Настоящие

В Санта-Барбаре был тот редкий вечер, когда океан казался особенно спокойным — без ветра, без туристов, без суеты. Набережная тянулась мягкой линией, фонари зажигались один за другим, и город будто выдыхал после долгого дня. Джульет шла медленно, с бумажным стаканчиком кофе в руках, наслаждаясь тем, что сегодня ей не нужно быть детективом. Ни значка, ни рации, ни срочных вызовов. Просто она — и вечер. — Я знаю, о чём ты думаешь, — раздался знакомый голос за спиной. — Ты думаешь: "Интересно, как Шон Спенсер ухитрился угадать, где я буду в этот момент". Она даже не обернулась сразу. Улыбка появилась сама. — Нет, — спокойно ответила Джульет. — Я думаю: "Он опять притворяется ясновидцем, хотя просто написал Ласситеру, Гасу, шефу Вик и, возможно, бариста". Шон поравнялся с ней, сияя своей фирменной самодовольной улыбкой и держа в руках два чурроса. — Во-первых, это был интуитивный процесс. Во-вторых, бариста был ключевой фигурой. И, в-третьих… — он протянул ей один. — Тебе. Она приняла чуррос и тихо рассмеялась. — Спасибо. Они пошли рядом. Без шутливых выпадов, без дел, без расследований. Просто шаги, море и редкие прохожие. — Знаешь, — сказал Шон после паузы, уже без привычного театра, — мне нравится, когда мы вот так. Без участка. Без Ласситера, смотрящего на меня, как на преступление против человечества. — Мне тоже, — призналась Джульет. — Иногда кажется, что вне работы мы… настоящие. Он бросил на неё быстрый взгляд — внимательный, тёплый. Совсем не "ясновидческий". — Ты настоящая всегда, — сказал он тихо. — Даже когда пытаешься этого не показывать. Она остановилась. Он тоже. Фонарь отбрасывал мягкий свет, океан шумел где-то рядом, и внезапно всё стало очень простым. — Шон… — начала она, но он уже наклонился чуть ближе. — Я знаю, — сказал он шёпотом. — Я чувствую. — Ты не ясновидец. — Но в этом моменте — почти, — улыбнулся он. Она рассмеялась, покачала головой — и сама сделала шаг навстречу. Их поцелуй был тихим, неспешным, без фейерверков. Тёплым. Таким, который не нужно объяснять. Когда они отстранились, Джульет прислонилась лбом к его плечу. — Знаешь, — сказала она, — если бы ты всегда был таким… — Я могу, — ответил Шон. — Просто иногда мне нравится быть идиотом. — Я заметила. Они снова пошли дальше, плечо к плечу, и Санта-Барбара вокруг них была просто городом. А не местом преступлений. И это было идеально.