Огранить в блеск и успех

Сказать, а в моем случае подумать, оказалось куда проще, чем сделать. Я не то, чтобы была полным профаном в гербологии – все же растения неизменно нужны были для зелий, а те уже для артефактов. Но в том, как их сажать, ухаживать за ними, создавать нужные климатические зоны и выстраивать этакий мини-биомы в теплице… Таким опытом я не обладала даже теоретически ни в одной из двух жизней. В прошлой жизни у меня с цветами как-то не заладилось, да и не тянуло меня копаться в земле. Дачи у моей семьи не было, так что даже об устройте огорода я знала постольку поскольку. Возиться зеленью любила моя мама, вечно высаживая в горшки очередные цветы. У меня самой за недолгую жизнь было всего два. Первая, драцена, подаренная мне друзьями в подростковом возрасте, и вторая – белая орхидея, запавшая мне в душу с первого взгляда, стоило мне увидеть ее на полке одного из супермаркетов. Но это лирика. Реальность состояла из перечеркнутых пергаментов и длиннющего списка растений, на которые Хогвартс тратил львиную долю бюджета. После практически двух суток без сна я чувствовала изрядное раздражение. Переоценила себя, что сказать. В мечтах все было просто и прекрасно, а на деле ничего не получалось. Даже самый простенький бизнес-план составить не проблема, если у тебя есть достаточно исходных данных. Знание затрат – постоянных и переменных, налогообложения, примерный выход продукции и можно было бы провести все необходимые расчеты. В родной мне когда-то по прошлой жизни альма-матер я не была прилежной студенткой. Успела отучиться в колледже, в ВУЗ я пошла уже по совершенно другой мне специальности скорее для галочки. Мне хотелось работать, а ставка лаборанта на кафедре удачно помогала мне пропускать большую часть пар, сохраняя диплом. Не горжусь этим, конечно, но специальность я выбрала весьма легкую, с непомерно раздутым учебным планом. Желания ходить на примерно одни и те же предметы, в которых из семестра в семестр менялись лишь некоторые частности у меня желания не было, но по-настоящему стоящие дисциплины я посещала. Бизнес-планирование с ценообразованием такими были, хоть и помню я их весьма посредственно. Да и не бухгалтер я, не экономист, а так, мошка попроще. Но даже эта маленькая мошка смогла запомнить хоть что-то. И какие-то базовые вещи я сделать смогла бы: стандартные планы по доходам денег тут не нужны, все же конечная цель не заработать, а сэкономить. Но зная количество необходимых растений, стоимость саженцев и семян, а также выход конечной продукции несложно прикинуть, сколько денег можно сэкономить из фонда благодаря самообеспечению, преобразовав данные в нормальные расчёты. Можно было бы прикинуть смету на строительство теплиц, закупку нового оборудования, компоста, удобрений и всего прочего. Рассчитать стоимость сырья. Свести всю кучу данных вместе, посчитать постоянные и переменные расходы, найти точку безубыточности – а точнее окупаемость. И даже таких грубых расчётов хватило бы, на них нужны-то три пустейшие формулы, да пропорции. Плановый баланс, понятное дело, я тут не сведу. Но есть подвох. Я понятия не имею, сколько все это дело стоит и сколько по времени займет строительство новых теплиц. Ничего не понимаю в растениях и даже прикинуть не могу, сколько из них приживется, а сколько умрет. И о том, сколько чего вырастет в итоге я тоже не знаю. – Ну кто бы сомневался, – раздраженно кинула затупившийся карандаш на стол я, – не жили хорошо, так и не надо начинать. Замок возмущенно загудел. Перед глазами мелькали образы большой, добротной кровати в директорских покоях. Заманчиво, что сказать. Возможно, сон именно то, что мне сейчас нужно.

***

Следующий день встретил меня птичьим клекотом где-то в районе десяти утра. Я раздраженно откинула одеяла, босыми ногами прошлась до окна и впустила почтовую сову. Недовольно ухнув, почтальон скинул на одеяло несколько писем и вылетел, не дожидаясь ни угощения, ни ответных писем. – Не очень-то и хотелось, – буркнула, направляясь назад. Накинула на себя простое, свободное платье, сгребла письма и пошла в местный филиал Ада. В свой рабочий кабинет, если быть точнее. На столе живописно раскинулась кипа пергаментов – расчёты для теплиц я так и не закончила, да и начинало все это попахивать каким-то безумством. А еще смущал расход бумаги и чернил. Как-то я перестаралась и не уследила. Стоит закупиться маггловскими тетрадками, что ли? Наверное, это будет дешевле, чем переводить бумажные свитки. С усталым вздохом сгребла большую часть бумаг, переложив их в одну стопку на край стола. Одна я это не осилю, для проекта с теплицами мне нужна консультация мастера герболгии. И нынешнего профессора гербологии Хогвартса – все же теплицы будут в том числе и его зоной ответственности. Вместо этого принялась просматривать почту. В целом, ничего интересного нет: несколько магазинов прислали свои рекламные брошюры. Ха, неужели маги придумали спам-рассылку раньше магов? Каталоги, впрочем, отложила – вдруг условия будут более выгодные, чем у нынешних поставщиков. Я поступила глупо, сходу взявшись в одиночку за попытку рассчитать бизнес-план для теплиц. Но это не значит, что я не могу совсем ничего сделать. Дел, на самом деле, было по крышу Астрономической башни. До начала учебного года оставалось два с половиной месяца. Пересматривать учебный план на этом этапе будет тяжело, ровно как и возводить новые постройки. Значит, займемся ремонтом самого замка. Бюджет Хогвартса складывался из трех этаких денежных ручейков. Первый – деньги за обучение. Хогвартс берет сто галлионов за один учебный год. Канон в этом плане сиял сюжетной дырой: в самой книге говорилось, что для малоимущих и сирот есть специальный фонд для нужд учащихся, но цена обучения не называлась. Роулинг писала, что все обучение компенсируется Министерством магии. Ага, если бы – обучение, как и в любом пансионе, оказалось платным. Впрочем, вполне возможно, что к моменту учебы Гарри в Хогвартсе обучение действительно стало бесплатным. Второй поток денег шел от Попечительского совета. Их «пожертвования» были нерегулярными. Например, собирая деньги за оплату обучения со школьников, Хогвартс обеспечивал себе как мог продовольствие и ингредиенты для зелий, зарплату для преподавателей, какие-то хозяйственные вещи, необходимые для уроков материалы. Если в бюджете был профицит, то можно было бы сделать ремонт (нормальный, а не навешивать миллион ремонтных чар). Попечители же помогали с непредвиденными тратами, либо с расходами, которые не может покрыть бюджет школы. Два года назад, например, полностью обновили лабораторию для старших курсов, изучающих зельеварение углубленно. Полгода назад выделили деньги для новой кровли башни Когтеврана. Естественно, делают они это не просто так. Быть меценатом в аристократичных кругах Англии почетно. Впрочем, Попечители помогают весьма избирательно, в первую очередь учитывая интересы своих друзей и своего «круга» - вассалов или сюзеренов. Могут проводить проверки, увольнять сотрудников, или же напротив, пытаться пропихнуть кого-то своего. Благо, во многих вопросах решающее слово остается за директором. Однако и его они могут уволить, если выявятся серьезные нарушения. К сожалению или счастью, Хогвартс решил, что я его новый директор, связав меня магическими узами, так что меня так просто не выгонят. Естественно, Попечители плетут свои интриги, присматривают за своими детьми, через них собирая компромат и присматриваясь к талантливым школьникам. Связи аристократы начинают заводить еще со школьной скамьи. Возможно, кто-то помогает и из искреннего благородства и желания. Но так или иначе, быть меценатом – почетно. Особенно меценатом лучшей школы магии и волшебства Англии. Ага, а лучшей, потому что единственной. Третий способ пополнения бюджета заключался в редких дотациях от Министерства Магии. Впрочем, с ними Хогвартс сотрудничал иначе, предпочитая принимать в дар методические пособия, книги для библиотеки и материалы-муляжи-вещи, для отработки заклинаний школьниками. Есть ряд вещей, которые я хотела бы и могла решить еще до начала учебного года. Диппет, добрая душа, уже подготовил расчет бюджета на предстоящий учебный год. Количество первокурсников известно благодаря Книге доступа и Перу приема. Директора традиционно приходили в маленькую запертую башню в мае-июне, просматривали Книгу, выискивая новые имена с датой рождения ребенка. Впрочем, Книга, несмотря на суровый нрав по отношению к юным магам, директорам помогала – достаточно было попросить ее и Перо, да принести пергамент, тогда список первокурсников они писали сами. Заявления студентов для обучения на 6 и 7 курсах принимали до конца мая. Поэтому у директора есть возможность распланировать за лето бюджет, сделать кое-какой ремонт и, при необходимости, перезаключить договора с поставщиками. Сейчас в бюджете образовался профицит. Не слишком большой – около 500 галлеонов, сущие крохи по сравнению с его реальными расходами, появившихся из-за пятерых магглокровных учеников, решивших идти на шестой курс. Сейчас в школе учится чуть более 1000 студентов, из которых 13 – за счет фонда школы и Попечительского совета. – Так, дорогой, – выдохнув, я откинулась на спинку кресла и посмотрела в потолок, обращаясь напрямую к замку, – денег нет, но мы держимся. Показывай, что тебе срочно нужно починить или сделать в первую очередь? А я еще смету на этот год посмотрю внимательнее, может Диппет уже что-то внес и согласовал… Замок судорожно начал показывать свои помещения. Из самого неприятного: нарушенные потоки энергетической структуры щита (как раз то, из-за чего пригласили меня с коллегой), почти обвалившийся потолок пятого этажа и сгнившие трубы гостиной Слизерина. Дальнейшее же было неприятным, но вполне терпимым. Еще несколько часов ушли на перепроверку сметы. Поставщикам Диппет уже заплатил – едой и хозяйственными вещами замок будет обеспечен. Контракт на починку щита тоже был заключен. Потолок и трубы в смету не входили – видимо, часть пятого этажа планировали либо отгородить, либо залатать чарами, что маловероятно и обречено на провал, если чинить все только магией. Трубы… и их нет в смете расходов. Едва ли директор мог проигнорировать явное отсутствие удобств одного из факультетов. Не знал или сгнили окончательно совсем недавно? С щитовыми чарами разберусь сама. Напишу британскому артефактору, коротко обрисую ситуацию, выплачу небольшую неустойку за разрыв контракта – 70 галеонов уйдут ему, но вот 630 останется в фонде школы. Щиты, думается мне, я могу и в одиночку залатать. А вот потолок и трубы… – Так, эльфы, – на пробу позвала я, – кто среди вас отвечает за ремонт? С хлопком появилась дюжина эльфов. Странно. В Хогвартсе проживала самая большая община эльфов, что-то около сотки. Из них 12 – весьма много, на самом деле, отвечают за ремонт. А замок все равно в запустении. – Не будем откладывать вопросы в долгий ящик. Почему замок настолько запущен? – эльфы затряслись, несколько из них уже начали наказывать себя, кто выкручивая уши, кто падая на пол, бившись головой о каменную кладку. – Э, нет, хватит! Никаких наказаний! Просто отвечайте на вопрос. – Магия ядра, мисс… – робко ответил тонким голоском один из них, опуская уши в низ. – Директора давно не проводили ритуалы на Алтаре. Магия ослабла вслед за ядром. Дигги знает это, мисс. Хогвартс поглощает излишки магии юных волшебников, их магические выбросы. Но чтобы такая защита работала, нужно поддерживать в Алтаре силу, проводить ритуалы. Прошлые директора… Они не делали… – эльф всхлипнул, затрясся и начал биться головой об пол, – Дигги плохой, плохой эльф! Дигги сказал плохо о прошлых директорах! Вот именно поэтому я не люблю домовых эльфов. На семь строк речи лишь три слова по делу, остальное – страх вперемешку с раболепием. – Хватит наказаний, я сказала! Продолжайте рассказ. – Дигги думает, что из-за последних законов директора не проводили ритуалов. Поэтому многие заклинания в замке ослабли. Замок больше не может поглощать все излишки магии юных волшебников. Поэтому лишняя магия ускоряет… ускоряет… разрушение. – едва слышно продолжил рассказ Дигги. – То есть, магические выбросы школьников поглощались ядром. Но из-за того, что директора не проводили ритуалы над Алтарем… Хм, подозреваю, что даже Колесо года не праздновали, Алтарь «заснул», нужные заклинания ослабли. И теперь магические выбросы школьников буквально разрушают Хогвартс? – повторила вслух я. Я уже успела восхититься и ядром, и интеллектом замка. Действительно, Хогвартс – огромный артефакт. Но даже представить себе не могла, что Основатели накрутили тут столько всего. – А куда девалась магия школьников, которую поглощало ядро? Эльфы переглянулись. Ответила мне уже другая домовушка. – В замке много чар, которым нужна подпитка. Лишние силы юных волшебников ядро могло перенаправлять на них. Не все… Часть, она… Рассеивалась. – эльфийка замялась, подбирая слова. – Плушка знает, что часть магии тратится на то, чтобы перенести остальную энергию. В заклинания, в щиты… Мисс, это как топливо. Как дрова для камина. О как. Значит… Ядро поглощало магические выбросы школьников, остаточную магию от их заклинаний. Часть этой энергии шло на то, чтобы перенаправить остальную часть сил. Хотя, думаю, ее не только перенаправляли, но и трансформировали: каждая сила несет за собой отпечаток ауры, а значит, еще какую-то часть энергии ядро тратило на этакую «очистку», обезличивание силы до нейтральной, сырой силы. Невероятно. Просто прекрасный и элегантный подход – одновременно и способ справиться с разрушениями от юных магов, и дополнительная батарейка для Хогвартса. Я чувствовала, что поблизости есть несколько природных магических источников. Однако, что ядро, что Алтарь настолько сильно завесили именно от магии школьников… Думаю, это сделали сознательно. Не истощать природные ресурсы, если все равно можно питать все энергией от магических выбросов, хоть и не со стопроцентным КПД. И едва ли Основатели не предусмотрели возможности «перехода» на природный источник волшебства. – Чтож, эльфы, вернемся к делам насущным. Осмотрите потолок на пятом этаже. Хм, – на мгновенье задумалась я, мысленно прося замок дать координаты поточнее, – в северном крыле. И трубы в гостиной Слизерина. Скажите, что именно нужно для ремонта. Сколько материалов, какие инструменты. – в легкой задумчивости, я пару раз ноготком постучала по столу. – Кто занимался покупкой строй материалов до этого? Лично директор? – Нет, мисс. Каталоги… – пролепетал Дигги, подходя к одному из шкафов. Подпрыгнув, эльф вытащил несколько толстых блокнотов, поднося их уже мне в руки. Блокноты оказались каталогами продукции, похожими на те, что мне утром уже присылала сова. – Эльфы могут составить список для мисс. А мисс закажет необходимое по каталогам. Я рассеянно кивнула. Видимо, маги придумали не дольно спам-рассылку, но и местный аналог магазина на диване. – Хорошо, ладно. Осмотрите северное крыло пятого этажа и трубы в гостиной Слизерина. Напишите список необходимых материалов. Подробный! – спохватилась я. Эльфам нужно давать подробные и четкие инструкции. Иначе просто напишут «камни, цемент, трубы». А какие и сколько не укажут. Маленькие помощники с хлопком испарились, заверяя, что сделают все ближайшее время. Я же задумалась. Нужно покопаться в записях, либо попробовать узнать у самого замка, что за ритуалы нужны для поглощения этих самых магических выбросов детей. Если есть возможность минимизировать разрушения замка, причем получая дополнительный источник энергии, то я не собираюсь пренебрегать им. Хогвартс, казалось, радостно взвизгнул, в очередной раз подглядывая за моими мыслями, начиная прокручивать в голове образы. В целом, ничего сложного: стандартные ритуалы на праздники Колеса года, где-то раз в полгода-год очищающий ритуал. Ближайший праздник как раз будет через несколько дней – Лита, праздник летнего солнцестояния. Я уже мысленно составляла список, какие именно дары я преподнесу Магии и Алтарю, а преподносить придется много – все же прошу я не только за себя, но и за Хогвартс, так замок сразу же подкинул мне очередной образ. Мой первый день, когда этот артефакт связал меня контрактом, а после показал, что его ядро нужно напитать магией. – А-а-а-а! – закричала от досады, понимая, что после подобного опять буду лежать пластом, а поработать не удастся. «А-а-а-а» закричал мысленно со мной замок. Он, правда, выражал предвкушение. Маньяк какой-то.

***

Следующие сутки я, как и предрекала, валялась пластом. Ядро замка выпило меня практически полностью, и лишь стараниями домовых эльфов я в итоге оказалась в своей кровати. На тумбочке стояла кружка дымящегося горячего шоколада – заботливые эльфы накрыли ее чарами стазиса. На блюдце колотый шоколад и печенье. Губы против воли растянулись в улыбке. Помимо того, что сладкое помогает при сильной растрате магической энергии, я и сама по себе его обожала. Сладкоежкой была той еще. Уже на рабочем столе обнаружила список стройматериалов, составленный эльфами. Внушительный, пунктов на тридцать. Хмыкнула, подзывая невербальным Акцио стопку с каталогами. Надо бы посмотреть, где закупать будет выгоднее. Вот мне и занятие на ближайшие несколько часов. Как оказалось, с несколькими часами я преувеличивала, хотя голову поломала знатно. Потолок пятого этажа, он же пол шестого, знатно так… пережевало и покорежило – ремонтировать там придется далеко не пару камней. На мое удивление, стены и потолки тут были относительно современные, а не просто голые камни и кирпичи. Перекрытие между этажами состояло из больших, каменных плит, что отличало Хогвартс от маггловских замков – те бы просто не смогли поднять такие махины. Странно, конечно, что в замке были веерные своды, магглы пришли к ним лишь к 14 веку, тогда как замок был основан куда раньше. К счастью, своды не пострадали, и лишь благодаря этому этаж не обрушился сильнее. Своды позволяли рухнуть перекрытиям между этажами, распределяя нагрузку. Эльфы запросили для работы несколько каменных плит, чтобы залатать обвалившийся пол. А еще битый камень (для заполнения пустот), перемешанный с известью, выравнивающую стяжку – из того же раствора извести, да финишное покрытие. В случае Хогвартса это опять камень. Хмыкнув, заменила известь на цемент. Пока только карандашом в списке, позже расспрошу об этом эльфов, и посмотрела на смету для починки труб. Хотя ничего удивительного я там не увидела. Разве что трубы были стальные. Ну и слава богу, что не свинцовые – еще и отравления металлами мне не хватало в этом замке. Маги, однако, значительно облегчили мне задачку. Каталоги были логично поделены на разделы, цена рядом с товарами – в большинстве своем еще и с колдографиями. Вызванный домовик с радостью сказал, что известь можно заменить на цемент. Эльф робко высказался, что до этого денег на более дорогой цемент выделяли редко. Еще пару часов покрутила перед собой пергамент. Выписала на него предварительно цены на нужные материалы со всех каталогов, пытаясь прикинуть, как выгоднее. Остановилась, в итоге, на фирме «Груннис и Ко». Заполнила этакую анкету, написала еще и сопроводительное письмо с пояснениями. В конверт, помимо пары этих листов попал и задаток в 50 галлеонов в отдельном мешочке-артефакте. Такие, в целом, и артефактом не считались – просто пара заклинаний, и открыть его сможет только тот, кому его присылали. Всего на ремонт уйдет как раз около 500 – тот самый образовавшийся профицит. Осталось разобраться с щитовыми чарами, тогда часть денег вернется в фонд. И можно будет подумать, на что их пустить. Так что я принялась писать очередное письмо, на этот раз уже британскому коллеге. Рассказ, конечно, походил на анекдот из серии «шел-упал-очнулся-гипс». Коротко упомянула, что стала директором Хогвартса, с щитовыми чарами справиться смогу сама. Неустойку отправила в том же мешочке. Скрывать, что я стала директором смысла не вижу. Как только разберусь с Алтарем, ядром и щитовыми чарами, сразу начну готовиться к Лите. Уже после нее можно будет созвать отдельно и профессоров, и Попечительский совет. Да и желательно написать в Министерство и дать что-то вроде комментария в «Пророк». Лучше действовать на опережение и высказаться первой, пока люди не надумали ничего за меня. Следующие несколько дней мой маршрут состоял только из комнаты с Алтарем и собственной спальней. Пару раз, конечно, появлялись новые пункты: разок пришлось встретить представителя «Груннис и Ко», чтобы забрать строительные материалы. Еще пару раз заходила к эльфам, смотрела на ход работы. Дело двигалось медленно, но верно – маленькие помощники хотели дать цементу достаточно времени на высыхание, не разрушая структуру материалов магией. Я же питала ядро, каждый вечер ощущая себя выжатым лимоном из-за магического истощения. Наконец, когда я смогла хоть на какую-то небольшую долю заполнить ядро замка – было бы странно, если бы я в одиночку за столько небольшой срок смогла бы напитать его сама, можно было приступать к восстановлению щитовых чар. Не то чтобы в этом была проблема, особенно, когда ты имеешь доступ к Алтарю. Погружаясь в медитативный транс, я старалась мысленно нащупать те самые прорехи. По ощущениям, у меня ушло на это минут тридцать. Щит вокруг Хогвартса ощущался, как сито, с кучей мелких прорех, пропускающих посторонние магические потоки. Где-то, напротив, были непонятные «узлы», будто бы кто-то до этого весьма топорно пытался залатывать прорехи. Напоминает старую, уже несколько раз заштопанную ткань, полотно. Сколько не ремонтируй, все равно рвется. Я нахмурилась, старалась направить энергию ядра на щит. Сначала начала распутывать эти «узлы» – они ощущались, как стянутая ткань или зацепка. Понемногу, нехотя, но они начали распадаться, «ткань» больше не казалась бугристым полотном, а напряжение будто бы понемногу рассеивалось. Еще немного усилий, и я начала затягивать прорехи. Щит, видевшийся мне тканью, полотном, состоял из нитей магии, которые я пыталась сплести между собой. Те, нехотя, прилипали друг к другу, плели косы выстраиваясь в плотный, ровный гобелен магии. Глаза я открыла сидя на Алтаре спустя несколько суток, полностью вымотанная и с крохами магии где-то в глубине резерва. Появившийся домовик без слов перенес меня в спальню. Едва удерживая в руках палочку, наколдовала Темпус – и с легкой головной болью поняла, что уже ранее утро 18-го июня.