Детство в золотых колосьях

Резкий металлический скрежет мгновенно разбудил Валерия фальшивой трелью по ушам. Было ощущение, будто его выдернули из самых глубин сознания. Ему всегда казалось странным, что сон в транспорте намного более крепкий, чем ночной, и он так приятно обволакивает тебя всего, пока ты медленно проваливаешься куда-то, сам того не замечая. Перед тем, как погрузиться в сон, мужчина не удосужился снять пальто, и хоть на дворе была середина весны, а в автобусе не было так уж жарко, после пробуждения он почувствовал небольшую тяжесть в дыхании. Окончательно открыв глаза, и слегка потянувшись, Валерий оглядел салон. Никаких изменений не наблюдалось количества людей, оно и не удивительно, конечная остановка всё же. С водительского места послышался низкий голос, с явно выраженным грузинским акцентом: — Э бля, ты ещё долго сидеть будешь, а? Конечная. Это очень красноречивое заявление, заставило Валерия проснуться окончательно, после он неохотно взял сумку с полки багажа и все же вышел из злосчастного автобуса. Драма (критика): ах какой хам! как так можно говорить с абсолютно незнакомым человеком?! куда мир катится... Логика (аргументация): Могу заметить, что его замечание было обоснованно. После остановки мы просидели на месте более 40 секунд, что несколько большее время, чем следует. Выходя, краем уха он уловил грозные присказки водителя, что-то о «понаехах»... Или о поехавших. Валерий вдохнул свежий уличный воздух, после духоты автобуса это можно было сравнить с отправлением в рай. В воздухе витал запах дорожной пыли и газа, что оставил за собой автобус, после того как уехал. Пейзаж вокруг был не то, чтобы удручающим, но и красивым его нельзя было назвать. Бесконечное поле серо-жёлтой растительности, которую сложно было отнести к чему то конкретному, серое небо без намёка на солнце и вездесущая грязь. Где-то очень в далеке виднелись ещё голые деревья, которые были высажены ровными рядами. Они слегка напоминали забор, который отгораживает это забытое богом место от остального мира. Собственно говоря, от остановки, что стояла практически в поле, была только одна дорога, которая вела к послеку городского типа, единственное, что могло напомнить о том, что это место не окончательно мертво. Взвалив сумку на плечо, Валерий медленном шагом побрел к своему пункту назначения. Отнюдь, цель его приезда сюда не была радостной, нужно было уладить пару вопросов с документами после похорон его бабушки. Будь она для него более близким человеком, он бы наверное рыдал в три ручья, ну а если бы не рыдал, то хотя бы слезу пустил. Но бабушка была скорее туманным образом из детства, про который все меньше вспоминаешь по мере взросления. Он помнил, как она сидела с ним в детстве, когда мама уходила на работу, помнил пирожки с капустой, помнил как приезжал к ней на летних каникулах. Эти воспоминания кажутся такими тёплыми, но одновременно тусклыми и полустёртыми. Как будто чужой фотоальбом, где ты никого не знаешь, но все лица такие счастливые, что и самому становится приятно на душе. Пока Валерий шёл, он замечал как плавно с поля пейзаж меняется на посёлок. Сначала он проходил мимо редких одноэтажных домов, позже их стало больше, и в конце концов он дошел до стройных рядов пятиэтажек. Все они выглядели потрепано, что типично для подобных поселений, и если долго вглядываться, то казалось, что они дышат и шатаются от старости лет. Хоть GPS навигатор работал через раз, нужное здание Валерий всё же обнаружил. Над кирпичным зданием висела абсолютно безвкусная по дизайну вывеска. Много лет назад вероятно она была черной, но сейчас выцвела в коричневый цвет, и белые буквы (набранные каким-то стандартным шрифтом из Windows) гласили: Ритуальный магазин & услуги «Чёрная Роза». «Забавно», проскочило у Валерия в голове, хотя тут вроде, не было ничего забавного. Стандартное название ритуальных услуг. Хотя забавным скорее были воспоминания, связанные с этими словами. В детстве, когда он видел ритуальные услуги, ему думалось, что они вызывают пиковую даму, или ещё каких чертей, проводят страшные обряды... Хотя, в какой то степени похороны это тоже «страшный обряд». Потянув на себя железную дверь с небольшим окошком, которая поддавалась с трудом, Валерий шагнул внутрь. В нос первым делом ударил сладкий запах цветов, хоть большая часть из них здесь была искусственной, настоящие тоже имелись. Валерий окинул взглядом помещение. Драма (причитание): сколько ГОРЯ я чувствую в этом здании! Оно пропитано насквозь людскими страданиями... Каждый заходящий сюда СКОРБИТ о своей устрате! Логика (анализ): Ремонт внутри здания и снаружи отличается. Здесь его обновили недавно и причем на неплохую сумму по меркам этого населенного пункта. По моим подсчётам здесь около... Драма (причитание): Тебе лишь бы свои цифры считать! Ты только погляди как страшно и беспощадно выглядят эти гробы! Внутренняя империя: Я чувствую сильный дух этого места... Валерий потёр виски от гулящей головы, и услышал как за ним хлопнула дверь. Пройдя чуть дальше, он остановился перед траурными букетами, и какое то время пожирал из взглядом. Возможно, Драма права и это место правда насквозь пропитано чужим горем. Ему было немного стыдно, за то, что он не скорбит по своей почившей бабушке. Из раздумий Валерия вывели звуки, судя по всему исходящие из подсобного помещения. — Лёш, ну вот зачем ты это сюда поставил, здесь пройти невозможно. — возмущался один голос. — А чё, куда мне это по вашему ещё поставить? — возражал другой. Валерий отметил, что первый голос был явно старше, скорее всего мужчина средних лет, может ещё и курит... Хотя дело наверное даже не в голосе, а в интонации. Второй же голос звучал по молодо и дерзко, особенно в сравнении с первым. Не успел Валерий обернуться, как из подсобки кто-то вышел. — Здравстуейте, чем я могу вам помочь? — вежливо поинтересовался мужчина. Валерий обернулся на голос. Перед ним стоял высокий мужчина, на вид лет тридцати пяти, с достаточно необычной внешностью. Первое, на что Валерий обратил внимание были его волосы: Ни то рыжие, ни то русые, местами седые, как будто их красил кто-то не очень умелый. Одет он был прилично, могло показаться что даже через чур официально. Но приглядевшись можно было заметить, брюки как и жилет местами мятые, а рукава рубашки закатаны, вероятно для более эффективной работы. Лицо же украшало насколько шрамов в районе левого глаза, которые если не устрашали, то как минимум притягивали взгляд и интерес. Ресницы пыльного коричневого цвета обрамляли карие глаза, и дополняли всю эту картину лёгкие мимические морщины, свойственные в этом возрасте. В какой то момент, Валерий поймал себя на том, что грубо пялиться на консультанта дольше, чем положено, и не отвечает на его вопрос. Неловко улыбнувшись, он все же назвал причину своего визита: — А, да, извините пожалуйста. — его голосос слегка надрывался, от того, что он долго не говорил. — Я по поводу документации Алёны Ивановны, мне сказали обратиться к вам. — Вы Мельников Валерий Степанович, верно? — Да. — Так, хорошо, — сказал мужчина доставая небольшую записную книжку из кармана брюк. — Мне говорили, что вы приедете, пройдёмте за мной. Он развернулся, и повёл Валерия дальше, мимо подсобного помещения, в котором он краем глаза успел заметить рыжеголового шкета, что сидел на полу и неистово играл во что-то на телефоне.