Макс

Мэри всю свою жизнь боялась дверей, как завещал то Хичкок. Если ее откроешь, то что будет на той стороне? Что-пугающее? Что-то милое? Что-то веселое? В каждую дверь в своей жизни ей приходилось стучаться и дожидаться, пока ее отворят, мучаясь страхами и сомнениями. С Максом как всегда все было не по плану. Дверь в его квартиру была открыта, словно у него, нелюдимого человека, вечеринка и он ждал гостей. Макс сидел на диване с расслабленным выражением лица, а рядом стояла початая банка сгущенки. Он уже посинел и грудь его не вздымалась, даря дыхание. Мэри нервно усмехается — по какой-то причине она подозревала, что так именно и будет, когда она придет к нему. Милый. Милый Макс. Как много всего пережито! Вся жизнь проведена бок об бок с ним. С его словами поддержки, с его возмущенным молчанием, с его посылками. Он теперь совсем не похож на того человека, которого Мэри видела на фотографии. Мэри садится рядом с ним берет его за холодную руку, уткнувшись в нее носом, а потом плачет навзрыд. Только Макс был с ней, когда над ней смеялись в школе, только он был рядом, когда у нее были успехи, он был рядом, когда умирали или уходили близкие люди. Она видит ворох своих писем — все распечатаны и, видно, прочитаны не раз. Макс был педантом, Макс не был аккуратным. Он умер. Почему сейчас? Мэри ценит дружбу с Максом больше, чем что-либо на свете и надеется, что там, где он теперь, не так замкнут и скован, каким был при жизни. Она понимает, что нужно вызывать и полицию, и скорую, но позволяет себе несколько моментов со своим мертвым другом. Потому что заслужила — столько лет страданий, и вот наконец-то они вместе. Теперь уже в последний раз. Первую открытую дверь в своей жизни Мэри и любит, и ненавидит одновременно, потому что все оказалось слишком просто.