чувствую, что я наконец то живой.. он обнял меня, и прижал к себе еще сильнее.
— Ладно… я в душ, хорошо? Сказал Дин и поцеловал меня в лоб.
Я проводила его взглядом до двери ванной. Послушала, как зашумела вода. Улыбнулась сама себе.
В комнате было тихо. Тепло.
Я ещё чувствовала на коже его осторожные прикосновения, а в груди — спокойствие, которого не знала уже очень давно.
Наконец-то… Наконец можно было не бояться.
Я свернулась под одеялом, закрыла глаза и почти сразу начала проваливаться в сон.
Сквозь дрёму почувствовала, как кровать рядом едва заметно прогнулась.
Улыбнулась.
— Уже вернулся?..
Ответа не было.
Я почувствовала знакомый запах мужского парфюма.
Но…
Что-то было не так.
Не тот запах.
Не то дыхание.
Не то молчание.
— Дин?.. — сонно прошептала я, даже не открывая глаз.
В следующую секунду чья-то ладонь резко прижала меня к матрасу.
Холод коснулся шеи.
Я застыла.
Сердце пропустило удар. Мир словно перестал существовать. Остались только тяжёлое дыхание рядом…
И ощущение смертельной опасности.
— Значит… вот как ты переживаешь.
Голос прозвучал совсем близко.
Тихо.
Почти спокойно.
От этого стало только страшнее.
— Вот как тебе плохо…
Первые несколько секунд я не могла понять, что происходит.Мысли путались. Страх не давал вдохнуть. Я смотрела в темноту, не узнавая человека рядом.
И только спустя несколько бесконечно долгих секунд…
Узнала голос.
— …Сэм?
Он услышав свое имя из моих уст ударил меня по лицу. — Не говори мое имя. Прорычал Сэм
Взял меня за волосы и поднял так чтобы я видела его лицо. — Значит, ты шлюха отдалась ему? А я еще плохой был, Кто же кричал « сэм, не надо, стой». — Вот ты сука, он ударил меня головой об стену и продолжил. — Может тогда повторим прошлую нашу ночь? Тебе же не хватает как я вижу, или у тебя другие причины на то чтобы трахаться с ним? Ты с ним за моей спиной ебалась?! ТЫ меня унизить хотела?!
Пока Сэм кричал я сидела на полу, голова шла кругом, я не понимала что он говорит, при чем тут я, что он хочет.
Он поднял меня за волосы и кинул на кровать, я хотела убежать, спрятаться, но он схватил меня за ногу и я упала на пол:
— Играть со мной вздумала? Проводя по моему лицу ножом говорил Сэм, его глаза горели яростью. Он опускал нож, проводя по моей шее, груди, животу, остановившись у пупка. _ может ты и в этот раз будешь вырываться, пока я буду трахать тебя в зад? Тебе нравится идея? Сэм начал снимать мое белье…
— Сэм. Предупреждаю, у меня пистолет. И он заряжен. Сказал Дин…
— Дин, сука. Вырвалось из уст Сэма
— Положи нож, тебе же хуже будет если не сделаешь… Сэм медленно начал опускаться чтобы положить нож на пол, и я его огрела статуэткой…
Дин был в шоке, Сэм упал на пол и обмяк, он в отключке. Дин подбежал ко мне и обнял: — Ты как, что он сделал? Я показала на голову, там шла кровь, но было не сильно критично.
Когда Дин связал Сэма и попросил Кастиила забрать его к Бобби, в комнате наконец стало тихо. Настолько тихо, что этот покой казался чужим.
Он вернулся ко мне и опустился на колени. Несколько секунд просто смотрел.
Не на кровь.
Не на разбитую стену.
На меня.
Так, будто пытался убедиться, что я действительно здесь.
Его руки дрожали.
— Солнце… — голос сорвался почти до шёпота. — Посмотри на меня.
Я медленно подняла взгляд. И впервые увидела в его глазах страх. Не за себя. За меня.
Он осторожно коснулся моей щеки, словно боялся сделать больнее.
— Это моя вина… — тихо сказал он.
Я покачала головой.
— Нет…
— Я видел, что что-то происходит. Чувствовал. И всё равно не смог…
Он замолчал.
— Больше такого не будет.
Не обещание.
Клятва.
— Ты не виноват… Сказала я Дину
— Я решу, я все решу, ложись спать. Мне надо обдумать все.
Он сел на кровать, и молча о чем то думал.
Когда я наконец уснула, Дин ещё долго сидел рядом.
Он не двигался.
Только смотрел, как спокойно поднимается и опускается моя грудь. Будто проверял, что я действительно сплю. Что мне больше ничего не угрожает. Очень осторожно он убрал прядь волос с моего лица. Коснулся губами моего лба. И только потом бесшумно вышел из комнаты, прикрыв дверь.
В коридоре он достал телефон. Несколько секунд просто смотрел на экран. Потом набрал номер.
— Кас…
— Дин?
Он устало провёл ладонью по лицу.
— Мне нужна помощь. Пауза.
— Ты можешь удержать Сэма у Бобби подольше? Или… стереть ему память? Чтобы он забыл её. Забыл нас. Всё.
На другом конце линии стало тихо.
— Я могу удерживать его какое-то время, — наконец ответил Кас. — Но память… не сейчас. Благодать ещё слишком слаба. Возможно, к завтрашнему вечеру. Но обещать не могу.
Дин закрыл глаза. Последняя надежда медленно рассыпалась.
— Понял. Ещё одна пауза.
— Тогда… мне придётся самому всё закончить.
Он отключился прежде, чем Кас успел что-то ответить.
Он долго сидел, не двигаясь.Перед глазами почему-то всплыли обрывки детства. Пустой мотель. Записка на столе. Хлопок входной двери.
«Останься здесь».
Тогда он ненавидел это решение. Ненавидел то, что его оставили ради его же безопасности.
Он резко поднялся, будто отгоняя воспоминание.
Сейчас было не время думать об этом.
Несколько секунд просто стоял в полной тишине. Потом тихо выругался.
Не на Каса. Не на Сэма. На самого себя.
— Чёрт…
Он спустился на кухню.
Кофе.
Одна кружка.
Потом вторая.
Он даже не помнил, пил ли их.
Мысли снова и снова возвращались к одному и тому же. «Если память не получится вернуть…»
«Если он снова придёт…»
«Если она опять окажется рядом с ним…»
Нет.
Он не мог этого допустить. Никогда.
Он поднялся из-за стола только под утро.
Вышел на улицу.
Достал сигарету.
Он почти никогда не курил. Но этой ночью руки дрожали так сильно, что ему нужно было занять их хоть чем-нибудь.
Первая затяжка обожгла горло.
Он даже не почувствовал. Перед глазами снова возникло её лицо. Заплаканное. Испуганное. И то, как она дрожала у него на руках.
Он зажмурился.
«Я обещал, что всегда буду рядом.»
«Но обещания недостаточно.»
Ему нужен был способ защитить её. Любой ценой. И постепенно среди десятков мыслей остались только две.
Исправить Сэма.
Или…
Уйти самому.
Исчезнуть из её жизни. Навсегда.
Он сжал сигарету так сильно, что пепел осыпался прямо на ладонь. Больно не было. Потому что рядом с мыслью потерять её всё остальное переставало иметь значение.
— Если это единственный способ… — едва слышно сказал он в пустоту.
Он не договорил.
Потому что впервые за долгое время испугался собственных слов. И всё же… Он уже знал, какое решение примет.
Даже если оно разобьёт ему сердце.
МС (Расскажи мне о любви — ЛСП)
Я проснулась одна.
Сначала не испугалась. Просто удивилась.
В комнате было непривычно тихо. Кровать рядом пустовала. Я медленно поднялась, накинула кофту и вышла в коридор.
На кухне никого. В гостиной тоже.
— Дин?..
Ответа не было.
Я вышла на улицу.
Он сидел на ступеньках.
Сутулый.
В одной футболке, несмотря на утреннюю прохладу. Между пальцами догорала сигарета. Рядом лежали окурки. Много. Очень много.
Я замерла.
— Дин… Ты давно здесь?
Он молчал. Только сделал последнюю затяжку. Потушил сигарету носком ботинка. Сразу достал следующую. Руки дрожали. Совсем чуть-чуть. Но дрожали.
— Тут… столько сигарет…
— Да.
Всего одно слово. Без привычной усмешки. Без тепла. Без него самого.
Я осторожно подошла ближе.
— Пойдём домой…
Он даже головы не поднял.
Я присела рядом. Медленно коснулась его плеча.
Он резко отдёрнулся. Будто обжёгся.
Я растерянно убрала руку.
— Дин?..
Он долго смотрел перед собой.
Потом тихо сказал:
— Ты должна уехать.
Я не сразу поняла смысл.
— Что?..
— Сегодня.
Я нервно улыбнулась.
— Подожди… Куда уехать?
— Неважно. Я всё устроил. Тебя примут. На первое время. Тебя. Не нас.
Меня словно ударило.
— А ты?..
Он закрыл глаза.
На секунду.
Всего на секунду.
Потом тихо ответил:
— Нет.
Я смотрела на него. Не понимала. Не могла понять.
— Дин… Почему?
Он глубоко вдохнул.
Так, словно собирался нырнуть под воду.
— Потому что…
Он запнулся.
Сжал зубы.
— Потому что я тебя не люблю.
Мир остановился.
— Что?..
— Ты слышала.
— Но… вчера…
Он перебил сразу. Слишком быстро. Будто боялся услышать продолжение.
— Вчера ничего не значило.
Я покачала головой.
— Нет… Ты… Ты же… Ты плакал…
Его пальцы сжались в кулак. Так сильно, что побелели костяшки.
Он отвернулся.
Будто не мог выдержать моего взгляда.
Но заставил себя продолжить.
— Я использовал тебя.
Последнее слово далось тяжело. Почти через силу.
— Чтобы рассорить вас с Сэмом. Вот и всё. Ты поверила.
Я чувствовала, как внутри всё становится пустым.
— Нет… Ты не мог… Ты говорил… Он снова перебил.
Теперь ещё холоднее.
— Мне противно от тебя.
Он произнёс это медленно.
Будто язык сопротивлялся каждому слову.
— Каждый раз, когда вспоминаю…
Он замолчал.
На мгновение.
Закрыл глаза.
Будто хотел сказать совсем другое.
Но вместо этого заставил себя закончить:
— …что ты была с ним… Мне становится мерзко.
Я уже почти ничего не слышала.
Перед глазами стоял совсем другой Дин.
Тот, который ночью держал меня, пока я плакала.
Тот, который говорил:
“Я всегда буду рядом.”
— Я же люблю тебя…
Мой голос дрогнул.
Он вздрогнул тоже.
Совсем незаметно.
Именно этих слов он боялся. Потому что ответить хотел совсем иначе. Но не имел права.
Он медленно поднялся. Подошёл ближе.
— Не любишь. Ты просто придумала всё сама.
Я осторожно коснулась его руки.
Она дрожала.
Он вырвал её так резко, словно моё прикосновение причиняло боль.
— Не трогай меня.
Голос прозвучал громче, чем он хотел.
Он тяжело вдохнул. Снова отвёл взгляд.
— Не заставляй меня повторять.
Я уже плакала.
Даже не замечая этого.
— А всё… Всё, что ты говорил?..
Он долго молчал.
Так долго, что я успела подумать:
“Сейчас…”
“Сейчас он скажет правду.”
Но вместо этого услышала:
— Соврал.
Одно слово.
После него он будто перестал дышать.
Я продолжала смотреть на него. Надеясь. До последнего.
И тогда он понял.
Я всё ещё верю.
Значит…
Он сказал недостаточно.
Он сделал последний шаг. Остановился совсем близко. Взял меня за подбородок. Его пальцы заметно дрожали.
— Ты правда…
Он снова запнулся.
Будто не мог заставить себя договорить.
— …думала… Что можешь мне понравиться?
Я не ответила.
Он глубоко вдохнул.
Закрыл глаза.
И почти шёпотом произнёс:
— Ты…
Долгая пауза.
— …просто шлюха.
Что-то внутри меня оборвалось.
Не громко.
Тихо.
Окончательно.
Я больше ничего не сказала.
Просто смотрела на человека, которого любила.
А он…
Так и не смог посмотреть мне в глаза.
Я медленно развернулась.
Сделала шаг.
Потом второй.
Потом пошла быстрее.
Не оборачиваясь.
Не потому что не хотела.
Потому что больше не могла.
Калитка тихо закрылась.
Только тогда Дин перестал держаться.
Он медленно сел обратно на ступеньку. Руки бессильно опустились на колени. Сигарета выпала из пальцев.
— …мразь.
Едва слышно.
Это было сказано не мне.
Себе.
Он закрыл лицо ладонями. Но мысли всё равно не замолчали.
“Я тебя не люблю.”
“Мне противно.”
“Шлюха.”
Каждое слово возвращалось к нему. Теперь уже его собственным голосом. И каждое било сильнее, чем тогда, когда он произносил его вслух.
Он резко согнулся вперёд. Будто стало трудно дышать.
— Заткнись…
Хрипло прошептал он самому себе.
— Заткнись…
Перед глазами возникла я. Вчерашняя. Смеющаяся. В его футболке. С кружкой кофе в руках. Прижавшаяся к нему так доверчиво, словно весь мир был безопасным.
Он сжал переносицу.
— Зачем…
Голос сорвался.
— Зачем ты вообще появилась…
Он усмехнулся.
Криво.
Больно.
Без капли веселья.
— Только начал жить… И сам же всё уничтожил.
Он вспомнил свои слова.
“Я всегда буду рядом.”
“Я никогда не причиню тебе боль.”
Он резко ударил кулаком по ступеньке.
— Лжец…
Прошептал он.
— Чёртов лжец…
На пальцах осталась кровь.
Он даже не заметил.
Только сидел.
Не двигаясь.
Пока не понял одну простую вещь.
Теперь… Я действительно уйду. И больше никогда не посмотрю на него так, как смотрела вчера.
Он добился именно того, чего хотел. И именно это убивало его.
— Лучше… Пусть ненавидит меня… Чем однажды погибнет… Из-за меня.
Он вытер лицо ладонью.
Только сейчас заметив, что она мокрая.
Слёзы.
Он даже не помнил, когда они начали течь.
— Прости…
Почти беззвучно.
— Я обещал…
Что никогда не причиню тебе боль…
Голос окончательно сорвался.
— И всё равно… Сделал именно это.
Он поднял голову туда, где несколько секунд назад исчезла я.
И прошептал уже пустой улице:
— Пожалуйста… Живи. Даже если… Без меня.
МС (WILDFLOWER — Billie Eilish)
У Дина зазвонил телефон:
- Да? Дин отстранено ответил
- Сэм… в нем демон, Сэм сбежал…Сказал Бобби
Дин выронил сигарету. Он знал что это значит «Нет…»
Он сел в свою машину и уехал, он не знал где искать, и ехал туда куда они ходили чаще всего, в бар, где они все познакомились…
Когда он вошёл — я стояла посреди зала. Бледная. Едва держась на ногах. И Сэм рядом — уже не тот Сэм. Глаза пустые, руки опущены. Демон ушёл — но след остался.
Дин всё понял за одну секунду. Сэм понял что сделал ещё до того как она упала. Демон ушёл резко, будто выдернули гвоздь из головы.
Мир вернулся слишком быстро, и вместе с ним, память. Его рука. Мой взгляд. Момент, который нельзя перемотать.- Нет… выдохнул он, уже человек, уже Сэм.
Он пополз ко мне на коленях, не смея коснуться, словно одно прикосновение сделает всё реальнее.
- Я не хотел, повторял он, глухо, почти бессмысленно. -Я клянусь, я не… Дин, я не…
Дин не ответил. Он смотрел только на меня.
- Дин… Иди … Дин сел рядом, он хотел слышать каждое слово, что я скажу
- Прости, прости меня, я все что сказал, это не правда, не правда, я люблю тебя, я не хотел чобы ты уезжала, я хотел тебя защитить, пожалуйста прости меня… он прижимал меня к себе, прося прощение из раза в раз, его слезы капали на мое лицо.
— Я знаю…
Я улыбнулась. Совсем чуть-чуть.
— И поэтому…
Я вдохнула. Будто воздуха внезапно стало слишком мало.
— Я люб…
- И я тебя, и я, полежи держись, пожалуйстаКогда появился
Кастиил, Сэм впервые за всё время поднял голову — с отчаянной надеждой, почти детской.-Ты можешь, сказал он быстро. Пожалуйста. Это я. Это из-за меня. Почти кричал Сэм,
Кастиил опустился рядом слишком быстро, почти резко, будто спешка могла что-то исправить.Он видел рану. Видел, как жизнь уходит не рывками, а ровно, упрямо, будто решение уже принято.
- Нет, сказал он тихо, уверенно, как всегда. — Я успеваю.
Его ладонь легла мне на грудь. Благодать вспыхнула привычным тёплым светом.
И…Ничего.
Он нахмурился.
Попробовал снова.
Сильнее.
Свет прошёл сквозь тело…и исчез.
Будто сама реальность отказалась принимать его силу.
Он медленно поднял на меня глаза. И вдруг понял. Не болезнь. Не смерть. Не проклятие. Слово. Она уже сказала миру, как всё должно закончиться.
А слово…нельзя исцелить.
Он медленно убрал руку.
— Дин…
Тот уже почти кричал.
— Делай что-нибудь!
Кастиил покачал головой.
— Я не могу.
— Почему?!
Он смотрел только на меня.
— Потому что… Она уже написала конец. И я не вправе переписывать чужой текст.
-Нет, прошептал Сэм. -Она не знает. Она просто… она не понимает. Скажи ей. Скажи, что это был я, но не я. Скажи, что я исправлю.И тогда её голос снова возник спокойно, без упрёка.
- Я знаю, Сэм.
Он зажмурился.
-Я каждый день буду помнить, выдохнул он. Каждый. Я не прощу себе этого. Никогда.
-Я знаю, повторила я мягко. И именно поэтому я не вернусь. Если я вернусь, ты сломаешься окончательно. А я не хочу быть твоим приговором.
Я повернула голову к Дину. Дыхание стало слабым, но взгляд — ясным.
-Не злись на него, прошептала я. Он правда пытался.
Я с трудом перевела дыхание.
— Он ведь снова пытается спасти того, кого любит.
И Дин понимает… Она говорит не про Сэма. Она говорит… Про него.
Дин опустился рядом, взял меня за руку, сжимая слишком сильно.- Пожалуйста… я не готов..
Сэм ударил ладонью по полу — один раз, второй, третий. Без крика. Без слёз. Только пустота.
- Я убил тебя, -сказал он наконец. -Не демон. Я.
Кастиил посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом.
- Вина не искупление, сказал он. Но она останется с тобой. И это… цена.
Дин медленно повернулся к брату.
В его глазах не было ярости. Это было хуже.
- Ты будешь жить, сказал он тихо. А я буду помнить, почему её больше нет.
Сэм опустил голову. Это было хуже любого проклятия.
Я посмотрела на Кастиила в последний раз и он понял окончательно. Это не борьба. Это точка.- Ты свободна, сказал он. Очень тихо.
Я улыбнулась и этого было достаточно
Последнее, что я сказала, было обращено к братьям обоим:- Не делайте из моей смерти ещё одну войну.
Добавила я тише - Просто живите. Если сможете…
Дин поцеловал меня в губы, нежнее чем раньше, почти не давя на меня, но я этого уже не чувствовала…
МС (Take Me To Church — Hozier)
Дин медленно повернулся к Кастиилу.
— Кас… пожалуйста… выслушай меня… до конца…
Голос дрогнул.
— Я больше не могу ждать…
Кастиил посмотрел на него спокойно.
— Я слушаю.
Несколько секунд Дин молчал. Потом закрыл лицо ладонями. Перед глазами снова возникло утро.
Ступеньки.
Сигареты.
Мои дрожащие руки.
Мои слёзы.
И собственный голос.
“Я тебя не люблю.”
“Ты мне противна.”
“Я тебя использовал.”
Он резко вдохнул.
— Господи…
Его плечи дрогнули.
— Я мог… Я просто мог подождать… Хотя бы до вечера. Ты же сказал… Благодать почти восстановится. Нужно было всего несколько часов…
Он нервно провёл рукой по лицу.
— Я мог не прогонять её. Мог не ломать. Мог просто… обнять и сказать, что всё будет хорошо.
Он медленно опустился на колени.
— А вместо этого… Я сделал то же самое, что всегда делал отец. Решил за человека, которого люблю. Решил, что знаю, как будет лучше. Тишина повисла тяжёлым грузом.
— Я заставил её поверить, что она осталась одна.
Кастиил не перебивал.
— Она пожелала умереть… Не потому что хотела. Потому что я сделал всё, чтобы она решила, будто больше никому не нужна.
Дин сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки.
— Это был не нож… Не демон… Не Сэм… Это я.
Я довёл её до того момента, когда смерть показалась ей единственным выходом.
Кастиил медленно закрыл глаза.
Лишь теперь он окончательно понял природу запрета.
— Дин… Это действительно её выбор. Её слово. И именно поэтому я не могу его нарушить.
Дин поднял голову.
В его взгляде уже не осталось надежды. Только усталость.
— Но… Она будет счастлива… С Сэмом?
Кастиил кивнул.
— Да. Если я создам другую линию. Другую реальность. Где она жива. Где Сэм никогда не станет таким. Где она выберет его сама. Где мир пойдёт естественным путём. И только мы будем помнить прежнюю историю. Но у всего есть цена.
Дин долго молчал.
Будто каждое следующее слово приходилось вырывать из себя.
Потом медленно закрыл глаза.
— Тогда… Исправь Сэма. Убери из него всю жестокость. Пусть он никогда больше не причинит ей боль. Пусть она знает только любовь. Никогда — страх.
Кастиил смотрел на него долго.
— Ты просишь переписать прошлое. Убрать себя из её жизни. Я не могу изменить уже написанное. Но могу создать новый путь. Новую историю. И цена будет велика. Очень.
Дин едва заметно кивнул.
— Цена всегда касается того, что человеку дороже всего. Для тебя… Это она.
— Тогда…Забери мои чувства. Пусть я стану равнодушным. Пусть перестану быть частью её жизни. Главное… Чтобы она улыбалась. Чтобы жила. По-настоящему.
Кастиил опустил взгляд.
Он прекрасно понимал цену этой просьбы.
— Если я сделаю это… Ты больше никогда не сможешь вмешаться. Ты будешь помнить всё. Но потеряешь возможность любить её так, как любишь сейчас. Ты останешься только свидетелем.
Дин посмотрел на меня.
Долго.
Очень долго.
Будто пытался запомнить каждую черту.
Каждый вдох.
Каждую ресницу.
Хотя где-то глубоко уже понимал…
Очень скоро даже эти воспоминания начнут исчезать.
— Я уже однажды решил за неё… И этим чуть не убил её. Больше не буду. Если единственный способ вернуть ей жизнь — исчезнуть из неё… Пусть так и будет. Я отдам ради неё всё.
Кастиил подошёл ближе. Положил ладонь мне на грудь. Благодать вспыхнула привычным тёплым светом. Но через мгновение остановилась. Будто натолкнулась на невидимую стену.
Он почувствовал её.
Не магию. Не проклятие. Не смерть.
Запрет.
Тихий. Абсолютный. Вписанный в саму ткань мира.
Я пожелала уйти.
И мир уже принял эти слова.
— Я не могу исцелить её…
— тихо произнёс он.
— Но могу создать путь.
Пузырь новой реальности. Где она жива. Где счастлива. Где рядом с ней человек, который больше никогда не причинит ей боли. Где никто, кроме нас, не вспомнит прежнюю жизнь.
Дин вытер слёзы ладонью.
— И… Когда всё закончится… Я хотя бы вспомню… Почему мне так больно?
Кастиил долго молчал.
— Ты будешь помнить, что любил. Но забудешь…Кого именно.
Это единственный способ позволить новой жизни существовать.
Дин закрыл глаза.
Последний раз.
— Тогда… Пусть будет так. Главное… Чтобы она была счастлива. Даже если это счастье никогда не будет связано со мной.
Кастиил ещё мгновение стоял неподвижно.
Он всё ещё искал хоть одну лазейку. Хоть один способ обойти правило. Но впервые за всё время даже ангел оказался бессилен перед чужой волей.
Он глубоко вдохнул. И раскрыл крылья.
Комнату заполнил ослепительный свет. Мир начал медленно переписываться. Словно кто-то переворачивал последнюю страницу одной книги… И открывал первую страницу другой.
Последнее, о чём успел подумать Дин перед тем, как свет поглотил всё вокруг, было не о себе.
“Только живи…”
”…пожалуйста.”
Глава 3. Мое Солнце.
МС (до сих пор — MAYOT)
Бар был таким же, как в тот вечер. Приглушённый свет. Тихий звон бокалов. Музыка, в которой невозможно было различить слова. Всё осталось прежним.
Кроме него.
Дин сидел за стойкой, медленно перекатывая стакан между ладонями. Он приходил сюда всё чаще. Не потому что любил это место.Потому что именно здесь когда-то началась история, цену которой он до сих пор помнил. История без имени.
Он помнил выбор. Помнил просьбу. Помнил свет, поглотивший мир. Но каждый раз, стоило попытаться представить лицо человека, ради которого всё это произошло, память словно рассыпалась пеплом.
Ничего.
Только ощущение, что когда-то это лицо было для него целой вселенной.
За спиной послышался знакомый голос.
— Дин.
Он спокойно обернулся. Сэм. Совсем другой. Без настороженности во взгляде. Без вечной готовности спорить. Без той тяжести, которая когда-то жила в каждом его движении.
Он улыбался.
И эта улыбка была настоящей.
— Давно ждёшь? — спросил Сэм, садясь рядом.
— Минут десять.
Они обменялись ещё парой ничего не значащих фраз.
Дин наблюдал за братом почти машинально.
Странно.
Он точно знал, что когда-то именно таким хотел его видеть. И сейчас видел перед собой результат собственного выбора.
Дверь бара открылась. Сэм сразу поднял голову. И улыбнулся ещё теплее.
— Она пришла.
Дин перевёл взгляд.
Внутрь вошла девушка. Она заметила Сэма почти сразу и, смутившись, помахала ему рукой. Он поднялся ей навстречу. Не спеша. Без привычной уверенности. Даже немного неловко. И почему-то именно эта неловкость сказала Дину больше любых слов.
Когда девушка подошла ближе, Сэм осторожно коснулся её ладони. Так легко, будто боялся напугать.
— Привет.
— Привет.
Они улыбнулись друг другу так естественно, словно этот жест давно стал привычкой.
Дин молча наблюдал. Без боли. Без ревности. Без сожаления.
Он понимал только одно. Так было правильно.
Сэм повернулся к нему.
— Познакомьтесь.
Он назвал имя девушки. Потом кивнул в сторону брата.
— Это Дин.
Она приветливо улыбнулась.
— Очень приятно.
Дин слегка приподнял стакан.
— Взаимно.
И всё.
Никакого удара внутри. Никакого странного ощущения.
Ничего.
Он смотрел на неё чуть дольше обычного. Не потому что узнал. Потому что пытался понять.
Не её.
Себя.
“Наверное…”
“Если бы я помнил, ради кого отдал всё…”
“Я бы сейчас чувствовал иначе.”
Но ничего не происходило.
Перед ним сидела просто девушка. Хорошая. Добрая. Счастливая рядом с Сэмом. И именно ради этого когда-то был переписан целый мир.
— Ты чего задумался? — спросил Сэм.
Дин медленно отвёл взгляд.
— Да так…
Он сделал глоток виски.
— Просто смотрю.
Кастиил стоял чуть поодаль. Незаметный для остальных. Он видел то, чего не видел никто. Дин больше не пытался вернуть прошлое. Он действительно отпустил его. И именно поэтому ещё не замечал, что настоящее уже начинало искать его само.
Сэм говорил.
Девушка что-то отвечала ему, иногда смеялась, иногда касалась его руки, поправляла волосы, рассказывала какую-то историю. Дин слышал каждое слово. И не слышал ни одного.
Он сидел рядом, лениво перекатывая стакан между ладонями, наблюдая за тем, как чужая жизнь течёт спокойно, без надрыва. Именно так, как он когда-то хотел.
Наверное.
Он уже не был уверен.
Иногда взгляд сам задерживался на девушке. Не потому, что она нравилась ему. Не потому, что что-то вспоминалось.
Нет.
Скорее наоборот.
Он пытался понять, почему вообще продолжает смотреть. Внутри не происходило ничего. Ни лёгкого волнения. Ни сожаления. Ни боли.
Будто разум говорил:
“Посмотри ещё.”
А сердце молчало.
Он попытался представить лицо той, ради которой однажды отказался от собственной жизни. Ничего.
Пустота.
Он помнил решение. Помнил разговор с Кастиилом. Помнил цену.
Но каждый раз, когда пытался представить человека, ради которого всё это произошло, память рассыпалась. Словно кто-то специально стирал последние штрихи. Оставляя только смысл. Без образа. Без имени. Без любви.
Кастиил стоял чуть поодаль.
Со стороны казалось, будто он просто наблюдает за баром. На самом деле он наблюдал только за одним человеком. За Дином. И видел то, чего не замечал никто другой.
В баре сидели трое. Сэм. Его девушка. И Дин.
Но на самом деле Дина здесь почти не было. Перед ним сидело тело, которое разговаривало. Улыбалось, когда этого требовала ситуация. Иногда отвечало на вопросы. Но человека, которого Кастиил знал столько лет, словно больше не существовало. Он видел взгляд Дина.
Тот несколько раз задерживался на девушке. И если бы кто-то другой посмотрел на него сейчас, решил бы, что это обычный мужской интерес. Но Кастиил видел правду. Во взгляде не было ничего. Ни памяти. Ни симпатии. Ни ревности. Ни сожаления. Только попытка понять самого себя. Именно это пугало ангела сильнее всего. Он уже видел Дина сломленным. Видел злым, отчаявшимся, ненавидящим самого себя. Но никогда… никогда не видел его пустым.
После того вечера дни начали сливаться друг с другом. Охоты. Мотели. Заправки. Дороги. Редкие вечера в барах. Иногда Бобби. Иногда другие охотники. Иногда целые недели, когда ничего не происходило.
И Дин присутствовал в каждой из этих жизней.
Но не жил ни в одной.
Он по-прежнему смеялся над чужими шутками. По привычке. По привычке подкалывал Сэма. По привычке садился за руль Импалы. По привычке разбирал оружие вечерами. Настолько по привычке, что иногда сам удивлялся, как тело всё ещё помнит то, чего уже не помнит душа.
Его перестало интересовать почти всё. Новые дела. Новые знакомства. Алкоголь. Женщины. Даже победы на охоте больше не приносили удовлетворения. Он просто делал то, что должен был. Потому что другого ответа на вопрос “зачем” у него больше не было.
МС (На глубине — BAH.ROMA)
Первым это заметил Бобби. Они сидели в гараже. Дин копался под капотом Импалы. Бобби молча наблюдал несколько минут, затем усмехнулся:
— Слушай… ты заболел?
Дин даже головы не поднял.
— Очень смешно.
— Нет, серьёзно.
Бобби вытер руки о старую тряпку.
— Уже месяц ни одной девчонки. Ни одного клуба. Даже пиво пьёшь так, будто это лекарство.
Он прищурился.
— Или ты наконец повзрослел?
Дин тихо усмехнулся. Автоматически.
— Не дождёшься.
Шутка прозвучала правильно. Даже голос был правильным. Но Бобби не улыбнулся. Он слишком долго знал этого мальчишку. И понял одну странную вещь. Раньше Дин смеялся глазами ещё до того, как открывал рот. Теперь улыбались только губы.
В тот же вечер, когда Дин ушёл спать, Бобби остановил Сэма у кухни.
— Он давно такой?
Сэм сразу понял, о ком речь. Опустил взгляд.
— Да…
Ненадолго замолчал.
— Я думал, мне кажется.
Бобби покачал головой.
— Нет. Это не усталость. Что-то с ним случилось. И он никому не собирается рассказывать.
Через несколько дней они снова были у Бобби.
Дин перебирал инструменты. Сэм подошёл ближе.
— Есть разговор.
— Слушаю.
— Нас пригласили на свадьбу.
Дин продолжал складывать ключи в ящик.
— И?
— Мы так и не ответили. Точнее… Ты так и не ответил. Прошло уже несколько недель.
Дин поднял голову, словно впервые услышал об этом.
— Правда?
— Правда.
Пауза.
— Поехали.
Дин спокойно закрыл ящик.
— Хорошо.
Сэм даже растерялся.
— Просто… хорошо?
— Ты же хотел, чтобы я поехал.
— Хотел.
— Тогда поедем.
Ответ прозвучал слишком легко.
Без привычного:
“Ты серьёзно?”
“Там же скука смертная.”
“Надеюсь, будут симпатичные подружки невесты.”
Ничего, только спокойное согласие и именно оно испугало Сэма сильнее всего.
Свадьба проходила в небольшом загородном ресторане. Тёплый свет, музыка, запах цветов, смех, гул десятков голосов, жизнь. Повсюду была жизнь.
Дин сидел почти в последнем ряду, со стаканом виски в руке.
Он наблюдал.
Жених нервничал. Невеста смеялась. Гости аплодировали. Кто-то уже плакал.
Во время клятв весь зал стих.
— Я выбираю тебя, — тихо сказала невеста. — Каждый день. При любых обстоятельствах.
Гости заулыбались. Кто-то сжал ладонь любимого человека. Сэм машинально переплёл пальцы со своей девушкой. Она посмотрела на него так, будто кроме него никого вокруг не существовало.
Дин задержал взгляд. Что-то… Что-то в этом ощущении казалось знакомым. Не сами слова. Не лица.
Само чувство.
Будто когда-то он тоже хотел чего-то похожего. Очень сильно хотел. Но… С кем?
Ответа не было.
Мысль растворилась так же быстро, как появилась.
Он сделал ещё один глоток. Музыка стала громче. Гости вышли танцевать. Сэм подошёл.
— Пойдём.
— Куда?
— Танцевать.
— Не хочу.
— Хоть один танец.
— Нет.
Девушка Сэма тихо улыбнулась.
— Он всегда такой серьёзный?
Сэм посмотрел на брата.
— Нет… Именно это меня и пугает.
Дин сделал вид, что не услышал.
Почти весь вечер он просидел за столом. Смотрел, как люди смеются. Как родители поздравляют молодожёнов. Как друзья обнимаются. Как кто-то признаётся в любви. Он понимал смысл каждого момента. Но ни один из них не отзывался внутри. Будто он смотрел старый фильм, который когда-то очень любил… И совершенно забыл почему.
И Кастиил там был. Он стоял чуть поодаль. Невидимый для остальных. Он видел то, чего не видел никто. За столом сидел человек. Но Дина Винчестера там почти не осталось.
Он помнил цену. Помнил сделанный выбор. Помнил, что когда-то отдал всё ради чьего-то счастья. Но не помнил, кому именно. И хуже всего было не это. Хуже всего было то, что он больше не пытался вспомнить.
Поздно вечером они возвращались в мотель.
Дин молча вёл Импалу. Сэм сидел рядом. Девушка тихо дремала на заднем сиденье. Никто почти не разговаривал. Из магнитолы негромко играла старая песня.
Когда машина остановилась возле мотеля, Сэм помог девушке выйти. Она сонно улыбнулась ему.
— Спасибо за вечер.
— Это тебе спасибо.
Она легко коснулась губами его щеки.
Они засмеялись над какой-то мелочью и ушли к своему номеру.
Дин проводил их взглядом. Спокойно. Без зависти. Без сожаления. Лишь одна мысль мелькнула где-то совсем глубоко:
“Наверное… когда-то я тоже хотел чего-то подобного.”
“Не помню с кем.”
Он открыл дверь своего номера. Снял куртку. Поставил бутылку воды на стол. Включил телевизор.
Экран сменял один канал другим.
Он почти не смотрел. Скорее просто слушал чужие голоса.
В углу комнаты тихо появился Кастиил. Дин даже не повернул головы.
— Привет, Кас.
— Ты знал, что это я?
— Да.
— И не удивился.
— Нет.
Кастиил некоторое время молчал. Потом подошёл ближе.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально.
Ответ прозвучал слишком быстро. Словно был заготовлен заранее.
Кастиил внимательно посмотрел на него.
— Это неправда.
Дин перевёл взгляд на экран телевизора.
— Возможно.
— Ты счастлив?
Долгая пауза.
— Не знаю.
— Тебе больно?
— Нет.
— Тебе спокойно?
Дин задумался. Очень долго. Будто впервые искал ответ.
— Нет.
— Тогда что ты чувствуешь?
Он опустил взгляд на бутылку, которую всё это время бессознательно крутил в руках.
— Ничего.
Слово прозвучало удивительно спокойно. Не как жалоба и не как трагедия. Как диагноз.
— Я просыпаюсь. Еду на охоту. Разговариваю с людьми. Шучу, если нужно. Сплю. Просыпаюсь снова. Каждый день одинаковый.
Он медленно покачал головой.
— Раньше я думал, что пустота — это когда тебе больно. Оказалось…
Он поднял глаза на Кастиэля.
— Пустота — это когда тебе даже не больно.
Кастиил молчал.
— Ты жалеешь?
— О чём?
— О своём выборе.
Дин ответил не сразу.
— Нет.
Он действительно не солгал.
— Я помню, что отдал всё ради кого-то. Значит… Это того стоило.
Он грустно усмехнулся.
— Жаль только… Я уже не помню, почему был готов заплатить такую цену.
В комнате снова стало тихо.
Кастиил смотрел на него долго. Очень долго.
И впервые за всё время подумал, что, возможно, цена оказалась страшнее, чем они оба могли представить. Потому что Дин не просто перестал любить. Он перестал быть самим собой.
МС (I Just Wanna Be Loved — pinkbIxxd)
После свадьбы ничего не изменилось.
Во всяком случае, так казалось.
Дни по-прежнему складывались один в другой. Охоты сменяли дороги, дороги — мотели, мотели — новые дела. Дин жил по привычке. Просыпался раньше остальных, проверял оружие, садился за руль, спорил с навигатором, если тот снова пытался провести их через объезд. Иногда даже шутил.
Настолько вовремя, что никто посторонний не заметил бы разницы.
Но Сэм замечал.
Он всё чаще ловил себя на мысли, что разговаривает с братом, а в ответ получает не Дина, а человека, который знает, какие слова нужно сказать.
Однажды вечером они возвращались с охоты.
— Помнишь свадьбу? — неожиданно спросил Сэм.
— Помню.
— Тебе хоть немного понравилось?
Дин пожал плечами.
— Нормально.
Сэм тихо выдохнул.
— Вот это и странно.
Дин вопросительно посмотрел на него.
— Любой другой человек сказал бы «ужасно», «скучно», «ещё раз никогда», что угодно. А ты отвечаешь «нормально» уже который месяц подряд.
Несколько секунд Дин молчал.
— Может, я просто стал спокойнее.
— Нет.
Сэм покачал головой.
— Ты не спокойнее.
Он посмотрел на брата очень внимательно.
— Ты будто перестал чему-либо радоваться.
Дин ничего не ответил.
Импала продолжала ровно катиться по пустой трассе.
Спустя несколько дней Сэм снова заговорил об этом.
Они сидели возле мотеля после очередного дела. Девушка Сэма что-то рассказывала по телефону сестре, смеясь так заразительно, что сам Сэм невольно улыбался.
Потом он перевёл взгляд на брата.
— Слушай…
— М?
— Мы в пятницу собираемся встретиться.
Дин вопросительно поднял глаза.
— Она хочет познакомить меня со своей сестрой.
Он усмехнулся.
— И подумала… что будет веселее, если мы придём вчетвером.
Несколько секунд Дин молчал.
Не потому что думал.
Потому что внутри не возникло вообще никакой реакции.
— Хорошо.
Сэм даже растерялся.
— Просто… хорошо?
— А что ещё я должен сказать?
Сэм невесело усмехнулся.
— Раньше ты бы уже спросил, симпатичная ли она.
Дин посмотрел на него спокойно.
— Мне всё равно.
И только сказав это, понял, что не соврал.
Вечер оказался таким же обычным, как и десятки предыдущих. Бар. Музыка. Разговоры. Смех.
Девушка Сэма сразу начала что-то рассказывать сестре, перебивая саму себя, перескакивая с одной темы на другую. Сэм смеялся, иногда вставлял пару слов, а потом снова уступал ей разговор.
Дин почти не слушал.
Он автоматически отвечал, когда к нему обращались, кивал в нужных местах, иногда поднимал стакан.
В какой-то момент разговор окончательно ушёл от него. И это его вполне устраивало.
Он привычно перевёл взгляд в окно.
Потом обратно.
Сестра девушки в этот момент что-то объясняла, размахивая рукой. Он не понял ни слова. Да и не пытался.
Прошло ещё несколько минут.
Она снова заговорила.
И вдруг…
Дин поймал себя на том, что слушает. Сам не понял почему. Он даже не поднял головы сразу. Просто обнаружил, что уже несколько секунд следит за её голосом, пытаясь не потерять мысль. Это было настолько непривычно, что он нахмурился.
Почему? Что изменилось?
Ничего.
Он заставил себя снова посмотреть в стакан.
Разговор продолжался.
Через несколько минут он снова поймал себя на том же.
Она смеялась над какой-то историей.
И он снова слушал.
Не потому что ему было интересно. Скорее… Будто что-то внутри впервые за долгое время перестало быть совершенно безразличным.
Совсем немного. Почти незаметно. Но этого хватило, чтобы он унес это чувство с собой.
Поздно ночью он долго лежал в мотеле, глядя в потолок.
Телевизор работал без звука. Снаружи шумела дорога. Он впервые за много месяцев не мог уснуть сразу.
Не потому что переживал. Не потому что было больно. Ему просто не давала покоя одна странная мысль.
Почему именно сегодня? Почему именно её слова? Он даже не помнил, о чём она говорила. Но почему-то продолжал думать именно о них.
— Ты думаешь.
Голос Кастиила прозвучал тихо.
Он появился в привычном углу комнаты.
Дин не вздрогнул. Только медленно повернул голову.
— Да.
— О чём?
Дин долго молчал.
Потом тихо усмехнулся.
— Вот это меня и пугает, Кас.
— Что именно?
— Я впервые за несколько месяцев вообще о чём-то думаю.
Кастиил внимательно посмотрел на него.
— И это связано с сегодняшним вечером?
Дин прикрыл глаза.
— Наверное.
Он сделал небольшую паузу.
— Я не могу понять почему.
Не лицо. Не улыбка. Не она сама.
Просто…
Он медленно покачал головой.
— Почему мне вдруг стало важно слушать человека, которого я встретил впервые?
Кастиил ничего не ответил. Именно потому, что уже знал ответ. Но Дин ещё не был готов его услышать.
На следующий день Дин проснулся только ближе к полудню.
Он долго лежал, не открывая глаз.
Что-то было не так.
Нет.
Наоборот.
Впервые за долгое время что-то вообще было.
Он медленно сел на кровати, провёл ладонью по лицу и попытался вспомнить.
Сон.
Он видел сон.
Последние месяцы ночи проходили одинаково. Закрыл глаза. Темнота. Открыл глаза. Утро. Без образов. Без воспоминаний. Без лиц.
Но сегодня…
Он помнил.
Совсем немного.
Чья-то рука тянулась к нему сквозь яркий свет. Тонкие пальцы. Тёплая ладонь. Он тоже тянулся навстречу, почти касаясь её… Но расстояние между ними не сокращалось. Сколько бы он ни пытался дотянуться, она оставалась всё так же далеко. И прежде чем их пальцы встретились…
Он проснулся.
Дин ещё несколько секунд сидел неподвижно.
Странно. Это был всего лишь сон. Но сердце почему-то билось чуть быстрее обычного.
На кухне было тихо.
Дин налил себе кофе и сел у окна. Он не включил телевизор. Не взял телефон. Просто смотрел в кружку, словно надеялся увидеть там ответ.
Через несколько минут появился Сэм.
— Доброе утро.
— Угу.
Сэм машинально открыл холодильник, но краем глаза наблюдал за братом.
Обычно Дин уже отпустил бы какую-нибудь глупую шутку. Спросил бы, почему Сэм выглядит так, будто ему лет пятьдесят. Или хотя бы пожаловался на жизнь. Сегодня — ничего. Он просто сидел.
Сэм хотел спросить, о чём тот думает. Но не стал. Он только тихо налил себе кофе и сел рядом. Иногда молчание тоже было разговором.
На охоте всё произошло почти незаметно. Монстр бросился первым. Раньше Дин среагировал бы ещё до того, как тот успел сделать шаг. Сегодня… Он на долю секунды замешкался. Не потому что испугался. Он просто… Задумался. Перед глазами на мгновение снова мелькнула чья-то протянутая ладонь.
Удар пришёлся слишком близко.
— Дин!
Сэм успел первым.
Он отбросил тварь в сторону и практически сразу оказался рядом.
— Ты в порядке?
Дин моргнул. Будто только сейчас вернулся обратно.
— Да.
Он крепче сжал нож.
— Всё нормально.
Сэм посмотрел на него чуть дольше обычного. Но ничего не сказал.
Вечером они возвращались молча.
Когда оружие было убрано, а Импала уже стояла возле мотеля, Сэм всё-таки остановил брата.
— Дин.
Тот обернулся.
— Что?
Сэм некоторое время молчал, будто искал правильные слова.
— Всё хорошо?
— Конечно.
Ответ прозвучал спокойно. Слишком спокойно.
Сэм слабо улыбнулся.
— Ладно.
Он опустил взгляд.
— Просто… надеюсь, однажды ты всё-таки начнёшь говорить со мной.
Дин ничего не ответил.
— Я уже потерял слишком многих.
Сэм тяжело выдохнул.
— И не хочу потерять последнего человека из своей семьи только потому, что он слишком сильно старается защитить меня от самого себя.
Повисла тишина.
Дин долго смотрел на брата.
Секунду. Другую. Третью.
Потом едва заметно кивнул. И, не сказав ни слова, ушёл в свою комнату.
Комната встретила его привычной тишиной. Он снял куртку. Лёг на кровать прямо поверх покрывала. Заложил руки за голову.
Потолок был всё таким же. Белым. Пустым.
— Ты сегодня думал.
Голос Кастиила прозвучал неожиданно тихо. Дин даже не повернул головы.
— Да.
Ангел появился у стены.
— О чём?
После долгой паузы Дин ответил:
— Сегодня мне впервые что-то приснилось.
Кастиил внимательно посмотрел на него.
— Что именно?
— Не знаю.
Дин закрыл глаза.
— Кто-то протягивал мне руку. Я пытался её коснуться. Но не смог.
Он открыл глаза и медленно добавил:
— Это первый сон за несколько месяцев.
Кастиил задумался.
— Может быть… это хороший знак?
Дин долго молчал.
Потом едва заметно покачал головой.
— Я не знаю.
— А как ты думаешь?
На этот раз ответ прозвучал почти сразу.
— Я не думаю.
В комнате снова стало тихо.
Кастиил посмотрел на него и впервые за долгое время позволил себе слабую надежду. Если Дин снова начал видеть сны… Возможно, его душа тоже понемногу начинала просыпаться.
На следующее утро Дин проснулся ещё до рассвета. Первые несколько секунд он просто смотрел в потолок. Потом резко сел.
Сна не было.
Совсем.
Никакой руки.
Никакого света.
Никакого ощущения, что кто-то снова пытался до него дотянуться.
Обычная пустота.
И именно это почему-то тревожило сильнее всего.
Ещё вчера он бы даже не задумался об этом. Сон или его отсутствие ничего не меняли. Сегодня… Сегодня он поймал себя на мысли, что ждал его.
Дин тяжело выдохнул, посмотрел на часы.
Пять утра.
До будильника оставалось почти три часа. Заснуть снова не получилось.
Он молча натянул футболку, вышел на маленькую кухню мотеля и закурил. Сигарета медленно тлела между пальцами. За окном только начинало светлеть. Впервые за несколько месяцев мысли не проходили мимо него. Они задерживались. Возвращались. Заставляли искать ответ на вопрос, которого он даже не понимал.
Около восьми на кухню вышел Сэм. Он сонно потянулся, открыл холодильник и только потом заметил брата.
— Ты давно здесь?
Дин не сразу ответил. Он всё так же смотрел в окно.
— Не знаю.
Он сделал ещё одну затяжку.
— Давно.
Сэм поставил чайник.
Несколько секунд они сидели молча.
— Может… я могу чем-нибудь помочь?
Дин едва заметно улыбнулся.
— Нет.
Он покачал головой.
— Не получится.
Ответ прозвучал спокойно. Без раздражения. Но настолько окончательно, что Сэм больше не стал спрашивать. Вместо этого он осторожно сменил тему.
— Кстати…
Он поставил перед братом кружку с кофе.
— Мы сегодня снова встречаемся. Девушка предложила выбраться куда-нибудь. Боулинг. Она сказала… сестра тоже пойдёт.
Дин уже собирался сделать глоток. Но рука вдруг едва заметно дрогнула. Совсем немного. Так, что он сам почти не обратил внимания.
МС (Breath — pluko & pronouncedyea)
— Сестра? — переспросил он.
— Да.
Сэм улыбнулся.
— Думаю, тебе будет не так скучно.
Повисла короткая пауза.
— Ну… Поедешь?
Дин почему-то не ответил сразу. Внутри словно что-то тихо качнулось. Не чувство. Не воспоминание. Лёгкое движение. Будто где-то очень глубоко кто-то произнёс его имя. Так тихо, что он не смог разобрать голос.
Он моргнул. Ощущение исчезло.
— Хорошо.
Сэм облегчённо улыбнулся.
— Отлично. Думаю, тебе понравится.
Дин лишь пожал плечами. Сам не понимая, почему последние несколько секунд показались такими странными.
Вечером боулинг оказался шумным. Повсюду смеялись люди. Шары с грохотом ударялись о кегли. Кто-то радовался страйкам, кто-то громко спорил из-за счёта.
Сэм быстро увлёкся игрой. Его девушка смеялась почти после каждого броска. Дин наблюдал за ними с привычным спокойствием. Он даже несколько раз улыбнулся. По привычке.
Когда подошла сестра девушки, он только коротко кивнул в знак приветствия.
— Привет.
— Привет.
И снова отвернулся. Обычный человек. Обычный вечер. Ничего особенного. Первые полчаса он почти не замечал её. Иногда она что-то говорила. Иногда смеялась вместе со всеми. Он не вслушивался.
Пока…
Однажды не услышал её смех чуть ближе.
Совсем случайно.
Он поднял голову.
Девушка что-то рассказывала своей сестре, активно жестикулируя руками. Потом рассмеялась. Легко. Искренне. Без притворства.
Дин почему-то продолжал смотреть.
Несколько секунд.
Сам не понимая зачем.
Что-то… Что-то в этом смехе казалось знакомым.
Не лицо. Не голос. Именно ощущение.
Будто память на мгновение попыталась открыть давно запертую дверь. Но не смогла.
Он нахмурился. И почти сразу отвернулся.
“Показалось.”
Так он решил.
И до конца вечера больше не возвращался к этой мысли. Но где-то глубоко внутри что-то впервые не захотело отпускать её.
Ночью сон вернулся.
На этот раз всё было немного иначе. Он снова оказался среди ослепительно белого света. Снова увидел протянутую к нему ладонь. Но теперь расстояние стало меньше. Ему казалось… Ещё немного. Ещё одно движение. И он успеет.
Сквозь тишину донёсся чей-то голос. Очень тихий. Слов разобрать было невозможно. Но этот голос… Почему-то причинял боль.
Дин резко проснулся.
Сердце билось так быстро, словно он действительно кого-то только что потерял. Он долго сидел на кровати. А потом впервые за несколько месяцев поймал себя на странной мысли. Он хотел снова уснуть. Не потому что устал. Потому что хотел вернуться туда.
На следующее утро он вышел на улицу ещё затемно.
Надел старую толстовку. Завязал шнурки. И побежал.
Без маршрута. Без цели. Просто вперёд.
Холодный воздух обжигал лёгкие. Ноги сами отбивали привычный ритм. Мысли постепенно затихали. Он думал, что бегает ради того, чтобы размяться.
На самом деле…
Он впервые за долгое время пытался убежать от самого себя.
Через несколько дней Сэм заметил это. Каждое утро. Одно и то же время. Дин исчезал ещё до рассвета. А возвращался только тогда, когда солнце окончательно поднималось над горизонтом.
— Он бегает, — сказал Сэм однажды Бобби.
Тот задумался.
— Может… Это исцеление.
Сэм поднял взгляд.
— Думаешь?
Бобби пожал плечами.
— Не знаю. Но когда человек начинает искать движение, значит, внутри него снова что-то просыпается.
Сэм слабо улыбнулся.
— Очень надеюсь.
Через несколько дней они случайно встретились в небольшом продуктовом магазине.
Сэм нёс корзину. Рядом шла его девушка. Чуть позади — её сестра.
Дин подошёл поздороваться.
Обычный разговор. Несколько ничего не значащих фраз.
Пока девушка с сестрой не отошли к соседнему ряду.
Именно тогда Дин поднял глаза. Он смотрел ей вслед дольше, чем следовало. Она остановилась у полки. Что-то рассматривала. Поправила волосы привычным движением. И на одно короткое мгновение… У него перехватило дыхание.
Не боль. Не воспоминание. Что-то между ними. Будто память снова пыталась открыть ту самую дверь.
Он почти ухватился за это ощущение… Но оно исчезло. Так же быстро, как появилось.
— Дин?
Голос Сэма вернул его обратно.
— Всё нормально?
Он медленно перевёл взгляд.
— Да…
Наверное.
В тот вечер он долго возился с Импалой. Гаечный ключ снова и снова соскальзывал с гайки. Раз. Второй. Третий. Металл со звоном ударился о бетонный пол.
Дин замер.
Он смотрел на инструмент так, словно видел его впервые. Раньше такого не случалось.
Никогда.
Он поднял ключ. Попробовал снова. И снова промахнулся. Тяжело выдохнув, он опёрся ладонями о капот.
— Что со мной происходит?..
Это был первый раз за долгие месяцы, когда он произнёс этот вопрос вслух. И впервые… Ему действительно захотелось узнать ответ.
Утренний парк почти пустовал.
После дождя воздух стал прохладнее. Дорожки ещё поблёскивали влагой, где-то впереди лениво гуляли молодые мамы с колясками, кто-то выгуливал собаку, кто-то пил кофе, сидя на скамейке.
Дин уже несколько кругов бежал привычным маршрутом. Он почти никогда не обращал внимания на людей. За последние месяцы лица прохожих превратились для него в одно большое размытое пятно. Он пробегал мимо. Всегда. Сегодня тоже собирался. Но, поравнявшись с одной из лавочек, вдруг замедлил шаг.
На краю скамейки сидела она.
Сестра девушки Сэма.
В одной руке она держала рожок с мороженым, другой безуспешно пыталась согнать голубя, который явно рассчитывал получить свою долю.
— Нет, — серьёзно сказала она птице. — Это моё.
Голубь сделал ещё шаг. Она тяжело вздохнула.
— Ну не смотри ты на меня так…
Дин сам не понял, почему остановился.
Он мог пробежать дальше.
Как всегда.
Но ноги почему-то решили иначе.
— Привет.
Девушка подняла голову. И сразу улыбнулась. Будто совсем не удивилась увидеть его.
— Ой, привет!
Она подвинулась на лавочке.
— Передохнёшь?
Дин несколько секунд молчал. Потом неожиданно для самого себя сел рядом.
— Спасибо.
Она откусила мороженое и посмотрела на него.
— Ну как дела?
По привычке ответ должен был прозвучать мгновенно.
“Нормально.”
“Пойдёт.”
“Живой.”
Но вместо этого он сказал совсем другое.
— Отлично. Бегаю вот.
И почти сразу добавил:
— А у тебя?
…
“А у тебя?”
Мысль ударила неожиданно.
Он моргнул.
Подожди.
Почему…
Почему я вообще это спросил? Когда я в последний раз интересовался, как дела у человека?
Он даже перестал слушать собственные мысли. Потому что девушка уже начала отвечать.
— Да у меня всё весело. Представляешь, сегодня приснился какой-то совершенно сумасшедший сон.
Дин поднял глаза.
Она рассказывала так увлечённо, словно это действительно было событием мирового масштаба.
— Там были свинки. Розовые. Но почему-то с крыльями. Они летали прямо между облаками.Потом небо стало фиолетовым… Нет… Подожди… Розовым. И вдруг начался шоколадный дождь.
Она засмеялась.
— Вообще не спрашивай, что я ела перед сном.
Дин неожиданно усмехнулся.
— И что было дальше?
Она оживилась ещё сильнее.
— А дальше самое интересное! Свинки начали убегать от гигантской утки…
История становилась всё нелепее.
Любой другой человек уже давно перестал бы слушать. Но Дин… Слушал. Очень внимательно.
Он ловил каждую её эмоцию. Каждую улыбку. Каждую смешную паузу. Сам не замечая, что уже несколько минут смотрит только на неё.
И совершенно забыл про парк. Про пробежку. Про время. Про всё остальное.
Она вдруг остановилась.
— Что?
Дин словно очнулся.
— А?
— Ты так смотришь…
Он быстро отвёл взгляд.
— Извини. Не знаю.
Она лишь тихо улыбнулась.
— Ничего страшного.
В этот момент зазвонил её телефон.
Она взглянула на экран.
— Ой. Сестра.
— Да?
…
— Да знаю я, где нахожусь.
…
— Нет, меня никто не украл.
…
— Да иду уже.
Она рассмеялась. Потом быстро поднялась со скамейки.
— Ладно. Меня дома уже потеряли.
Она сделала пару шагов.
Обернулась.
— Мы же ещё увидимся?
Дин машинально кивнул.
— Наверное.
— Не “наверное”.
Она улыбнулась шире.
— Придёшь же?
Он снова кивнул.
— Приду.
— Ну вот и отлично. До встречи!
Она почти убежала. Даже не дождавшись ответа.
Дин ещё несколько секунд смотрел ей вслед.
Потом медленно поднялся.
Снова побежал.
Но очень быстро понял… Что уже не считает километры. Не следит за дыханием. Не смотрит на дорогу.
В голове снова и снова звучал этот совершенно бессмысленный рассказ про летающих свинок, шоколадный дождь и гигантскую утку.
Он поймал себя на том, что… Улыбается. Совсем чуть-чуть.
— Что за…
Тихо пробормотал он.
— Что со мной происходит?..
Вернувшись в мотель, он почти сразу направился в душ.
Горячая вода стекала по плечам. Он стоял неподвижно, опираясь ладонями о кафель. Перед глазами снова возникала лавочка.
Её смех. Её нелепый сон. То, как она совершенно спокойно пригласила его присесть рядом.
И самое странное… Ему хотелось ещё раз услышать окончание той истории.
— Бред какой-то…
Тихо сказал он сам себе.
Но мысль никуда не исчезала.
Когда он вышел из ванной, вытирая волосы полотенцем, в комнате уже стоял Кастиил. Дин вздрогнул так резко, что полотенце едва не упало на пол. Они оба одновременно замерли. Кастиил смотрел на него так, будто видел впервые.
— Ты…
Он говорил очень тихо.
— Испугался.
Дин медленно опустил полотенце. И только сейчас понял. Он действительно испугался. Впервые за очень долгое время.
— Что происходит, Дин?
Несколько секунд он молчал. Потом устало сел на край кровати.
— Я…
Он покачал головой.
— Не знаю, Кас. Правда не знаю.
Он поднял взгляд на ангела.
— Но сегодня… Мне впервые за долгое время было интересно слушать другого человека. Не потому, что нужно. Не потому, что вежливо. Я… Правда слушал. Кастиил долго молчал. А потом едва заметно улыбнулся.
— Кажется… Она нашла тебя раньше, чем ты смог найти её.
Дин нахмурился.
— О чём ты?
Но Кастиил уже ничего не ответил. И, как всегда, исчез так же тихо, как появился.
МС ( Mystery of Love — Sufjan Stevens)
Слова Кастиила не выходили у него из головы.
“Она нашла тебя раньше, чем ты смог найти её.”
Дин долго сидел на кровати, глядя в одну точку.
Что это вообще должно было значить?
Он пытался найти хоть какой-то смысл, но каждый раз возвращался к одному и тому же вопросу.
Почему именно сейчас? Почему после обычного разговора?
Он поднялся и машинально вышел на кухню. Налил себе кофе. Сел за стол.
Даже не заметил, что дверь соседней комнаты открылась.
— Доброе утро.
Тишина.
— Дин?
Никакой реакции.
Сэм нахмурился.
— Эй.
Он подошёл ближе.
— Дин.
Ноль.
Только когда ладонь несколько раз мелькнула прямо перед глазами, Дин резко моргнул.
— Что?
— Вот это я и хотел спросить.
Сэм уселся напротив.
— Ты уже минут пять сидишь с кружкой в руках и смотришь в стену.
Дин опустил взгляд на остывший кофе.
— Правда?
— Ага.
Несколько секунд оба молчали.
Потом Сэм, будто между прочим, сказал:
— Кстати… Сегодня вечером нас позвали в кафе.
Дин поднял глаза.
— Кто?
— Она.
— Кто “она”?
— Сестра моей девушки. Она сказала, что у их родственницы родился ребёнок. Хочет отметить. Посидим вчетвером.
Сэм усмехнулся.
— Она ещё сказала, что ты сегодня утром обещал прийти.
Дин замер.
“Мы же ещё увидимся? Придёшь?”
Вот что она имела в виду.
Он медленно кивнул.
— Хорошо.
— Правда?
— Да.
Сэм улыбнулся.
— Отлично.
Когда брат ушёл собираться, Дин ещё некоторое время сидел неподвижно.
Потом тоже поднялся. Вернулся в свою комнату. Открыл шкаф. И неожиданно застыл.
В чём идти?
Он смотрел на вещи так, словно видел их впервые.
Рука несколько раз тянулась к привычной футболке. Потом останавливалась.
Нет.
Почему-то… Не хотелось.
Он перебрал почти весь шкаф.
Достал одну рубашку. Вернул обратно. Другую. Пиджак. Снова отказался.
Он тихо усмехнулся самому себе.
— Что со мной происходит?..
Прошло почти двадцать минут.
В конце концов он выбрал тёмную рубашку, которую почти никогда не носил. Она выглядела слишком аккуратной. Слишком официальной. Совсем не в его стиле. Но почему-то именно её он и надел.
Когда Дин вышел в гостиную, Сэм уже ждал у двери. Он поднял голову… И удивлённо присвистнул.
— Ничего себе.
Дин непонимающе посмотрел на него.
— Что?
— Ты…
Сэм невольно улыбнулся.
— Ты выбирал одежду?
Дин замолчал.
Сам вопрос показался странным.
Он ведь действительно выбирал. Хотя раньше никогда этого не делал.
— Наверное.
— Мир точно не перевернулся?
— Пока нет.
На этот раз Сэм засмеялся по-настоящему. И впервые за долгое время услышал, как Дин тихо усмехнулся в ответ.
Кафе оказалось небольшим. Тёплый свет. Негромкая музыка. Запах свежей выпечки.
Они сидели уже почти час.
Разговор шёл легко. Сначала говорил в основном Сэм. Потом девушки. Дин больше слушал. Но неожиданно для самого себя начал отвечать.
Сначала коротко.
Потом всё увереннее.
Он спорил о фильмах. Смеялся над какой-то нелепой историей. Даже рассказал один случай с охоты, осторожно скрыв всё сверхъестественное.
За столом раздался смех. Настоящий.
Он поймал себя на том, что улыбается. Не автоматически. Сам.
Сэм заметил это почти сразу. Он посмотрел на брата. Потом перевёл взгляд на свою девушку. И едва заметно улыбнулся.
Ничего говорить не стал. Пусть так. Пусть медленно. Главное — Дин снова начинал возвращаться.
Когда вечер подошёл к концу, они вышли на улицу. Прохладный ветер тронул волосы. Девушка Сэма первой обняла его.
— Спасибо, что пришёл.
— Спасибо за вечер.
Потом неожиданно шагнула ближе её сестра.
— Пока, Дин.
Она легко обняла его.
Всего на секунду. Но этого оказалось достаточно.
Он осторожно обнял её в ответ. И снова удивился самому себе.
Ещё неделю назад он бы просто кивнул. Теперь… Почему-то не смог.
Дорога до мотеля прошла почти молча. Когда они поднялись на свой этаж, Сэм уже открывал дверь номера, но вдруг остановился.
— Дин.
Тот повернулся.
— Да?
Сэм внимательно посмотрел на него.
— У тебя всё хорошо?
Несколько месяцев подряд ответ был бы одинаковым.
“Нормально.”
“Да.”
“Всё как всегда.”
Но сегодня Дин задумался.
И только потом тихо сказал:
— Знаешь… Кажется… Да. Я думаю, да.
Сэм улыбнулся. Тепло. По-братски.
— Тогда и мне хорошо.
Он похлопал Дина по плечу и ушёл к себе.
Дин остался один.
В комнате было тихо.
Даже Кастиил в этот вечер не появился.
Впервые за долгое время Дину не хотелось думать.
Он просто лёг на кровать. Закрыл глаза. И почти сразу уснул.
Во сне снова появился тот самый свет. Чья-то ладонь тянулась к нему сквозь белую дымку. Раньше между ними всегда оставалось несколько сантиметров. Сегодня… Его пальцы наконец коснулись чужой руки. Совсем легко. Едва ощутимо.
И в ту же секунду сердце впервые за долгое время ударило чуть сильнее. Не от боли. От надежды.
После нескольких встреч. После кафе. После сна, где он наконец касается руки.
Однажды он сидит вечером один в мотеле.
В руках кружка с давно остывшим кофе.
Он замечает одну странную вещь. Он улыбается. Сам.
Не потому что кто-то пошутил. Не потому что нужно.
Он вспоминает, как она рассказывала совершенно нелепый сон.
Про розовое небо. Про шоколадный дождь. Про свинок. И вдруг… улыбается.
И в этот момент улыбка исчезает. Он буквально замирает. Медленно касается губ пальцами. Как будто проверяет…
Она настоящая?
Он начинает прокручивать весь последний месяц. Почему он выбирал одежду. Почему начал бегать. Почему ему захотелось разговаривать. Почему ему интересно слушать. Почему он просыпается раньше. Почему снятся сны. Почему он перестал быть пустым. И только тогда… Он почти шепотом произносит:
— Нет…
В комнате появляется Кастиил.
Он ничего не спрашивает. Он уже понял.
Дин долго молчит.
Потом говорит почти беззвучно:
— Кас… Почему?
— Что именно?
— Почему рядом с ней… мне больше не пусто?
Тишина.
Кастиил смотрит на него очень внимательно.
— Ты сам знаешь ответ.
Дин резко качает головой.
— Нет. Нет. Этого не может быть.
Он начинает ходить по комнате. Впервые за несколько месяцев. Нервно. По-настоящему нервно.
— Я все отдал. Я помню это. Я помню цену. Я помню, что должен был забыть. Так почему… Почему я снова чувствую?
Почему рядом с ней мне хочется жить? Почему мне интересно, как прошел ее день? Почему я помню ее смех лучше, чем собственные сны?
Он резко поворачивается к Кастиилу. И впервые в его голосе появляется страх.
Не боль. Именно страх.
— Это она?
Кастиил молчит.
— Ответь. Это… она?
Кастиил очень долго не говорит ничего. Потом тихо отвечает:
— Я не знаю.
— Не лги! Ты знаешь!
— Я знаю только одно. Душу невозможно уничтожить. Можно изменить мир. Можно изменить память. Можно изменить судьбу. Но… душа всегда узнает душу.
Дин медленно опускается на край кровати.
— Нет… Этого не должно было случиться.
— Почему?
— Потому что… если чувства возвращаются… значит… я могу все вспомнить.
Он закрывает лицо ладонями.
— А если я вспомню… я не разрушу все?
Он поднимает взгляд. В глазах впервые снова появляется жизнь. И одновременно ужас.
— Если она вспомнит… она снова будет страдать? Если я вспомню… я снова захочу все изменить? Если мы снова встретимся… не получится ли так, что я уничтожу то счастье, ради которого все это сделал?
Кастиил подходит ближе.
Очень спокойно.
— Ты все еще думаешь о ее счастье раньше своего.
Дин улыбается. Очень грустно.
— Наверное… это единственное, что во мне не смогло исчезнуть.
Дин долго сидел молча, закрыв лицо ладонями. Он слышал собственное дыхание. Слышал, как за окном проезжают машины. И никак не мог заставить себя посмотреть на Кастиила.
Кастиил не ответил сразу.
Он медленно подошёл ближе и впервые за долгое время сел рядом с Дином. Не как ангел. Как друг.
Некоторое время они просто молчали. Потом Кастиил заговорил спокойно, почти задумчиво:
MC (Caribbean Blue — Enya)
— Знаешь… иногда мне кажется, что мы слишком часто считаем судьбу чем-то неподвижным.
Дин не поднял головы.
— Что ты имеешь в виду?
— Если бы этому миру действительно было предназначено никогда больше не свести вас вместе… этого бы не произошло.
Он посмотрел вперёд.
— Если бы всё было окончательно решено, я никогда не смог бы создать то пространство между мирами. Её душа не смогла бы оказаться в другом теле. Ты не начал бы видеть сны. Вы не встретились бы снова.
Дин медленно убрал ладони от лица.
— Но ведь я сам попросил тебя переписать всё.
— Да.
— Значит, это моя ошибка?
Кастиил покачал головой.
— А ты уверен, что это была только твоя воля?
Дин нахмурился.
— О чём ты?
Ангел долго подбирал слова.
— В прошлой жизни она считала, что её история закончилась. Что смерть — единственный выход. Она сама произнесла это вслух.
Он сделал короткую паузу.
— Но потом появился ты.
Дин слушал, не перебивая.
— Ты заставил её почувствовать то, чего она давно не чувствовала. Что она нужна. Что её любят. Что её ждут. Что её жизнь имеет значение.
Кастиил посмотрел на друга.
— Может быть… именно тогда её душа сделала другой выбор.
— Какой?..
— Не закончить свою историю. Продолжить её.
— Ты думаешь…
— Я не знаю, Дин.
Он честно улыбнулся.
— Но иногда мне кажется, что именно её желание жить позволило тебе однажды попросить меня создать этот мир.
Дин долго молчал.
— Получается… Она тоже выбрала меня?
Кастиил опустил взгляд.
— Возможно. Или… ваши души выбрали друг друга ещё раньше, чем вы сами успели это понять.
Комната снова погрузилась в тишину. Дин смотрел в одну точку. Он впервые за долгое время не боялся своих мыслей.
Кастиил поднялся. Остановился возле двери. Потом вдруг тихо усмехнулся.
— Знаешь…
Дин посмотрел на него.
— Если бы во вселенной было написано, что апельсины должны быть синими…
Он слегка пожал плечами.
— Они были бы синими.
На лице Дина впервые появилась почти незаметная улыбка.
Кастиил ответил такой же.
— А если ваши души снова нашли друг друга… может быть, так и должно было случиться.
Он легко похлопал Дина по плечу.
И исчез.
После разговора с Кастиилом ничего не изменилось. Мир не стал ярче. Память не вернулась. Он не проснулся другим человеком. Но впервые за долгое время Дин перестал убегать от собственных мыслей.
Теперь, когда они приходили, он больше не заставлял себя думать о работе, об охоте или о следующем деле. Он просто позволял им существовать.
Следующая встреча произошла через несколько дней.
Они договорились встретиться в небольшом кафе недалеко от парка.
Сэм и его девушка уже сидели за столиком, когда Дин подошёл.
— А вот и он, — улыбнулся Сэм.
— Опять опоздал, — рассмеялась его девушка.
— На целых две минуты.
— Для тебя это рекорд.
Дин усмехнулся.
— Приму за комплимент.
Он сел рядом.
Через несколько минут появилась её сестра.
— Простите! — запыхавшись, сказала она. — Автобус решил, что сегодня без меня будет веселее.
— Значит, опять бежала? — улыбнулась сестра.
— Конечно.
Она села рядом с Дином и начала что-то быстро рассказывать про водителя, про старушку, которая всю дорогу спорила с навигатором, потом неожиданно перескочила на историю о том, как утром голубь украл у ребёнка кусок булочки.
История была настолько нелепой, что Сэм засмеялся первым.
Следом рассмеялась её сестра.
Через секунду…
Дин тоже.
Не потому, что так было нужно. Не автоматически. Он действительно рассмеялся.
Негромко. Искренне.
Она сразу посмотрела на него.
— Что?
Он удивлённо поднял голову.
— Что?
— Ты смеёшься.
Дин непонимающе нахмурился.
— Разве?
— Да.
Она улыбнулась ещё шире.
— Тебе идёт.
Он вдруг растерялся.
Не знал, что ответить.
Поэтому просто опустил взгляд в кружку с кофе.
Они гуляли до самого вечера. Сэм с девушкой шли немного впереди. Дин и её сестра — следом.
Некоторое время они молчали. И это молчание не казалось неловким. Наоборот. Будто каждому было спокойно просто идти рядом.
Она первой нарушила тишину.
— Знаешь…
Он посмотрел на неё.
— Мне нравится, что с тобой можно молчать.
Дин слегка нахмурился.
— В каком смысле?
— Многие люди начинают нервничать, если разговор заканчивается.
Она пожала плечами.
— А рядом с тобой не хочется срочно что-нибудь говорить.
Он долго молчал.
Потом тихо ответил:
— Никогда об этом не думал.
Она улыбнулась.
— А зря.
Она слегка толкнула его плечом.
— Это редкость.
Дин поймал себя на мысли, что снова смотрит на неё слишком долго. На этот раз он не отвёл взгляд сразу.
Позже, уже на охоте, телефон неожиданно завибрировал.
Сообщение.
“Вы там живы вообще? 😐”
Он несколько секунд просто смотрел на экран.
Сэм заметил.
— Ответь.
— Не знаю что.
— Напиши “жив”.
— Как-то…странно.
— Дин.
— Что?
— Это обычное сообщение.
Дин всё-таки напечатал:
“Жив.”
Ответ пришёл почти сразу.
“Отлично. А то я уже придумала, что вас съел оборотень.”
Он едва заметно улыбнулся.
— Что там? — спросил Сэм.
Дин убрал телефон в карман.
— Ничего.
Но впервые за долгое время это “ничего” прозвучало совсем иначе.
MC (Doubt - twenty one pilots)
Таких дней становилось всё больше. Иногда они случайно встречались в магазине. Иногда гуляли вчетвером. Иногда просто переписывались несколькими сообщениями.
Дин всё реже ловил себя на мысли, что специально наблюдает за ней. Теперь он просто слушал. Слушал её нелепые истории. Её смех. Её рассуждения. То, как она могла пять минут спорить о том, почему мороженое вкуснее зимой. И каждый раз уходил домой с ощущением, которого не понимал.
Но стоило наступить ночи… Всё менялось.
Он закрывал дверь комнаты. Снимал куртку. Гасил свет. Ложился на кровать. И начинал думать.
Почему рядом с ней становится спокойно?
Почему я слушаю каждое её слово?
Почему мне интересно, что она расскажет дальше?
Он перевернулся на бок.
Если Кас был прав…
Если чувства действительно возвращаются…
Он закрыл глаза.
Что тогда будет?
Если однажды я всё вспомню…
Не разрушу ли я тот мир, который сам же создал?
Не сделаю ли Сэма снова несчастным?
Тишина комнаты давила сильнее любой охоты.
Он провёл ладонью по лицу.
— Чёрт…
Из тёмного угла комнаты послышался знакомый голос.
— Ты снова думаешь.
Дин даже не вздрогнул.
Он уже привык.
— Да.
Кастиил медленно вышел из тени и остановился рядом.
Несколько секунд молчал.
Потом сел возле стены, совсем рядом с кроватью. Не как ангел. Как друг.
— Боишься?
Дин долго смотрел в потолок.
— Очень.
— Чего именно?
Ответ пришёл не сразу.
— Что снова полюблю.
В комнате повисла тишина.
Настолько долгая, что было слышно, как за окном шумит ветер.
Потом Дин заговорил снова. Тише прежнего.
— И что снова потеряю.
Кастиил опустил взгляд.
— Это разные вещи.
Дин грустно усмехнулся.
— Для меня — нет.
Он повернул голову к другу.
— В прошлый раз любовь стоила целой вселенной.
Он сделал глубокий вдох.
— Не хочется проверять… сколько она будет стоить теперь.
Кастиил долго молчал. Потом спокойно сказал:
— Ты всё ещё думаешь, что любовь требует платы.
Дин усмехнулся.
— Разве нет?
— Нет.
Кастиил посмотрел на него так, как смотрят только старые друзья.
— В тот раз цену заплатил ты не потому, что любил. А потому что боялся потерять. Любовь никогда не была тем, что разрушило твой мир, Дин.
Он поднял глаза.
— Его разрушил страх потерять её.
Дин ничего не ответил.
Он снова отвернулся к потолку. Мысли не исчезли. Но впервые за долгое время они перестали казаться врагом. И где-то глубоко внутри, совсем тихо, появилась надежда. Такая слабая, что он ещё не решался назвать её по имени.
MC (Maula Mere Maula — Roop Kumar Rathod)
Сон в ту ночь так и не пришёл.
Дин несколько раз перевернулся с боку на бок, закрыл глаза, снова открыл. Обычно стоило ему коснуться головой подушки, как сознание сразу отключалось. Сегодня же мысли не отпускали.
Перед глазами снова возникал парк. Её смех. Её голос.
Фраза Кастиила.
“Она нашла тебя раньше, чем ты смог найти её.”
Он устало провёл ладонью по лицу и посмотрел на часы.
02:17.
В этот момент на тумбочке коротко завибрировал телефон. Он нахмурился. Так поздно ему почти никто не писал. На экране светилось её имя.
«Не спишь?»
Дин несколько секунд просто смотрел на сообщение.
Потом медленно напечатал:
«Нет.»
Ответ пришёл почти сразу.
«Я тоже.»
Ещё одна пауза.
«Можно попросить тебя кое о чём?»
Он выдохнул.
«О чём?»
Телефон снова завибрировал.
«Приезжай в парк.»
Он перечитал сообщение дважды.
Почему-то даже не задумался, стоит ли ехать. Только уже надевая куртку, остановился посреди комнаты.
— Подожди…
Он тихо усмехнулся самому себе.
— Я ведь даже не собирался отказаться.
Эта мысль показалась странной. Но времени разбираться с ней не было.
Парк почти опустел.
Ночные фонари мягко освещали пустые дорожки. Где-то неподалёку шумел небольшой фонтан. Она сидела на качелях, медленно покачиваясь и держа в руках бумажный стаканчик с давно остывшим кофе. Увидев его, она сразу улыбнулась.
— Я уже начала думать, что ты не придёшь.
Дин подошёл ближе.
— Я тоже.
Она удивлённо посмотрела на него.
— Что тоже?
— Думал, что не приду.
Она тихо рассмеялась.
— Но пришёл.
— Получается…
При этих словах он сам едва заметно улыбнулся.
Она похлопала ладонью по соседним качелям.
— Сядешь?
Дин кивнул и сел рядом.
Несколько минут они просто молчали. Качели тихо поскрипывали. Город вокруг будто давно уснул.
— Спасибо, что приехал, — сказала она наконец.
— Не за что.
Она покрутила стаканчик в руках.
— На самом деле… я даже не знала, зачем тебя позвала.
Он спокойно посмотрел на неё.
— Тогда зачем?
Она пожала плечами.
— Потому что почему-то подумала, что ты приедешь.
Дин снова ничего не ответил.
Она вздохнула.
— Знаешь… Год назад я рассталась с парнем.
Он слегка повернул голову.
— Недавно случайно встретила его.
Она говорила спокойно. Без злости. Без желания пожаловаться. Будто просто рассказывала историю.
— Он был с другой девушкой. Я сначала хотела пройти мимо. Но увидела…
Она ненадолго замолчала.
— Он разговаривал с ней совсем иначе.
Дин внимательно слушал.
— Он слушал её. Не перебивал. Улыбался так спокойно…
Она грустно усмехнулась.
— За всё время наших отношений я ни разу не видела его таким.
Дин опустил взгляд.
Она продолжила уже совсем тихо.
— И знаешь… Я всю дорогу домой думала… Может… Я просто недостаточно любила. Или недостаточно старалась. Может, если бы я была лучше… Он бы тоже стал лучше рядом со мной.
Дин поднял голову.
Что-то внутри дрогнуло. Совсем слабо. Настолько слабо, что он сначала даже не понял, что произошло.
Она смотрела куда-то перед собой.
Не на него.
— Иногда мне кажется… люди становятся теми, кем должны были быть… только рядом с кем-то другим.
Время будто остановилось.
Он уже слышал эти слова. Нет. Не эти. Похожие. Очень похожие. Будто их когда-то произносил…
Он.
Дин долго молчал.
Она уже собиралась перевести разговор на другую тему, когда услышала его голос.
— Нет.
Она посмотрела на него.
— Нет?
Он медленно покачал головой.
— Если человек смог измениться… значит… он всегда мог стать таким. Он просто… не успел вырасти до этой любви.
Она замерла.
Он продолжил уже тише.
— Это не говорит о том, что ты была недостаточной. Это говорит только о том… что рядом с тобой он ещё не понимал, кем может быть.
Она долго смотрела на него.
Потом неожиданно улыбнулась. Очень тепло.
— Красиво сказал.
Дин отвёл взгляд.
— Наверное.
— Это твои слова?
Он хотел ответить сразу. Но не смог. Потому что вдруг понял…
Не знает.
Они сами сорвались с языка.
Будто всё это он уже однажды говорил. Кому-то. Очень давно.
— Не знаю…
— честно ответил он.
— Мне кажется… я сказал это впервые.
Она тихо кивнула.
— Тогда спасибо. Мне почему-то стало легче.
Они ещё немного посидели молча. Без неловкости. Без необходимости искать новые темы.
Потом она посмотрела на часы и вскочила.
— Всё. Мне правда пора. Если сестра узнает, что я ночью снова убежала в парк, она меня прибьёт.
Дин невольно улыбнулся.
— Тогда беги.
Она уже сделала несколько шагов, потом вдруг обернулась.
— Дин.
— Да?
— Спасибо, что приехал.
И, не дожидаясь ответа, убежала по дорожке, быстро растворившись между деревьями.
Она скрылась за поворотом дорожки так же легко, как появилась. Дин ещё несколько секунд смотрел туда, где её уже не было. Потом медленно выдохнул и пошёл к Импале.
Ночь была почти беззвучной.
Он сел за руль, положил руки на руль, но не повернул ключ. В машине пахло кожей, бензином и чем-то очень знакомым. Он закрыл глаза. Перед глазами снова всплыла её улыбка. То, как она внимательно слушала. То, как засмеялась после его слов. То, как сказала:
— Спасибо, что приехал.
И вдруг он поймал себя на странной мысли.
Ему хотелось снова её увидеть. Не потому что нужно. Не потому что она могла что-то объяснить. Просто… хотелось.
Он медленно открыл глаза.
— Чёрт…
Тихий голос прозвучал совсем рядом.
— И фразы уже вспоминаешь.
Дин даже не вздрогнул.
Он только устало улыбнулся. Кастиил стоял возле пассажирской двери, прислонившись плечом к стеклу. Совсем как человек.
— Это были мои слова… да?
Кастиил посмотрел на него долго. Потом едва заметно кивнул.
— Ты говорил их однажды. Очень давно.
Дин опустил взгляд на собственные руки.
— Я ведь даже не пытался вспомнить.
— Нет.
— Они сами пришли.
— Да.
Снова повисла тишина.
Она уже не казалась тяжёлой. Скорее… живой.
Дин тихо усмехнулся.
— Кажется… со мной действительно что-то происходит.
Кастиил улыбнулся уголками губ.
— Кажется… ты наконец перестал сопротивляться самому себе.
Он сделал шаг назад. Свет фонаря на мгновение прошёл сквозь его силуэт.
— Спокойной ночи, Дин.
— Спокойной…
Когда Дин поднял голову, Кастиила уже не было.
Он вернулся в мотель почти под утро. Не включая свет, снял куртку и устало опустился на кровать. Впервые за много месяцев ему не хотелось бороться со своими мыслями. Он позволил им быть.
Закрыл глаза. И почти сразу уснул.
Во сне не было слов. Не было лиц. Только бескрайняя темнота, наполненная звёздами. Он стоял посреди этого бесконечного космоса, не понимая, где заканчивается небо и начинается земля. Вдалеке появился свет. Маленький. Тёплый. Он медленно приближался.
Вместе с ним становилось слышно биение сердца. Не одного. Двух. Навстречу ему шла девушка.
Лица он снова не видел.
Только силуэт.
Она остановилась совсем рядом. Медленно подняла руку. На этот раз он смог коснуться её пальцев. И в ту же секунду всё вокруг вспыхнуло мягким золотым светом. Будто две части чего-то, когда-то разделённого, наконец нашли друг друга.
Не было боли. Не было страха.
Только ощущение абсолютного покоя.
Она улыбнулась. Он этого не видел. Но почему-то точно знал.
А потом между ними почти не осталось расстояния.
Лоб коснулся лба. Дыхание смешалось.
И прежде чем сон растворился в утреннем свете, он почувствовал лёгкое прикосновение её губ. Не как поцелуй. Как обещание. Что дорога, начавшаяся когда-то очень давно… ещё не закончилась.
MC (Love Song — Adele (instrumental))
Когда она тихо открыла дверь, в прихожей уже горел приглушённый свет.
Она осторожно сняла кроссовки, стараясь не шуметь.
— И где ты была?
Она вздрогнула.
На диване, укрывшись пледом почти до подбородка, сидела сестра.
— Господи… — она тихо рассмеялась. — Напугала.
— Не уходи от ответа.
Она виновато улыбнулась.
— Гуляла.
— В три часа ночи?
— Не заметила время.
Сестра прищурилась.
— Одна?
Она опустила взгляд.
— Не совсем.
Несколько секунд в комнате было тихо. Потом сестра вдруг улыбнулась.
— Так я и знала.
Она вопросительно подняла глаза.
— Это с ним?
Ответ появился не сразу.
— Да…
— С Дином?
Она медленно кивнула.
Сестра отложила телефон.
— И?
Она растерянно пожала плечами.
— Не знаю.
— В смысле не знаешь?
Она подошла ближе, села рядом на диван и некоторое время молчала, словно пыталась сама подобрать правильные слова.
— Я сама ему написала…
Сестра удивлённо подняла брови.
— Правда?
— Угу.
— И он пришёл?
Она снова кивнула.
— Сразу.
Почему-то именно это заставило её улыбнуться. Совсем немного.
— Мы просто сидели.
— Просто?
— Просто разговаривали.
Она тихо усмехнулась.
— Хотя… наверное, больше молчали.
Сестра внимательно смотрела на неё.
— Он тебе нравится?
Она открыла рот… И неожиданно поняла, что не знает ответа.
— Я…Она покачала головой.
— Честно?
— Конечно.
— Я не знаю.
Она подняла взгляд.
— Мы почти не знакомы.
— Тогда почему ты сейчас улыбаешься?
Она замерла.
Только теперь заметила, что действительно улыбается. Совсем чуть-чуть.
— Не знаю…
Она отвела взгляд к окну.
За стеклом медленно качались деревья.
— Просто…
Она долго искала нужные слова.
— Такое чувство…
Она тихо рассмеялась самой себе.
— Сейчас прозвучит очень странно.
— Попробуй.
Она медленно вдохнула.
— Будто я знаю его уже очень давно.
Сестра ничего не сказала. Она только продолжала слушать.
— Хотя это невозможно.
Она пожала плечами.
— Мы ведь познакомились совсем недавно.
Она снова улыбнулась. Очень спокойно.
— Но рядом с ним…
Она задумалась.
— Не приходится притворяться.
Сестра молчала ещё несколько секунд. Потом тихо спросила:
— Думаешь, между вами может что-то получиться?
Она опустила взгляд на свои ладони.
— Не знаю.
Пауза.
— И, если честно…
Она улыбнулась ещё мягче.
— Мне почему-то совсем не страшно этого не знать.
Сестра тоже улыбнулась.
— Тогда…
Она осторожно коснулась её плеча.
— Я надеюсь, что ты будешь счастлива.
Она посмотрела на неё. Очень долго. Потом неожиданно покачала головой.
— Нет…
Сестра удивилась.
— Что?
Она тихо выдохнула.
— Я не надеюсь.
Она сама не понимала, почему произносит эти слова. Но они звучали настолько правильно, что изменить их уже было невозможно.
— Мне почему-то кажется…
Она улыбнулась. Совсем по-детски.
— Будто я это уже знаю.
Сестра смотрела на неё несколько секунд. Потом улыбнулась так тепло, будто в этот момент приняла всё без единого вопроса.
— Хорошо…
Она поднялась с дивана.
— Тогда спокойной ночи…
На мгновение запнулась. И впервые за весь рассказ произнесла имя, которое читатель ждал так долго.
— Спокойной ночи, Дороти.
Она подняла голову.
— Спокойной ночи.
Она ушла в свою комнату, тихо закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Почему-то сердце билось быстрее обычного. Она коснулась кончиками пальцев своих губ, словно пыталась вспомнить что-то очень далёкое. Перед глазами вдруг мелькнуло незнакомое звёздное небо. Чья-то тёплая ладонь. Чей-то смех. И ощущение дома… Настолько сильное, что на секунду захотелось заплакать.
Но через мгновение всё исчезло.
Она только тихо улыбнулась самой себе.
— Странный ты человек, Дин Винчестер…
Прошептала это почти неслышно.
Погасила свет.
И уснула.
MC (Nervous — The Neighbourhood)
Утро началось одинаково для них обоих.
Дин проснулся ещё до рассвета. Несколько секунд просто лежал, глядя в потолок. Потом вдруг потянулся к телефону. Сам не понимая зачем.
В это же самое мгновение, в другом конце города, девушка сидела на кровати, закутавшись в плед, и тоже смотрела на экран. Палец замер над его именем.
— Ну… — тихо сказала она самой себе. — Ладно.
Они нажали кнопку вызова одновременно.
“Абонент занят.”
Дин нахмурился.
Сбросил.
Снова нажал.
Опять занято.
Он усмехнулся.
— Серьёзно?
В третий раз.
Снова.
В четвёртый девушка тихо засмеялась.
— Ну ладно… Вселенная сегодня против.
Она положила телефон рядом.
Дин ещё несколько секунд смотрел на экран. Потом подумал.
“Может… ещё раз?”
Набрал.
На этот раз раздался длинный гудок.
Она взяла почти сразу.
— Ой…
Она даже немного растерялась.
— Привет…
— Привет.
Неловкая пауза.
— Не разбудил?
Она тихо рассмеялась.
— Вообще-то… нет. Уже нет.
Дин тоже улыбнулся.
— Не хочешь на пробежку?
Она даже не думала.
— Хочу.
— Тогда…
Он задумался.
— В том парке.
— Хорошо.
— Буду ждать.
— Уже бегу.
Через десять минут Дин действительно был там.
Потом прошло пятнадцать. Двадцать. Тридцать.
Он посмотрел на часы.
— Вот ведь…
Покачал головой.
— Передумала…
Он уже развернулся, собираясь уходить.
— Дииин!
Он обернулся.
Она бежала через весь парк.
В огромной толстовке. С растрёпанными волосами. Один шнурок развязался. Куртка была застёгнута только наполовину. Она остановилась перед ним, пытаясь отдышаться.
— Прости…
Глубокий вдох.
— После звонка…
ещё вдох.
— Закрыла глаза… И… Проснулась. Посмотрела на часы… И поняла, что опаздываю. Я даже не переоделась нормально…
Дин смотрел на неё.
И впервые за долгое время внутри стало… тепло. Совсем немного. Но по-настоящему. Он сам удивился этому ощущению.
Она заметила его взгляд.
Посмотрела на себя.
— Что?
Он качнул головой.
— Ничего.
Уголки губ сами поднялись.
— Просто… Ты смешная.
Она фыркнула.
— Спасибо большое. Лучший комплимент в моей жизни.
Они одновременно рассмеялись. И побежали.
Разговор сначала не складывался. Несколько фраз. Потом ещё. Потом оказалось, что молчать рядом друг с другом тоже легко. Она рассказывала про работу. Про сестру. Про то, как однажды пыталась приготовить пасту и каким-то образом умудрилась сжечь даже воду.
Дин смеялся.
Она рассказывала дальше.
Он всё чаще ловил себя на мысли, что уже не слушает слова. Он слушает её голос.
После пробежки они остановились возле маленькой кофейни.
Дин вдруг сказал:
— Кофе?
Она посмотрела на него.
— Конечно.
Они зашли внутрь.
Девушка за стойкой спросила:
— Что будете?
Дин даже не задумался.
— Большой латте с карамелью…
Он вдруг замолчал. Посмотрел на неё.
Она удивлённо моргнула.
— Откуда ты знаешь?
Он растерялся.
— Что?
— Это мой любимый.
Дин нахмурился.
— Я…
Он действительно не понимал. Почему сказал именно это. Будто ответ появился раньше вопроса.
Он тихо усмехнулся.
— Видимо… Угадал.
Она ещё несколько секунд смотрела на него. Потом улыбнулась.
— Тогда тебе очень повезло.
Они сидели у окна. Пили кофе. Разговаривали уже обо всём подряд. И вдруг она рассмеялась.
— Подожди…
Он поднял голову.
— Мы столько времени общаемся… А ведь ты ни разу не называл меня по имени.
Дин замер. И правда. Он никогда не произносил его.
Она улыбнулась ещё шире.
— Знаешь что? Давай сделаем вид, что знакомимся заново.
Она протянула ему ладонь.
— Привет. Меня зовут… Дороти.
Мир остановился.
Он смотрел только на её руку. Потом поднял взгляд. На неё.
Словно что-то внутри пыталось вырваться наружу.
Не воспоминание. Не образ. Что-то глубже.
Будто сама душа узнала это имя раньше разума.
По позвоночнику прошла дрожь. Пальцы слегка онемели. Он очень медленно протянул руку. И коснулся её ладони.
В тот же миг по всему телу словно прошёл электрический разряд. Совсем короткий. Но настоящий.
Она удивлённо улыбнулась.
— Эй… Не хочешь со мной познакомиться?
Он только сейчас понял, что всё ещё держит её руку. Очень осторожно отпустил. И впервые за долгое время произнёс своё имя так, будто представлялся не ей. А самому себе.
— Очень приятно… Дин. Дин Винчестер.
Она улыбнулась.
— Вот теперь правильно.
И снова пожала его руку.
А Дин уже почти не слышал её голос. Потому что где-то очень глубоко, там, где ещё недавно была только пустота, впервые прозвучало одно-единственное слово.
«Дороти.»
MC (Summertime Sadness - Lana Del Rey)
После этого разговора дни перестали казаться одинаковыми.
Не произошло ничего громкого. Мир не изменился за одну ночь. Просто однажды Дин поймал себя на мысли, что ему больше не хочется торопить вечер.
Они начали видеться почти каждый день.
Иногда встречались утром в парке и молча бежали по привычному маршруту. Иногда после пробежки покупали кофе и долго сидели на лавке, наблюдая, как просыпается город. Иногда катались на велосипедах до самого заката, споря, кто первым доедет до старого моста, хотя оба прекрасно знали, что победитель давно уже никого не интересует.
По вечерам они часто встречались вчетвером.
Сэм неизменно приходил с улыбкой. Его девушка всё чаще держала его за руку, даже не замечая этого. Дороти спорила с сестрой о каких-то пустяках, смеялась над своими же историями, а Дин всё чаще ловил себя на том, что слушает не смысл, а её голос.
Это стало привычкой. Странной. Очень хорошей привычкой.
Ночью начали возвращаться сны.
Сначала — совсем короткие.
Дин видел чью-то ладонь, протянутую сквозь белый свет. Почти касался её и просыпался раньше, чем успевал сделать последний шаг.
Дороти просыпалась среди ночи с одним и тем же ощущением.
Будто только что кто-то очень важный ушёл.
Иногда ей казалось, что она слышит совсем тихое:
— Я рядом.
Она резко открывала глаза.
Комната была пустой.
Однажды утром она написала ему:
— Мне опять приснился странный сон.
Дин долго смотрел на сообщение.
Потом ответил:
— Мне тоже.
И больше они об этом не говорили.
Через несколько дней после пробежки Дороти вдруг остановилась возле знакомой вывески.
— Слушай… — она повернулась к нему. — А давай сегодня без кофе. Хочу чего-нибудь вредного. Пойдём в бар?
Дин поднял голову. И сердце неприятно сжалось. Тот самый бар.
На секунду ему показалось, что воздух стал тяжелее. «Только не этот…» Он молча посмотрел на Дороти.
Она уже улыбалась, совершенно не подозревая, почему он вдруг остановился. Ей здесь почему-то хотелось побыть.
Он медленно кивнул.
— Хорошо. Если ей здесь спокойно… Значит, этого достаточно.
Они вошли внутрь.
Дороти огляделась по сторонам и неожиданно нахмурилась.
— Странно…
— Что?
— Не знаю…
Она медленно провела взглядом по залу.
— Такое чувство, будто я уже была здесь.
Дин замер всего на мгновение. Потом спокойно ответил:
— Может быть.
Она пожала плечами и уже через секунду снова улыбалась официанту, выбирая что-нибудь сладкое. А Дин ещё долго смотрел на пустой столик у окна. Туда, где когда-то закончилась одна жизнь. И началась другая.
В тот же вечер, уже перед сном, телефон коротко завибрировал.
— Завтра после пробежки пойдём в кафе?
Он улыбнулся прежде, чем успел это заметить.
— Давай.
На следующий день она положила телефон на стол и неожиданно сказала:
— Давай сыграем?
— Во что?
— Есть игра. Говорят, после этих вопросов люди влюбляются.
Она сама тихо рассмеялась.
— Звучит очень глупо.
— Очень.
— Тогда играем?
— Играем.
Первые вопросы были смешными.
Любимый запах.
Любимое время года.
Последний фильм.
Они перебивали друг друга, спорили, смеялись над нелепыми ответами.
Но чем дальше, тем тише становился разговор.
— Чего ты боишься больше всего?
Дин долго молчал.
— Потерять человека.
Он ответил раньше, чем успел подумать. Дороти опустила взгляд. Почему-то именно этот ответ заставил её сердце пропустить удар.
Следующий вопрос.
— Какое твоё самое счастливое воспоминание?
Он улыбнулся очень грустно.
— Не знаю.
И впервые это было правдой.
Сны становились всё ярче.
Иногда Дин просыпался с ощущением, будто чувствовал запах её волос. Иногда слышал смех, который ещё секунду назад был совершенно настоящим. Иногда ему казалось, что кто-то касается его ладони.
Дороти всё чаще видела звёздное небо.
Космос. Чей-то силуэт рядом. И ощущение абсолютного дома.
Она не понимала, почему просыпается со слезами на глазах.
Однажды вечером они сидели на берегу моря.
Сэм и его девушка ушли чуть дальше вдоль воды. Их смех иногда доносился вместе с ветром. Дороти смотрела вслед сестре и тихо улыбнулась.
— Они счастливые.
Дин тоже перевёл взгляд. Сэм смеялся так свободно, как смеются только люди, которые наконец нашли своё место.
— Да, — тихо ответил он.
— Очень.
Некоторое время они молчали. Слушали волны. Крики чаек. Шум вечернего ветра. Потом Дороти устало выдохнула и, совершенно естественно, положила голову ему на плечо. Будто так и должно было быть.
Дин замер.
Не от неожиданности. От ощущения. Такого знакомого, что внутри что-то болезненно дрогнуло. Он не вспомнил. Не понял. Не нашёл ответа. Но впервые за долгое время ему не хотелось, чтобы этот вечер заканчивался.
Они так и сидели молча.
Закат медленно растворялся в море. А ветер, казалось, знал о них гораздо больше, чем они сами.
MC (Say Yes To Heaven — Lana Del Rey)
Прошло несколько дней.
Вечер почти ничем не отличался от десятков предыдущих.
То же небольшое кафе. Тот же столик у окна.Сэм, как всегда, рассказывал какую-то историю, больше жестикулируя, чем объясняя.
Девушки смеялись над ним, перебивая друг друга. Дин сидел рядом, молча слушая, иногда вставляя короткие замечания, и впервые за долгое время ему было спокойно просто находиться среди них.
Не нужно было изображать интерес. Не нужно было притворяться. Ему действительно нравилось быть здесь. Официант только успел поставить на стол очередную кружку кофе, когда девушка Сэма вдруг подняла левую руку.
На безымянном пальце блеснуло тонкое кольцо.
На секунду за столом повисла тишина.
— Ну?.. — не выдержала она, едва сдерживая улыбку.
Дороти посмотрела на её руку.
Замерла.
А потом резко вскочила с места.
— Нет!
Она схватила сестру за обе руки.
— Нет… Подожди… Это правда?!
Девушка Сэма только засмеялась.
— Правда.
Дороти вскрикнула так громко, что несколько человек в кафе одновременно повернули головы. Ей было всё равно. Она крепко обняла сестру, потом снова отстранилась, снова посмотрела на кольцо, словно боялась, что оно исчезнет.
— Ты серьёзно?!
— Сэм сделал предложение вчера вечером.
— Господи…
Она опять рассмеялась и снова обняла её.
Сэм наблюдал за ними, не скрывая улыбки. Дин тоже смотрел. Очень внимательно. И вдруг поймал себя на том, что улыбается. Не потому, что так правильно. Не потому, что этого ждали. А потому что чужое счастье неожиданно стало приносить радость. Он никогда раньше не замечал, как красиво выглядит человек, который искренне счастлив за другого.
Дороти сияла.
Будто это предложение сделали ей самой.
Когда эмоции немного улеглись, Сэм поднялся.
— Дин.
Тот поднял голову.
— Пойдём на минуту.
Они вышли на улицу. Вечер уже медленно остывал. За стеклом кафе всё ещё было видно, как девушки что-то оживлённо обсуждают, снова рассматривая кольцо.
Несколько секунд они молчали.
Потом Сэм посмотрел на брата. Долго. Слишком долго.
— Ты изменился.
Дин усмехнулся.
— Это комплимент?
— Нет.
Сэм покачал головой.
— Это факт.
Он сделал небольшую паузу.
— Ты стал… ярче.
Дин нахмурился.
— Ярче?
— Да.
Сэм улыбнулся.
— Раньше ты будто всё время куда-то смотрел мимо людей. А сейчас…
Он кивнул в сторону окна.
— Сейчас ты смотришь прямо.
Дин молчал. Он не сразу понял, что ответить. Потом всё-таки тихо сказал:
— Не думаю, что она меня изменила.
Сэм вопросительно посмотрел на него.
Дин перевёл взгляд на стекло кафе. На Дороти, которая снова смеялась над чем-то совершенно нелепым. И неожиданно для самого себя улыбнулся ещё раз. Совсем легко.
— Мне кажется…
Он сделал короткую паузу.
— Она просто открыла мне глаза.
Сэм проследил за его взглядом. Потом тихо выдохнул.
— Тогда…
Он положил руку брату на плечо.
— Надеюсь, так будет всегда.
Дин не ответил сразу. Он смотрел в окно. На девушку, которая сейчас даже не замечала его взгляда. На человека, рядом с которым мир становился немного тише. Немного теплее. И впервые ответ прозвучал без малейших сомнений.
— Не надеюсь.
Сэм повернулся к нему.
— Я почему-то…
Дин едва заметно улыбнулся.
— …будто знаю.
Сэм тихо усмехнулся.
— Тогда и я знаю.
И впервые за очень долгое время братья вернулись в кафе не как охотники, не как люди, пережившие конец света. А просто как два человека, которым наконец позволили жить.
MC (Ala Gözlüm — Layla)
Когда они вышли из кафе, город уже почти уснул.
Воздух стал прохладнее. Машин становилось всё меньше. Где-то далеко ещё горели вывески круглосуточных магазинов, слышался редкий смех прохожих, но улицы постепенно пустели.
Сэм обнял невесту за плечи.
— Мы поедем.
Она кивнула. Потом посмотрела на сестру.
— Дойдёшь?
— Конечно.
— Дин?
Он поднял взгляд.
— Провожу.
Сэм едва заметно улыбнулся.
— Спасибо.
Они ушли вперёд, держась за руки. Через несколько секунд их силуэты растворились за поворотом. И они остались вдвоём.
Некоторое время шли молча. Не потому, что не знали, о чём говорить. Просто тишина рядом друг с другом перестала казаться пустой. Она первой нарушила её.
— Можно вопрос?
— Конечно.
Она посмотрела вперёд.
— Ты ведь любил когда-нибудь?
Дин улыбнулся почти незаметно.
— Любил.
Она опустила взгляд.
— Расскажешь?
Он молчал несколько секунд. Потом спокойно заговорил.
— Она была…
Он усмехнулся.
— Очень странной.
Дороти тихо рассмеялась.
— Это уже интересно.
— Она могла пять минут рассказывать какую-нибудь полную ерунду. Совершенно бессмысленную. А я всё равно слушал. Потому что важны были не слова. Она.
Дороти улыбнулась.
— Повезло ей.
— Нет.
Он покачал головой.
— Повезло мне.
Она удивлённо посмотрела на него. А он продолжил, словно разговаривал не с ней. С самим собой.
— У неё были глаза…
Он замолчал. Подбирая слова.
— Знаешь… Я никогда не мог объяснить, какого они были цвета. Потому что дело было не в цвете. А в том…
Он тихо усмехнулся.
— Что, когда она смотрела на меня, казалось, будто я наконец дома.
Дороти перестала улыбаться. Что-то внутри неё дрогнуло. Совсем немного.
— Ты очень сильно её любил.
Он посмотрел на ночное небо.
— Больше, чем умел.
Они дошли до небольшого сквера. Пустая лавочка стояла прямо под фонарём.
— Посидим?
Он кивнул.
Они сели рядом.
Несколько минут никто ничего не говорил. Только листья тихо шелестели над головой.
Дороти неожиданно заговорила снова.
— Знаешь…
Она улыбнулась самой себе.
— Иногда мне кажется, что я тоже кого-то потеряла.
Дин медленно повернул голову.
— Правда?
Она пожала плечами.
— Глупо звучит. Но иногда появляется чувство… Будто кого-то очень важного рядом нет. Хотя я даже не знаю, кто это.
Дин опустил глаза. Он уже не удивлялся. Только сердце стало тяжелее.
— Может…
Она тихо рассмеялась.
— Это просто богатая фантазия.
Он покачал головой.
— Нет.
Она вопросительно посмотрела на него.
— Думаю…
Он говорил очень осторожно.
— Такие чувства просто так не появляются.
Дороти долго молчала. Потом вдруг осторожно коснулась его руки. Совсем легко. Будто спрашивая разрешения.
Он даже не вздрогнул. Она просто переплела свои пальцы с его.
— Мне жаль…
тихо сказала она.
— Что тебе пришлось потерять человека, которого ты так любил.
Дин посмотрел на их руки. И впервые за долгое время не захотел их убрать. Внутри было удивительно спокойно.
“Я знаю…”
Подумал он.
“Я знаю, что ты меня понимаешь.”
“Ты всегда понимала.”
Он только сильнее сжал её ладонь. Совсем немного. Она ответила тем же. И больше ничего не сказала.
Когда они дошли до её дома, уже перевалило за полночь. Она остановилась у парадной. Посмотрела на него. Улыбнулась.
— Спасибо.
— За что?
— Просто… За сегодняшний вечер.
Он кивнул.
— Спокойной ночи, Дороти.
Она улыбнулась ещё теплее.
— Спокойной ночи, Дин.
Она скрылась за дверью.
Он ещё несколько секунд смотрел ей вслед. Потом медленно развернулся и пошёл обратно. Ночной город был почти пуст. Шаги гулко отдавались по тротуару.
— Не боишься?
Голос прозвучал неожиданно спокойно.
Дин даже не обернулся. Он уже знал, кто рядом.
— Нет.
Кастиил поравнялся с ним.
— Совсем?
Дин долго молчал. Потом едва заметно улыбнулся. Так, как улыбаются люди, которые наконец приняли собственное сердце.
— Больше нет смысла.
Кастиил внимательно посмотрел на него.
— Единственное, чего я когда-либо боялся…
Дин поднял взгляд на ночное небо.
— Это потерять её.
Он вспомнил тепло её ладони. Её смех. Её взгляд. И то, как спокойно стало рядом с ней.
Он тихо выдохнул.
— А теперь… Если она рядом… Мне больше нечего бояться.
Кастиил ничего не ответил. Только посмотрел на друга с той самой едва заметной улыбкой, которая появлялась у него крайне редко. Потому что впервые за очень долгое время Дин Винчестер перестал жить прошлым.
Он снова начал идти вперёд.
MC (Lovers Rock - TV Girls)
Всю предыдущую ночь они снова видели один и тот же сон.
Только теперь всё было иначе. Больше не было пустоты. Не было протянутой руки, до которой невозможно дотянуться. Они стояли друг напротив друга. Совсем близко. Он держал её ладони в своих. Она чувствовала тепло его рук так отчётливо, будто это происходило не во сне. Он осторожно коснулся её лица. Провёл большим пальцем по щеке. Она закрыла глаза. Он наклонился. Их лбы соприкоснулись. Потом губы. Поцелуй был долгим, спокойным. Без спешки. Без страха. Словно души наконец нашли дорогу друг к другу.
Они так и не увидели лиц.
Только силуэты. Только ощущение. Только бесконечно знакомое тепло.
И одновременно…
Оба проснулись.
Дин долго смотрел в потолок.
Сердце билось слишком спокойно для человека, который только что пережил самый настоящий сон в своей жизни.
Он сел на кровати.
Телефон лежал рядом.
Несколько минут он просто смотрел на экран.
Потом медленно открыл переписку. Пальцы зависли над клавиатурой.
“Не хочешь сегодня…”
Он стёр сообщение.
“Может…”
Снова удалил.
Он тихо усмехнулся самому себе.
— Ну давай же…
И наконец напечатал.
“Не хочешь сегодня сходить со мной… на свидание?”
Он нажал “отправить”.
И впервые за долгое время почувствовал себя не охотником. Обычным мужчиной. Который волнуется.
Ответ пришёл почти сразу.
“Очень хочу.”
Дин невольно улыбнулся.
Вечером они встретились у набережной. Никаких монстров. Никаких дел. Никаких братьев. Только они вдвоём. Гуляли медленно. Разговаривали обо всём и ни о чём одновременно. Останавливались у витрин. Смеялись над уличным музыкантом, который перепутал слова собственной песни. Потом купили кофе и сели на скамейку возле воды.
Солнце уже почти скрылось за горизонтом. Несколько минут они просто молчали. И это молчание снова оказалось удивительно правильным. Будто слова могли только испортить этот вечер.
Дороти первой нарушила тишину.
— Можно я скажу тебе кое-что странное?
Дин повернулся к ней.
— Конечно.
Она улыбнулась. Совсем немного. Но улыбка быстро исчезла.
— Иногда… мне кажется, что я вообще не отсюда.
Он едва заметно напрягся.
— В каком смысле?
Она посмотрела куда-то вдаль. Туда, где солнце почти растворилось в воде.
— Не знаю…
Она тихо рассмеялась самой себе.
— Звучит глупо.
— Совсем нет.
Она немного помолчала. Потом всё-таки продолжила.
— У меня всю жизнь было чувство… будто этот мир — мой дом… и одновременно нет.
Она опустила взгляд на свои ладони.
— Будто где-то есть место, которое я никак не могу вспомнить. Будто есть жизнь… о которой я ничего не знаю. Но очень скучаю.
Дин перестал дышать.
Она этого не заметила.
— С детства мне снился один и тот же человек.
Она улыбнулась совсем грустно.
— Я никогда не видела его лица. Никогда. Только руки. Голос. Тепло.
Она медленно покачала головой.
— Потом были отношения. Я пыталась жить как все. Думала, что однажды эти сны исчезнут. Но…
Она тихо выдохнула.
— Они никогда не исчезали. Наоборот. Последние несколько месяцев стали ещё ярче. Будто кто-то становился всё ближе и ближе.
Она повернулась к нему.
— И рядом с тобой…
Она запнулась.
— Рядом с тобой я впервые почувствовала то же самое, что чувствовала во сне.
Дин смотрел на неё молча.
Она нервно улыбнулась.
— Наверное, сейчас ты подумаешь, что я сумасшедшая.
Он медленно покачал головой.
— Нет.
— Правда?
Он кивнул.
Она глубоко вдохнула.
— Мне кажется…
Она закрыла глаза буквально на секунду. Словно собиралась с силами.
— Мне кажется, что человек из моих снов… это ты.
Тишина.
Только шум воды.
Только ветер.
Только их дыхание.
Она тихо добавила:
— И знаешь… Мне кажется… между нами какая-то связь. Такая… которую невозможно объяснить. Будто…
Она улыбнулась сквозь смущение.
— Будто на уровне космоса.
Дин опустил голову. Он улыбался. Совсем незаметно. Потому что больше не мог прятаться.
Он поднял на неё глаза. Впервые без страха.
— Можно… теперь я скажу кое-что странное?
Она тихо кивнула.
МС (Тринадцатый — Рем Дигга)
Он долго молчал. Так долго, что Дороти уже собиралась сказать что-нибудь первой. Но он вдруг тихо улыбнулся. Усталой. Очень настоящей улыбкой.
— Знаешь… — сказал он. — Есть странная вещь.
Она вопросительно посмотрела на него.
— Когда мы познакомились…
Он усмехнулся.
— Нет… наверное, даже раньше.
Он поднял взгляд.
— Мне всё время казалось, будто я куда-то иду. Не просто живу. Не просто просыпаюсь. А именно… иду. К чему-то. И сколько бы ни проходило времени, сколько бы людей ни встречалось… Будто всё это было не тем.
Он медленно покачал головой.
— Я никогда не понимал, зачем.
Он улыбнулся краешком губ.
— Теперь понимаю.
— Ты когда-нибудь чувствовала…
Он запнулся.
— Что вся твоя жизнь была дорогой?
Она почти сразу кивнула.
— Да.
— Вот и я.
Он опустил взгляд на собственные ладони.
— Только мне казалось, что дорога бесконечная. Что сколько бы я ни прошёл… Она всё равно не закончится.
Он усмехнулся.
— Иногда казалось, что проще остановиться.Что, может быть… Я просто ошибся направлением.
Он тихо рассмеялся.
— Но почему-то никогда не останавливался.
Дороти молчала. Даже не пыталась перебить.
— А потом появилась ты.
Он поднял на неё глаза.
— И оказалось…
Он едва заметно пожал плечами.
— Что я всё это время шёл именно сюда.
Он говорил спокойно. Без громких признаний. Без красивых слов. Как человек, который наконец перестал нести тяжёлый рюкзак.
— Я не знаю…
Он тихо усмехнулся.
— Что будет завтра. Не знаю, почему именно рядом с тобой мне спокойно. Не знаю, почему рядом с тобой мне кажется… Что я наконец дома.
Он сделал вдох.
Очень медленный.
— Но одну вещь я знаю точно.
Он посмотрел прямо ей в глаза.
— Если бы мне пришлось прожить всё это ещё раз… Каждую ошибку. Каждую потерю. Каждую ночь, когда казалось, что уже невозможно идти дальше. Я бы снова выбрал этот путь. Только ради того… Чтобы однажды снова встретить тебя.
Он сделал ещё один шаг.
Теперь между ними почти не осталось расстояния.
— Потому что…
Он улыбнулся так тихо, будто боялся спугнуть собственное счастье.
— Оказывается… Всё это время я искал не место. Не смысл. Не новую жизнь. Я искал тебя.
Ее глаза понемногу наполнялись слезами.
— И только рядом с тобой я понял… почему так долго не мог остановиться.
Дин посмотрел на ее губы. Они дрожали и будто хотели сказать что-то важное. Но он опередил ее:
— И, кажется… я любил тебя ещё до того, как узнал твоё имя.
МС (Infinity — Jaymes Young)
Его последние слова всё ещё звучали между ними.
Она ничего не ответила. Только медленно подняла руку. Совсем осторожно. Словно боялась, что если коснётся слишком резко — он исчезнет.
Её ладонь легла на его щёку.
И в этот момент внутри Дина что-то болезненно дрогнуло.
Он уже чувствовал это. Когда-то. Не здесь. Не сейчас. Во сне.
Он закрыл глаза.
Тепло её ладони оказалось именно таким, каким он запомнил его ещё до того, как впервые увидел её лицо. Мир вокруг растворился. Не было больше шума воды. Не было вечернего города. Не было прошлого. Только её пальцы, осторожно касающиеся его кожи.
Он медленно накрыл её ладонь своей.
Так же бережно. Так же осторожно.
Будто держал самое дорогое, что когда-либо существовало.
Она улыбнулась. Совсем тихо. Сквозь слёзы.
— Теперь я понимаю…
прошептала она.
— Почему во сне мне всегда было спокойно.
Дин открыл глаза.
Он больше не прятался. Не убегал. Не пытался подобрать правильные слова. Потому что все слова уже были сказаны.
Он сделал последний шаг. Совсем маленький. Настолько, что между ними почти не осталось воздуха.
Он смотрел ей в глаза ещё несколько секунд. Будто спрашивал разрешения. Она ничего не сказала. Только едва заметно кивнула. И этого оказалось достаточно.
Он наклонился медленно. Так медленно, словно хотел дать судьбе ещё один шанс остановить его.
Но она молчала. Она сама подалась навстречу.
И когда их губы наконец встретились… всё вокруг исчезло.
Поцелуй был удивительно тихим. Не жадным. Не торопливым. Он был похож на долгую дорогу, которая наконец закончилась.
Дин осторожно провёл ладонью по её волосам. Она прижалась чуть ближе. Одной рукой обняла его за шею. Другой всё ещё держала его лицо, будто не могла отпустить.
Он улыбнулся прямо в поцелуй.
Совсем незаметно. И она улыбнулась в ответ. Они словно узнавали друг друга заново. Не губами. Не прикосновениями. Душами. Будто всё то время, пока они жили порознь, было лишь длинным вдохом. А сейчас мир наконец позволил им выдохнуть.
Когда поцелуй закончился, никто из них не сделал ни шага назад.
Их лбы соприкоснулись. Совсем как в том сне. Дин тихо рассмеялся. Сквозь слёзы.
— Значит…
прошептал он.
— Это всё-таки была ты.
Она улыбнулась.
— Наверное… Нет.
Она медленно покачала головой.
— Не наверное. Я это чувствую.
И впервые за очень долгое время Дин понял одну простую вещь.
Он больше никого не искал. Потому что человек, которого он пытался найти всю свою жизнь… уже стоял перед ним.
МС (Reflections — The Neighbourhood)
Они ещё долго не уходили.
Сидели рядом, держась за руки так естественно, словно всегда знали, как идеально переплетаются их пальцы. Никто больше не торопил время. Не нужно было ничего доказывать. Не нужно было объяснять то, что невозможно объяснить словами.
Дороти первой нарушила тишину.
— Знаешь…
Она улыбнулась, не поднимая глаз.
— Мне кажется, всю жизнь я искала не человека.
Он вопросительно посмотрел на неё.
Она тихо сжала его ладонь.
— Я искала ощущение дома.
Дин опустил взгляд на их руки. И улыбнулся.
— Значит… Я тоже искал не человека.
Она подняла на него глаза.
— А что?
Он долго молчал. Потом очень спокойно ответил:
— Себя.
Она ничего не сказала. Только придвинулась ближе и положила голову ему на плечо. И впервые за очень долгое время ни одному из них не хотелось задавать вопросы о прошлом. Потому что впервые за очень долгое время никто из них больше никуда не спешил.
Они уже пришли.
