Сердца в цепях

Пятиэтажное здание студенческой общаги, выложенное из белых и серых кирпичей, выглядело изрядно потрёпанным временем. Фасад испещряли трещины, кое‑как замазанные штукатуркой. Невыводимая грязь въелась в поверхность, подчёркивая общую запущенность. Внутри царила та же серая, заброшенная атмосфера. Стены покрывала выцветшая краска — блёклое воспоминание о былой свежести. Полы устилал старый линолеум, во многих местах сколоченный скобами, словно заплатки на изношенной одежде. Деревянные двери облупились, а лампы под потолком вели себя капризно: то мерцали, то гасли, а иные и вовсе безжизненно свисали, давно отказавшись работать. Однако комнаты, рассчитанные на двоих, были островками относительного порядка в этом океане упадка. Их выдавали представителям привилегированных слоёв, и при заселении Джокеру повезло — ему досталась одна из таких. Это был явный плюс: и из-за большего уюта, и потому что делить пространство предстояло лишь с одним соседом. В идеале — с тихим бетой. Но и омега, особенно если бы это была девушка, тоже устроила. Оставшись в комнате один, он сразу принялся за вещи. Взгляд его упал на кровати. Правая, та, что была на виду от входа, показалась ему не самой удачной. Без колебаний он занял левую. Недолго музыка играла, недолго Джокер был один. Прошло всего минут десять — и в проёме появилась высокая, крепко сложенная фигура парня с большой сумкой, без малейшего намёка на усталость. Встретившись с ним взглядом, новоприбывший — парень с фиолетовыми волосами — молча кивнул, прошёл в комнату и закрыл за собой дверь. Хватило нескольких секунд, чтобы до кучерявого донесся запах кофе с молоком. А чтобы понять, что это феромоны и кому именно они принадлежат, хватило мгновения. Он поморщился, прикрывая нос рукой: "альфийские" феромоны были резкими и навязчивыми, особенно когда не ждёшь этой встречи. — Альфа… Отлично… — процедил он с явной неприязнью, а последнее слово и вовсе выдохнул с раздражением. Меньше всего ему хотелось делить комнату с альфой. — Мечтал об омеге?.. Как наивно. Альф и омег вместе не селят, — в словах Пика слышались взаимная неприязнь и нотка гордыни. — Вообще-то о бете... Хотя омега тоже была бы неплохим вариантом, особенно милая. Но я и сам в курсе этих правил. Я не тупой... Придётся терпеть твой запах... — не то чтобы ему не нравилось кофе с молоком, особенно из хорошей кофейни, но теперь, скорее всего, он не сможет пить его ещё очень долго. Эта мысль вызывала тошноту. — И это говорит тот, от кого кровякой за километр разит, — парировал фиолетоволосый, снимая кофту и сразу убирая её в шкаф. — Это металл! И там ещё есть персик, так что не выебывайся, молочный мальчик! — Внешность этого парня его не волновала. Сейчас мозолил глаза один лишь вид самодовольного альфы. — Пфф. Ну ты и клоун, — процедил альфа, уже не глядя на него. Он и не собирался здесь выделываться. — … Врезал бы тебе, да не хочется руки марать твоей паршивой кровью, — сквозь зубы бросил Джокер. Он принялся раскладывать вещи в тумбочке и на полках шкафа, стараясь делать это как можно громче. Затем включил телефон, яростно листая уведомления, лишь бы не смотреть в сторону соседа. — Правильно делаешь. Тебе своего тошнотворного запаха хватает, — холодно парировал альфа, его голос звучал тихо, но отчётливо, будто лезвие. Их сосуществование в первые дни свелось к ледяному молчанию, прерываемому редкими колкостями. Каждый жил в своём углу, метафорически очертив границы. --- Неделя тихой ненависти сменилась громкой развязкой. Сначала в коридор вылетела девушка, наспех прикрытая одеялом, а следом — её одежда и остальные вещи. Раздался резкий хлопок двери, щелчок повёрнутого ключа. Альфа не кричал — он просто вышвырнул её с ледяной, беззвучной яростью. Затем он развернулся и шагнул к соседней кровати, на которой лежал голый и предельно недовольный Джокер, чей отдых был так грубо прерван. — Всего неделя, блять! — прошипел Пик, вскакивая. Его зрачки уже горели алым, выдавая ярость, куда более жгучую, чем в день знакомства. — И ты уже тащишь сюда первых попавшихся тёлок? Джокер резко выпрямился во весь рост, используя свои десять сантиметров преимущества. В его взгляде, в глубине расширенных зрачков, мерцал холодный синий отсвет. — … Как же ты меня бесишь… Грёбаный ты альфа, — прорычал он, стиснув зубы, и рванул к груде своих вещей. Он наклонился, схватил с пола боксёрки и стал натягивать их резкими, отрывистыми движениями. Одевался он с той же агрессивной энергией, с какой раньше швырял вещи по полкам и яростно скроллил телефон, — лишь бы не смотреть на ненавистного альфу. --- — .... Между ними сильное напряжение... Я понимаю что у нас пометка "От врагов к возлюбленным", но... Не слишком ли это жёстко? —Вообще то у нас её нету и.. ээ.. или есть.. я не помню°∆° Пов: у фанфики 2 автора:}