Проснуться ото сна

Вся зона Плейкера наполнилась оглушительным звуком, который был похож то ли на писк, то ли на сирену, и все же он был достаточно громким, чтобы его услышали везде, где нужно. Это было оповещением для всех, что скоро начнется ужин, а так же что ни один ребенок после него не должен был находиться вне столовой и спальни. Правило это было настолько четким, что пока еще ни один ребенок, даже самый капризный, не нарушал его. Что уж таить, даже воспитатели попадали под него. Они ведь были всего лишь нашими няньками, которые знали чуть больше, чем мы. Но их наказания и правда были жестокими, даже очень. — О, серьезно? — сказала Чарли, закатив глаза; видимо, она уже давно привыкла к этому звуку. — Прошло ведь не так много времени! Несправедливо! — она нахмурилась, очевидно злясь. — Раз ты такая сильная, можешь остаться тут и нарушить правило, ты ведь говорила, они для слабаков, нет? — Крис усмехнулся и самодовольно смотрел на девочку. — Если бы тут не было этих нянек! — она в ответ пустила испепеляющий взгляд. — А что такого в этом вашем… правиле? — тихо спросил Теодор, подозревая, что здесь что-то не так. Чарли и Крис посмотрели на него с недоумением. — Ты правда не знаешь?! — сказали они достаточно громко, чтобы это многие услышали. — Я просто слушался учителей и все, никто не вводил меня в курс дела, — ответил Тео, немного уводя взгляд. — Значит, я расскажу тебе эту историю. У нас в приюте была одна девочка, ее звали Мари Пейн. Ее характер был привередливым, и она любила нарушать правила. Тот день стал не исключением: тогда она вышла в игровую зону прямо после ужина, хотя должна была быть в постели. Там она увидела что-то такое ужасное, что больше не смогла прийти в себя. И через два дня воспитатели увели ее силком. Некоторые считают, что ее забрали новые опекуны, другие — что это и было ее наказание, а остальные молчат, например как… — Крис задумался на пару секунд. — Как ты! Теодор стоял некоторое время, размышляя обо всем том, что сказал его новый друг, а в руках держал своего плюшевого КэтНапа. Из раздумий его вывело прощание его друзей. — Ладно, Тео, нам пора! Завтра мы встретимся там же, хорошо? — сказала Чарли. — Конечно! Пока! — Тео проводил их взглядом, пока до него не дотронулась его учительница, о существовании которой он успел забыть. — Смотрю, ты все-таки нашел себе друзей, тебе повезло. Но почему ты ушел! Ты знаешь, как долго я и твоя группа тебя искали? Мальчик смотрел на нее так, как будто собирается убить ее. — В общем, это неважно. И я говорила тебе, что с этой игрушкой в столовую ходить нельзя, так ведь? — В ответ блондинка получила лишь молчание. — Отлично, ты получишь его завтра, — она вырвала у брюнета игрушку. — Теперь иде… — Не успела она сказать это своей группе, как ее перебили. — Отдай ее сейчас же! — завопил Тео. — Это мое! — У мальчика стали блестеть глаза, то ли от злости, то ли от того, что он собирается расплакаться. — Прекрати этот спектакль, ты забираешь наше время, и никакую игрушку ты не получишь, Грэмбелл! — начала Брукс повышать тон. Тогда Теодор начал вырывать игрушку из рук учительницы с таким упорством и силой, что у него это почти получилось. Их группа была самая последняя в очереди, и они знатно опаздывали по времени. На лице миссис Брукс появилось волнение — кто знает, может, у них тоже были своего рода наказания. — Довольно! — начала кричать она. — Ты будешь лишен ужина сегодня! А эх… — Она немного успокоилась, когда увидела, что большинство детей стали на нее смотреть. — И если не прекратишь это сейчас, то свою игрушку ты больше не увидишь! Тео отпустил игрушку, но проклинал мисс Брукс. — Идем! — снова повторила воспитательница уже без остановок и ускорила шаг. Когда они зашли в столовую, детям пришлось немного поморщиться от такого яркого света и разноцветного декора. Столовая была сделана из белой плитки, которая всегда была идеально чистой перед приходом детей; над линией раздачи красовались плакаты с маскотами фабрики, такими как Хагги Вагги, Кисси Мисси и, конечно же, с Улыбающимися Зверятами. На других стенах же висели радужные и порой нелепые детские рисунки. Теодору Грэмбеллу это придавало мотивации — ведь в столовой были еще и различные игрушки, которые он тоже любил. Например, Кенди Кэт или динозавр Брон. И сегодня его отсадили за круглый стол вдалеке от всех — именно там дети могли провести немного свободного времени, завести новых друзей, а еще скоротать свое наказание. Тео отчаянно пытался бороться с голодом и нарастающим стрессом. Все, о чем он сейчас мог думать, — это то, как он выберется отсюда вместе со своим другом, который обещал помочь, а ему оставалось лишь верить. Но его раздумья прервал слегка веснушчатый, светловолосый мальчик, который подошел во время короткого перерыва, прежде чем уйти спать, и ему, вероятно, что-то нужно было от него. — Привет, я не хочу, чтобы ты остался без еды, это тебе, — он протянул ему нелепый сверток, по которому было видно, что заворачивался он в спешке. Теодор был удивлен и немного раздражен — ведь, вероятно, этот мальчик рисковал собой ради того, кто спокойно бы вынес это наказание, да и он видел его в первый раз. — Ты кто? — спросил он. Светлый немного склонил голову на бок и нелепо улыбнулся. — Я Майки, или Майкл, как тебе удобно. Ну, мы с тобой в одной группе, и мне кажется, ты не заслуживаешь такого наказания. Тео резко взял из протянутой руки сверток и начал его открывать. — Спасибо, Майки, но ты не боишься, что тебя тоже накажут? Майкл будто бы задумался. — Не думаю! Так как я понял, что я являюсь ее любимчиком, по крайней мере, только так я могу оправдать то количество мини-поручений, которые она мне дает, ну и еще у меня много причин, чтобы наказать, но она закрывает глаза, — с неким позитивом сказал он. — Смело. Проверим, что будет в этот раз? — хихикнул Тео и, когда наконец открыл сверток, увидел что-то странное. Он вопросительно посмотрел на своего нового знакомого. — Да, я знаю, но оно очень вкусное, тебе стоит попробовать. Это нечто было похоже то ли на буррито, то ли на тако, или же просто лаваш со всякими добавками; по размеру он был, конечно, небольшим, но начинка вызывала вопросы. Но ему, в общем-то, было все равно — Тео не был привередлив к еде. — Я Тео, — сказал он, не отвлекаясь от еды, стараясь делать это так, чтобы никто не заметил. В то же время все группы постепенно стали превращаться в одну большую толпу — ужин был закончен. — Еще раз спасибо! — Теодор слегка улыбнулся; этот день был все же отличным, даже лучшим за последнее время. — Не за что! Я должен был это сделать! — уже не скрывая свою сияющую улыбку, которая ни капли не была фальшивой, по крайней мере Тео так считал. Когда Шелли Брукс наконец заметила, что столовая начала пустеть, она отвлеклась от разговора с другими воспитателями, судя по всему ее друзьями, и подошла к своему столику номер 13. — Мда, уж время так быстро идет, — сказал Майкл. — Слушай, не хочешь завтра на перерыве сыграть со мной и моими… — Тео сделал небольшую паузу, — друзьями? — Ты правда зовешь меня? Конечно-конечно! — сказал светловолосый так громко, что заставил мисс Брукс обратить на это внимание. Она подошла к ним и бросила короткий нервный взгляд то ли на обоих, то ли только на Грэмбелла. — Майки и Теодор, вам стоит поторопиться, надеюсь, вы не забыли, что опаздывать не стоит? — Да, точно, идем! — потащив за собой своего знакомого. Весь их поход до дома с надписью «Дом Милый Дом» был занят всяческими расспросами и историями. Тео даже узнал, что Майк тоже любит «Улыбашек», но не успел спросить его любимого персонажа. — Ок, я ненавижу сон, я бы столько всего сделал! — Он немного подумал. — О! Я знаю, мы можем не спать, просто будем тихими! Комната большая, и мы можем уйти поближе к окну и разговаривать! Целую ночь! Правда же круто, скажи? — Извини, но я люблю спать, мне часто снятся хорошие сны, так что я не в деле, — виновато сказал Тео. — Но мы все еще можем обсудить это завтра. — Ладно, надейся, что я не забуду все, о чем хотел сказать! — усмехнулся он. Теодор увильнул при первой же возможности в другую комнату, которая обычно была закрыта на замок, но не сегодня. Он аккуратно закрыл дверь так, чтобы никто не услышал, и присел на пол. — Здравствуй, Тео. Я видел, ты нашел себе новых друзей, а еще что твоя игрушка потерялась, не так ли? — слегка механическим голосом спросил незнакомец. — Да, и это и правда хороший день! — перебирая пальцами, ответил мальчик. — Я очень рад за тебя, но не забывай про наш план, ты же хочешь вернуться в настоящий дом? — ответил «кто-то» спокойным тоном. — Вот, держи. Оно протянуло ему игрушку, которую мисс Шелли забрала и не вернула. Теодор довольно сильно удивился. — Спасибо! Но откуда? — задал вопрос он. — Неважно, — с задержкой ответила темнота. — Я прощаюсь с тобой. — Стой, но как тебя можно называть? — довольно громко сказал Тео для времени сна. «Никто» слишком долго молчал, настолько, что мальчик уже встал и начал открывать дверь, как услышал: — Прототип. — И на этом все. Последнее, что услышал брюнет перед тем как покинуть комнату, — это лишь скрежет металла и ничего. Прототипу он еще не слишком доверял, но был очень благодарен за помощь, да и правда пытался верить в то, что он поможет ему. Тео тихо прокрался в комнату; в ней было порядком 8 человек, 1 группа. И все они спали крепко и беспробудно. Тео лег в кровать, не выпуская из рук плюшевого КэтНапа, немного подумал о своем и наконец уснул. Его сон был крайне странным. В нем он видел девочку, похожую на одну из самых популярных кукол компании, с огненно-красными волосами и темно-голубыми глазами, а еще он видел что-то красное, похожее на мак. Но на следующий день он про него забудет — ведь это всего лишь сон и ничего более. Его мама часто говорила, что рассказывать сны, которые ты посчитал важным, — дурная примета, но он ей не верил и считал это пустым бредом.