Insomnia

      Ночной ветер был холодным, он играл с кронами деревьев, отрывая мелкие листья, танцуя с ними свой танец и опуская на землю и путая прямо в чёрно-белых волосах Гена. Асагири сидел прямо на земле рядом с рекой и смотрел на шар полной луны. Все жители деревни Ишигами сейчас спали, все, кроме Гена. А причина этому достаточно проста: обычная бессонница, которая, как мне кажется, знакома почти каждому из вас, мои дорогие читатели.       Этим недугом Ген страдает достаточно долго, с самого своего разокаменения, если быть точнее, и как неплохой психолог он понимает, почему его организм перестал видеть во сне нечто хорошее, просто он не хочет признавать это даже для самого себя, не о что озвучивать эту проблемы. А всё дело в том, что он бессознательно боится повторения этой катастрофы и потому хочет насладиться этим миром, этой жизнью по полной, даже если это будет вредить организму.       И Ген наслаждался. Правда, не так, как могут представить люди современности. Он просто сидел под деревьям, собирал цветы и старался не спешить, когда его не затаскивали работать, естественно, когда он был Сенку или Касеки это означало, что медленному течению времени придёт конец, по крайней мере, пока его не отпускали, тогда н вновь возвращался к тихому лицезрению природы, иногда в такие моменты к нему присоединялась Суйка.       Ген вдохнул полной грудью и задрал шею к небу, позвоночник неприятно и болезненно хрустнул, из-за чего менталист нахмурился. Бессонница была лишь частью всех бед. Ещё одной проблемой стала тяжёлая работа, а точнее боли в мышцах, следующие за ней. Чтож, думаю, следует уточнить о некоторых бедах в физическом их проявлении, а то я так и не рассказала, что же на самом деле повлекла за собой бессонница для Асагири Гена, хотя, думаю, всем и так известны её последствия, а потому я просто предоставлю вам полноценную картину.       Ген был слабым, конечно, он никогда не был силён физически, но бессонница не позволяла ему восстановить энергию, из-за чего слабость достигла своего апогея. Только вот и те малейшие крупицы энергии, которые удавалось восстановить в те моменты, когда организм просто отключался от изнеможения или он ел, что тоже давало достаточно мало, ведь питание в условиях каменного мира было достаточно скудным, как бы Сенку не работал над этим, ведь у него были более важные проекты. Так вот, эти крупицы энергии очень быстро тратились из-за постоянных болей в мышцах, не позволяющих нормально и долго работать, что было большой проблемой, учитывая, что Цукаса и царство Силы хоть и затихли на время, но всё равно были серьёзной угрозой, и царству Науки следовало выкладываться по максимуму, и абсолютно любая рабочая сила была очень важна, учитывая её было в дефиците.       Ген тяжело вздохнул и зевнул, встав, подошёл ближе к реке и посмотрел на своё размытое отражение. Он всегда был бледным, но несмотря на это ему показалось, что его лицо стало практически серым, а под глазами явно залегли синяки. Мешков и отёков нет, прохладная речная вода с этим немного помогала. Ген снова завалился на землю, перед этим потягиваясь и разминая спину и шею.       Он не знает сколько уже так сидел, он – не Сенку, считать секунды не привык, а внутренние часы сбились ещё в подростковом возрасте.       В один момент где-то за спиной послышался шелест. Ген не запаниковал, он слегка усмехнулся, это не дикий зверь, звук был бы более прерывистым звучал бы с большего радиуса, это были человеческие шаги, и Ген догадывался, кому они принадлежали, ведь в деревне помимо него был лишь один полуночник.       - Сенку-чан! – пролепетал Ген, закинув голову назад и встречаясь взглядом с учёным, когда шаги приблизились. – Рад видеть тебя в такой поздний час! - усмехнулся, видя слегка раздражённое лицо Ишигами.       - Чего снова не спишь, менталист? – хмыкнул Сенку, садясь рядом с ним.       - Ночка хорошая, решил прогуляться. – соврал Ген. – А сам-то чего не спишь? Снова раздумываешь над новым-старым изобретением или планом победы над Цукасой? Ммм?       - Угадал, – усмехнулся глава деревни, - Но не зазнавайся, это было легко.       Ген тихо рассмеялся, наконец отворачиваясь от Сенку и возвращая своё внимание природе. И они продолжили сидеть вдвоём, в приятной тишине, пока луна медленно исчезала с небосвода, оставляя звёзды без своей напарницы.       - Ладно, сейчас и впрямь очень поздно, идём, менталист, спать пора, - сказал в один момент Ишигами, поднимаясь с земли, зевнув и потянувшись, он сделал несколько шагов и остановился, оборачиваясь на Гена. – Ну?       - Секунду, - быстро отвечает Асагири и поднимается, направляясь вслед за учёным в деревню.       Они жили в одном домике, а потому шли в одном направлении, медленно, наслаждаясь тишиной, нарушаемой лишь стрекотанием сверчков и журчанием всё отдаляющейся реки. Они ничего не говорили, чтобы не разрушать этот момент единения с природой.       Добравшись до домика, они всё также молча вошли внутрь, вдруг Сенку разрушил тишину:       - Так, современничик и собрат полуночник, - он усмехнулся, - Ты меня, да и не только, уже знатно достал, серьёзно, менталист, даже Хром уже заметил твои синяки под глазами, а Суйка уже неделю ко мне подходит, переживает за тебя, - Сенку подошёл и дал ему слабый щелбан по лбу.       - Сенку-чан, не о чем переживать, ты сам прекрасно знаешь о такой вещи, как бессонница, и сам, судя по всему, живёшь с ней, - отметил Ген, - Иначе ты бы не присоединялся к моим ночным прогулкам так часто.       - Тут ты прав, - кивнул Сенку и подошёл к столу, на котором стояли две кружки, - А потому я подготовил две порции, - сказал он, протягивая одну кружку Гену, а вторую оставляя у себя.       - Что это, - поинтересовался Асагири, когда принял напиток.       - Это специальный настой из трав, успокаивающий, имеет снотворный эффект. Короче, решение нашей с тобой проблемы менталист, по крайней мере до тех пор, пока у меня ни будет время, чтобы сделать нормальное снотворное, - объяснил Ишигами.       Ген потупил взгляд и кивнул, принюхавшись, от напитка на само деле пахло травами.       - Не боись, не отравлю, ты нам пока нужен, - усмехнулся учёный и быстро выпил настой. – Советую пить одним глотком, вкус так себе. – предупредил он.       Ген кивнул и, выдохнув, проглотил весь настой разом. На языке осталось горькое и неприятное послевкусие, отдалённо напоминающее что-то сгнившее. Асагири не сдержался и поморщился, Сенку усмехнулся:       - Я предупреждал.       Быстро поставив кружку на стол он залез на кровать, которая была одна, но достаточно большая, чтобы два человека могли в ней спать, не касаясь друг друга. Менталист выдохнул и последовал его примеру. Уже лёжа под одеялом, спиной к учёному, Ген почувствовал, как его притягивают за талию, он слегка перевернулся, уставившись на Сенку.       - Одной из причин бессонницы также является стресс. А уровень стресса можно уменьшить при помощи тактильного контакта, - объяснил свои действия Ишигами.       Фокусник скептически поднял брови. Судя по всему, учёного окончательно доконала бессонница, раз он решил использовать такой метод в дополнении к настойке, ведь он никогда не был тактильным человеком, скорее даже скептически относился к различным прикосновениям, но Асагири не стал спорить, наоборот, он перевернулся лицом к Сенку и обнял его в ответ.              Это была спокойная ночь, они оба спали крепко и не просыпались до утра, чего я искренне желаю и вам, дорогие читатели. Когда же первые лучи солнца начали освещать землю, Сенку Ишигами начал просыпаться. Увидев, что Ген всё ещё лежит рядом, обнимая его, учёный усмехнулся и мягко провёл по неровной чёлке фокусника.       - Глупый менталист, - шёпотом сказал он, а после встал с кровати, выпутываясь из прохладных рук Асагири.       Сенку вышел из домика и сразу направился в лабораторию. Когда дверь закрылась, Ген открыл и потёр глаза, его щёки слегка порозовели. Он проснулся, когда Ишигами начал шевелиться, и застал тот момент, когда он поправлял его волосы и то, что было после. И это было… странно. То, как учёный действовал ночью и сейчас. У Асагири возникло ощущение, что Сенку начал испытывать к нему симпатию, которую и проявлял таким образом. И фокусник был бы не против, если бы это оказалось правдой. Даже наоборот, он был бы рад, как, думаю, и мы с вами. Менталист лёг на спину и провёл рукой по пустой стороне кровати, пока ещё сохраняющей тепло лежащего на ней раннее тела. Он задумался.       Ген не отрицал, что интересовался Сенку, причём ещё до того, как они познакомились. Этот интерес пробудился, когда он увидел выцарапанную на дереве дату, и возрос, когда он встретился с учёным вживую. Ишигами был занятным человеком, менталисту нравилось за ним наблюдать, когда тот с головой уходил в науку или просто проводил время с жителями деревни и самим Асагири. И, возможно, только возможно, и сам Ген, наблюдая за Сенку, начал постепенно проникаться к нему симпатией и влюбляться… Да кому он врёт? Асагири признал хотя бы самому себе, что влюбился в Сенку Ишигами и был бы невероятно рад, если бы его предположение о взаимности оказалось правдой. Узнать об этом можно было только одним способом: поговорить с Сенку, но вдруг Ген просчитался? Что тогда будет, если он решит признаться? Менталист задумался. В его голову пришла интересная идея, конечно, она потребует времени, возможно даже очень много, но так Ген если что сможет всё свести в шутку или во что-то другое. Думаю, многие уже догадались, что именно задумал Ген.              Асагири раздумывал несколько дней. Всё это время днём он помогал в работе, чем сможет, а вечером, после небольшой прогулки, выпив травяной настой, ложился спать, обнимая Сенку. И вот у него выдалась возможность узнать о дне рождения Ишигами, конечно, для этого пришлось посчитать, причём много, в какой-то момент менталист хотел всё бросить, сбившись в десятый раз, но дал себе мысленную пощёчину. Нет. Он должен узнать эту дату, ведь учёный никогда не скажет прямо. И вот у него получилось всё рассчитать. Этой ночью Ген ложился счастливым как никогда, оставалось дело за малым.       За несколько дней до своего дня рождения Сенку, вместе с Хромом и Магмой собирался уйти в экспедицию, и сейчас он с фокусником сидел в доме, скоро они выдвигаются.       - Так. Зачем я тебя позвал, - он ставит на стол бутылку с настоем. – Вот, должно хватить, с тем сколько пить мучать не буду, сам разберёшься, не такой уж и глупый.       Не дождавшись ответа Ишигами вышел из домик, и команда ушла. Чем быстрее уйдут – тем быстрее вернутся. Ген тяжело выдохнул. С Магмой он договорился, так что проблемы быть не должно. Осталось самое важное.       Дождавшись, когда команда уйдёт достаточно далеко от деревни, Ген собрал всех жителей и рассказал им о дне рождения Сенку и что он придумал в качестве подарка. Все, естественно, согласились и началась постройка небольшой астрономической башни. Они должны были уложиться, поэтому небольшая группа людей, в которую входил и сам Асагири, продолжали строительство и подготовку даже ночью.       И вот настал тот самый день. Они всё успели, осталось только дождаться, когда Магма приведёт именинника. Все с нетерпением и лёгким волнением ждут вечера. Больше всех, что не удивительно, переживает менталист, но тщательно это скрывает. И вот солнце заходит.       - Они идут! – кричит Кохаку с дерева и быстро спускается.       - Все по местам! – командует Ген и поднимается на астрономическую башню.       Солнце окончательно пропадает из виду, Магма и Хром приводят Сенку и сажают напротив телескопа, его глаза пока что завязаны.       - Вот ты и пришёл, Сенку-чан, добро пожаловать домой, - Ген обходя учёного со спины, начиная небольшое шоу.       - Что всё это значит? – Ишигами выглядел растерянным.       - Ген предложил нам одну идею, и мы все согласились ему помочь, - Кохаку говорила с явной гордостью, она на самом деле очень помогала вовремя постройки, Сенку как-то странно и даже грустно усмехнулся.       - Наконец нашли простое решение, да? Сдадите меня Цукасе и вашей деревне ничего больше не будет угрожать, - от этих слов у Асагири на секунду замерло сердце, судя по лицам жителей деревни им тоже очень не понравились слова учёного.       - Не понимаю о чём ты говоришь, - выдохнул Ген куда печальнее, чем должен был.       Кохаку подошла и наконец развязала повязку на глазах Сенку. Прямо перед ним был телескоп. На несколько секунд воцарилась кромешная тишина. Глаза Ишигами заблестели искренней радостью, но он быстро сбросил это наваждение.       - Телескоп может нам хорошо пригодится! – с привычной слегка насмешливой интонацией воскликнул Сенку.       - С днём рождения Сенку-чан… - выдохнул фокусник, а остальные лишь весело переглянулись и захихикали, учёный с интересом посмотрел на менталиста. – Но линзу тебе, скорее всего придётся дорабатывать самому.       После слов Гена все начали подходить к Сенку, поздравлять его и уходить. Уже было темно, поэтому все отправились спать. Все кроме двух полуночников, которые остались наедине.       - Откуда ты узнал, когда у меня день рождения? – поинтересовался Сенку, прерывая возникшую между ними тишину.       - Посчитал. Ты же сам мне рассказал, сколько времени живёшь, - пожал плечами Асагири.       - Но ты ведь всё равно не знаешь, сколько я пробыл в камне, - хмыкнул Ишигами, с подозрением глянув на собеседника.       -А ты забыл? Ты ведь сам записал эту дату, – Ген улыбнулся, сталкиваясь с пронзительными красными глазами, в которых мелькнуло понимание. – Знаешь, если так подумать, ещё до нашей встречи я уже восхищался тобой и не думал о выгоде, которую могу из этого извлечь. Я бы даже сказал, что ты мне нравился ещё до того, как мы встретились, - он замолк на секунду, полностью отвернувшись от Сенку и не видя его реакции на эти слова, - Как и всем жителям деревни, - спешно добавил он после паузы.       Асагири замолк, ожидая, поймёт ли Ишигами, хотя нет, глупо. Конечно же он поймёт, точнее уже понял. Вопрос в том, как он отреагирует? Ген, пряча свои руки в рукавах, впился ногтями в ладони, чтобы не разнервничаться открыто, продолжая смотреть в окно, но не на учёного. Его сердце стучало очень быстро, а дыхание стало тяжелее из-за накатывающей паники. Несколько минут ничего не происходило. Фокусник уже было начал думать, как бы ему отшутиться, как вдруг Сенку пошевелился.       Он встал со своего места, обхватывая Гена со спины поперёк талии и утыкаясь носом ему в шею. Учёный улыбался. Приподняв голову, он оставил лёгкий поцелуй на шее менталиста. Из-за этого слабого касания по спине Асагири пробежали мурашки.       - Не могу сказать, что ты нравился мне до нашей встречи… Твои книжки и шоу меня подбешивали, но могу сказать, что моё мнение изменилось, когда мы познакомились. Могу даже сказать, что ты занимаешь в моём сердце почётное второе место, после науки.       Ген тихо рассмеялся и наконец повернулся к Сенку лицом, прижимаясь к нему с объятиями. После они вернулись в спальню, где произошёл небольшой скандал, из-за того, что Ген не спал несколько ночей, но это не так уж и важно, ведь в конце концов они снова легли спать вместе, сплетясь в тёплых крепких объятиях, и все проблемы в этот миг стали пустяками, с которыми можно было разобраться позже, ведь сейчас они были только вдвоём.