Проклятие или благословление

Лесная тишина, одна из самых приятных в мире. Под этим обычно подразумевают пение птиц, шелест листвы и звучание животных. Но, иногда, в лесу довольно неожиданно можно наткнуться на посторонние, не присущие в обычной этой жизни звуки. Одним из таких были громкие удары и хруст деревьев. Эти звуки шли от плодотворной работы одного человека, рубившего дрова. Каждый раз замахиваясь, топор описывал идеальную дугу, и ударяя, он раскалывал пеньки на ровные части, будто в этом не требуется усилий больших, чем в ходьбе. Закончив свою задачу, он собрал нарубленные дрова и перенес их под навес, с двух сторон возложенными бревенчатыми стенами. Сложив их в костер, мужчина потянулся и оглянул место где он находился: старый деревянный дом, который служить уже не один десяток лет, огород, на котором растет урожай, что он совестно выращивает, а так же небольшая пасека. Как и всегда день проходит обыденно и спокойно, кажется что человек вписывается в эту природу так же хорошо, как и всякая тварь лесная. Иногда, раз в несколько лет, мужчина выходил из леса в ближайшие деревни или от скуки доходил до ближайшего города, но в этот раз было все иначе. За долгое время пребывания в этом месте, он настолько привык к здешним звукам, что сразу понял, что в обители его происходит нечто странное. Краем глаза человек заметил, как группа оленей убегает. Сразу поняв что их спугнули, он зашел в дом за некоторыми вещами и одеждой, а после отправился в ту сторону. Шагая меж корней и стволами деревьев, казалось, что животные, испугавшиеся неизвестных, тут же настороженно замерли. За долгое пребывание в этом лесу, с человеком были знакомы все животные от травоядных до хищников, а потому при виде него, даже неразумные маленькие животные почувствовали, что непрошеных гостей скоро выдворят, как это происходило всегда. Дойдя до места откуда исходил шум, лесной обитатель увидел, что на сей раз люди сами пришли к нему, а не он к ним. Он наблюдал из далека, скрываясь за деревьями и в их тенях. На самом деле, он даже был удивлен. Лес в котором он жил был огромен, а природа тут друзей не выбирает, даже среди тварей лесных, а потому сюда никто никогда не ходил. Прислушавшись, он разобрал не только звуки дыхания человека, что стоял неподалеку, но и услышал еще группу гостей, их возгласы и крики, не далеко от места где он сейчас. — Так и догонят, чертовы псы церковные! — тихий недовольный возглас был слышен лишь для того кто сказал и для человека, что стоял неподалеку. Человек, оглядываясь назад тяжело дышал, будто измученный зверенок, кролик, который убегал от голодной стаи волков. В глазах у него все мутнело. От усталости и измученности рука, что была на боку, упала, и обильные капли крови упали на траву. По внешнему виду было понятно, что крови было потеряно достаточно. Теперь негласный хозяин и защитник этих земель все же решился и вышел из теней стволов, и показался раненому гостю. Встретившись взглядами оба были удивлены, мужчина что перед ним не совсем человек, да и к тому же с виду это была довольно хрупкая девушка, с необычными ушами, а та в свою очередь была удивлена тому, что тут кто-то да есть. Впрочем для них обоих не было значение, девушка пыталась протянуть руку и что-то сказать, но из-за измученности и ран рухнула, потеряв сознание. С искренним изумлением, мужчина подошел к ней и начал проверят ее пульс, ведь он не видел смысла помогать, если существо на грани смерти. Пульс хоть и был слаб, как угасающий огонек, но, как и маленький огонек, что упорно ждал пока задует новый порыв ветра, чтобы раздуть его в огромный пожар, бился столь ритмично, будто отрицая саму возможность смерти, что и заинтересовало человека. Принеся девушку к себе, он разместил ее на столе. Начал мужчина с приготовлений нужных вещей, как, например, чистые тряпки, горячая вода и алкоголь, собственного же производства. После всей подготовки он начал полностью раздевать лежащую пациентку, бросая все вещи на пол. Кинув тряпки в кастрюлю с нагретой водой, он начал первым делом ее осматривать. В общей сложности почти все раны не требовали незамедлительного оказания помощи, кроме той, что находилась на боку. Взяв тряпку, человек стал аккуратно протирать рану и область рядом с ней от крови. На лице у него не было ни беспокойства, ни страха, а в глазах, если бы кто-то смотрел, можно было увидеть глубокую сосредоточенность. Закончив очистку он начал обрабатывать рану, а так же свои руки и иглу с нитками алкоголем, после чего принялся зашивать надоедливый порез. Хозяин дома закончил всю срочную и не очень медицинскую работу, теперь тело девушки было во многих местах забинтовано. Перенеся свою пациентку на кровать, он принялся убирать все что было под столом. Среди всего мусора пропитанного кровью и алкоголем, мужчина все же решил оставить потрепанную одежду своей гостьи и самолично ее постирать. Так же между всеми делами в его голове крутились дальнейшие планы по оказанию помощи в восстановлении и выяснению всех деталей происходящего. В прочем его волновало больше то, что за всю свою жизнь он впервые встречает существо, что лишь по первому виду похоже на человека, а так же ее фраза, что произнесена была в лесу. Хотя даже без всей информации, он уже мог сопоставить картину. «Она либо еретичка, либо вина то, что она не человек» — пронеслось в голове, как приговор, у мужчины. Закрыв глаза, он отринул все мысли касательно предыстории всей ситуации, раз он решил помочь, ведь спросить он сможет и потом. Стоя на кухне и готовя что-то из растений, всю тишину дома прервал стук в дверь. Такое было редкостью, от чего хозяин подумал, что это было его воображение, как вдруг эти мысли были развеяны криком. — Хозяин! Выходь сюды! — выкрикивал мужик, то ли прося, то ли приказывая. Стуча еще и еще, дверь все же отворилась. Медленно, будто предупреждающе, открылась ровно настолько, сколько требовалось хозяину, чтобы показаться полностью, но не более. Человеку, что долбился в дверь, почудилось нечто странное, когда он пересекся взглядом с хозяином дома. После этого, взгляд хозяина дома медленно, оценивающе переходил от одного человека к другому, и остановился на мужчине позади всех. По его одежде он сразу понял, что тот был из церкви, и по мечу, что он держал в ножнах на поясе, - рыцарем. — Сударь... Друг... Я лесничий, из деревни неподалеку! Тут дело такое... Ты, случаем, не видывал девчушку, альму, пробегающую неподалеку? — с некоторым неудобством спросил стоящий ближе всех мужик. — Альму? — спросил хозяин дома. Хоть он и догадался, что речь шла о длинноухой девушке, но все же решил притвориться несведущим, каким и был некоторое время назад. — Нет, лесничий, не видел никакую девушку, а про альм слышу впервые. — Ты хозяин этого дома? — вдруг послышался вопрос, с явно надменный тоном. Можно было сразу понять, что это говорил тот церковник. — Если так, то во имя Высшего и Него ради, отступи и я проверю его! «Нахалами остаются...» — прошла мысль у хозяина дома. Впрочем, он не собирался подчиняться кому-либо и закрыл за собой дверь сделав пару шагов вперед, от чего отошли все, кроме рыцаря. Засунув руку в карман, он достал и кинул вещь церковнику. — Даже если ради вашего Всевышнего, то отступи ты, рыцарь инквизиции. Церковнослужитель начал открывать рот, чтобы что-то сказать, но после взгляда на вещь, что он поймал, переменился. Его взгляд и все выражение показывало, что эта вещь будто не должна быть тут. Это был небольшой крест, но именно такой крест выдавали знати и старшим чинам церкви, причем очень давно, но даже так ходили слухи, что у некоторых знатных семей он есть. Он позволял в некоторой мере не подчиниться приказам церкви и светской власти. Проведя пальцами по уже стершимся надписям на нем, с нахмуренными бровями он задумался над дальнейшим развитием событий. Его чин был слишком низок, чтобы что-то предпринимать, поэтому он броском вернул крест владельцу и покорно начал уходить. — Прости нас, сударь и прощай, может свидимся еще! — протараторил лесничий и вместе с другими ушел следом за святым. Стоя на пороге, лесной отшельник смотрел в спины уходящих гостей, пока те не скрылись за лесным барьером. Посмотрев в небо, что уже готовилось потемнеть, в его голове промелькнуло очень много мыслей. Опустив взгляд на крест, он провел по нему рукой и взгляд мужчины изменился на ностальгический. Вспоминая минувшие дни, что были связаны с вещью, он вошел в дом со многими мыслями и принятыми решениями, после чего закрыл дверь и повернул ржавый засов, что не трогали десятилетия.