without the right to forgiveness

୨୧・┈┈・┈┈・୨୧

— Пьянь! — Тэхён вздрагивает, когда на него попадает вода, — Пошёл отсюда! — звучит скрипучим голосом, от которого хочется прикрыть уши, — На вот, прикройся, — на него падает грязный лоскут ткани, а потом за мужчиной закрывается тяжёлая дверь. «Отличное начало, — мелькает в мыслях, — Чёртовы люди». Воспоминания последней встречи сначала теплом разливаются в груди, пока он рассматривает лоскут в своих руках, но после… «Возьми своё имя в следующей жизни… Без меня…» — Ким подтягивает ноги, сгибая их, и обнимает их руками. Он осматривает пространство вокруг себя. «Как ты вообще жил в этом?» — закрывает глаза, чтобы увидеть то, что сейчас видит Чон. — Чон, с тобой всё в порядке? — слышит Тэхён обрывки фраз, морщась. — Да, всё отлично, господин Чхве, — он видит руки Чонгука, вены на которых явно воспалены, — Послезавтра я буду как огурчик. Его отражение. Уставший вид. Попытку стереть выражение лица руками. — Даже не думай, — голос даёт осечку, когда Чон говорит это своему отражению, грозя указательным пальцем. «Я нужен тебе!» — открывая глаза, бунтует он мысленно, стараясь успокоить бешено стучащее сердце. Тэхён встаёт и оглядывается по сторонам, затем сжимает кулаки, прикрывая глаза и делая вдох. Огонь расползается по венам. Мгновенье… Крик феникса разносится по подворотне, и он яркой вспышкой взмывает в небо. «Наконец-то, — вдыхает он более разряженный воздух, — Я найду тебя. Мы должны попробовать снова». — Ты ещё здесь? — дверь распахивается, и мужчина вновь выходит наружу, — Чёртовы люди! — быстро подходит от к брошенной проходимцу тряпке, начиная затаптывать тлеющий край. Поднимает и уходит внутрь. Тэхён вдыхает разряженный воздух, паря над миром. Феникс ловит порывы ветра, скользя по ним с расправленными крыльями. Он собирает крылья, начиная подкручиваться в воздухе, ускоряясь вниз, а потом резко расправляет крылья снова. Но одно крыло не поддаётся, начиная дрожать. Ким смотрит вперёд. «Нет, нет, нет!» — судорожно дёргает он крылом, пытаясь хотя бы сгладить падение. Кроны деревьев… Хруст… Темнота…

୨୧・┈┈・┈┈・୨୧

— Зачем ты его притащила? — слышит он голос, который звучит словно через толщу воды. — Потому что ему нужна помощь, дедушка, — отвечают коверканным языком, — Ты ведь его вылечишь, правда? — феникс чувствует, что его гладят по перьям, но сил увернуться нет, приходится терпеть это унижение. — Эх, — тяжелый вздох, после чего раздаются шаги. Феникс снова отключается.

୨୧・┈┈・┈┈・୨୧

Следующие две недели кажутся Киму адом. Корм для птиц, боль не только в крыле, но и во всем теле. Постоянное присутствие коренастого мужчины с мозолистыми руками, который из-за собственной низкой чувствительности нажимает всегда сильнее, чем требуется, принося ещё больший дискомфорт. Но самое унизительное даже не быть пойманным людьми, самое унизительное для феникса — не сопротивляться и сидеть в клетке, пусть и довольно большой. Две недели Тэхён только и делает, что постоянно использует связь. Сначала по чуть-чуть, но с каждым разом втягивается в жизнь Чонгука всё сильнее. Он видит, как Чонгук работает, видит его взаимодействие с людьми, видит его отчаяние по вечерам в маленькой комнате. Фильмы по выходным, реже по вечерам, книги… но чаще всего тишина и разговоры вслух. С одной стороны, это спасает, с другой стороны… «Без меня…» — повторяет он свои слова снова и снова. Третья неделя становится решающей, боли почти нет, но и улететь возможности пока нет. Полёт попросту не получается, а крыло кажется чужим. — Дедушка, ты его починил, — звонкий голос надоедливо звучит над ухом, пока Ким мысленно наблюдает за Чоном, который готовит кофе очередному клиенту какой-то небольшой кофейни, — Птичка, это я тебя нашла, — к клетке практически прилипает детское лицо. Но это не выглядит милым ни на грамм, в особенности потому, что прерывает намеренный эскапизм Кима. «Чёртовы люди», — глаза на секунду вспыхивают, что привлекает ребенка ещё больше. — У неё огненные глаза, ты видел? — феникс тут же делает лёгкое движение головой, чтобы успокоиться. — Не придумывай, — мужчина подходит ближе, — а смотри внимательно, — указывает пальцем. — Но я видела… — дует губы ребёнок. — Поэтому мы её и лечим, — тихо бурчит он себе под нос, — В тот раз ты тоже видела горящий шар, а теперь у нас вот… — вздыхает, — Домашний питомец, — чуть громче. «Домашний питомец?» — феникс пытается раскрыть крылья, но правое всё ещё отдаёт болью, а значит трансформация пока невозможна. — Деда, давай оставим птичку, можно? Мне кажется, ей у нас нравится. — Посмотрим, — говорит мужчина, — А сейчас нам пора ужинать, идём. «Посмотрим», — последняя мысль, прежде чем он снова закрывает глаза, проваливаясь в то, что видит сейчас Чонгук.

୨୧・┈┈・┈┈・୨୧