Inter Bellum et Quietem

      За стеклом балкона, в размытом сером свете раннего утра, стояла Дедлок. Почти без верха - лёгкая рубашка лишь обозначалась на плечах, штаны сидели низко и небрежно, будто она и не думала выходить туда надолго. В пальцах тлела сигарета, и дым медленно уходил в туман, растворяясь так же бесследно, как и мысли, которые она, по всей видимости, пыталась выкурить. Номер они сняли всего на сутки. Редкий выходной, официально предоставленный им между миссиями, они использовали по назначению. Время, которое не нужно было делить с брифингами, тревогами, оружием и чужими голосами, время, которое принадлежало только им двоим. Скай лежала на просторной кровати, растянувшись поперёк, утонув в смятых белых простынях, и сквозь стекло балкона внимательно, почти жадно всматривалась в спину Дедлок: прямую, напряжённую и чётко очерченную.       Вставать не хотелось. Было слишком холодно, и тело лениво, упрямо сопротивлялось даже самой мысли о том, чтобы выбраться из тёплого кокона и шагнуть в сырой норвежский воздух. Постель всё ещё хранила тепло Иселин, и Кирра машинально подтянула простыни ближе к себе, будто это могло компенсировать расстояние. Но одиночество всё равно медленно подбиралось изнутри, незаметно, но настойчиво сжимая грудь, заполняя пустоты между вдохами. И не только потому что привычное тепло покинуло её - Иселин всегда была горячей как печка, и греться о неё было вдвойне приятно, почти жизненно необходимо - но и потому что засыпать одной она практически отучилась. За эти редкие ночи без тревог и выстрелов Кирра слишком быстро привыкла к чужому дыханию рядом, к тяжести рук на талии, к спокойствию, которое приходило только когда Дедлок была достаточно близко. Теперь же расстояние в несколько шагов ощущалось непропорционально большим, словно между кроватью и балконом пролегла не стеклянная дверь, а целая вселенная.       И тогда Скай медленно приподнялась на локтях, позволяя глазам привыкнуть к утреннему зареву, который размыто пробивался сквозь туман. Девушка нащупала на полу сброшенную накануне фланелевую рубашку и накинула её на голые плечи, не застёгивая. Ткань была прохладной и грубоватой, но через секунду в ней стало комфортно.       Пройдя на балкон, она ощутила, как весенний воздух обдал её с ног до головы, вызывая мелкие мурашки. Они ползли по коже от шеи до лодыжек, остужая тёплое послесонное тело и одновременно будя каждую нервную клетку. Тактильный голод кричал о своём присутствии, поэтому, преодолев расстояние в несколько шагов, Кирра плавно сомкнула ладони на талии Иселин, поглаживая, очерчивая и щекоча кончиками пальцев оголённый живот, а затем мягко, почти лениво, коснулась губами её шеи ближе к затылку.       — Почему не спишь? — сонно, будто в трансе, спросила она. — У меня не получается уснуть без тебя.       Дедлок слегка вздрогнула – то ли от внезапного прикосновения, то ли от того, что Скай, вечно жалующаяся на холод, сама вышла в этот сырой предрассветный час.       В свете, падающем из окна, на её шее проступили пятна: свежие тёмно-лиловые засосы и пара чётких синеватых укусов. Скай на мгновение задержала на них взгляд, подумав, что, возможно, переборщила, но быстро подавила эту мысль, закопав поглубже.       — Завтра Сайфер будет пялиться на тебя через все камеры, — продолжила она, проводя подушечкой большого пальца по самому тёмному, почти чернильному синяку у ключицы. — А Сова обязательно спросит, не подралась ли ты с вампиром или с каким-нибудь особенно зубастым призраком.       Иселин сделала последнюю глубокую затяжку, затем резким точным движением бросила окурок за перила в сырую темноту, откинула голову назад на чужое плечо и мягко, почти по-кошачьи, потёрлась щекой о подбородок и скулу. Жест был настолько неожиданным, настолько лишённым обычной сдержанной твёрдости, что у Скай на мгновение перехватило дыхание. Воздух застрял в районе солнечного сплетения горячим и тяжёлым комком.       — Наверное.. просто не получается нормально заснуть, когда так тихо, — произнесла Дедлок наконец сонно и хрипло, и с каждым слогом её тело постепенно расслаблялось, наваливаясь на свою рыжую любовницу. — Привычка…       Скай, чувствуя её доверие и редкую уязвимость, продолжала покрывать излюбленную шею россыпью лёгких, едва ощутимых поцелуев.       Это произошло в одном из походов, на заброшенном кордоне в горах, где ветер выл в щелях стен. Они делили тесную палатку, разбитую в наименее продуваемой комнате. Снаружи - мрак и потенциальная угроза, но внутри, в оранжевом свете газовой горелки, царила иная атмосфера. Иселин тогда села спиной к ней, долго молчала, глядя на прыгающие тени на стене, затем неожиданно сняла протез. Чудовищный жест безграничного доверия, между тем редкого и абсолютно беззащитного, ведь девушка с ним практически не расставалась. А затем легла на живот и млела от нежных касаний пальцев к коже, потому что рядом оказалось единственное существо во всей вселенной, перед которым не было страшно быть слабой. Тогда Скай сравнила её с дикой кошкой, которая наконец перестала шипеть и, свернувшись, показала незащищенное, уязвимое брюхо.       — Пойдём спать, — мягко произнесла Кирра, осторожно потянув её за руку в сторону спальни, бережно переплетая их пальцы между собой и целуя тыльную сторону ладони возлюбленной, — я почитаю тебе что-нибудь, чтобы ты смогла уснуть.